Всё человеческое.

Гоганы вернулись в Олларию, и почти сразу после этого в любимое заведение отправился и Ричард Окделл. Ему нужно было восстановить душевное спокойствие и почувствовать себя человеком, потому он пригласил на обед Леонарда Манрика и, подумав, Валентина Придда. Он помнил, что Валентину понравились гоганские травяные настои, а ещё хотел утешить вмиг осиротевшего парня. А ещё...Александра просто хотела пообщаться. Три месяца в заточении, как-никак. И Манрик, и Придд приглашение приняли. Во дворце особо не пообщаешься, а вот в гоганском кафе, в углу за шторами - вполне, потому неудивительно, что Лекси первым делом села совсем близко к Леонарду и с восторгом на него уставилась. Причина проста: она соскучилась. А вот что он, усмехнувшись, подтащил герцогскую тушку поближе и обнял, значило, что соскучился и он. Лекси стало гораздо легче. Вскоре прибыл Валентин и, должно быть, многое о них подумал, но ничего не сказал. Он, как Кролик, был хорошо воспитанным. Эр Рокэ уже рассказал своему глупому оруженосцу, что шансов на внимание женщин у него почти не осталось, поскольку если юноша из дворянской среды в восемнадцать продолжает быть девственником, при этом живя не в монастыре - значит, тут что-то нечисто. Шансов лишиться этого качества у Окделла было не просто много, а очень много - тут вам и дом Капуль-Гизайлей, и бакранские сёла, и родное захолустье, и лето в Дораке (но там, так и быть, не считается, там кардинал), и три месяца наедине с Алвой...словом, герцог Надорский либо обладает крайне специфичными вкусами, либо попросту импотент, и ещё неизвестно, что лучше. Подали курицу, закуски, сладости, глинтвейн и то, что Лекси мысленно называла чаем. На самом деле в этом мире такого слова не было, и чайных кустов тоже не существовало. Заваривали всё подряд. Иногда Лекси скучала по обычному чёрному чаю, но в последнее время всё реже и реже - с тех пор, как привыкла к шадди, разумеется. До того времени порой было совсем тоскливо. За столом завязалась непринуждённая беседа. Лекси интересовало всё, от важных событий до мелких происшествий. От генерала Манрика она узнала, что, оказывается, буквально неделю назад случилась дуэль герцога Алвы с Лионелем Савиньяком - официально они не поделили даму, но неофициально этой дамой был оруженосец Рокэ Алвы, который из-за графа Савиньяка попал в неловкое положение. Да, именно из-за графа, а вовсе не из-за собственного языка без костей и гипертрофированной Чести, и хотя граф выжил, герцог Алва с ним больше не общается, и граф не понимает, почему. Довольно странно, что виновник дуэли узнаёт о ней постфактум от постороннего, но Лекси не строила иллюзий насчёт собственной наблюдательности, так что не особо удивилась. Она бы про конец света узнала только тогда, когда пред ней возникнет сам Зверь Раканов, а до тех пор она бы только удивлялась, почему так шумно. Герцог же Придд рассказал о доме. От родителей ему достался титул вместе с ворохом обязанностей, и последний месяц он провёл в основном за столом в отцовском кабинете. Впрочем, большую часть проблем он уже решил, теперь собирается сформировать полк и пойти на северные рубежи, на подмогу генералам Ариго и Райнштайнеру. Ещё Валентин почему-то извинился за временный переход на сторону узурпатора, хотя Лекси ему сразу сказала, что понимает эту вынужденную меру и, если бы семья Ричарда не успела покинуть столицу, то ещё неизвестно, кто бы перешёл первым. Легко быть верным, когда ничем не жертвуешь, попробуй лучше постоять на своём, когда на одной чаше весов - твоя честь, а на другой - твоя семья. А семью Ричарда Лекси с чистой совестью называла своей. Впрочем, трёхмесячное заточение очень повлияло на неё. Генерал Манрик отметил, что теперь Ричард Окделл вообще не затыкается. А ведь раньше, во время варастийской кампании, был таким хорошим, скромным и молчаливым юношей...