Сквозь пространство и время. Часть 2

      Порой жизнь преподносит сюрпризы, о которых никто не просил и само их существование равноценно черте, где заканчивается ненавистное, а для кого-то самое счастливое время под названием «детство». Глаза перестают глядеть на мир сквозь яркую призму. Меняется сознание, и приходит горькая истина, что время не жалеет абсолютно никого. Для него все равны, будь ты даже самым сильным или слабым.       Тем утром Асура как обычно пряталась в густой листве клена, растущего на отшибе деревни. Свисавшие по бокам прядки покачивал теплый ветерок. Лицо выражало вселенское спокойствие, которое, казалось, не могло нарушить ни одна война во вселенной. До слуха долетали детские крики и звон разбивающейся посуды — уже пятой за сегодня. Девушка не могла сдержать улыбки, представляя, как глупый-глупый Рюу пытается сохранить равновесие с глиняной тарелкой на голове, возвышаясь на худеньком пеньке. И она когда-то мучилась с подобными тренировками, когда напросилась в ученицы к своей ка-сан.       «Терпение и еще раз терпение. Ты должна найти гармонию с эмоциями и внутренним демоном».       Ей удалось пройти через все круги ада, чтобы стать той, кем она является сейчас. Теперь настала пора младшего поколения, не менее шебутного и вредного. Желание Изанами воспитать их, направить необузданную энергию в нужное русло нашло огромный отклик в их семье. Асура всецело поддерживала мать и обожала проводить с ней время в окружении сирот. Иногда к ним заглядывал Нагато, что в последнее время стало не редкостью, а скорее обыденной вещью.       Дела в Резиденции шли полным ходом — Асура почти перестала видеть Саске, всё время он проводит с отцом или в дипломатических миссиях. Работяга, что тут сказать.       Свои миссии отошли на второй план. Асура хотела как можно больше времени проводить рядом с ка-сан. В первое время мало кто верил в происходящее, но Изанами действительно стала другой. Отложив бремя Лидера, всю себя она отдала семье и приюту, где ее присутствие создавало особую атмосферу. Уже с первыми лучами солнца у калитки дожидалась Момо, засовывая нос в пространство меж дощечек. Когда из-за пригорка показывалась светлая макушка, девочка выбегала навстречу и каждый раз выкрикивала «Иза-чан». Ради таких моментов стоило терпеть выпады судьбы, и на душе становилось теплее, когда поздно вечером домой возвращалась счастливая ка-сан.       — Су, пошли обедать!       Разлепив правый глаз, девушка бросила взгляд вниз, на машущую ка-сан, под руку с которой мялась Момо. На голове у девчушки была нахлобучена связанная шапочка с длинными косичками. Бесформенный свитер давно выбросили, как и всю потрепанную одежду, в которой ходили сироты. Первым делом Изанами позаботилась, чтобы у детей появились новые вещи, игрушки, ну и конечно же книги, так нелюбимые Рюу. Теперь Момо щеголяла в нежно-голубом сарафане и новенькой обувке. Шапка к образу принцессы ну никак не шла, однако девочка наотрез отказалась расставаться с подарком «Изы-чан». Всё же первый опыт в вязании, хоть немного и косой.       «Старушка ты моя!» — имел неосмотрительность воскликнуть Обито, когда впервые увидел Изанами с нитками и спицами. После этого еще неделю он боялся подойти к ней, страшась быть искусанным теневыми псами. Удумал тоже, старухой назвать тридцатипятилетнюю девушку!       В глазах Рюу и Фумио зародилось восхищение, когда Асура с грацией кошки спрыгнула с дерева. Мальчишек она потрепала по волосам, а после чмокнула Изанами в щеку.       — Прости, у меня назначена встреча с Сакурой. Развлекайтесь!       Шуншином Асура переместилась на причал, где находилось местное заведение с восхитительными блюдами из морепродуктов. Сакуру она отыскала у дальней стены.       — Я уж боялась, что этот черт из тебя марионетку сделал, — попытка задеть сестру удостоилась лишь одной реакции. Скепсисом. Выгнутая бровь и чуть поджатые губы очень ярко описали, что у Асуры чувство юмора напрочь отсутствует, да и шутить на подобные темы уже давно стало не актуально. Сасори не навредит любимой ученице и будущей жене, скорее со сломанным хребтом в больницу сляжет, чем превратит ее в свое искусство… Хоть в первое время их знакомства он частенько грозил убить Сакуру и перекрутить каждую ее косточку для марионетки.       К девушкам подошел официант, радушно их поприветствовал и спустя минуту исчез уже с заказом. Блюда на столе появились с той же скоростью, с какой он пробегал вдоль забитых посетителями столов. Нынче здесь собралось на удивление много людей. Громче всех оказались галдящие в сторонке моряки, на которых недовольно косились гости деревни, случайно забредшие в местную забегаловку.       Воздух насквозь пропитался морской солью и запахом рыбы. Асура взяла палочки и, сложив ладони вместе, пожелала сестре приятного аппетита. За неторопливой беседой они провели больше часа. От основных блюд перешли к мороженому, качеством которого здесь не могли похвастаться. Рыба, морепродукты — их конек, а вот сладкое немного горчило.       Вытерев губы салфеткой, Сакура поблагодарила официанта за унесенную посуду и обыденным голосом сказала:       — Сасори хочет уехать.       Асура отпила чай из кружки с отколотым краешком.       — Надолго?       — Навсегда.       По залу прокатился собачий кашель. Асура схватилась за грудину и тут же отмахнулась от помощи сестры, подавившись то ли чаем, то ли шоком от услышанного. Лишь спустя долгую минуту она сумела переварить новость, что крестный хочет оставить ее.       — Как это?.. — голос дрогнул, когда Асура заглянула в глаза сестры. Сердце закрутилось несколькими узлами, от запаха рыбы ее стало воротить. И внезапно пол под ногами превратился в зыбкие пески. — А ты? А как же мама?       — Она поймет, — Сакура вздохнула. — Да и организации Акацуки фактически нет. Ка-сан оставила ряды Анбу. То-сан передает все дела Саске. Эта глава истории в прошлом. Пора что-то менять.       Надежда с грохотом обрушилась в непроглядную бездну. Асура обхватила чашку дрожащими пальцами, но оторвать ее от стола не смогла. Голоса вокруг стали затихать, пока весь мир не померк и не превратился в холодное ничто. Воспоминания счастливого детства исчезли, будущее стало рассыпаться на миллионы осколков, оставляя ее, девочку, одну в темноте.       — Но… А я… А как же все остальные…       Внезапно ее холодные, трясущиеся ладошки обхватили теплыми пальцами. Асура подняла на сестру потерянный взгляд.       — Су, мы уже не дети. Нужно это принять и идти дальше. Нельзя всю жизнь прозябать под крылом родителей.       Во рту появилась неприятная горечь. Сакура говорила с таким спокойствием, будто их прошлое не значило совершенно ничего. Понять это было сложно, а принять — невозможно. А если она не хочет?       

