Страшно отдавать свою жизнь другому?

— Что ты сказал? - переспросил Ларри, окинув Фишера недопонимающим взглядом. Но в ответ получил лишь молчание и виновато опущенные в пол глаза. Джонсон спросил ещё раз, потом ещё, но Сал молчал. Благодаря этому не сложно понять, что все таки он все правильно услышал. — Ты с ума сошёл!? Зачем? Фишер наконец поднял голову, его глаза снова запылали, он громко и чётко произнёс: — Чтоб спасти тебя. Ларри несколько минут просидел молча, ему просто нечего было сказать. В голове с каждой секундой появлялось все больше и больше вопросов, на которые он сам пытался найти ответы. И единственное, что пока понял - Сал не шутит и всерьёз хочет стать его донором. Джонсон протянул руки, обхватил ими шею Фишера и обнял. А прижимая его к себе, спокойным голосом сказал: — Не нужно идти на такие жертвы. Я не смогу жить, зная, что ты умер ради меня. Лучше уж я просто доживу эти несколько дней, да и хватит мне. — Нет! Ладони Джонсона уперлись в чужие плечи, он немного отодвинул от себя Сала и взглянув ему прямо в глаза, продолжил свою мысль: — Я очень люблю тебя и простил бы все на свете. Но этого я никогда не прощу ни тебе, ни себе. Буду всю жизнь проклинать нас обоих. Себя за то, что позволил тебе спасти свою шкуру, а тебя за то, что связался со мной. Ты достоен лучшего, чем этот ад рядом со мной. Он же был психологом, поэтому пытался воспользоваться своими умениями. Старательно скрыв тот шквал эмоций, вопросов, который бушевал внутри, пытался спокойно донести свою точку зрения до Сала, профессионально переубедить его и заставить отказаться от операции. Ларри хоть и взрослый, умный, находчивый, но здесь явно окажется проигравшим. Сал со стороны сейчас выглядет так, будто понял каждое сказанное ему слово и готов прямо сейчас бежать отказываться от операции. А так же на целую лекцию, которую ему провёл Ларри, он ответил краткое: «Хорошо.» Теперь Джонсон спокойно выдохнул, ведь у него получилось переубедить любимого. Но так ли это на самом деле? Нет, у него ничего не вышло. Он попросту проиграл, хоть и считал себя победителем. Все его слова Сал пропустил мимо ушей. А пока Ларри ему все это рассказывал, успел придумать, что делать дальше, как остаться донором, сохранит назначенную операцию, но только чтоб теперь это было тайной. В девять часов, когда Ларри уже нужно было ложиться спать, Сал собрался уходить обратно в гостиницу. На последок ему поступил вопрос: — Ты откажешься быть донором? — Да, конечно. - ответил на него он и ушёл. Но не домой, а в первый кабинет. Там он застал Откина, который уже собирался идти домой. Не проронив ни слова, парень сел на диван в его кабинете и только потом с серьезным выражением лица спросил: — Можно отложить операцию? Доктор некоторе время смотрел на него с удивлением, а потом ответил: — Смотря на какой срок. — Всего на день. То есть провести ее на день позже. И желательно, чтоб Ларри подписал все нужные бумаги уже завтра. — Узнал? - Откин догадался о причине такого поступка. — Да. Так можно? — Хорошо. Только вы помните... — Что в день операции у вас уже должен быть мой труп. Помню. - перебил его Сал и направился к выходу из кабинета. Он решил, что завтра утром сообщит Ларри об отмене операции. В течении дня будет отходить на полчаса - час, попросит кого-нибудь названивать ему через короткие промежутки времени, а вечером сообщит любимому о новом, найденом только что доноре. Все его махинации как раз для видимости поисков этого донора. А для большей правдоподобности он перенёс операцию.