что ж, люди меняются, и запуганный мальчишка стал диким, но общительным и, пожалуй, даже чересчур решительным. Подросток, что с него взять? Пожалуй, Александры больше не было. По крайней мере, той, которая жила в мире двадцать первого века. То, что из неё в итоге получилось, было в большей мере Ричардом, и не было никакого смысла цепляться за прошлое, но всё-таки...всё-таки она цеплялась. Потому что в самой глубине души, совсем чуть-чуть, она всё-таки хотела вернуться домой. А меж тем разговор плавно перешёл от событий прошлого к событиям настоящего и даже немного будущего. А именно - встал вопрос о женитьбе герцога Надорского. Валентин, конечно, ни на что не намекал, ведь у него даже не осталось подходящей по возрасту сестры, и всё-таки ему интересно, а какие девушки Ричарду нравятся? Основательно подумав, герцог выдал абсолютно честный ответ: - Не знаю. - Подумайте получше. Возможно, у вас есть определённые предпочтения? Цвет глаз, волос, особенности фигуры? - Знаю я его предпочтения, - буркнул Манрик, и Лекси немного виновато улыбнулась. Ну да, вот они, эти предпочтения. Сидят рядышком и едят курицу. - А ещё мне нравится северный акцент, - вдруг призналась она. Тут и Придд забеспокоился. Хотя с чего бы? Он на талиг говорил вообще без акцента. - Хм, и когда вы обнаружили в себе такой интерес к бергерами, дриксам и гаунау? - Когда посещал Торку. Лекси честно не поняла, почему на неё так покосились. Вот совсем. Поэтому Леонард решил объяснить, да так, чтобы наивный надорский герцог уж точно понял. - В Торке живут в основном мужчины. И общались вы там в основном с мужчинами, вы мне сами рассказывали. Вот и вопрос: а вам женщины вообще нравятся? - Нравятся, - кивнул герцог, - Вы ведь помните, я ухаживал за эрэа Луизой. - Да знаю я, как вы ухаживали, так вообще никто не ухаживает, - махнул Леонард, - Да вам, наверное, вообще никто не интересен. Вы хоть раз влюблялись? - Нет, - прикрыл глаза Ричард, - Ни разу. Я даже не знаю, способен ли вообще...но я стараюсь! Просто пока не в кого. Не в вас же, в самом-то деле? - Да хоть бы и в меня, сил уже нет смотреть, как вы позоритесь. - Возможно, вам следует чаще бывать на приёмах, - Лекси не могла утверждать наверняка, но вроде бы Валентин НЕ улыбался, - Конечно, теперь, когда у вас сложилась определённая репутация, вы вряд ли будете пользоваться успехом у женщин, но вы всё-таки герцог, поэтому жениться, пусть и не по любви, вы можете на любой дворянке. - Но лучше бы мне жениться на ком-нибудь повысокороднее, - поделилась тайными честолюбивыми мечтами Лекси, - Если бы у вас была сестра лет шестнадцати, я бы просил её руки. Или если бы у герцога Алвы были младшие сёстры или дочери, а они могли бы быть. Или если бы Робер Эпине женился. А может, есть варианты за границей? Надо бы узнать, у кого из высокородных в Гайифе или Дриксен есть девицы на выданье. Я ведь, всё-таки, герцог, кое-где меня могут назвать почти принцем... - Девицы такие есть везде. Можете хоть к родственнице нар-шада посвататься, - фыркнул Леонард, - Но всё-таки не затягивайте. У вас и впрямь очень своеобразная репутация. - Уж какая получилась, - грустно улыбнулась Лекси, - Но, вообще-то, мне действительно пока не хочется. Просто...