Вопреки всему

- Ты.. Что? – Гермиона опешила, услышав невероятное. Его признание оглушило ее. Она просто стояла, вжатая в стену, стиснутая руками Драко, и, запрокинув голову, шокировано смотрела в его прозрачные глаза. Совершенно сбитая с толку, Грейнджер хмурила брови, вглядываясь в бледное лицо Малфоя, пытаясь осознать только что сказанное им.. Он отвел взгляд, и горько усмехнулся. Конечно, она не верит.. Ты вел себя как последняя скотина все это время, чего ты ожидал? Драко осторожно отпустил плечи Грейнджер, и отошел назад, разминая затекшие кисти рук, сжимая и расслабляя заледеневшие пальцы. Сделал глубокий вдох, подошел к пылающему камину. В бешено колотившемся сердце разливалась острая боль, распространяясь по всему телу, растекаясь по венам, неслась по ледяным сосудам, скручивая нутро, достигая измученного сознания. Боль, мучившая его так долго...       Драко смотрел на огонь. Яркое смертельное пламя пожирало поленья, которые погибали в нем, издавая предсмертный хруст. Малфой смотрел на них, и буквально слышал, как точно так же, в агонии умирает часть его души. Навсегда, безвозвратно, уничтожалось его отчаяние, страх. Он больше не чувствовал злобы, отвращения и приступов паники, которые преследовали его последние несколько лет, нарастая в его сердце с каждым годом все больше, туго стягивая в огромный черный узел всю его сущность. Он уничтожил это. Одной фразой, которую не говорил никогда и никому. Я люблю тебя. Если бы ты только знала, как я хочу быть с тобой.       Он даже не догадывался, что способен любить – так сильно, так искренне, и не желая ничего взамен. Просто, чтобы Грейнджер была рядом.. Эта маленькая лохматая магглорожденная девчонка, с острым языком и горячим сердцем. Такая хрупкая, и в то же время таящая в себе загадочную, необъяснимую силу. Она в одиночку, сама не догадываясь об этом, смогла вырвать его из лап разрушающего психоза, с новой силой обрушившегося на Драко в прошлом году. Когда он впервые убил человека. Когда осознал это. Хотя это было сделано под заклятием Империус, наложенным на юношу Волан-де-Мортом, и Малфой уничтожил одного из магглорожденных, пойманных Беллатрисой Лейстрейндж, совершенно не отдавая себя отчета в своих действиях, когда позже к нему пришло понимание, он испытал такой ужас от содеянного, что впал в шоковое состояние. В итоге оно превратилось в манию, сопровождающуюся ночными кошмарами и бредом. Антидепрессанты, назначенные Драко семейным врачом Малфоев, лишь на время заглушали огромную, зияющую черную дыру в его сердце, которая становилась с каждым месяцем все больше. Регулярные убийства в Мэноре, которые еще больше участились в конце зимы, сводили Драко с ума, в эти минуты он метался по комнате, круша все на своем пути, представляя себе искаженное лицо человека, находящегося в этот момент под пытками внизу в зале. Он буквально чувствовал каждое движение палочки Волан-де-Морта, смакующего отвратительное зрелище, а Черная метка на предплечье сжигала кожу, заставляя Драко выть от боли, безнадежности и панического липкого страха, пропитавшего весь его разум. Он забыл, что такое смех, радость; ему казалось, что вся его жизнь – это убийства, кровь, растление, агония. Он начал пить. Каждый день, по несколько бокалов огневиски, один за другим, вперемешку с таблетками, доводя себя до беспамятства, исступления. Наутро он просыпался, снова испытывая боль, отвращение, очередной приступ, и все начиналось по новой. Он сходил с ума, ожидая конца. «Гарри Поттер мертв!» … «Драко, выходи..» … Он вышел. Он покорился. Он хотел умереть, сам, собираясь пустить себе Авада Кедавру в голову, как позднее сделал его отец... И Драко был готов к этому, если бы внезапная, призрачная надежда на другой исход событий в один миг не взорвалась в его больном мозгу. Заслонив собой от неминуемой погибели его почти полностью растерзанную душу. Давая шанс на иную, счастливую жизнь... Драко повернулся к Гермионе, увидев ее стоящей рядом с собой, в неспешном ожидании, прислонившейся плечом к черному мрамору. Ее теплый взгляд встретил его измученные глаза. Она смотрела на него так нежно, трепетно, что у него сжималось сердце. Шоколадные очи под пушистыми ресницами робко заглядывали в его прозрачные серо-голубые глаза, отпечатывались на сетчатке, проникая в усталое сознание, успокаивая своим теплом, рассеивая тревогу... На розовых нежных щеках еще были видны не до конца высохшие узкие дорожки слез. Она недавно плакала. Он заставил ее. Идиот. Она такая красивая... Малфой мягко притянул Гермиону к себе, обнимая руками ее тонкую талию, скользя ладонью вдоль спины, ощущая под кожей маленькие твердые лопатки. Прильнул губами к мягким волосам, вдохнул ее запах. Наклонил голову к ушку, прошептав: - Я никому не отдам тебя, Грейнджер.

