Tenderness

Have you ever been touched so gently you had to cry? (Касались ли тебя когда-нибудь настолько нежно, что хотелось плакать?) Glitter in the air - P!nk

— А нам обязательно делать это на кровати? — спрашивает Магнус, впервые оказавшись в спальне Алека. — Это твое «что угодно» на один раз? — На сегодняшнюю ночь, а потом только если сам захочешь. — Отвечает Лайтвуд и целует парня. Тот с готовностью отвечает, поначалу страстно, но Алек не поддается на провокацию, продолжая целовать медленно и нежно, и Бейн сдается. Александр, тем временем, ведет руками по талии Магнуса, пробираясь ими под рубашку парня, поглаживая спину. Магнус мычит в поцелуй и цепляется пальцами за плечи мужчины. Тот принимается расстегивать рубашку парня, параллельно отрываясь от губ Бейна и целуя его в челюсть возле самой шеи. Стягивает рубашку, отбрасывая её на пол, и целует за ухом, ведет руками по смуглой спине, прихватывает губами мочку. Магнус тихо стонет и резко тянет футболку Лайтвуда вверх, снимая её и тем самым уходя от прикосновений. Но ненадолго, ведь Алек не намерен забывать о шее Бейна и прикасается к ней губами вновь, на сей раз чуть посасывая нежную кожу. Магнус мычит и невольно откидывает голову назад, чтобы предоставить мужчине больше доступа, чем тот тут же пользуется, обводя языком кадык и легонько прихватывая его зубами. Алек и раньше ласкал его шею, но парень обрывал его на третьем или четвертом поцелуе. Магнус вздрагивает от ощущений, чувствуя, как ноги начинают дрожать. К счастью, Алек это замечает и подталкивает Бейна к кровати, осторожно укладывая на нее парня. Смотрит на него с такой нежностью, что у Магнуса ноет сердце. А затем наклоняется и ведет дорожку мокрых поцелуев от ключиц до груди и накрывает губами сосок. — Ах, Александр! — шипит Бейн, сжимая пальцами плечи Алека, то ли порываясь оттолкнуть, то ли притянуть ближе – сам не понимает. Лайтвуд улыбается и начинает играться языком с розовой горошинкой, теребя вторую пальцами, и Магнус не выдерживает. — Александр, хватит, переходи к делу. — Нет. — Спокойно отвечает Алек, вновь глядя Бейну в глаза. — Прости, но сегодня будет по-моему. — Заявляет он, и Магнус закатывает глаза, но молча соглашается. Лайтвуд вновь накрывает губами губы Магнуса, принимаясь при этом расстегивать брюки Бейна, и тот одобрительно мычит в поцелуй, приподнимаясь, чтобы Алеку было легче их с него стащить. Поцелуй вновь прерывается, и Бейн громко стонет, когда чувствует чужие губы у себя в районе солнечного сплетения, а затем на пупке, а затем возле самой кромки боксеров. А потом Алек подцепляет ткань пальцами и стягивает её, оставляя парня полностью обнаженным. Во всех смыслах… — Ты прекрасен. — Говорит он, глядя Магнусу прямо в глаза, и тот резко краснеет, отводя взгляд. — Прекрати. — Хрипит Бейн, но Алек затыкает его поцелуем, а затем отстраняется и проводит тыльной стороной ладони по щеке Магнуса. — Ну уж нет. Прости, но сегодня я буду говорить все, что о тебе думаю, и ты будешь слушать. — Произносит он, целуя Магнуса в висок. — Я думаю, что ты самый красивый человек, которого я встречал, — Целует в кончик носа, и от такого совсем невинного жеста Магнус удивленно хлопает ресницами. — Очаровательный, — Поцелуй у самого уголка губ, в груди Магнуса поселяется странное щекочущее чувство. — Просто волшебный, — Оставляет на приоткрытых губах мягкий, совсем невесомый, поцелуй, и, отстранившись, смотрит на Бейна с улыбкой. Тот смущенно и едва заметно улыбается в ответ. Не разрывая зрительного контакта с Магнусом, Лайтвуд тянется к прикроватной тумбочке за смазкой и, выдавив приличное количество себе на пальцы, приставляет их ко входу парня. Принимается поглаживать промежность, с удовольствием