Морская пена

      Тысячи мелких и крупных рыб проплывали мимо, задевая своими плавниками тонкие стебли колыхающихся водорослей. Все жители давно расплылись по своим домам, в городе стало до ужаса тихо. Только Ариэль не спал. Он всё плавал из стороны в сторону, нервно поглядывая наверх. В эту ночь русал много думал. Немного думал о будущем, как он будет ходить по земле, ощущать ногами траву и песок, мерзнуть от холодного ночного воздуха. Немного он думал о принце, который так странно ведёт себя с ним. Зачем ему понадобилось целовать тритона? Это не самое приятное занятие. Кожа на губах у всех морских тварей (у которых, конечно же, есть эти самые губы) склизкая и до жути солёная от постоянного нахождения в воде. Зубов у них гораздо больше, чем у людей, и они сильно мешаются при контакте, потому что созданы для разрывания плоти. Потому что и тритоны и русалы - хищники. Немного Ариэль корил себя за слабость, которой поддался. За то, что укусил земное существо. На самом деле, парень капитально беспокоился за Александра, потому что укус мог и, скорее всего, нанёс юноше непоправимый вред. Ариэль даже пару раз порывался было поплыть назад и удостовериться в полном здоровье, или хотя бы жизни, принца. Но каждый раз останавливал сам себя, боясь увидеть того, из-за которого была затеяна вся эта шумиха с ногами, мёртвого на берегу Эгейского моря. Истекшего кровью. С рваной раной на шее, края которой потемнели и запеклись. Он также боялся приплыть и обнаружить лишь красный песок, свернувшийся кое-где в плотные комки. Он боялся приближаться к этому месту, потому что страшился тех чувств. Ощущения были яркими, острыми, щекотали нервы. Так хотелось повторить всё это, снова ощутить чужую кровь на кончике языка. От внезапно нахлынувших мыслей Ариэль резко мотнул головой. Нет, так больше не может продолжаться. До следующего заката есть ещё время. Морской принц, всё решив для самого себя, поплыл точно вверх. Давление зелёной крови увеличилось, сердце застучало в висках. Преодолевать это расстояние оказалось сложнее, чем раньше. То ли из-за хвоста, который устал скитаться туда и обратно, то ли из-за вечно закрывающихся глаз. Русалы спят меньше людей, но отдых нужен всем. С горем пополам добравшись до поверхности, Ариэль схватился руками за первый попавшийся на глаза камень, торчащий из воды. Отсюда открывался прекрасный вид на весь город и на берег, находившийся у подножья обрыва. Тот самый берег. Совсем рядом с водой лежал человек. Лежал земной принц. Из его широкой шеи на серый песок медленно сочилась кровь, образовывая тёмное пятно под ним. Сердце русала пропустили удар. Мёртв. И он всему виной. Он убийца своей единственной и настоящей любви. Правы были моряки, называя его сородичей морскими тварями. Потому что только тварь может совершить такое с человеком. По серовато-зеленой коже лица угрюмо стекали слёзы, ресницы слипались, а ногти нервно царапали камень. Вдруг раздался шум откуда-то сверху - жители ближайших домиков заметили королевские одеяния. Сначала один тучный мужчина с проблесками седины в бороде спустился по неровному склону наперевес с факелом. Удостоверившись в том, что пострадавший действительно принц, мужчина криком позвал на помощь половину города. Звук был настолько громкий, что, казалось, мог разбудить самого Филиппа II. Как на пожар сбежались все: мужчины, женщины, дети, старики, даже пара собак прибежала. Тот первый мужчина грубо приказал бабам разойтись и забрать с собой всех малышей, мол, нечего им на мертвечину смотреть. Каждое слово долетало до чуткого слуха русала и отпечатывалось у него в памяти. Одно из них ярко засветилось кровавыми разводами. Мертвечина.       Раздавался мерзкий топот ног по песку, разговоры били по ушам. А в голове набатом - Мертвечина. Мертвечина. Мертвечина. Невозможно больше слушать. Это всё сон, всё неправильно, так не должно быть. Неужели? И тут. Так неожиданно, как стук в дверь поздно ночью. Так быстро, как молния озаряет своим светом вечер. Так слабо, как умирающий вельможа сжимает чужую руку. Принц вдруг дернул указательным пальцем правой руки. Потом снова, чуть увереннее. Вскоре задергались все пальцы. Открылись глаза, сердце вновь погнало кровь, лицо потеряло синеватый оттенок. Из раны новым поток полилась алая жидкость, Александр закашлялся, чем привлёк внимание собравшихся здесь мужиков. Они испуганно подхватили его на руки, на ходу пытаясь остановить кровь. Понесли куда-то в город, возможно к врачу, или сразу во дворец. Залаяли собаки, закипела в городе жизнь. А у русала лёгкая, вымученная улыбка на устах.