…

      Встреча с сестрой принесла Асуре совсем не те эмоции, которые она рассчитывала получить после почти месячной разлуки, за время которой Сакура провела в экспедициях с мастером. Мыски сандалий вздымали в воздух клубы пыли. Как же так? Она ведь рассчитывала, что после возвращения мамы их жизнь наладится и будет такой, как раньше. Но эти слова… «Навсегда», «идти дальше».       — Эгоистка чертова!       Со злости Асура пнула попавшийся на пути камешек, и тот пролетел над головой бродячего кота. Животное недовольно мяукнуло и нырнуло в темную подворотню. Еще и этот бесит, фыркнула она, перемещаясь на крышу ратуши, откуда вся деревня виднелась как на ладони.       И чего этим двоим неймется? Здесь и безопасно, и семья рядом. Откуда вдруг возникли подобные мысли? Однозначно Сасори надоумил. А ему какое дело, где крутить свои винтики?       Асура не понимала ни мотивов, ни желания поскорее сбежать из деревни. Или им надоело общество семьи? Хотят начать новую жизнь, вдали от прошлого организации?       Но Сакура же не пропадет из моей жизни.       Мысль верная, нашептывало сознание, однако Асура не могла смириться с горькой истиной, что больше не будет встреч с сестрой, их постоянных перепалок. Кто ж разнимет ее с Наруто? Кто поможет советом?       Предзакатные лучи ударили в глаза. Девушка приставила ко лбу ладонь и задумчиво посмотрела на горящую макушку солнца. Настроение укатывалось за горизонт, и в ближайшее время не предвиделось ничего, что бы могло ее развеселить. Вместе с сумерками пришла зябкая прохлада. Асура обхватила себя, поглядывая на дремучий лес, за которым прятался их дом. Чакра родителей ощущалась в том направлении, а вот чертова Сакура побежала к будущему «мужу». Явно сообщить новость о недавнем разговоре.       — Убила бы, — процедив сквозь зубы, девушка прикрыла глаза, и внутренняя сила затянула ее в пустоту.       В следующий момент Асура увидела потолок собственной комнаты. Тело мягко обволакивал волосатый плед, который мама притащила с какой-то ярмарки. Внутри было темно, единственный источник света пробивался через тонкую полоску между дверью и полом. Схватив игрушку в виде черного медвежонка с одним оторванным глазом и криво пришитой лапой, младшая Учиха перекатилась на левый бок, подтянула колени к груди и затаилась так до момента, когда в дверь постучался Наруто.       На вопрос об ужине она ответила сухим «иду». Слезы горчили во рту, ей запрещено плакать, шиноби обязаны быть сильными, стойкими… Но как справиться с эмоциями, как унять мысли, когда в голове гудит голос сестры? Я покину тебя. Мы больше не увидимся. Нашей семьи нет…       Медвежонок уже почти улетел в стену, как вдруг в коридоре послышалась возня. Асура спустила ноги на пол, прислушиваясь к голосу мамы. Обрывки фраз посеяли сомнение внутри, и она поспешила оказаться в окружении семьи, которая у нее пока еще есть.       Распахнув дверь и выскочив наружу, Асура чуть не вписалась в Хинату, с которой как раз беседовала ка-сан. Изанами приветливо улыбнулась и попросила не сильно задерживаться, иначе ужин остынет. На этом она бесшумно удалилась, оставляя дочерей в полном одиночестве. Как только ее силуэт скрылся за поворотом, Хината непонимающе хмыкнула и бросила взгляд на свою чуть онемевшую руку.       — Прости, — Асура по-глупому посмеялась, прикрывая глаза, и быстро разжала пальцы.       — Я искала тебя сегодня, — не заметив, как на коже проступили яркие красные отметины, Хината очень тихо и медленно заговорила, будто пыталась подобрать правильные слова либо сохранить голос ровным.       