3.
29 сентября 2024 г., 19:24
Граф же просто спокойно выдохнул. Все живы. Что это было — просто обычное землетрясение? Рухнуло ли ещё что-то? Потом он проедет по владениям, проверит и окажет посильную помощь пострадавшим. Ну, а сейчас главной его задачей стало найти ночлег для своей семьи. Дом — уже сплошные развалины — теперь заставил его обитателей крепко призадуматься, где же им переждать ночь.
Мужчина проанализировал произошедшее. Делать в этой пыли им явно было нечего. Графиня отрывисто дышала, вот-вот готовая заплакать от переживаний.
— Элизабет, прошу тебя, успокойся. Всё обошлось, — произнес граф отстранённо и поспешно, всё ещё размышляя над дальнейшими действиями.
— Пожалуй, отправляйтесь-ка к твоим родителям, дорогая, в такой обстановке вам не место. — На этот раз он смягчился и смотрел в глаза супруге, окончательно приняв решение. — Отправляйтесь все. На строительство нового дома требуется немало времени. Вам нужно где-то жить, поэтому будет лучше, если вы поедете навестить родных. Я догоню вас к концу дня.
Дворецкий отправился готовить повозку для семьи. Лаконично отдав распоряжения, он произнёс:
— Господа, прошу за мной. Экипаж готов.
Себастьян, подхватив идущую к нему малышку на руки, указал на две подъезжающие кареты.
С детства граф привык действовать не силой, а умом, решая сложные логические задачи, чтобы не расслабляться. Задачу, куда определить обитателей своего особняка, он почти решил, дело осталось за малым — довести их до места назначения. Мужчина помог супруге сесть.
Михаэлис передал девочку матери, на что лицо ребенка мигом скривилось, готовое вот-вот пустить первые слезы.
— Смотри-ка, Себастьян, ты ей нравишься, — умилилась госпожа, баюкая дочь. Запах матери её вновь успокоил, и её маленькие глазки стали закрываться сами собой.
Демон помог взойти и мальчику, твёрдо держа его за локоть. Тот без лишнего изящества упал на сиденье рядом с родительницей. Себастьян сел на кóзлы, и карета в ту же минуту тронулась с места. Кучер, который управлял вторым экипажем, последовал её примеру.
Джессика протянула маленькие ручки сквозь небольшое окошко к Михаэлису, который управлял лошадями, но графиня вновь забрала ее себе на колени, шутливо пригрозив пальцем.
Прибыв к месту назначения Михаэлис спрыгнул на мощенную плиткой площадку перед домом, придержал дверь госпоже и юному господину и взял малышку на руки.
Из глубин сада, располагавшегося правее, вышла госпожа Мидфорд.
— В чем дело? Элизабет? Почему заранее не предупредила о своем намерении приехать? И где гувернантка для ребёнка? — суетливо и строго поинтересовалась она, заметив, что малышка на руках у дворецкого.
— Моя главная обязанность — это обеспечивать безопасность графа и его семьи, — заметил Себастьян. — С госпожой или детьми моего господина ничего не случится. Мне было приказано привезти всех сюда.
— Мама, поместье рухнуло… — запричитала Элизабет. — Я прошу приютить нас на некоторое время, мама…
Сегодня был тревожный день, а в том доме было столько воспоминаний, что графиня уже не в силах была сдерживать свои эмоции и невероятную усталость. Она была ужасно бледной. Внезапно глаза её закатились, и графиня начала оседать, но Себастьян среагировал мгновенно.
— Бардрой! — Приказной, но в то же время мягкий тон создавал ощущение колоссального давления на тех, к кому был обращён. — Возьми маленькую госпожу.
Блондин в ту же минуту подхватил младшую графиню, а дворецкий, взяв на руки госпожу Фантомхайв, понес её в дом.
Госпожа Мидфорд пошла следом, приглашая войти и всех остальных. Женщина проводила Себастьяна в комнату, где когда-то жила Элизабет. Себастьян положил ее на кровать и вышел за дверь, оставив ее на попечение служанок.
— Прошу прощения за не самое радушное приветствие, я сегодня не в духе. Расскажите же наконец, что произошло, где граф?
— Он в полном здравии, — дворецкий улыбнулся и лаконично пересказал события последних часов. — Сейчас смею откланяться, я нужен моему господину. — И он учтиво поклонился и покинул особняк.