Живой.

       Ждать больше не было сил. Совсем недавно взошло солнце, согревая своими лучами поверхность моря. Теперь нужно было дождаться его захода, но терпения не осталось. Русал поплыл сейчас, огибая знакомые водовороты. В доме было тихо. Никаких признаков присутствия ведьмака или кого-то другого. Ариэль нахмурился и решил поискать Алиума в роще скелетов, где ведьмак любил бывать. Тритон и вправду слонялся там, подбирая с трупов украшения и доспехи. - Эй, проклятая селедка, на кой чёрт тебе сдались эти ржавые железки? - Окликнул его русал. - И тебе привет, креветка. Эти, как ты выразился, "железки" нужны мне для продажи. Некоторые торговцы высоко ценят и эти камушки, - он покрутил в руках изумрудное ожерелье, - и эти груды металла. - Он мотнул хвостом в сторону одного из скелетов. - Как же твоё зелье? Уже не нужно готовить его один день и одну ночь? - Поинтересовался вновь Ариэль, подплывая ближе и принимая половину награбленного. Алиум же взял в освободившиеся руки пару нагрудников. - Ах, зелье. Да, да, оно уже готово. Оказалось, что я перепутал рецепт. Совсем стал старый, ничего не помню. Я приготовил его почти сразу, как ты ушёл. Но остался последний ингредиент, без которого ничего не сработает. - Оба медленно поплыли в сторону дома. - Какой? - Слеза счастья твоей истинной любви. Имеется такая? - Русал утвердительно мотнул головой, а в мыслях всплыл недавний поцелуй. Такое, конечно, не скрылось от проникающего взора ведьмака. - Горячо. - Только и заметил Алиум перед тем как войти в дом. - Как же мне тогда поступить? - Нахмурился Ариэль. - Как как, хвостом кверху. Этот твой Александр боится щекотки? - Не знаю. - Что ты будешь делать с этой молодёжью. - Тритон безрадостно всплеснул уже свободными руками. - Истинная любовь, а боится ли он щекотки, не знает. Значит, развивай в себе бесподобного комедианта. - Это как? - Алиум тихо и неразборчиво выругался. - В твоём случае, - сказал он, наконец, с нескрываемой усталостью, - никак. Разберёшься на месте. Что я нянька тебе в конце-концов? - Ведьмак растолкал по ящикам всё награбленное добытое честным трудом и достал зелье. Это была густая, но всё же жидкость, яркого светло-зелёного цвета. Находилась она в прозрачной, прочно закрытой баночке. - Держи. Только аккуратно! Если туда попадёт хоть одна маленькая капля морской воды, то вся моя работа была напрасной. - Предостерег он. - Кроме слёз счастья больше ничего не нужно? - Пристально рассматривая баночку, спросил русал. - Твоя кровь, конечно же. Как, по-твоему, зелье привяжется к тебе? Или ты желаешь каждый раз перед походом на землю выпивать по такой банке? Я лично заново готовить это не собираюсь. Из-за тебя, кстати, я потратил свои драгоценные силы. Теперь восстанавливать мне их до следующей зимы! - Ну, прости. Ты сам предложил мне, не понимаю этих претензий. Я даже не знал о том, что можно так просто обратиться в человека. - И никакого тебе спасибо. Если не хочешь, то это зелье я запросто могу продать кому другому. - Ведьмак вырвал баночку из рук Ариэля. - Продать, рыбёшка, продать! А не отдать просто так вдруг ставшему мне совершенно незнакомым ребёнку морского царя! - Тритон бережно прижал к себе банку и повернулся спиной к своему