Подергивающиеся уголки ее губ лишь подкрепили чувство, что за этот день произошло что-то из ряда вон выходящее. Наверное Сакура поведала родителям свою новость, другого быть не может.       — Чего хотела?       Асура как ни в чем не бывало двинулась вперед, на запах восхитительно запеченного мяса, манящего поскорее оказаться на кухне, среди семьи, которая никогда не предаст и не бросит. В отличие от глупой Сакуры, поведшейся на красивые глазки крестного.       Дура!       — Да… кое-что хотела… сказать…       Невнятный лепет Хинаты померк и превратился в звенящую тишину. Оказавшись возле комнаты сестры, Асура резко забыла, куда шла до этого. Ноги словно обернули тонной железа, и в груди затрепыхалось маленькое, покрытое кровавыми шрамами сердечко. Она суматошно заметалась взглядом по пустому шкафу, до этого забитого одеждой, по столу и полкам, где раньше лежали книги со свитками. Сглотнув, медленно повернула голову к Хинате, и в этот момент между ними мелькнул Гаара.       Парень прошмыгнул внутрь комнаты, затем подошел к кровати, где лежал раскрытый запечатывающий свиток.       — Вы куда собрались? — Асура вытаращилась на брата, который зачем-то укладывал принесенную стопку книг на разукрашенный кандзи пергамент.       — Миссия в стране Ветра, — ответил он, бросая на нее мимолетный взгляд.       С губ сорвался облегченный вздох. Асура вытерла со лба несуществующий пот и мысленно посмеялась над такой глупостью. Еще раз глянула на сестру — улыбнулась. Да нет, глупости всё это, Хината настолько обожает маму и Обито, что ни за что не оставит их.       — А, я уж испугалась, что вы туда навсегда. Меня с утра Сакура озад…       — Возможно.       Дыхание перехватило, когда сбоку донесся тихий писк. Смотреть на сестру Асура не стала, поскольку чувствовала, что одно только движение разобьет хлипкое подобие надежды. Стук сердца гулко раздавался в висках, и внутри, под сердцем, скапливался страх услышать ответ. Ей ведь послышалось, это мозг так играет…       — Повтори.       Перестав возиться со свитками, Гаара развернулся к Асуре лицом.       — Я давно веду переписку со своим братом. С Канкуро. И он хочет увидеться.       Да что с ними всеми не так? Асура посмотрела на парня холодным пугающим взглядом, полным желания оторвать всем конечности, сделать их инвалидами, чтобы ни одна душа не смела покинуть деревню. Склера ее глаз неожиданно почернела, и сгустившаяся в коридоре тьма зашевелилась, наполнилась тихими шепотками, зазывающими утопить всех людей в густой, теплой крови.       — Твой брат Наруто, а я — сестра, — с языка слетел металлический скрежет, вселивший в сердце Изанами колючий страх. Она бесшумно подкралась к Хинате, увела ее к себе за спину, кивком головы прося уйти к остальным, а затем потянулась к Асуре, чтобы унять расшалившихся демонов. Но та словно не заметила появления матери, таращась в пустоту, где до недавнего времени стоял ее брат. А теперь его не было, ведь он тоже уйдет, покинет ее…       В тот момент, когда Изанами уже почти схватила Асуру за плечо, та резко бросилась к центру комнаты и ошалелым взглядом заметалась по присутствующим, не видя их и не осознавая, где заканчивается реальность и начинается самый страшный кошмар ребенка.       — Вы сговорились, что ли?! — завопила она и сильно зажмурилась, отказываясь верить в происходящее. — Ну и валите все! Ненавижу вас!       — Су!       Изанами подлетела к ускользающему потоку черных частиц, но вместо дочери ухватила лишь пустоту. В помещении повисло гробовое молчание.       

