Всё человеческое.

Александра с искренним воодушевлением рассматривала вывески трактиров во Фрамбуа. «Ощипанный павлин», «Четыре охотника», «Зеленая карета», «Любезный кабан», «Талигойская звезда»… Последнее название не вызвало в Саше никаких эмоций - изображённая на вывеске девушка напоминала Катарину, - а вот вывеска с симпатичным, жизнерадостным кабанчиком...Невольно Саша улыбнулась, и только тогда вспомнила канон, когда к приглянувшемуся трактиру свернул сам Проэмперадор. "В каноне Ричард засмотрелся на "Талигойскую Звезду". В каком-то фанфике - на "Ощипанного Павлина". Но я, всё-таки, не совсем Ричард. Мне больше свиньи нравятся". Разумеется, в трактире нашлись комнаты для всех. Было бы странно, если бы они не нашлись - Первый Маршал всегда получает всё, что пожелает. Саше давно хотелось нарушить это правило, но пока никак не подворачивался случай. По дороге на конюшню с Моро и Соной Александра мурлыкала себе под нос какую-то мелодию, не раздражающую мориска сеньора, и думала о грядущем, которое казалось не таким уж и непредсказуемым. Кое-какие события канона уже не случатся, некоторые она попытается предотвратить, а остаток легко переживёт. Нет, конечно, от случайностей никто не застрахован, но давайте признаем честно: любая жизнь - череда случайностей. Люди привычны к хаосу. Как бы люди не пытались упорядочить свою жизнь, хаос пока побеждает и заставляет адаптироваться к постоянно меняющимся условиям. Но хаос милосерден и справедлив: в какие бы условия ни попал человек, он всегда даёт возможность победить в сражении. Или, по крайней мере, сохранить самое важное... Философское настроение Саши не могло испортить ничто в Кэртиане, кроме Рокэ Алвы и кишечных инфекций. К счастью, пока не происходило ни того, ни другого. Рокэ Алва с Эмилем временно засели на первом этаже в компании бутылок вина, жаркого из ягнёнка и некоторого количества закусок. Саша охотно слушала рассказы старших о времени их учёбы в Лаик, улыбалась и время от времени подливала вино в их бокалы. Алва был очень весел и доволен жизнью, он даже потрепал её по голове. Саше и раньше-то очень, очень нравились подобные контакты, а уж теперь, когда хороших обнимашек приходится ждать по полгода, каждое прикосновение невероятно ценно и заслуживает поощрения. И потому Саша довольно заурчала. (Такое сложное философское объяснение своему поступку Александра придумала позднее. На самом деле она заурчала просто так, потому что ей захотелось). - Дикон, что это за жуткие звуки? Такое чувство, будто телега скрипит, - поморщился Эмиль. - Скорее, дверь. - Ну, Росио, тебе виднее, конечно, но всё-таки это телега. - Не будем спорить. Дверь или телега, так или иначе, их нужно смазать. Юноша, что вы хотели изобразить? - Я мурлыкал, - честно призналась Саша. На неё посмотрели очень и очень внимательно. - Мурлыкали? Юноша, вы уверены, что эти, с позволения сказать, звуки издавала именно кошка? - Не очень. Но я старался! - Не сомневаюсь. Но лучше научитесь хрюкать, - Алва был в своём репертуаре. То, что это вообще-то было оскорбление, Саша поняла не сразу. До неё вообще многое доходило с задержкой, и переселение в новое тело не помогло. Поэтому она восприняла совет Рокэ буквально и, собравшись с силами, старательно постаралась хрюкнуть. Результат: невнятный писк вместо хрюканья, хохот Проэмперадора с генералом и понимание, что она снова выставила себя то ли идиотом, то ли сумасшедшим. Ну и ладно. А между тем с улицы послышались топот и ржание. Очень вовремя, Саша уже даже думала, что в связи с изменившимся ходом войны их не будут встречать вообще. А нет, всё-таки решили встретить. Интересно, те же, что и в каноне, или кто-то другой? Ещё бы вспомнить, как оно было в оригинале... Встречал родной брат королевы, кажется старший, хотя Саша до