Can you feel my pain, I give up again On my knees I pray, life to change one day... (Reckless Self «Demons»)

* Назвав пароль, и тихо проскользнув мимо Полной Дамы, что-то ворчащей себе под нос, Гермиона проскочила в дверной проем гостиной Гриффиндора. Увидев там ребят, пожалела о том, что в этом году старостам не предоставлялось отдельных спален. Должно быть, Профессор МакГонаггал посчитала достаточным привилегии в виде Ванной Старост и Комнаты Отдыха. При Профессоре Дамблдоре старостам выделялись для проживания маленькие башенки Замка, и, хотя Гермиона никогда там не была, она с удовольствием слушала рассказы прежних префектов об уютных интерьерах тех комнат. Она мечтала получить должность и обставить воображаемое помещение по своему вкусу. Книги, пергаменты, мягкая мебель и маленькие приятные штучки, создающие нужную атмосферу – ей так хотелось иметь собственную комнату в родном Хогвартсе. Но увы, Профессор МакГонаггал рассудила по-другому, и теперь Грейнджер кралась в спальню девочек, желая избежать косых взглядов и ненужных расспросов от Джинни. Было уже двенадцать часов, и большинство девчонок находилось в кроватях. Тихо разобрав свою постель, Гермиона разделась до белья, и забралась под прохладное одеяло. Взяв с прикроватной тумбочки маггловский будильник, который напомнил ей о доме, она завела его на полчаса пораньше, намереваясь утром составить свой план патрулирований и предложить его на рассмотрение Мистеру Брикману. «А может, намекнуть ему о комнатах для старост? Возможно, новый Директор посчитает это нужным, и решит перенять методы Дамблдора.. Надо сказать Гейлу и остальным, вместе мы будем смотреться убедительнее.» - рассуждала Грейнджер, нанося на руки ароматный крем. Гермиона опустила голову на подушку, пытаясь заснуть, но тщетно - все ее мысли были заняты последними проведенными двумя часами в Выручай-Комнате. Драко Малфой признался ей в любви. Уму непостижимо. Никто никогда не говорил ей о любви. Она не слышала этих слов, и не могла себе даже представить, что услышит их от него. Сохранив к своему восемнадцатилетию определенные представления о романтике, рисуя в своем девичьем воображении яркую картину своего первого настоящего свидания, Грейнджер сейчас понимала, что в реальности все оказалось куда более насыщенно, восторженно, и совершенно потрясающе. Как он целовался! Гермиона просто теряла рассудок от одних только его прикосновений, но когда Драко целовал ее – напористо, властно, уверенно, просто брал то, что ему было нужно, она полностью отдавалась его рукам и языку, растворяясь в его чувственности без остатка, без сожаления. «Я не могу тебе ничего обещать. Слишком много.. сложностей..», «Я никому не отдам тебя, Грейнджер..».. «Мои намерения в отношении тебя самые серьезные.» - фразы пульсировали в висках, превращаясь в поток нескончаемых мыслей, тревога перемешивалась с чувством счастья, абсолютного, упоительного счастья, заполнявшего до краев ее большое сердце. Он любит ее. А она - его. Она не сомневалась в этом ни секунды. Вновь вспомнив сильные руки Драко, нетерпеливо исследующие ее тело, его горячий язык у себя во рту, и ниже, на тонкой коже шеи, Гермиона почувствовала, как внизу живота начало сладостно тянуть. «Когда же… когда…» - промурлыкав в подушку, она заснула с мечтательной улыбкой на губах. * Драко вернулся в подземелья, удачно избежав встречи с Филчем – тот, кряхтя, ковылял по коридорам, и Малфой едва не налетел на старого сквиба. Вовремя свернув за угол, Драко подождал пару минут, когда облезлая кошка Филча - Миссис Норрис, проследует за своим хозяином, и, едва они оба скрылись за поворотом, юноша подскочил к каменной стене, ведущей в гостиную Слизерина. По обыкновению встретив там Блейза Забини и Теодора Нотта, сидящих на ковре за дымящимся кальяном, Малфой раздраженно закатил глаза – сейчас опять будут приставать с расспросами. Но, кажется, товарищи были сильно увлечены обсуждением предстоящего Бала, судя по отрывкам фраз, услышанных Малфоем, и даже не сразу