…

      Итачи собирался закрыть книгу, как вдруг пространство перед ним зарябило, и буквально через секунду там появилась напарница.       — Они бросают меня! — со слезами на глазах Асура запрыгнула на колени к опешившему и ничего не понимающему брюнету, обвила его вокруг шеи и, уткнувшись в плечо, зарыдала так, что в голове моментально зародилась уйма вопросов.       Ответы на них он получил через час, когда утихла женская истерика и к напарнице вернулась возможность связно говорить, а не хлюпать носом и перебиваться обрывками фраз. Но даже так Итачи смог получить примерное представление, какое горе приключилось в семье Лидера. О том, что Сасори собирается покинуть деревню, да еще вместе с Сакурой, ему стало известно от самой Изанами. А вот желание Гаары встретиться с биологической семьей стало для Итачи полным сюрпризом. И… в складывающихся обстоятельствах он был солидарен с Джинчурики Однохвостым. В какой-то степени это Акацуки повинны в его судьбе, у мальчонки могла быть совершенно другая жизнь, и лишь Ками известно, какой бы она сложилась. Гаара должен встретиться с братом и сестрой. С отцом. Опасности в этом больше нет, вместе с кланом Яманака он позаботился, чтобы Эй и Раса оставили свои амбиции в отношении Изанами и ее семьи. Пришло время думать о будущем и отстраивать разрушенные мосты.       — Су…       Итачи провел тыльной стороной ладони по красной щеке и заправил рыжую прядь за ухо.       — Давай без нотаций, — опустошенная, Асура вывернулась из объятий парня и на негнущихся ногах подошла к окну, прячась от света настольной лампы. — Моя семья разваливается… Это безумие какое-то.       Воздуха стало катастрофически не хватать. Всего за день ее представление о семье превратили в хлам. Бросил один, бросила вторая, а мать поддержала их решение уйти! До пяти лет не знать своего отца, потом еще и лишиться связи с ка-сан почти на три года. Шисуи умер, организация разошлась по всему миру. Мир рушится на глазах, и она не может сделать ровным счетом ничего.       Вдруг по всему телу пошла мелкая дрожь. Итачи прижался со спины и сковал в кольце своих рук, нашептывая возле уха:       — Это называется взрослением, к тому же Наруто и Саске никуда не собираются. Твои родители рядом… Я тебя не брошу. Пойми, это бы произошло рано или поздно. Им всем пора начать свою жизнь.       Слезы вновь защипали в глазах. Отражение показало разбитую горем девушку, стоящую в чужом доме, в объятиях единственного, у кого сейчас она может получить поддержку. Итачи был рядом всегда. И Асура благодарна, что когда-то им удалось перебороть обоюдную неприязнь.       Развернувшись к нему лицом, она спрятала слезы в груди.       — Но так больно прощаться…       — Ты должна, — ласково шепнул и поцеловал в макушку, затылком чувствуя присутствие наставницы.       Через мгновение оно испарилось, и в дом забралась тишина, нарушаемая только рокотом настенных часов и лаем бродячих псов. Вскоре Асура забылась сном, а на следующее утро она вернулась в отчий дом, чтобы попросить прощение у Гаары за те обидные слова. Ее простили, на время жизнь вошла в прежнее русло. Однако неделей позже пришлось держать себя в руках, дабы не разрыдаться вслед уходящей сестре. Прошла еще неделя, и деревню оставили Гаара с Хинатой, которых вызвался сопроводить Обито вместе со своей командой. Асура раз за разом повторяла слова Итачи, уверяла себя в обратном. Но смириться с реальностью оказалось невозможно.              