сих пор не могла запомнить, которого из них зовут Иорамом, а которого - Ги, и кто-то из Манриков, и Килеан-ур-Ломбах с, внезапно, Эстебаном на подхвате (никем иным смуглый молодой человек в цветах эра Людвига быть не мог), и Лионель Савиньяк, и ещё какие-то гвардейцы. Нехило! Настроение у Рокэ испортилось. На вежливые поздравления он ответил колкостью, чем подпортил настроение уже встречающим, но те серьёзно относились к своим обязанностям и продолжали разливаться соловьями о гении Ворона. Кроме Манрика. Тот смотрел на Александру со слишком уж явным интересом. Прибытие брата не стало сюрпризом для Леонарда. Скорее, он бы очень удивился, если бы тот НЕ приехал. У них с Фридрихом случались разногласия, но в данной ситуации разногласия придётся забыть. Генерал Манрик принял решение спасти Окделла от собственной семьи, и для этого придётся говорить правду и только правду, только такую, в какую поверит отец. По странному совпадению, это же была и та правда, в которую верил сам Леонард. Когда Алва прогнал делегацию, Фридрих потихоньку отделился от группы, нашёл Леонарда и пошёл с ним для серьёзного разговора в отдельную комнату. - Отец получил твоё письмо. Давай, рассказывай, что уже получил от герцога и что можешь выпросить. - Тихо! Так вот: ты ведь знаешь, что надо мной последние пару лет то и дело потешались? Теперь не смеют. Ещё я почти уверен, что это по просьбе Ричарда Алва взял меня в Варасту. Подробнее расскажу дома, но...кошки, как это объяснить...словом, вот, - Леонард сунул мятый листок в руки старшему брату, - Этот костюм должен быть готов к ближайшему королевскому балу. Если верить герцогу, в этой одежде я буду выглядеть лучше, чем обычно. - Немало, - оценил Фридрих, - Насчёт костюма не уверен, но и первых пунктов достаточно. А ты...кхем...ты уже расплачиваешься? - Не знаю, - честно ответил Леонард и почувствовал, что понемногу краснеет, - Я не сомневаюсь, что он потребует именно...ну... - Вот это самое и потребует. Он так и сказал? - Нет, но...он...лез обниматься и сидел у меня на коленях. Дальше не захотел идти, почему - не знаю. Но обстановка была нервная, мог и не захотеть. Или решил ждать до столицы. Или начал с малого. - О-о-о, сочувствую тебе, - улыбнулся Фридрих, - Тебе хоть не слишком противно было? "Совершенно нет, я бы не отказался ещё раз..." - Терпимо, - не моргнул глазом Леонард, - Передай отцу, что герцог во мне очень заинтересован и пообещал дальнейшую помощь. - Сам передашь, завтра в Олларию вернёмся. Но интересно получается... Ещё бы. Фридрих понял, что в интересах тессория сохранить жизнь герцогу Надорскому. А раз понял Фридрих, поймёт и сам тессорий. Мальчишка пока и не подозревает, что Леонард только что спас ему жизнь. Глупый, наивный, до неприличия глупый и наивный мальчишка, вечно не в себе, несёт всякую чушь, смущает, иногда даже злит...только бы отец успел отменить покушение на его жизнь! К вечеру Саше стало не по себе. Ей снова чего-то захотелось. С чем связаны приступы подобных желаний, она не понимала, но первым и самым очевидным вариантом были гормоны. Точнее, их недостаток в созревающем организме. В каноне Ричард потерял невинность в семнадцать, ничто ему не помешало, но в этом варианте реальности Сашу никто и ничто не привлекает. Понемногу такое равнодушие собственного тела начинает пугать. Она уже почти полгода в этом теле, пора бы определиться с ориентацией. А как с ней определиться, когда не привлекает вообще никто? Одно радовало: уже ушли Люди Чести, куда-то делся Манрик, уходят Савиньяки. Скоро можно будет подняться наверх и немного полежать перед сном, позволить мыслям спокойно течь. Правда, Саша также подозревала, что сюрпризы на сегодня не кончились, и Рокэ ещё себя покажет. Собственно, когда трактирщик показал им отведённые комнаты, но