Морская пена

      Мальчик стал задумчивей и тише. Он теперь чаще бывает в королевском саду, в котором растёт много огненно-красных и синих деревьев; их ветви и листья колышаться, плоды сверкают, как золото, а цветы пылают, как костёр. Сама земля была там усыпана мелким песком цвета серного пламени, и потому дно морское отливало каким-то удивительным голубоватым блеском, - можно было подумать, что витаешь где-то высоко-высоко в воздухе, причём небо у тебя было не только над головой, но и под ногами. В саду кроме Ариэля не бывал больше никто из царской семьи. Русал плавал теперь спокойнее, находился в постоянных раздумьях, и что самое странное, никогда больше не поднимался на поверхность. Братья нервно озирались на него, прищуривая свои широкие глазки. «Это затишье перед бурей» - утверждал дедушка в разговорах с морским царём. Тот отмахивался от его предупреждений. В душе отца теплилась надежда, что сложный ребёнок, наконец, обрёл разум. Стал больше читать, не пристаёт к морским жителям, не грубит старшим. Но в глазах пропал былой огонёк. Ни для кого во дворце не секрет, что морской царь водит «тайные» дела с ведьмаком, живущим на отшибе за бурными водоворотами. В королевстве бывали разные ситуации, и для некоторых из них требовалось магическое решение. Ведьмак был старым и мудрым тритоном. Когда-то давно, ещё маленький тритон по имени Алиум жил при дворе и был средним сыном королевского шута. Но Алиум отличался от всех наличием ужасно глубоких полос на шее - жабрами. Почти всё его тело покрывала толстая чёрная чешуя, а кожа была мертвецки белой. Форма его хвоста пугала население - он был похож на саблю. Мальчик был чёрной овцой здесь, его показывали детям в качестве страшилки на ночь. Поэтому ему пришлось покинуть родной дом. Чтобы как-то себя прокормить, Алиум обучился колдовству. С тех пор прошло около двух столетий, если не больше, но ведьмак продолжал жить далеко-далеко от королевства, копя знания о всех мирах и заклинаниях, существующих в них. Алиум, мягко говоря, недолюбливал королевских детей. Все они казались ему пресными, ничего не имеющими за душой рыбами. Все, кроме одного, самого младшего. К Ариэлю он относился как к младшему брату, которого никогда не хотел. Они часто бросались оскорблениями, и, когда дело уже почти доходило до драки, оба в один момент заходились смехом. Для них это была лишь игра, своеобразный ритуал перед настоящим серьёзным разговором. Вот и сейчас Ариэль плывёт к нему, тихо огибая знакомые тёмные полипы, похожие на стоглавых змей. Наконец русал очутился на болотистой лесной поляне, где стоял дом из человеческих костей, там же сидел и сам ведьмак. - Кого я вижу! Это же гроза всего морского царства! Мой милый ангел, как спалось? - Насмешливо спросил Алиум, подплывая ближе к другу и готовясь отвечать колкостью на колкость. - Нормально. - Хмуро ответил второй. Ведьмак наклонил голову - так он делал, когда желал прочитать мысли других живых существ, если таковые у него имеются. Увидев только пару фраз, Алиум сразу понял, что дело во внезапной влюбленности. - Я же читаю тебя как раскрытую книгу, парень! От меня ничего не скроешь, забыл? - Задал он риторический вопрос, отходя к окну и срывая лист диковинного растения, чьи ветви пробирались прямо в дом. Он непринуждённо бросил эти листья в ступку и перетёр их, получая тёмно-зелёную жижу. - Пей. - Он протянул стакан Ариэлю и остановился около него. Русал нахмурился, недоверчиво перевёл взгляд со стакана на ведьмака, а с ведьмака вновь на стакан, но ничего не сказал. Молча выпив содержимое, и немного пожмурившись от кислоты, что связала ему рот, Ариэль посмотрел на Алиума печальными глазами, выражая скорбь всех надводных и подводных существ разом. - Какие ещё приключения ты нашёл на свой прекрасный хвост, фламинго? - Что ты мне дал? - Не бойся, это не сыворотка правды. Я и так всё про тебя знаю, моё ты недоразумение. - Ведьмак снова отошёл, но теперь к каким-то ящикам. Достав из самого нижнего толстую книгу, он положил её на стол и сел рядом. - Ну и кто этот несчастный? - Вопросил тритон, открывая книгу почти посередине, и принимаясь водить пальцем с огромным кривым ногтём по странице. - Ты о чём? - прикинулся дурачком принц. - О твоей не взаимной любви, прелесть. Тёмные волосы, острые скулы, чёрные глаза. - Тритон удивлённо вскинул брови. - Да он красавчик! - Ты о том парне, которого я спас? - Парне? Он надводный принц, деточка! В его хиленьких жилах течёт королевская кровь! - А правду говорят, что у людей кровь красная? - старается перевести тему Ариэль. Он слышал это от моряков и давно хотел уточнить, а сейчас подобрался идеальный момент. - Да, правда. Алая, от того что в ней много железа. Но может быть и тёмной, как плоды в королевском саду. Но ты мне зубы не заговоришь, проныра. Скажи лучше, из-за него ты ходишь как полотно? - Полотно? - Ну, белый как простыня. - Ариэль поднял бровь, показывая, что легче от этого дополнения ему не стало. Какие ещё простыни? Какие полотна? Они живут под водой и ничего не слышали про одежду или что-то подобное. Один из них уж точно. - Не бери в голову. - Ведьмак махнул рукой и снова принялся читать. - Так говоришь он принц. Как я? - Немного времени спустя спросил Ариэль. - Лучше. - Не отрывая взгляда от строк, ответил Алиум. Морскому принцу не понравился такой ответ, поэтому он положил свою ладонь на страницу, которую читал ведьмак, призывая обратить на себя любимого внимание. Тритон закатил глаза, но книгу всё же закрыл. - У людей обычно один-два наследника престола. У этого короля только один сын, поэтому он почитается. Все те, кто ему вредят, оказываются либо на виселице, либо за решёткой. Ну, а те, кто ему помогают... - Вознаграждаются? - В точку, розовохвостый! - А почему люди такие не плодородные? - Ариэль плохо оперировал полученными знаниями о надводном мире, но не стеснялся говорить всю чепуху, которая была у него в голове, и которую он считал истинно верной. - Хахаха, глупец. Плодородной бывает земля! Люди рожают мало детей по сравнению с рыбами из-за их природы. Очень редко встречаются там шесть-семь детей за раз. Кто не умеет предохраняться, те, конечно, рожают всех, но выживают лишь немногие. - Предохраняться? - Пробубнил про себя русал, запоминая это слово, чтобы потом переспросить. - Люди не любят своих детей? - спросил он чуть громче. - Любят, конечно, но не так как морские жители. Иметь много детей считается не очень престижным. Их обычно много у бедных семей. Но, как я уже сказал, ненадолго. - Почему? Они их убивают? - Нет, что ты. Маленькие дети погибают от болезней. Первые два года ребёнку на земле не дают имени. Чтобы не привязываться. - Это так противно. - Не совсем. Люди имеют много положительных качеств, которых нет у нас. - Например? - Они умеют очень красиво петь. Танцевать. – Улыбаясь, перечислял ведьмак. - Вкусно готовить, играть на музыкальных инструментах, обнимать, целовать, ну и... Ты знаешь. - Алиум вдруг замолчал. - Ты про секс? - невинно спросил Ариэль, лишь смутно понимая значение этого слова. Русалки и тритоны размножались по-другому. - Да, да про него. А ты откуда...? - Моряки болтают всякое. Тут разговор невольно прервался, к ведьмаку постучались. Он попросил Ариэля остаться здесь, мол, ненадолго. И не соврал, Алиум вынес клиенту какую-то скляночку с темно-фиолетовой смесью и вернулся на своё прежнее место. - Так значит, хочешь посмотреть? - Куда? - Под хвост рыбы-пилы! На земную жизнь