***

      Очередной стук в дверь вырвал из груди недовольное рычание. Запустив пальцы в распущенные волосы, неаккуратно спадавшие поверх исписанных листов, Асура шумно отпихнула свиток с моном Узумаки. В углу стола горел единственный источник света. За окном бурлила жизнь, солнце назойливо пробиралось через плотно зашторенные окна, нервируя теплом и яркостью, от которых Асура пыталась скрыться в собственной комнате.       Однажды она решила поселиться в мире теней — или лучше сказать, сбежать от реальности, чтобы окончательно превратиться в недовольного, ворчливого отшельника. И у нее почти получилось, но только «почти», поскольку на третий день через портал вышла злая буря в лице матери, которая погнала Асуру обратно в мир людей. Пришлось довольствоваться собственной комнатой, куда постоянно пробирались назойливые родственники. Ни о каком личном пространстве и тем более тишине и речи не шло — Изанами, по-видимому, решила убить ее своей опекой. День за днем она выдирала дочь из постели и пинком под зад отправляла готовиться к экзамену на звание джоунина, раз на миссии эта, с ее же слов, засранка отказывалась ходить.       Апатия овладела сознанием окончательно.       Прошло всего тринадцать дней, как Гаара покинул деревню, а настроения всё не было и не было. Асура чувствовала себя разбитой, брошенной. Даже попытки Наруто задеть ее не увенчались успехом. Смотреть, как сестра загоняет себя, чахнет на глазах, оказалось тем еще испытанием. Никто не знал, чем помочь Асуре и как привести ее в чувства. И никто не понимал, почему она так сильно убивается.       Накрыв глаза ладошками, девушка тяжело вздохнула. Как назло, мать по-прежнему стояла за дверью. И стучала, стучала, словно хотела пробить черепушку этими назойливыми звуками.       — Я никуда не пойду! У меня дела.       — Какие такие дела?— по ту сторону двери незлобно усмехнулись. — Целый день таращиться в книги? Су, не будь ребенком, ты всегда можешь отправиться в Страну Ветра. Для нас расстояние ничто.       Асура откинулась на спинку стула. И ведь правду говорит, расстояние для них — эфемерное явление. Силой мысли они могут оказаться на другом конце света, хоть каждый день мотайся к Гааре или Сакуре, доставай их своим присутствием, мешай глупыми разговорами или нытьем, почему же они оставили ее… Она и правда может так делать, но в чем смысл? Почему ни родители, ни все остальные не могут понять самую очевидную истину: их семья развалилась, и больше нет того чувства сплоченности, за которое Асура всегда цеплялась в моменты слабости.       — Мне правда нужно готовиться к экзамену, — усталость просочилась в голос. Асура вышла из-за стола и поплелась к книжному шкафу, чтобы вытянуть оттуда остатки. Всё же в изучении клановых техник есть свои плюсы: на время выходит отрешиться от реальности. — И тебя разве дети не ждут? Ты обещала их сводить на фестиваль в столицу.       Дверь с грохотом отворилась, показывая весьма недовольную Изанами. Затворничество дочери ее начало порядком бесить. Пройдя к окну, она резким движением распахнула шторы, открыла все окна. Яркий свет подействовал на Асуру подобно обжигающему огню. Она отшатнулась обратно в тень, прижимая к груди стопку книг. Не расчесанные, сальные волосы торчали в разные стороны, пижама в районе живота была заляпана пролитым кофе, а под глазами появились глубокие темные круги.       Изанами поджала губы, рассматривая своего зомби. Потом она подошла к Асуре вплотную, вырвала книги и силком потащила в ванную, на ходу выдирая из шкафа сменную одежду.       — Он через неделю, а ярмарка сегодня. Ты видела как в центре красиво? А какие там запахи! Пекут твои любимые булочки! Посмотрим новую игрушку.       Асура широко зевнула, плетясь за чересчур энергичной матерью.       — Мне не десять лет.       — Су.       Но вместо ожидаемой реакции младшая Узумаки лишь закатила глаза.       — Даже не пытайся, я уже выросла из того возраста, когда ты могла меня этим запугать. Придумай что новое.       Тут Изанами остановилась перед закрытой дверью, где находилась ванная комната. Возникшая заминка привела Асуру в довольно смешанные чувства. Бояться мать она перестала еще много лет назад, но кто знает, на какие зверства способен мозг этого человека.       — Хорошо, — внезапно женские губы сломались в странной улыбке, кроваво-красные глаза заблестели, и Асура насторожилась еще сильнее, испытывая странное чувство дежавю. — Тогда твой экзамен состоится сегодня.       На секунду мозг младшей Узумаки отключился, и она в глубочайшем ступоре уставилась на мать.       — Не поняла.       

Часом позже

      На пути огненного шара выросла защитная стена из грязи. Два других обогнули Асуру по разные стороны и влетели в возведенный защитный купол, на случай массовых разрушений. Не прошло и секунды, как сбоку возник Нагато, целясь ладонью ей прямо в грудь. Его пальцы светились алым огнем, что было бы однозначным провалом в этом чертовом экзамене.       Девушка пригнулась вниз, попыталась сделать отцу подсечку. Нагато воспользовался шуншином и в тот же миг оказался у дочери за спиной. Почувствовав опасность, она перенеслась на другой конец долины, чтобы перевести дыхание. Вот только отец и не думал давать ей фору. Сила притяжения оторвала Асуру от земли, и она неумолимо полетела к своему поражению.       — Это нечестно! — завизжала она и теневым водоворотом перенеслась к единственному наблюдателю, которым сегодня вызвалась быть Изанами. Спрыгнув рядом с матерью, она бросила на нее опешивший взгляд. — Я не готова!       В ответ Изанами лишь улыбнулась, а затем немного отошла.       — Котенок, поосторожней. Смотри под ноги.       Асура быстро опустила голову, и глаза расширились от шока: прямо в ее сторону по земле полз парализующий фуин.       — Изверги!       