заметили, как он вошел. Пройдя мимо них, юноша шумно плюхнулся на диван. Молодые люди мгновенно замолчали, и Забини начал внимательно изучать друга, в очередной раз вернувшегося сильно взъерошенным, откуда-то в столь поздний час. - Не боишься, что новый Директор заметёт? Я слышал, у него крутой нрав. – Блейз раскуривал табак, выпуская изо рта ровные кружочки дыма. - Не завидуй так громко. – Драко протянул руку к стаканам, стоящим рядом на столике. Найдя чистый, Малфой протянул его Забини: - Плесни-ка лучше мне чего-нибудь. - Конечно, друг. – мулат тут же вскочил с ковра, отложив кальянный шланг, и, проследовав к маленькому сейфу, стоящему на полу под лестницей, вручную набрал кодовый номер. Дверца со щелчком открылась, и Блейз вытащил оттуда тот самый коллекционный коньяк, подаренный ему Малфоем. Забини сразу решил, что будет пить его только в компании с Драко. Подойдя к дивану, Блейз откупорил бутылку, и аккуратно налил медовую жидкость в протянутый Малфоем стакан. - Нотт.. Оставь нас, будь добр. – многозначительно мотнув головой, мулат дал знать товарищу, что хочет поговорить с другом с глазу на глаз. Тео закатил глаза, но спорить не стал, в знак покорности поднял руки, и, пожелав всем спокойной ночи, отправился наверх. Удостоверившись, что они остались наедине, Блейз подсел к Малфою. - Рассказывай, давай. Драко посмотрел на него усталым взглядом, но не испытал при этом привычного чувства раздражения или скуки. - Что именно тебя интересует, Блейз? – Малфой пригубил коньяк, отметив его высокое качество и приятное послевкусие. - У тебя ведь новая подружка? Стал бы ты слоняться по коридорам после отбоя просто так. - Да, это удовольствие только для Гейла. – протянул Малфой, откинувшись головой на мягкую спинку дивана. - Это ведь не Пэнси? Кстати, скажу тебе по секрету.. – Забини понизил голос. – Нотт, кажется, тоже желает разделить с ней несколько холодных вечерков где-нибудь в чулане для метел. - У него нет шансов. Она влюблена в меня. Как и половина Школы. - Вне сомнений, Драко. Тебе нет равных в соблазнении девчонок. За милых дам! За «не дам» не пьем. – хохотнул мулат, осушая свой бокал. Малфой промолчал. Старая шутка, означающая хвастовство о своих постельных подвигах, сейчас теряла для него всякую актуальность. Мальчишество, бравада, пустая болтовня, постоянно сопровождающие беседы его однокурсников, сейчас казались ему такими глупыми и несущественными. В июне Драко исполнилось восемнадцать лет, и он думал о том, что пора становиться взрослым, брать ответственность за свои действия и слова. Понимал, что это будет нелегко, ведь он не привык отвечать за совершенные им поступки – обычно этим занимался его покойный отец. Малфой рос инфантильным и заносчивым мальчишкой, живя в полном достатке и не зная горя, до определенной поры. Навалившаяся на него ноша оказалась непосильной для его подвижной психики, едва не доведя его до беды. Если бы не она, хрупкая девушка с лохматой головой и горячим сердцем, все бы обернулось для Драко очень печально. «Спасибо, Грейнджер…». * На следующее утро Гермиона подловила в Главном Холле Эндрю Гейла, что было сделать не трудно – пунктуальный юноша приходил на завтрак всегда в одно и то же время, вплоть до минуты, чем вызывал снисходительную ухмылку даже у Грейнджер. Быстро изложив старосте Слизерина свою вчерашнюю идею, Гермиона надеялась на поддержку Эндрю, но к своему разочарованию, не встретила особого энтузиазма. - Для чего тебе это, Грейнджер? Мне вполне хватает Комнаты Отдыха, чтобы привести мысли в порядок. - Я плохо сплю. – соврала гриффиндорка, удивившись своему, ни на секунду не дрогнувшему, голосу. - Правда? – Гейл буравил ее острым взглядом. – Выглядишь ты отлично. Так и не скажешь, что любишь гулять по ночам. - Спасибо.. – Гермиона покраснела, сделав вид, что не поняла его подкола. - Окей, я могу подсобить тебе на сегодняшней встрече с мистером Брентоном, а что остальные старосты? Ты говорила с ними? – Эндрю сложил руки на груди, наклонив голову вбок. - Еще не успела. Как