наблюдая, как парень под ним жмурится и кусает губу, пытаясь подавить рвущийся наружу стон. — Не сдерживайся, прошу. — Произносит Алек, целуя смуглую кожу чужого плеча. — Я хочу тебя слышать. Видеть твои эмоции. — Магнус закатывает глаза, правда неизвестно: от слов Алека или от его губ, оставляющих поцелуй во впадинке меж ключиц. Лайтвуд берет свободной рукой ногу Бейна и закидывает её себе на плечо (вторую Магнус забрасывает сам). Он нежно касается губами под коленкой, ведет языком вниз по бедру почти до самого члена. — А-александр! — хнычет Магнус, комкая в руках простыни и нетерпеливо дергая бедрами. — Ради всего святого, пожалуйста, прекрати надо мной так издеваться! Алек ухмыляется, но решает не перебарщивать. Оставляя последний поцелуй на тазовой косточке, он наклоняется и обхватывает губами нежную головку, заставляя Магнуса распахнуть глаза и протяжно застонать. — Александр, что ты… — пытается было отстранить Лайтвуда от себя, ведь никогда прежде не позволял этого, но тут же со стоном падает обратно на подушки, ведь именно в этот момент Алек вводит в него палец. — Блять! Теперь Бейн окончательно теряет способность соображать, ведь ощущения накрывают его с головой. Палец Алека плавно проникает внутрь, оглаживая стенки, двигаясь медленно, не причиняя и следа дискомфорта. Магнусу даже жаль, ведь такая привычная саднящая боль помогла бы ему оставаться в сознании и не растекаться по постели, как гребаная лужа, лишаясь рассудка, пока Алек, ебаный Лайтвуд, самозабвенно отсасывает ему. Второй палец толкается так же медленно и осторожно, и Магнус несдержанно дергает бедрами, пытаясь насадиться на пальцы как можно глубже. Но Алек крепко удерживает его свободной рукой и мычит что-то неразборчивое, посылая вибрацию по члену у себя во рту, и Магнусу ничего не остается, кроме как стонать и задыхаться. Третий палец он едва ли замечает, гораздо больше сосредоточившись на том, чтобы не кончить, когда Лайтвуд выпускает его член изо рта почти полностью и вновь заглатывает по самое основание. Дрожащей рукой Бейн хватается за волосы Алека, вынуждая отстраниться. — А-Алек, остановись. — Хнычет Магнус, и Алек смотрит на него обеспокоенно. — Я… Я скоро… Скоро… — бормочет Бейн не в состоянии связать слова между собой, но Алек его понимает и озорно улыбается. — Давай. — Просит он, сгибая пальцы, задевая простату, при этом глядя прямо в глаза Магнуса. — А-а… А-александр-р! — вскрикивает он, изгибаясь дугой и впиваясь пальцами в плечи Алека, когда тот накрывает его губы своими, и в следующий миг кончает. Бурно и ярко, так, что перед глазами мелькают цветные пятна, а пальцы на ногах подгибаются. Ему настолько хорошо, что на какое-то время он просто отключается от реальности, а когда приходит в себя, встречается глазами с лежащим рядом Алеком. Тот склоняется над ним и целует. Не глубоко и совсем мягко, но Магнусу и от этого кружит голову. Рука Лайтвуда ложится на его щеку, нежно поглаживая, и Магнус неосознанно льнет ближе. Отстраняются они, лишь когда кончается воздух в легких. — Ты не кончил. — Сипит Бейн, с трудом связывая слова в предложения. Алек тихо смеется. — Подрочишь мне? — поддразнивает он Магнуса, припоминая слова Бейна. — Лучше трахни меня. — Предлагает Магнус, сам себя удивляя. Зачем он это сказал? — Тебе что, не хватило? — удивленно усмехается Лайтвуд. — Хватило. Но я хочу почувствовать тебя. В себе. — Честно отвечает парень. Все-таки оргазм прекрасно развязывает язык и раскрепощает. — Сейчас. — Ты уверен? — переспрашивает Алек, неуверенный, как тело Бейна воспримет новую стимуляцию, не успев толком отойти от предыдущей. Но Магнус лишь уверенно кивает, Алек улыбается. — Твое желание для меня закон. Но только я все