…

      С приходом сумерек защитный барьер наконец спал. Испытывая гордость и облегчение, Нагато посмотрел на уставшую дочь, развалившуюся посреди изрытых борозд и воронок, а затем переглянулся с женой, чье решение провести заочный экзамен помогло выдернуть Асуру из снедающей апатии. Ближе к середине боя она смогла привести свои мысли в порядок, отрешилась от эмоций и с холодной решимостью ринулась за победой. Одолеть отца, увы, не вышло — слишком велик разрыв и в силе, и в опыте. Однако упорство и самоотверженность, ее былые заслуги помогли Асуре доказать, что она достойна носить жилет джоунина.       Отряхнув плащ мужа, Изанами материализовалась возле дочери. Асура уже хотела попросить оставить ее одну, чтобы никто не жужжал над ухом и не читал нотации — после тяжелого боя хотелось подохнуть, желательно в полном одиночестве. Ее мысли не нашли должного отклика, бывший Лидер и не думала оставлять дочь после такого продуктивного дня. Хоть теперь не похожа на зомби, и румянец проступил, и глаза загорелись былым огоньком.              — Вот ты и стала джоунином. Молодец! — Изанами радостно хлопнула в ладони, однако в ту же секунду ее лицо превратилось в маску и голос уподобился мертвому скрежету. — А теперь быстро встала и пошла с нами гулять. А то обижусь.       Асура присела на земле и посмотрела вслед уходящей матери.       — Всевышний Ками… И откуда в ней это взялось?..       — Она всегда была такой.       — Надоедливой? — Нагато неодобрительно мотнул головой, подавая дочери руку. Та поднялась, отряхнула бархатный красный плащ и вместе с отцом двинулась за мамой. — Я не к тому. Тебе разве не страшно за Хинату или Сакуру. А вдруг…       — Смотри, кто это там?       Пара вышла на пригорок. Чуть впереди их дожидалась Изанами в компании вездесущего Итачи. Асура скривила губы в подобие улыбки, а внутри посетовала, что этот зануда пришел так невовремя. Нет, она по-прежнему любит этого Учиха, хочет нежности и ласки от него — все-таки пара как-никак. Но вместо всего этого она каждый день выслушивает нотации, что жизнь не кончается с уходом Сакуры, Гаары и Хинаты, всё обязательно образуется и бла-бла-бла, чего-то там занудное и совершенно бесполезное. Надоело. Лучше бы ее отправили на какую сложную миссию.       Или рвануть в путешествие по мирам, всем назло?       — Опять уходишь от разговора, — вздохнув, Асура вскинула руку в знак приветствия. — Привет.       Итачи бегло осмотрел внешний вид своей девушки, отмечая, что ее одежда слегка испачкана в грязи, а на шее чернеет синяк. Затем он почтительно обратился к Каге:       — Нагато-сама, не будете против, если я на время украду вашу дочь?       — Да забирай такое «счастье», — Асура чуть возмущением не подавилась. От кого-кого, а от нее совсем не ожидала. — А мы пошли!       С этими словами Изанами схватила мужа за локоть и унеслась с ним прямо к центру деревни. Нынче улицы пестрили яркими красками, флажками и фонарями. Прибыло множество торговцев с разных концов Какурезато. Воздух заполонили запахи свежей выпечки, рыбы, специй, дубленой кожи и разукрашенной древесины. Посреди торговой площади был установлен помост, где играли музыканты. На лицах людей пестрили улыбки, слышался заливистый смех людей. Держа Итачи за руку, Асура медленно плелась вдоль лавочек, без особого интереса заглядывая на товары.       — Мои поздравления, слухи быстро расползаются по деревне.       Торговец подозвал их рассмотреть украшения. Кольца с камнями, золоченые подвески. Полная безвкусица, подумала девушка и потянула брюнета за собой.       — Лучше бы эти слухи вернули мне брата с сестрами, — фыркнула она, замирая возле лавки со сладким. — А так, что я с этим званием должна делать?       Итачи показал, чтобы им сделали две порции данго.       — Ты можешь занять первую строчку самых разыскиваемых нукенинов, и тогда жизнь приобретет иные краски.       — Еще один шутник. С моей матерью случаем не родственники?       Забрав две коробочки с рисовыми шариками, одну Итачи протянул напарнице.       — В будущем планирую, — и кивнул на дальний фиолетово-зеленый шатер, на замечая, как своими словами вогнал Асуру в краску. — Как насчет проверить свою меткость?       Дыши, только дыши. Девушка сделала несколько глубоких вдохов, но от ощущения неловкости избавиться не вышло. Умеет же, черт, выбить из колеи.       — У меня нет ни единого шанса, — набила рот шариком данго.       Вместе они пробрались через живую вереницу людей и встали напротив местного аттракциона по метанию ножей.       — А ты попробуй, — в глазах парня заиграли особые огоньки, и на его вызов Асура ответила задорной улыбкой.       Она прислонилась к деревянной перекладине, затем подцепила зубами второй шарик и очень медленно прожевала его, неотрывно наблюдая за своим соперником.       — И фто мне фа это будет?       — Любое твое желание.       От его слов Асура чуть не подавилась. Что ж он раньше не сказал, что на кону стоит такой приз! Чтобы Итачи был ей должен… Теперь она обязана победить!       — Заметано, — хлопнула по вытянутой руке, выбросила пустую коробку в мусорный бак и потянулась в карман шорт за деньгами.       Молча наблюдавший за ними хозяин шатра растерянно залепетал:       — Но шиноби…       На стойку положили стопку хрустящих купюр, которые мужчина резво спрятал к себе за пазуху. Асура взяла три ножа, крутанула один, прицениваясь к круглым мишеням, расположенным всего в двух метрах от нее.       — И отойди, будь добр, — зыркнула на владельца. — А то ненароком поранишься.       