***
Себастьян спешил. Обморок показался ему странным, несвойственным стойкой натуре его госпожи. — Господин. — Дворецкий не собирался медлить с новостью. — Леди Элизабет стало плохо, я подозреваю худшее. Ничего не сказав, хмурый Фантомхайв молниеносно снарядил самую быструю лошадь из своих конюшен и во весь опор помчался в поместье маркиза Мидфорда. По прибытии он, расталкивая попадающихся ему на пути слуг, метнулся по знакомому маршруту, к двери их спальни, где они каждый раз останавливались, если ночевали в этом доме. — Элизабет! — закричал граф, распахивая дверь. — Лиза… — почти неслышно повторил он — что-то в горле помешало ему говорить. До этого Сиэль не видел свою супругу настолько бледной, изможденной и несчастной. Графиня лежала с закрытыми глазами и возможно казалась бы мёртвой, если бы не слабо вздымающаяся грудь. Сиэль стоял, беспомощно смотрел на её осунувшееся лицо и не знал, чем помочь. Дверь в помещение открылась, зашёл мужчина в белом халате, а следом за ним появилась хозяйка дома. — Граф, — мужчина лет шестидесяти обратился к нервному, начинавшему злиться Сиэлю. Он прекрасно знал историю его семьи, да и все в Лондоне и его окраинах знали, что на долю этого молодого человека выпало немало испытаний. — У меня для вас есть три новости, и все — плохие. Граф яростно сжал пальцы в кулаки. Вошедший в ту минуту Себастьян предупредил импульс хозяина ударить, мягко и незаметно для остальных положив ладонь ему на спину. — Я обязан вам сообщить, — врачу явно было неловко, — графиня теряет ребенка. Срок беременности слишком мал, поэтому организм госпожи пытается избавиться от плода. Это и послужило причиной обморока. Ей сразу же сняли корсет, вкололи обезболивающее, и она заснула. — Ребёнок?! — взбудораженный мужчина глянул на дворецкого так свирепо, будто это вовсе и не демон, а какая-то кухарка, подавшая вместо шоколадного пудинга рисовый. Себастьян должен был предостеречь, сказать что графиня в положении! Беречь её, как зеницу ока! Демон молчал. Он знал, что заслужил эти слова, и действительно мог заметить некоторые подробности поведения графини, указывающие на непраздность госпожи. «Ещё одна причина выгнать его из персонала. Надо будет с ним вечером серьёзно поговорить. Но сейчас надо подумать, что делать дальше. Восстановление особняка придется отложить на некоторое время» — раздражённо думал граф, не отдавая себе отчёта в своих суждениях. — То, что сейчас происходит в организме госпожи несёт опасность для её здоровья и, возможно, жизни. Я не могу дать гарантии, что в ближайшие сорок восемь часов она не погибнет. У вас есть несколько минут, чтобы подумать, что делать дальше, — выдохнув, сказал мужчина. — Ждать и уповать на Господа Бога или везти её во врачебную палату. С операцией у вашей жены больше шансов на успешный исход. Будьте уверены, мы сделаем все, что в наших силах. Но после этого ваша супруга, граф, больше никогда не сможет родить. Операция непростая, и детородные органы придется изъять. Жду вашего решения, а пока прикажу заложить коляску и подготовить носилки, чтобы не терять ни минуты, если вы решитесь на этот шаг. Перед Сиэлем стоял нелегкий выбор. Дать согласие на врачебное вмешательство, способное лишить Элизабет возможности подарить ему ещё один маленький лучик счастья, но спасти ей самой жизнь, или оставить всё как есть — надеяться, быть может даже дать Лиззи достойно уйти в лучший из миров, если есть на то воля неведомого ему Бога. Сиэль присел, шокированный услышанным. Сейчас всё зависело от него. И жизнь… Неужели сегодня ему придётся быть вершителем дорогих ему судеб? Такие вопросы решаются хладнокровно. Раз — и всё. Фантомхайв не думал, что этот день когда-нибудь придет… Сейчас всё напрямую зависит от того какое решение придётся ему принять. Тут нет места колебанию! — Сиэль… — женский дрожащий голос, полный мольбы, заставил цепного пса королевы посмотреть в сторону звука. — Что ты намерен делать? — Дайте воды. Демон подал стакан. Фантомхайв выпил его залпом. Посмотрев в сторону кровати, где лежала Элизабет, выдохнул. — Единственный верный выход — это избавиться от ребёнка… «Она меня возненавидит.»
