aperitif

***       — иногда важно делать это быстро, — сокджин косится, с нескрываемым восхищением следя за тем, как его отец хватает гусыню за горло и волочит её на деревянный стол.       — они будут сопротивляться, — говорит мужчина. птица быстро и неистово хлопает своими крыльями, пронзительно кричит, когда замечает нож, сверкающий под тусклыми лучами утреннего солнца. сокджин хихикает, ловя оторвавшееся перо и морщится, когда оно мягко щекочет его кожу.       — они будут делать всё возможное, чтобы выбраться, поэтому ты не смеешь допускать осечки. осёкся — и ты упустил их, осёкся — и ты проиграл, — отец одним быстрым движением опускает нож книзу, даже не отводя взгляда от животного, когда лезвие прорубает шею насквозь. сокджин наблюдает, как голова скатывается со стола и ударяется об холодную землю их заднего двора, оставляя тёмный след от малиновых брызг на белом снеге. — понял, сын?       — да, папа, — шепчет сокджин, кивая, и выставляет напоказ широкую беззубую улыбку ликующему мужчине.       — хорошо, — произносит отец, смягчая грубый голос, и взъерошивает волосы сокджина. — теперь. пробуй ты.       он протягивает нож сокджину, который тотчас перенимает его в свои руки, и не то, чтобы предчувствие — нечто большее заставляет его потревожиться, когда отец кладёт ещё одного гуся на стол. эта птица также неистово брыкается в отцовских руках, пытаясь вырваться на свободу. сокджин наблюдает за её усилиями. выжидает.       — всё дело в инстинкте, — говорит отец, внимательно следя за действиями сокджина. — сильный подчинит слабого. это естественно. ты понимаешь, не так ли?       — да, папа, — вновь легко соглашается сокджин, даже не отводя взгляда от удушающей хватки мужчины.       — тогда сделай это, — говорит отец, кивая в сторону животного — в сторону жертвы, — не допусти осечки.       и сокджин не допускает.