Игра или истина?

В комнате для допросов стояла тишина. Двое мужчин молча смотрели друг на друга. С любопытством, оценивающе. Джейн положил руку на стол и принялся постукивать по нему пальцами, внимательно разглядывая задержанного. Бобби в ответ прищурил глаза, так же положив на стол руки и переплетя пальцы. -Вы интересный человек, мистер Эванс, - наконец произнес Патрик. -Можете называть меня Бобби, - дружелюбно отозвался парень. -Хорошо, Бобби. Итак, - консультант чуть подался вперед. – Что же вы можете сообщить о Кровавом Джоне? Бобби расхохотался. -Знаете, именно такой реакции я от вас и ожидал. Вы смотрите на меня, как кот на мышь. Или, если угодно, как нарик на кокос. -Сами баловались наркотиками? – мягко спросил Джейн. – Или просто сленга наслушались? -Вы же экстрасенс, вы и скажите, - Бобби шмыгнул носом и улыбнулся. -Что ж, тогда скажу, что вижу перед собой обычного неудачника, - спокойно ответил Патрик. – Ты был маленьким, изнеженным маменькиным сынком, пока за твое воспитание не взялся отец. Он отправил тебя в армейскую школу. Там-то и научился стрелять. Но вы с матерью возненавидели отца, потому что он растранжирил все состояние твоей матери. Пришлось вам зарабатывать на жизнь самим: тут-то и пригодились твои навыки по стрельбе. Бобби провел рукой по волосам и тихо заметил: -От вас я и не ожидал меньшего. Как вы узнали? -Ты Бобби Эванс. Твоя мать – Диана Доулман-Эванс, но она предпочитает называть себя миссис Доулман, не желая упоминать фамилию ненавистного мужа. Наверняка она вышла замуж молодой и наивной, по большой любви. Но ее мужа – твоего отца – интересовали лишь ее деньги. Пока ты служил, он тратил ее состояние и твое наследство. Из твоего кармана выглядывает платок с инициалами Д.Д.Э. Такое любят обеспеченные люди. Это ее платок, верно? На тебе домашний свитер, ручной вязки. Жены у тебя нет, значит, его связала мать. Извини, конечно, Бобби, но нормальный мужчина не наденет это серо-буро-малиновое чудо. Значит, этот свитер тебе дорог как напоминание о матери. Плюс, миссис Доулман была в числе наших подозреваемых, и в одной из комнат на двери наклеена буква Б. Полагаю, это твоя комната? Наш агент не обнаружил тогда никаких твоих фотографий, вообще никакого упоминания о тебе. Твоя мать умна. Но все же… Почему убийства, Бобби? Твоя мать стала брокершей, она заселяла людей в тот роковой дом, а ты убивал их. За городом, чтобы в убийствах могли обвинить кого угодно. Ты забирал их деньги, драгоценности, все, что можно было унести. Но потом твоя мать снова приводила людей в тот дом… -Мать получала свой процент от новых сделок, - тихо признался Бобби. – Она не знала, что я их убиваю. Я придумал это, чтобы обеспечить ее. Отец не оставил нам ни гроша, а мать всю жизнь была домохозяйкой и привыкла жить, ни в чем себе не отказывая. Она просто не прожила бы на свою зарплату. -Но почему именно тот дом, Бобби? Вам чем-то не угодили хозяева? -Мне, - с нажимом произнес парень. – Мать здесь ни причем. -Сомневаюсь, - покачал головой Патрик. – И все же… почему именно тот дом? -Мэнди Уолкерс, - проговорил Бобби. - Она живет как раз напротив. -Старушка? Главная сплетница округи, понятно. Она всегда знала, кто, что и когда делает. Она знала, когда люди уедут за город, чтобы можно было тихо и без свидетелей избавиться от них. Сколько она запросила –двадцать процентов? -Сорок пять, - задержанный сжал кулаки. – Сорок пять процентов от общей выручки. Проклятая старуха. Поначалу просила пятьдесят процентов. Консультант странно посмотрел на него, передернул плечами и встал. -Мы закончили, - произнес он, обращаясь к черному стеклу позади себя. – Чо, можешь предъявлять обвинение. -Разве вы не хотите знать о Кровавом Джоне? – встрепенулся Бобби. – За эту информацию мне могут уменьшить срок! -Но ты ведь не владеешь никакой информацией, друг мой, - устало выдохнул Патрик, отряхивая пыль с брюк и делая шаг к двери. -Почему вы так уверены? Джейн обернулся и смерил паренька пристальным взглядом. Глаза его вмиг стали ледяными. -Ты для него - мелкая сошка, - медленно произнес консультант. – Слишком маленькая рыбешка, мелко плаваешь. Кровавый Джон на тебя даже не взглянет. Ты, вероятно, читал обо мне. Не скрою, моя печальная известность очень огорчительна. Когда тебя арестовали агенты КБР, ты вспомнил обо мне. Мне, конечно, лестно, но ты оторвал меня от полуденного чая. Я весьма расстроен. -Я просто хотел увидеть родственную душу, - настойчиво возразил Бобби. – Вы тоже потеряли самое важное в жизни. -Ты ошибаешься, - холодно парировал консультант. – Ты потерял деньги, а они для меня не важны. -Но вы, как и я, не можете вернуть то, что потеряли, - настаивал парень. -Не могу, - согласился Джейн. – Но я все же продолжаю жить. -Ради мести, как и я! -Твоя месть невинным людям – ничто по сравнению с моей. К тому же, у меня появилась новая цель. Теперь я живу не только ради мести, но и ради любви. Консультант резко отвернулся, дернул на себя ручку двери и обратился к ожидающему его в коридоре Чо: -Кимбэлл, можешь предъявлять обвинение. А Ригсби с Ван Пелт пусть арестуют миссис Доулман и Мэнди Уолкерс. -Я отправлю других агентов, - возразил Чо. – Ван Пелт и Ригсби уехали в другое место. А тебя в машине ждет Лисбон. -Что? – удивился Джейн. – Почему? Он замолк, как только увидел приближающуюся к ним брюнетку. На Лисбон не была лица: она была бледнее, чем обычно, одета кое-как: мятый пиджак поверх летней майки. Волосы выбились из хвоста, помада чуть смазалась. Губы ее были сжаты в тонкую линию. -Что с тобой? – встревожился консультант. Когда он уезжал, Лисбон выглядела вполне нормально. Что случилось? -Это Кровавый Джон, - непривычно резко сказала Тереза. – Мы нашли его.