собеседнику. - Ладно, ну что ты как дитё малое! - Русал , скрестив руки на груди, обогнул Алиума с правого бока и оказался лицом к лицу с ним. Тот вновь отвернулся. - Честное слово, ты ведьмак или где? - Возмутился юноша. Результатов это не дало, поэтому Ариэль закатил свои неестественно большие глаза, радужка которых занимала почти всё глазное яблоко. - Хорошо. Спасибо. - Чуть слышно пробормотал он. - Что, что? Я не расслышал. - Всё таким же обиженным тоном сообщил тритон. - Спасибо тебе, о величайший из морских ведьмаков, за сие чудесное средство, позволяющее мне, простому смертному, быть со своим возлюбленным, пока нас не разлучат первые лучи солнца! - С чувством, прижав правую руку к груди говорил русал, зажмурившись для большего эффекта. Открыв глаза, он надеялся на бурные овации, но, не услышав оных, оскорбленно пожал плечами. - Переигрываешь, милочка. Но так уж и быть. - Теперь уже повернувшийся тритон протянул руку с банкой навстречу морскому принцу. - Слишком дорого ты мне обходишься. Надо сказать твоему отцу о повышении платы за мою работу. - Мой отец тебе платит? - Получив зелье обратно, русал выгнул одну бровь. - Конечно! Ты думаешь, я бесплатно с тобой вожусь? Это он мне отстегивает каждый месяц по шестьдесят ракушек, за все лекции, что я тебе читаю. - Шестьдесят? Это я так мало стою, или это ты так продешевил? - Насмешливо поинтересовался он. - Не умничай, форель. - Ведьмак не нашёл подходящего ответа, поэтому решил надавить авторитетом (что давно уже не работало) и сменить тему разговора. - Ты в таком виде собираешься на землю? - Нет, консерва, у меня будут ноги. Забыл? - Тряся перед носом Алиума банкой с зелёной жижей, спросил русал. - Я про твои волосы. - Отмахнувшись от собственного изделия, уточнил тритон. - А что не так с моими волосами? Я расчесываю их каждое полнолуние. - Гордо задрав нос, похвастался он. - Их надо состричь, никто на земле так не ходит. Все мужчины носят короткие стрижки. - Что за бред? Зачем? - Все они либо воины, либо готовятся ими стать. А в бою противник может схватить тебя за длинные патлы. - Тритон запустил пятерню в волосы Ариэля, крепко сжимая их в кулаке. Юноша зажмурился и наклонил голову в сторону руки. - Я понял, понял! - Ведьмак разжал пальцы и убрал руку. - Ну и дурацкие же законы на этой земле! - Заключил русал и потер поврежденное место. - Это ты ещё не знаешь воздушных! Там полный хаос. - В воздухе тоже живут люди? - Ещё как! Ты думал, только лишь две среды обитаемы? Нет, мой дорогой и наивный друг. Такие как мы живут везде. Даже под землёй. У каждого свои приспособленности к окружающей среде. У нас - хвосты, у людей - ноги, у авесов - крылья, у талпасов - широкие ладони, позволяющие им копать тоннели. И это только те народы, которые известны мне. А сколько их за пределами моего знания? Тысячи? Миллионы? Бесконечность? Может быть. Очень может быть. Только ты смотри, Ари, не влюбись случайно в одного из двух других народов. В них из русала превратиться крайне тяжело. - Ладно, я попробую. - С насмешкой сказал морской принц. - Уж сделай милость! - С укором посмотрел на него ведьмак. - Можешь дать мне на время что-нибудь режущее? - Спустя некоторое время спросил Ариэль. - Нет. Я тебя знаю, чувырлу. Ты