Призма повседневности.

Медведева бьет кулаками по льду, сбивая костяшки в кровь. Некогда нежная кожа, покрылась трещинами. Колени, бедра покрыты синяками. Выпирающие ключицы и торчащие ребра, кажется, она снова забыла поесть. Все дни убивали своей монотонностью. Лед. Зал. Лед. Сон. И так по кругу. Девушка, в сотый раз проклинала квады, Орсера, федерацию и свои амбиции. Она сдавала. Контрольные прокаты начинались через неделю, а ее контент не отличался стабильностью. Подъехав к бортику, берет салфетницу. Дисплей неон бьет по глазам, сигналя пропущенными уведомлениями. Судорожно приглаживает волосы собранные в хвост. -Медведева! — Карие глаза, душили нежностью, в то же время в них читались упрек и осуждение. -Ты обещала сегодня закончить максимум в шесть! -Я тоже рада тебя видеть. -Девушка смеётся, обнимая себя руками. -Жень, я серьезно. Не понимаю куда твой Орсер смотрит, -Женщина хочет еще много чего сказать о ее насилие над своим организмом, но у них договор, не обсуждать тренировочный процесс. Тяжело вздохнув продолжает.- Сколько сегодня заработала синяков, камикадзе? -С каждым днем их остается все меньше.- Для большей убедительности даже головой покивала.- Как проходит твой день? -Оу, сегодня получила цветы, что сказать, становлюсь все популярней и популярней. И подпись там такая примечательная. -Правда? Расскажешь? -«Камикадзе, всегда бдит.» — Этери счастливо смотрит в монитор. Вот ее Женька, такая маленькая, исхудавшая, одинокая. Женщина видит как ей тяжело. Жанна уехала обратно в Москву, оставив дочь развивать самостоятельность, она развивала, забывая поесть, а иногда и поспать. -Какие сумасшедшие у тебя фанаты.- Девушка опускается на лед, устало потирая ладонью лицо. -Ну, и что, это, Жень? -О чем ты? -Я о твоих руках. Женька, за тобой нужен уход как за ребенком, каждый день когда я тебя вижу, мне хочется приехать к тебе и отчитать.- Глаза полны невысказанной любви. -Так приезжай…- Ручейки слез, бегут по щекам. -Не могу, медвежонок, знаешь же, что не могу. -Голос дрожит. -Прости мне пора. Такси. Связь обрывается. Казалось, между ними уже столько произошло, и их соединяет, далеко не та тонкая красная нить, впопыхах завязанная в аэропорту. Их отношения окрепли. Они научились понимать друг друга не видя. Просто по сообщению. Они научились проживать череду разлук. Научились проходить через поражения, взлетая на победах. Научились ловить каждую секунду проведенную вместе. Научились хранить тепло проведенных вместе мгновений. Но сейчас все не клеилось. Женя слишком уставала на тренировках, загоняя себя. А Этери не могла больше с ней бороться. Лед, для Жени Медведевой- жизнь. Она всегда боролась с собой, боролась за прыжки, за элементы. Всегда кому-то что-то доказывая, маме, Тутберидзе, миру, Орсеру, себе. И вот перед Женей новый вызов. Квады. Тот самый четверной сальхов, который она начинала учить, когда выиграла свой первый чемпионат мира. Теперь был ее навязчивым желанием. Мечтой. Покидать лед не хотелось. Но Этери права. Нужен отдых. Улыбчивый бариста вручает ей латте на миндальном молоке без сахара. Желудок сжимается в спазме. Кажется это первое, что сегодня в него попало. Квартира встречает оглушительной тишиной. Девушка открывает все окна, вдыхая полной грудью. Она устала. Ей нужно просто поспать. А завтра она снова выйдет на лед и докажет всем, что это все не зря. Отправляет сообщение Тутберидзе, желая хорошего вечера и засыпает так и не дождавшись ответа. *** Наверно, там где ты идёт снег. А я обычный житель мая. Но все равно завидую тишине. Что тебя обнимает. ***