конечно! Не строй из себя дурака. Как только ты приблизился к моему дому, я сразу учуял твою тоску по этому принцу. Желаете ножки, ваше морское высочество? - А можно? – колеблясь, спросил Ариэль. - Конечно можно, деточка! Но только ночью. - Почему? - грусть прозвучала в его голосе. - Потому что за любую магию нужно платить! Скажи спасибо, что я не моя дальняя родственница, и голос у тебя не забираю! - Голос? - принц невольно схватился за горло. - А ты думал ты один такой умный? Куча рыб до тебя и столько же после влюблялись, и будут влюбляться в людей. И идти на всё, лишь бы вновь увидеть их. Я поступаю очень лояльно по отношению к тебе, мой милый. - Ведьмак отошёл в другой угол комнаты, собирая со стен всякую живность и складывая её в банку. - В отличие от всех остальных, тебе будет очень приятно ходить по земле. Когда твой хвост превратится в две очаровательные ножки, ты не будешь ощущать острые мечи, пронзающие твои ступни при каждом шаге. Да, первое время ты будешь чаще падать, чем ходить, но это лишь от непривычки. - Алиум перешёл теперь на растения, складывая в банку листья различных цветов. - А это не больно? - Пугаясь самого себя, уточнил русал. - Мне будет, тебе - не думаю. - Спокойно ответил тритон, принимаясь растирать собранные ингредиенты. - Почему тебе будет больно? - Это зелье я должен буду приправить своей кровью. Потемнело, должно быть, корабль. Громыхнуло что-то на поверхности. Ариэль задумчиво уставился наверх. "Шторм? Снова?" - подумал принц. - Похоже на то. - Вслух ответил ему ведьмак. Затем он внимательно посмотрел на Ариэля. - Знаешь, это зелье я буду готовить один день и одну ночь. На закате следующего дня оно будет готово. Получив его ещё кипящим, окрашенным ярким зелёным цветом моей и твоей крови, ты должен будешь незамедлительно подняться на поверхность и выпить его до последней капли, пока не зашло солнце. В эту же ночь, твой хвост превратиться в ноги, а между ними появится... кое-что. До рассвета ты сможешь ходить по земле. Но не отходи далеко от океана, иначе ты рискуешь обратиться обратно в русалку прямо посреди улицы. И люди сделают из тебя игрушку. Ты будешь выступать на ярмарках, и тешить народ. Ты понял меня? Солнце - твой главный ориентир. Повтори. - Солнце - мой главный ориентир. - Хорошо. Теперь плыви наверх, наслаждайся штормом, я знаю, как ты любишь плавать в грозу. Но приходи ко мне, помнишь когда? - На закате следующего дня. - Молодчина. Отчаливай уже, сил моих не осталось с тобой нянчиться. Ариэль, вдохновленный словесным пинком под хвост, поднялся на поверхность в считанные секунды. Молнии разрезали вечернее небо, крупные капли дождя нарушали спокойную гладь моря, поднимались пока ещё маленькие волны, а ветер задувал порывами в заостренные уши морского принца. Но что-то отвлекло его от созерцания этой поистине прекрасной картины. Точнее кто-то. Так вышло, что русал всплыл близко к берегу, поэтому обычному человеку не составило труда доплыть до него. Доплыть и одёрнуть за плечо, чего Ариэль, конечно же, не испугался (испугался, и очень сильно на самом деле). - Здравствуй! - радостно поприветствовал его надводный принц. - Здоровей видали. - Недовольно буркнул русал. Но тут же опомнился. - Тебе нельзя быть в воде в грозу! Ну-ка вылезай! Ради этого я тебя спасал? - запричитал он, пока тащил принца за шкирку, как в тот раз. Сам же представитель голубых кровей довольно улыбался, не желая прерывать гневную тираду этого морского чуда. Когда они, наконец, оказались на берегу, выяснилось, что принц бросился в воду, в чём мать родила. Не представляя себе, что значит смущение, Ариэль спокойно разглядывал причиндалы принца, которые съежились от холодной воды. - Это что? Ты чем-то