раз планирую это сделать. - Тогда до встречи. – коротко ответил Гейл, и, махнув рукой, зашел в Большой Зал. «Один есть» - подумала Гермиона, и поспешила за ним в Зал, попутно ища в толпе неспешно идущих и зевающих студентов старост Пуффендуя и Когтеврана. Быстро пообщавшись с нужными учениками и заручившись их безусловной поддержкой, Грейнджер подошла к столу Гриффиндора в отличном настроении. - Как дела, Гермиона? Хорошие новости? – Гарри широко улыбался дорогой подруге, приглашая ее присесть рядом. - Все прекрасно! У меня появились кое-какие идеи, как можно улучшить вашу успеваемость. Собираюсь поделиться ими с Директором. – пошутила Грейнджер, и захохотала, встретив испуганный взгляд Уизли. - Ты чего это задумала? Я еще не успел отдохнуть! – Рон даже отвлекся от клубничного пудинга, второго за последние пять минут. – Квиддич отнимает массу сил, знаешь ли.. - Лаванда тоже. – хохотнул Симус, ловко уклоняясь от ложки, запущенной в него Роном. - Умственная работа тебе не повредит, Рон. – Гермиона плюхнулась на лавку рядом с Гарри. – Ты, конечно же, забыл, что через два дня зачет по Трансфигурации? Профессор МакГонаггал не даст тебе спуску, имей в виду. - Еще целых два дня, именно. За это время можно переделать кучу важных дел. – отмахнулся Рональд, отправив в рот порцию желатинового десерта. - Главное - правильно расставить приоритеты, правда? – Гарри похлопал Гермиону по плечу, ставя всем ее в пример. - Совершенно с тобой согласна. Знаете, мне очень нравится быть старостой. Я научилась грамотно распределять время, и, несмотря на новые дополнительные занятия, у меня всегда есть свободное время, чтобы посвятить его интересным делам. Кстати, как там ваша подготовка к Хэллоуину? – Грейнджер с аппетитом накладывала себе в тарелку сочные свиные колбаски и омлет. - Вы видели, как красиво украсили Замок? – мелодично пропела Полумна. – Я надену костюм Тыквы. Мне кажется, это очень символично. - Отличная идея, Полумна! – поддержала забавную идею Джинни. - Кстати, Гермиона, нам с тобой нужно наведаться в Хогсмид к мадам Тодди. У нее отличные платья-перевертыши. - Можно глянуть, но я, правда, заранее привезла из дома платье, как-то не очень хочу наряжаться в этом году, все-таки положение обязывает. – староста постучала по блестящему значку, прикрепленному к мантии. - А Невилл решил изобразить Дракулу. – Полумна поведала друзьям об уроках танцев, которые юноша брал у мадам Спонгифай, приглашенного преподавателя магического этикета специально для семикурсников. - Ребята, я придумал кое-что совершенно особенное на праздник. Обещаю, это будет огненно! - Вот этого-то мы и боимся. – хором ответили ребята, заливисто смеясь над радостным Финниганом, который тут же начал докладывать о своих безумных идеях. Малфой наблюдал за Грейнджер. Смотрел, как звонко она смеется, окруженная своими друзьями. Жалел, что он не был одним из них, что не мог разделить эту искреннюю радость от теплого общения. - Драко, я правильно понял, что ты послал Пэнси? – Блейз толкнул локтем друга. – Нотт активно интересуется, свободна ли она. - Если ты не против, Малфой. – спешно добавил Тео. - Да мне плевать, забирайте. – Драко тыкал вилкой глазунью. – Но предупреждаю – она наскучит тебе довольно быстро. - Тео не очень-то везет с девушками. – Забини беззлобно подшучивал над товарищем. – Так что, думаю, в лице Паркинсон он сорвет большой куш. Драко безразлично хмыкнул. Его это совершенно не волновало. Он думал о Грейнджер, об их вчерашнем вечере, о том, как ему было хорошо. О том, что он снова хочет оказаться с ней наедине, просто сидеть на диване и пить ароматный чай с жасмином. Болтать обо всем.. Ему нравилось чувствовать себя настоящим. Покончив с завтраком, ученики засобирались на занятия. Гермиона схватила сумку с учебниками, и, перекинув ноги через скамью, поспешила к выходу из Зала. Мельком поймала взгляд Малфоя, улыбнулась ему краешком губ. Получив в ответ едва заметный кивок, вышла в Главный Холл. Улыбалась, предвкушая скорую встречу с Драко.