не хочется. - Ждёте любви? - Нет. Просто не хочу. Это-то и страшно. "Любовь туманит рассудок и толкает на безумства. Если я потеряю голову, то я, хах, потеряю голову," - усмешка. "Да уж. Как там говорится... Я не выдам себя, осторожность моя не напрасна. Чем приятней начало - тем гаже финал и ужасней...*" - Итак, Ричард, хочешь поехать в Хексберг? - решил не затягивать Рокэ. Мальчишку нужно на время вывезти из столицы. Здесь ему делать нечего - не шуточки же насчёт девственности выслушивать? Конечно, очень хочется рвануть с ним в Кэналлоа, там его невинность долго не протянет, но Рокэ вовремя узнал у словоохотливого юноши, что ему очень хочется побывать в Хексберг, хоть проездом. Что ж, Хексберг так Хексберг, почему нет? За время совместного заточения Рокэ очень привязался к оруженосцу. Пожалуй, даже немного слишком. Это гораздо лучше, чем если бы они возненавидели и придушили друг друга, но у всего есть своя цена. Теперь Рокэ очень за Ричарда волновался. Глупый мальчишка, очень глупый и слишком ценный, чтобы так просто его терять. Поэтому...ладно, пусть едет в Хексберг. На войну его нельзя, разве что переговорщиком, а для этого он должен подучить дриксен. Но делать это лучше не в условиях боя, а в местах поспокойнее. Да, в Хексберг до весны никто не зайдёт точно, там Ричард будет под присмотром Вальдеса. Как знать, может, научится чему-нибудь. Да и девственность в Хексберг долго не протянет, с ведьмами-то под боком. - Да, эр Рокэ, хочу. А ты со мной поедешь? - в больших серых глазах отражались невероятное воодушевление и детская радость. - Увы, не могу. Дела, сам понимаешь, - Рокэ и самому не хотелось покидать оруженосца, ну да ничего, потерпит, - Впрочем, если захочешь - приезжай потом в Кэналлоа, я буду там к Весенним Волнам. - Хорошо, эр Рокэ. Кстати, а как там наш роман? - Хорошо, что напомнил: видишь ли, сейчас печатают вторую редакцию, и из неё вырезали финальную главу. - Ту, что с эротикой? - Именно! Говорят, она слишком отличается по стилю и не нравится читателям, - Рокэ всё ещё был немного обижен на такую несправедливость. Он, знаете ли, старался, вспоминал, выписывал...правда, Ричард над ним посмеивался, ну да что он в эротических сценах понимает? - А как там гонорар? - деликатно намекнул Ричард, и да, в его понимании это был именно деликатный намёк. - Я отправил его в Надор вместе с Хуаном, так что когда ты приедешь в родные развалины, тебя точно будет ждать нечто потрясающее. - Спасибо, эр Рокэ, - мальчишка запрыгнул к эру на колени, совсем забыв, что Рокэ попросил так больше не делать - Абвении, какой же он тяжёлый. Но ничего не поделаешь, Рокэ приобнял мальчишку и уткнулся носом в широкое плечо. Они дома, стесняться некого, так что можно и вес на коленях потерпеть. Всё равно не хочется отпускать. Предчувствие у Рокэ странное: кажется, что-то Ричарда в Хексберг ждёт, что-то...или кто-то. Нет, чушь, конечно, да только вот снился Рокэ недавно сон, смутный и неясный, из которого он запомнил только один образ - перстень, но не Повелителей Скал, а другой, с тёмно-жёлтым камнем. Рокэ никогда такого не видел - или видел, но не запомнил. И, тем не менее, Рокэ почему-то казалось, что скоро он увидит это кольцо в руках своего оруженосца. И он не мог даже представить, в каких обстоятельствах. Ричард ведь равнодушен к кольцам, он и родовое носит как эсперу, а их всех украшений признаёт лишь броши. И, тем не менее, Рокэ отпустит оруженосца на север, поскольку из сна сделал абсолютно верный вывод: раз он увидит это кольцо в руках Ричарда, значит, они с оруженосцем ещё встретятся. А раз встретятся, то остальное - к кошкам.