болеешь? - спросил русал, не отрывая взгляда. - Это? - насмешливо переспросил принц, наслаждаясь чужим вниманием. - Это всего лишь мой член. У русалок такого нет? - Я русал, а не русалка! - зло прошипел Ариэль, а принц рассмеялся, прекрасно зная, что такое название бесит его собеседника. - И у русалов, - специально выделил он голосом это слово, - как и у тритонов, сирен, медуз, рыб и так далее нет этого. - Ариэль неопределенно махнул рукой в сторону принца, показывая, что не запомнил, как это называется, или же не захотел запоминать. - А как тогда вы…, ну, спите друг с другом? - С трудом формулируя предложение, спросил принц. - Спим? Чтобы спать, нам не нужны какие-то странные кожаные мешки. Должно быть, это мешает ходить. - Предположил русал и дернул хвостом, от чего брызги солёной воды разлетелись в стороны. Принц снова рассмеялся и принялся натягивать одежду на ещё мокрую кожу. Она неприятно липла к телу, но это всяко лучше, чем сидеть голым на берегу моря, да ещё и в грозу. - Я имел в виду секс. - Закончив одеваться, принц присел на песок, рядом с русалом, подгибая ноги под себя, чтобы не замочить их. - Секс? Размножение, то есть? - спросил Ариэль и ещё раз хлопнул хвостом по воде. - Прошу, перестань так делать! - Возмутился принц. - Ну да, можно и так сказать. - Я не управляю своим хвостом, прости. Мы не создаём семей в человеческом понимании. - Ответил русал и откинулся на песок. Песчинки и мелкие камни больно впились в его кожу, но это было такое новое и от этого прекрасное ощущение, что он не одернулся. - Но как-то же ты появился на свет? - Да, вылупился из икринки. - Серьёзно ответил Ариэль, продолжая лежать на спине. Принц вдруг очень громко и неприятно рассмеялся. Успокоившись, он прилег рядом. - Вылупился? Как птица? - Ещё посмеиваясь, спросил он. - Как рыба, дурень. Только чуть иначе. У обычной рыбы несколько тысяч икринок, когда как у тритонов их максимум двадцать. - Двадцать детей? Ужас, чем же их кормить? - Мы сами кормимся. Водорослями в основном. Иногда попадается утопленник. Но мы стараемся этим не злоупотреблять. Говорят, человеческая плоть вызывает зависимость. Хотя неудивительно, она такая вкусная. - Ариэль задумчиво облизнулся, и принц смог увидеть его огромные клыки. - Вы. Едите. Людей?! - ужаснулся принц и немного отполз в сторону. - Только по праздникам. - Русал рассмеялся. - Эй, да не бойся. Тебя я есть не буду. Захотел бы, съел уже давно. - Кстати об этом. - Принц прочистил горло, собираясь с мыслями, после такого ошарашивающего известия. - Зачем ты меня спас тогда? - Ты наверняка знаешь, как это бывает. Морское чудище спасает несчастного человека, а потом просит взамен самое дорогое, что у него есть или будет. Угрожая при невыполнении утопить. - И что же ты просишь? - Принц нахмурился. - Встречи. Начнём с простого. - Последнее предложение он сказал чуть тише. - Встречи? Так просто? Мы же сейчас уже встретились. - Да, но этот день закончится вскоре. Мне нужно, чтобы ты пришёл на закате следующего дня прямо на этот берег. Мне нужно, чтобы ты стоял и ждал меня. Не важно, сколько пройдёт времени. Наступит ли ночь, взойдёт ли снова солнце. Ты должен будешь ждать меня здесь. Понял? - Да. - Принц утвердительно замотал головой. - Понял. Можно ещё вопрос? - Давай. - Зачем ты меня спас понятно. Не понятно то, зачем ты меня поцеловал. - Если бы это было возможно, Ариэль бы сейчас залился румянцем с головы до пят. - Так…, русалы проверяют... жив человек или нет. - На ходу он придумал отговорку. В неё, конечно, никто не поверил, но докапываться не стали. - А чем завтра отличается от сегодня? - немного погодя спросил принц. - Завтра будет полнолуние. И закат будет во стократ длинней и ярче. А ночью будет самый