…

      Звон упавшего ножа зародился слабым шоком в глазах гения. Желание активировать Шаринган было велико, но по установленным правилам их клановое доудзюцу было под запретом, хоть он и чувствовал, что девушка его по полной дурит — и даже не стесняется прибегать к таким грязным приемам. Фонарик постоянно качался, и тени как-то странно двигались. Еще чувствовался слабый всплеск чакры. Как итог — три:один в пользу великой обманщицы.       — Ты жульничала, — Итачи бросил на напарницу неодобрительный взгляд, когда они отошли от лавки.       Асура отдала выигранного зайца первому попавшемуся ребенку и с улыбкой прильнула к мужской руке.       — Чем докажешь, мой красноглазый друг?       Вместо своего ответа Итачи свернул с многолюдной улицы в темную подворотню. Гул ярмарки начал затихать, и дружеская атмосфера куда-то улетучилась. В мгновение ока Асура почувствовала себя неуютно. Рука парня легла на ее спину и медленно поползла к пояснице, оглаживая каждый позвонок. Дыхание перестало быть размеренным. Вот же! И как с таким человеком вообще иметь дело? То он сторонится ее как огня, то сам проявляет инициативу.       — И каким будет твое желание?       Тихий, бархатистый голос выдернул Асуру из вороха мыслей и заставил остановиться. Она сделала малюсенький шаг, положила сжатые кулачки на крепкую грудь напарника и жадно шепнула ему в губы:       — Один поцелуй. Как это делают любовники.       Первые секунды между ними ничего не происходило, казалось, будто эти слова были всего лишь плодом ее воображения. Итачи стоял неподвижно, и даже его дыхание оставалось размеренным. Уверенности оставалось всё меньше, Асура закрыла глаза и очень тихо усмехнулась, сетуя на свою наивность. Когда она собралась извиниться за поспешность в их отношениях, ее талию обхватили руками и прижали к себе так сильно, резко, что из груди вырвался не только весь воздух, но и удивление.       Итачи провел кончиком носа по мягкой коже, вдохнул аромат своей девушки, продираясь к ее ушку. От его прикосновений, горячего дыхания она готова была провалиться сквозь землю. Сознание помутилось, каждую клетку окатило горячей дрожью и чувством, что она сейчас просто сгорит на месте. Но когда Итачи заговорил, Асура окончательно потеряла связь с реальностью:       — Я бы не хотел ограничиваться одним поцелуем…       Она распахнула глаза, и во тьме сверкнул Шаринган с тремя томоэ. Реально ли это? Даже если и нет, она готова хотя бы эту ночь прожить в иллюзии.       