ещё делаю все так, как я хочу. — Предупреждает он, и склоняется, чтобы поцеловать парня. Тот с готовностью отвечает, в этот раз даже наслаждаясь тем, какой мягкий и нежный этот поцелуй. Алек вновь переключается на его шею, спускаясь поцелуями ниже, до самого низа живота, едва не задевая уже почти вставший член. Он разводит ноги Магнуса в стороны, устраиваясь между ними, и чуть прикусывает внутреннюю сторону бедра, вновь толкая пальцы в уже растянутую дырочку. — Ах, я же говорил про член, пальцев мне уже хватило. — Мычит Магнус, обвивая шею Лайтвуда руками. — Всего лишь хотел проверить, достаточно ли хорошо ты подготовлен. — Поясняет Алек игриво. — Блять, как же с тобой сложно, почему нельзя сразу встав… Ах! — прерывается он на полуслове, когда чувствует, как в него осторожно проталкивается крупная головка. — С тобой, знаешь ли, тоже непросто. — Шипит Александр, впиваясь в губы Магнуса поцелуем, на который тот почти не отвечает, полностью поглощенный ощущением того, как медленно чужой член раскрывает его стенки сантиметр за сантиметром. Магнус отрывается от чужих губ и громко жалобно скулит, запрокинув голову назад. Войдя до самого основания, Алек замирает, давая Магнусу привыкнуть, но тот начинает извиваться, пытаясь двигаться на чужом члене самостоятельно, но руки Лайтвуда пригвождают его к постели. — Да твою ж мать! — стонет парень, обреченно откидываясь на подушки. — Ты можешь меня уже трахнуть, в конце концов? — Я же предупредил, что буду делать все так, как я хочу. — Усмехается Александр ему почти в самые губы, но не касаясь их, его руки блуждают по смуглому телу. — Ты сам предложил мне сделать это. — Потому что я не думал, что ты настолько садист. — Закатывает глаза Бейн. Алек всё ещё не двигается в нем, словно издевается. Сволочь. — Пожалуй, лишь ты можешь называть садизмом заботу о себе. — Качает головой Лайтвуд, но двигаться начинает. Сначала легонько, затем чуть быстрее, но все же медленно, полностью покидая тело Бейна, и входя на всю длину. Магнус не выдерживает и издает громкий протяжный стон. Он никогда не ощущал это так. В отличие от тех спешных толчков, к которым он привык, сейчас он мог чувствовать каждый миллиметр чужого члена, чувствовать, как раскрываются его собственные стенки и сокращаются мышцы. И это было так… Блять, нет подходящего слова, чтобы это описать! Вдобавок ко всему, все это сопровождается горячими губами и нежными руками Алека, которые были повсюду, лаская каждый доступный миллиметр бронзовой кожи. — А-ах! А-александр! Пожалуйста… Ах… Алек, прошу! Магнус стонет и задыхается под Александром. Он не знает, чего именно просит, ведь с одной стороны, ему ещё никогда не было так хорошо, но в то же время он испытывает дикую нужду, чтобы Лайтвуд ускорился. Чтобы двигался поверхностно и размашисто, чтоб быстрая разрядка. Потому что такое количество ощущений и эмоций его убивает. В прямом смысле этого слова. Та всепоглощающая нежность, с которой Александр держит его в своих руках и целует его, то, насколько бережно он двигается в нем, то, какими глазами он на него смотрит в этот момент… От всего этого в груди щемит настолько, что становится почти физически больно. Алек что-то шепчет ему на ухо, какие-то приятные слова, но он ничего не слышит, ни его слов, ни собственных стонов, лишь шум собственного дикого пульса в ушах. Но в следующее мгновение Алек произносит лишь одну фразу, почти шепотом, и она буквально оглушает парня. — Я люблю тебя. — Говорит Алек голосом полным всеобъемлющей нежности, глядя при этом прямо в глаза, и в ту же секунду весь мир словно разлетается на миллиарды ярких осколков, грозясь ослепить. Бейн громко кричит, выгибаясь под невообразимым углом, впиваясь ногтями в спину