сильный шторм за всю историю этого моря. Возможно, затопит ближайшие дома. - Ариэль оглянулся, поглядывая на домики, стоящие так близко к берегу. - Откуда ты знаешь? - спросил принц, внимательно наблюдая за русалом, чей хвост независимо от разговора медленно поднимался и так же опускался. Розовые чешуйки блистали в лучах почти зашедшего солнца, которые еле пробирались сквозь плотные грозовые облака. - Завтра морская тварь станет земной на одну ночь. - Только и сказал Ариэль, после чего замолчал, наслаждаясь громом. Сидевший рядом принц напрягся после очередного раската. Заметив это, русал решил успокоить его: - Ты ведь знаешь, что скорость света быстрее скорости звука? - Что? Звук, как и свет не двигаются, соответственно у них нет скорости. - Сказал принц таким тоном, будто он разъяснял ребёнку самые простые вещи. - Нет, и у того и у другого есть скорость, потому что и то, и другое - волны. - Волны? Что за чушь ты несёшь? - принц заметно повеселел, насмехаясь над "глупостями" русалки. Пусть юноша и не поверил, но Ариэль выполнил свою задачу. Теперь королевское дитя не боялось грозы. - Так как тебя зовут? - спросил Ариэль немного погодя. - Я есть Александр, сын Филиппа II и Олимпиады Эпирской. Единственный наследник престола, будущий правитель Македонии. А за тобой, милая русалка, - он обернулся и указал на город, - Пелла - её столица. - Меня твой титул не интересует. Под водой твои бахвальства ничего не значат, у нас своя иерархия. Я, хочешь знать, тоже принц. Самый младший в королевстве, но скорее всего именно я взойду на престол. - Ты тоже принц? Так вот почему у тебя такой красивый хвост. - Подлиза. Сейчас всем на дне заправляет мой дед, а этот старикашка так просто трон не отдаст. Возможно, из всех моих братьев только я доживу до его естественной смерти. - А сколько живут русалы? - Чуть меньше века, но это зависит от хвоста. - Хвоста? - Ну, здоровья, по-вашему. Как я говорил, хвостом невозможно управлять. Он как часть тебя, обладающая чем-то вроде собственного сознания. Он сам понимает когда тебе нужно плыть быстрее, когда медленнее. Если за ним не ухаживать должным образом, то вскоре он может сыграть с тобой злую шутку. - Какую? - Перестанет делать то, чего ты хочешь. А без хвоста всплыть на поверхность не получится. Без воздуха русалы умирают за месяц-два. - Ты сказал, что твой дед правит. А что случилось с отцом? - спросил Александр. - Один умер, когда я был ещё малышом. А другой... - Погоди-погоди. Один? У тебя их двое что ли? - Принц наклонил голову точь-в-точь как ведьмак, когда читал чужие мысли. Только у человека этот жест выражал непонимание и заинтересованность. - А у тебя нет? - Ариэль скопировал движение головой со своего собеседника и уставился на него. - Один. Одна мать и один отец. – Разъяснял принц. - Так вот как у вас это происходит. А Алиум отказывался рассказывать, наверное, сам не знает, чертёнок. - Поразмыслил вслух русал. - У вас два пола, так? - Принц утвердительно помотал головой. - А у нас, когда русал хочет иметь потомство, он всплывает на поверхность и цапает первого попавшегося моряка. По дороге домой он превращает его в Каликем, а позже начиняет его икрой доверху, которая созревает внутри человеческого тела. Когда икринки вылупляются Каликем становится не нужен, но ему делают предложение: быть русалом до конца своих дней, или погибнуть прямо сейчас, но человеком. Много кто выбирает первый вариант, но те долго не живут. Не первородные русалы не могут до конца адаптироваться к морю и вскоре сильно заболевают. Так было с моим отцом. Есть и второй вариант, когда тебя быстро и безболезненно умерщвляют, а твоё тело скармливают твоим же детям. - А остаться человеком и вернуться на землю