***

      Под шум морского прибоя и шелест ночного леса на землю полетел красный бархатный плащ. Ведомая горящим взглядом любовника, Асура опустилась с ним на колени и робко поцеловала потрескавшиеся губы, теряясь в ощущении пальцев, блуждающих по телу. Итачи касался ее трепетно, будто боялся перейти к чему-то большему. Поцелуи были прерывистыми и, кажется, неуверенными. От губ он переместился к шее, по бьющейся венке повел влажную дорожку. Ладони проникли под облегающую женскую майку — еще одно препятствие на пути к желанному телу.       От небывалого наслаждения Асура отбросила голову назад. В замутненных глазах показалось отражение звездного неба. Она не помнила, как оказалась полностью раздетой, куда подевалась одежда Итачи. В один момент пришло ощущение его тепла, в котором Асура растворилась без остатка.       Уложив напарницу на ее же плащ, Итачи оставил влажный поцелуй на ключице, затем неторопливо спустился к аккуратной груди, пропуская стройные ножки под собой. Головка эрегированного члена потиралась о внутреннюю сторону бедра. Губами он впился в твердый сосок, чуть прикусил его, и в тишину ворвался сдавленный женский всхлип. Асура согнула ноги в коленях и сильнее прижалась к телу любовника.       Я хочу тебя…       Без слов она шептала просьбы, молила, чтобы момент единения настал как можно скорее. Она чувствовала, как истекает, как внизу всё горит от желания. Внутренние демоны пытались овладеть сознанием, забивая мысли своими желаниями. Тьма заклубилась по бокам, стала выползать из тела и обволакивать их в подобие кокона.       — Это ведь первый твой раз?       Какой глупый вопрос он задает. Асура бессильно усмехнулась и задохнулась от сладостной неги, когда его палец провел по набухшему клитору. Сколько раз она кончала по ночам с мыслями, что это делает Итачи. И сейчас он ласкает ее, осторожно растягивает невинное лоно для себя — прямо как в глупых фантазиях. Иногда Асура стыдила себя, но сейчас это уже не кажется глупостью.       С ощущением инородного тела между ног она перестала дышать и затаилась перед самым сокровенным. Итачи говорил о чем-то, пока толкал свой член в нее. Внизу саднило, однако боль по сравнению со всем, что пришлось пережить, была сравни укусу комара.       Глубже… Еще…       Не отдавая отчет своим словам, Асура сплела ноги вокруг его торса и попросила действовать быстрее. На одном дыхании Итачи порвал девственную плеву, заполняя девушку своей плотью. Такая тугая и горячая. Он готов был кончить прямо сейчас, в нее. С первым толчком наслаждение усилилось, его движения стали резче. Перепачканный в крови член раз за разом растягивал Асуру, выбивал из нее стоны удовольствия. Боль смешалась с небывалыми ощущениями, хотелось растянуть эту близость на целую вечность.       Воздух дрожал от возбуждения и металлических ноток. Тяжелое мужское дыхание забивали шлепки разгоряченных тел и стоны любовницы, которая извивалась под ним, царапала спину в кровь и просила, просила… Он слышал лишь ее голос и видел, как черные глаза горят красным огоньком. По телу ползали ожившие языки тьмы. И весь мир, казалось бы, остался где-то там, за горизонтом.       

…

      На следующее утро       — Ма-а-ам!       Изанами чуть не выронила тарелку с яичницей, когда прямо перед ней появилась не совсем умная дочь. Попивая свежесваренный кофе, Нагато заинтересованно хмыкнул. Внешний вид Асуры оставлял желать лучшего. Плащ перепачкан в грязи, еще сильнее, чем после их боя. Волосы отдаленно напоминали ворох чего-то сухого, а металлический запах от нее исходил довольно странный.       — Что случилось? — встав сбоку от мужа, Изанами подала ему тарелку и вновь посмотрела на дочь.       Утренний запал поубавился. Асура почесала затылок, не зная, как и начать. Проведенная с Итачи ночь оставила незабываемые впечатления, и настроение улучшилось, и про сестер она перестала думать. Да только к старой проблеме прибавилась одна очень малюсенькая, но немаловажная.       — Ну это… — забубнила под нос, чувствуя на себе пристальные взгляды родителей. — Как бы сказать… Я не могу кончить с парнем.       Услышав дочь по ментальной связи, Изанами едва успела упасть на стул, который вовремя подставил Нагато. То, как сильно побледнела супруга, не оставило его равнодушным.       — Что она сказала? — обеспокоенно спросил, касаясь плеча любимой.       Изанами несколько секунд собиралась с мыслями, затем по-доброму усмехнулась.       — Да так… Мы с тобой, походу, опоздали с лекцией о половом воспитании.       На сей раз удивляться пришлось Нагато. Пока он переваривал мысль, что его доченька теперь спит с мальчиками, Изанами схватила Асуру и от греха подальше увела с кухни.       — Что за фигня?! Он три раза, а я ни одного!       — Наша особенность такая… — выйдя в коридор, Изанами попыталась подобрать нужные слова, не каждый день ей приходится говорить с детьми о сексе. Что уж говорить об их случае. Нагато и Обито до сих пор мучаются. — Ему нужно, эм-м, постараться. Очень.       — И у тебя?..       Растерянность в глазах ребенка заметно повеселило бывшего Лидера. Она тихо посмеялась, прикрывая рот ладошкой.       — Такова плата за силу.       — Офигенно… — сказать, что Асура была поражена, значит вообще ничего не говорить о ее проблемах в постели. — Я хочу нормального секса!       Отпитый кофе пошел не в то горло, и Нагато разразился натужным кашлем. Что ни день, так приключение в их семье. Расправившись с завтраком, он решил как можно скорее покинуть дом, чтобы ненароком не стать свидетелем еще каких подробностей из жизни дочери. А Асура тем временем отправилась в душ, отмывать ночные последствия своих утех с Итачи и раздумывать над тем, что ей теперь делать.       Мужика своего получила.       Звание джоунина в кармане.       Может пора воспитать свое поколение шиноби?..