Алека, кажется, до крови, неспособный оторвать взгляд от этих глаз, полных гребаной любви, и они оба кончают. На некоторое время Магнус полностью выпадает из реальности, пытаясь отойти от оргазма. Алек тем временем, поцеловав парня в висок, медленно и деликатно выходит из него и достает из прикроватной тумбочки салфетки, принимаясь вытирать их тела. Закончив, он вновь ложится на бок рядом с Магнусом, склоняясь над ним, и только тогда тот начинает приходить в себя. Лишь когда его щек касаются губы Алека, собирающие с них влагу, он понимает, что в какой-то момент заплакал. — Тише, тише, что с тобой? — ласково шепчет Алек, и внимательно разглядывая лицо Бейна, обеспокоенно выискивая причину слез. Магнусу от этого хочется его ударить. Просто потому что нельзя быть таким. — Я сделал тебе больно? Его голос полон такого неподдельного беспокойства, руки прикасаются так бережно и невесомо, а глаза смотрят с такой искренней любовью, кажется, заглядывая прямо в душу вынимая её и выворачивая наизнанку… Магнус задыхается от кома в горле и щемящей боли в груди. Скулит громко и жалобно, обхватывая себя руками, царапает собственные плечи едва не до крови. Краем глаза видит то, насколько испуганным выглядит Алек, и находит в себе силы отрицательно покачать головой. Нет, он не причинил ему боли. Не физической. Да и моральной тоже. — Да нет же! — сипит совранным голосом. — Что ж ты за человек такой? Это… было лучшее… что я когда-либо испытывал. И именно поэтому мне так плохо. — Выдавливает из себя Бейн, вновь жмурясь до боли в глазах, и крепче обхватывая себя руками, словно пытаясь удерживать рвущееся наружу сердце. Удержать на месте шатающуюся, пошедшую трещинами крепость вокруг него. — Т-ш-ш, — Алек мягко берет его за плечи и деликатно притягивает к себе, обнимая и принимаясь успокаивающе поглаживать парня по волосам. К счастью, тот не сопротивляется, и даже немного расслабляется в руках Лайтвуда. — Прости, прости, прости, пожалуйста. — Хватит, прошу. — Качает головой Магнус, прислонясь лбом к чужому плечу. — Я не вынесу, если ты будешь ещё и извиняться. Тебе не за что просить прощение — это было потрясающе. Ты потрясающий. Просто… Слишком. Слишком много ощущений, слишком много эмоций… Я… Я никогда не испытывал подобного. Он запинается и судорожно хватает ртом воздух, на что Алек прижимает его ещё ближе и вновь гладит его по голове в попытке успокоить. Тот обхватывает его руками в ответ. — Тише, все хорошо. — Шепчет Лайтвуд ему в ухо. Он винит себя, что переборщил, но на самом деле не думал, что даже такие простые вещи подействуют на парня так. Какое-то время они просто лежат обнявшись, и Алек гладит Бейна по голове и спине, шепча что-то успокаивающее, и, в конце концов, тот расслабляется и затихает. Лайтвуд уже решает, что парень уснул, но тот вдруг начинает говорить. — Александр? — звучит совсем тихо, даже в комнате без посторонних звуков, и сдавленно. — Да? — тут же отзывается Алек. — То… — Магнус запинается и делает глубокий вздох, но не двигается с места, все еще продолжая прятать лицо в изгибе чужого плеча. — То, что ты сказал… — Это правда. — Отвечает Алек, когда Магнус затихает, понимая его без пояснений. — И я не собираюсь брать свои слова обратно. — Он чувствует, как Магнус резко вбирает в себя воздух и словно бы весь сжимается. Чувствуя состояние парня и понимая, что с него на сегодня явно хватит, добавляет. — Я просто хочу, чтобы ты знал. Тебе не обязательно как-то на это реагировать прямо сейчас. — Спасибо. — Шепчет Магнус, с нескрываемым облегчением и благодарностью в голосе, прижимаясь к Алеку ближе. — Спи, Магнус. — шепчет Лайтвуд, обнимая парня и наблюдая, как тот постепенно расслабляется и проваливается в сон.