никак? - Неа. Никто провожать тебя на поверхность не будет, а одному преодолеть толщи воды невозможно. Ты, конечно, можешь попытаться, тебя никто не держит, но утонуть утонешь, сто процентов. - Как радужно. - Да, не весело. Как будто у вас лучше. - Во стократ. - Фыркнул Александр. - Ну, так просвети меня. - У нас всё проще простого. Мужчина и женщина встречаются, спят вместе ночь. Потом в животе у женщины появляется ребёнок, которого она рожает меньше чем через год. - Одного? Через год? - презрительно переспросил русал. - Ну, иногда двух, трёх. Меньше чем через год. - Ха, нас рождается от шести до пятнадцати в среднем. И икринка созревает за шесть месяцев. - Принц хотел было что-то сказать, даже открыл для этого рот, но аргументов в защиту не нашлось, поэтому он безмолвно его закрыл. - Сколько там живёт твой ребёнок? - решил добить его Ариэль. - Тридцать, иногда сорок лет. - Понуро ответил Александр, осознавая своё полное поражение в этом споре. Русал победно усмехнулся, наслаждаясь своим выигрышем. Гроза незаметно прошла, небо было чистое. Луна была уже высоко и ярко светила, как солнце. Отливая розовым золотом, сияли чешуйки на иногда поднимающемся хвосте Ариэля. Было непривычно ощущать сухие волосы. Они не мешались, не завязывались узлом на шее, не липли к коже. Светлые длинные волосы развивались на ветру. Подобно им двигались и локоны принца, те были короче и темнее. Они казались такими мягкими, что Ариэль не выдержал и запустил пятерню в них. Сначала принц заметно испугался, но вскоре успокоился и прилёг головой на живот русалу, чтобы ему было удобнее гладить его. Шарясь теперь двумя руками, ощущая каждый волосок, пропуская между пальцев пряди, морской принц вдруг ощутил щемящее чувство в груди, будто ему сжали лёгкие. Об этом он не слышал ни от моряков, ни от Алиума. Он догадался сам. "Так нелепо ощущается любовь?" - подумал Ариэль и остановился. - Ты чего? - разомлев под ласками, Александр чуть было не уснул здесь на берегу, на животе у русалки. - Мне нужно на дно. - Он грубо оттолкнул его от себя и подполз ближе к воде. Оказавшись в море полностью, он почему-то остановился. Воспользовавшись заминкой, принц тоже спустился в воду. В одежде. - Мой ангел-хранитель, проверь, жив я или нет. - Горячо прошептал он прямо на ухо Ариэлю и тогда второй ощутил сразу два непривычных ему чувства. То, которое было в день шторма, во время поцелуя, и то, которое не давало дышать пару минут назад. Возбуждение и любовь. Русал оцепенел от того с какой страстью на него набросился Александр. Смутно понимая принцип поцелуя, Ариэль неумело отвечал, выставляя вперёд свои немаленькие зубы. Об один из них принц поранил верхнюю губу, и из ранки тут же потекла тонкая струйка крови. Ощутив её вкус на языке, Ариэль почувствовал кое-что ещё. Голод. Обезумев от этого, русал жутко улыбнулся в поцелуй, перед тем как оставить огромный укус на шее принца. Как ни странно, Александру это понравилось. Он тихо взвыл от боли смешанной с удовлетворением. Схватив Ариэля за волосы, он оторвал его от себя, что было непростым испытанием. Смотря друг другу в глаза, ощущая на своей коже чужое дыхание, оба в один момент поняли, что эта встреча обязательно должна была состояться. Ничто не смогло бы её предотвратить. Руки принца переместились на лицо русала, и он притянул его к себе для ещё одного поцелуя. Тягуче-медленного, с привкусом крови. Последнего на сегодня. Отпрянув, Александр вышел из воды и остановился на берегу. Его одежда прилипла к телу, ветер трепал его волосы, а по широкой шее текла алая кровь. "Алая от железа в ней" - подумал Ариэль перед тем как бросить на прощание: - До завтра, земной принц. - До завтра, морской. - Сказал он в пустоту и упал замертво.