пройти в свою Рокэ помешал, а предложил посидеть в его, Александра поняла, что подозрения были верны. - Тебе не жарко, Дикон? - участливо поинтересовался Рокэ, расстёгивая мундир. - Немного, монсеньор. Открыть окно? - Попробуй, хотя сомневаюсь, что станет прохладней. И всё-таки Саша распахнула ставни. Окно выходило в сад, и на подоконник уселась маленькая тёмно-коричневая птичка, похожая на обыкновенного дрозда. Саша замерла, и около минуты птица позволяла собой любоваться. А потом к окну подошёл Алва и вспугнул бедное создание. Ситуация располагала к пению, и Александра не удержалась. - Из-за дальних морей, из-за граней добра и зла Он пришёл в этот город, окутан вечерней мглой, И одежда его была, как песок, бела; Он принёс людям золото и тепло... - Очаровательно. И вас вдохновила вот эта маленькая птичка? - Алва усмехнулся, и Александра решила пропустить остаток куплета, припев и второй куплет, и перешла сразу к сути. - Чёрный дрозд, чёрный дрозд - отведёшь ли беду? Не моей ли слезой его ложь солона? Как я людям глаза отведу, отведу - Не отмыть белый лён дочерна... На последнем слове птичка, отлетевшая было в кусты, издала заливистую трель. И Саша вдруг увидела, как меняется лицо эра, из заинтересованного становится...удивлённым? "Испуганным!" Уж не значит ли это, что Саша, сама того не желая, изрекла пророчество? Чёрный дрозд, наверное, Алва. Белые одежды, пришёл откуда-то издалека...мама, это же Альдо Ракан! Фигня. Не придёт Ракан. Это с Робером он был почти всесилен, а без Эпинэ он букашка, если не сказать грубее. В общем, Саша пришла к выводу, что птица имела право запеть в любой момент, в том числе и так уместно. А эр Рокэ излишне впечатлителен. Да и она тоже. - Интересные ты песни поёшь, Дикон, - протянул Рокэ, стоя рядом и вглядываясь в сад. Что на это сказать, Саша не знала, потому промолчала, - Очень...интересные. И трактиры выбираешь странно. - Мне название понравилось. - Понимаю, однако я ожидал, что тебя заинтересует "Талигойская Звезда". - "Любезный Кабан" звучит лучше. - Занятно, - и, не меняя тона и выражения лица, Рокэ перешёл на другую тему, - Вы рады, что возвращаетесь в Олларию? - Да, монсеньор. Хотя сыра мне будет не хватать. - И это - единственный недостаток? Воистину, блаженны...а, впрочем, о чём это я? Вы не поймёте... - Если не объяснять - конечно, не пойму. Но мне кажется, я вас понимаю. Вам не хочется возвращаться, потому что вам не нравится в столице, а нравится на войне, где вас уважают и где нет...ограничений. "Война тяжела, но на ней же и проще".** Не огорчайтесь, монсеньор, - на Сашу напало доброе, нежное настроение, - Я буду вам помогать! - Как это мило с вашей стороны, юноша, - против воли улыбнулся Алва, - Значит, мир? - А была вражда? - Ну, откуда мне было знать, что вы больше не обижаетесь на меня за...инциденты. - Я знаю, что была линия. Я знаю, что отцу ещё повезло, его не судили. И что мне повезло, мой герб не разбивали. Но через три...нет, уже через два года мы всё равно сочтёмся. Но эти три года я в вас даже не плюну! - гордо пообещала Александра, у которой, напоминаем, было доброе, нежное настроение. Почему-то на её прочувственную речь Ворон отреагировал неадекватно: смехом. Ну почему, стоит ей придать речам пафос, все начинают смеяться? Она что, так смешно при этом выглядит? Или подбирает неправильные интонации? Или не стоило говорить последнюю фразу? - Эр Рокэ, ну почему вы смеётесь? - Юноша, а вы не понимаете? - Я подозреваю, но правильно ли? - Правильно, правильно. Вы уморительны. Особенно, когда пытаетесь быть серьёзным. - Но я не пытаюсь, я серьёзен! Тут противный Алва снова засмеялся, Александра обиделась и пошла к себе в спальню. Не ценит Алва своего счастья, Ричард бы его на дуэль вызвал, а она даже плевать не будет. Не ценит её Алва.