мне потом это что-нибудь никогда не вернешь! Обойдешься зубками, они у тебя остренькие. - Ответил он, заранее зная все мысли русала. А подумал он о ритуале, завершающем зелье. Нужна его кровь, но её нужно достать, а чем это сделать было непонятно. Ещё было непонятно, что добавлять в зелье первым - свою кровь, или слёзы счастья Александра. - И предвосхищая твой вопрос, - ведьмак придирчиво разбирал награбленные украшения, изредка прищуриваясь, - сначала слёзы, потом кровь. Особой разницы нет, но могут быть странности. Рецепт очень капризный. - Какие странности? - Ну, например, твои ноги могут случайно поменяться местами. Или же ты можешь обратиться, но не полностью. - Ведьмак подплыл к одному из многочисленных ящиков и выудил тонкую металлическую палку с одним острым концом. Вернувшись к ожерельям и браслетам, он принялся аккуратно отковыривать драгоценные камни. - Это как? - Скажем, ноги-то у тебя будут. Но сможешь ли ты дышать одним только воздухом, другой вопрос. Поэтому будь осторожнее и мудрее. А ещё лучше дай-ка мне вон тот камень. - Ведьмак кивнул в сторону средних размеров камня с гладкими краями. Довольно увесистый. Получив инструмент, ведьмак впихнул тонкую палку между драгоценным камнем и неказистой оправой. А другой рукой как следует шарахнул камнем по тупому концу палки. Браслет тут же разлетелся в щепки, а на столе остался лежать красивый рубин без единой царапинки. - Мастерство не пропьешь! - Похвастался тритон и передал камень обратно. А рубин он тщательно завернул в какой-то коричневый листок и убрал в один из нескончаемых ящиков. - Я понял тебя. Экспериментировать только на свой страх и риск. - Совершенно верно, мой розовохвостый друг! Кстати об экспериментах, давно ты видел своего отца? - Третьего дня, а что? - Этот увалень недавно выдрал все чешуйки у королевского повара. Говорит, что прислуге не положено их иметь. Представляешь себе? Совсем свихнулся ваш папаша. - Ну, он никогда не отличался умом и сообразительностью. А при чём тут эксперименты? - Недавно в королевстве завелся знахарь. Пришёл весь аккуратненький, чистенький, ничего за душой! А как складно поёт, заслушиваюсь. Прямо от сюда слышу эти его визги! Терпеть я его ненавижу. Ну так этот самый знахарь, который представился как Секундус, стал промывать мозги твои братикам. Да, да, взялся за самое слабое звено. Ну, эти пятеро оболдуев развесили свои заострённые уши, и, конечно же, поверили во всю ту чепуху, что он там говорил. В том числе, что чешуя и хвосты давно вышли из моды. А королю он сказал, что наоборот, чешуя есть самое лучшее в подводном мире. Что она высоко ценится, и носить её могут только привелегированные части рыбьего общества! Только дед ваш пока держится, не сдаётся. Все остальные в ярости убивают своих друзей за чертову чешую, которая как базовая комплектация должна быть у всех! В королевстве царит анархия. Точнее, скоро будет, если никто не вмешается. - Русал от услышанного потерял дар речи. То есть, пока он переживает самый ответственный момент в своей жизни, они там развлекаются? Без него сдерают чешую друг с друга? И как он мог пропустить такое шоу? - Да. Надо сплавать. Вещички забрать. - Ехидно посмеиваясь, ответил Ариэль и покинул дом ведьмака.