Вопреки всему

      На следующее утро Школа Чародейства и Волшебства с самого раннего часа была переполнена возбужденно переговаривающимися студентами и преподавателями, предвкушающими очень интересную встречу. Когда все собрались в Большом Зале, Аллан Брентон, по обыкновению одетый в безупречно сидящий на нем твидовый костюм, представил всем присутствующим только что прибывшего в Хогвартс почетного гостя. Мистер Фламель, волшебник неопределенного возраста, с золотистой густой бородой и проницательными глазами, одетый в бархатную фиолетовую мантию и такого же цвета остроконечную шляпу, доброжелательно склонил голову в знак приветствия и почтения - и в ту же секунду, все без исключения находящиеся в Зале, ощутили невероятную магию, которая пропитывала буквально каждый сантиметр незаурядной фигуры мага. Едва заметная сиреневая мерцающая дымка, ореолом окружавшая волшебника при каждом его движении, невольно приковывала к себе взгляд, а мягкий тембр его голоса завораживал, заставляя студентов с восхищением и неподдельным любопытством наблюдать за удивительным человеком, посетившим Школу. Помимо легендарного алхимика, являющегося потомком самого Николаса Фламеля, и который был ныне очень уважаем всем Магическим миром, в Замок также были приглашены более скромные персоны — преподаватель деловой этики и опытный инструктор по Трансгрессии. Министерство, прислушавшись к прошению Аллана Брентона, направило своих работников в Хогвартс с целью проведения ими нескольких встреч со старшекурсниками. Новый семестр едва начался, но студенты уже успели в полной мере ощутить интенсивную подготовку и всю серьезность намерений Директора, который был решительно настроен выпустить семикурсников с отличными практическими навыками по всем предметам. Гермиона во все глаза смотрела на новых преподавателей, позабыв о своем завтраке. В голове ведьмы роились мысли о скорых увлекательных уроках, где она была просто обязана проявить себя наилучшим образом. «Такой шанс ни в коем случае нельзя упускать!» — Гермиона, ну что, ты готова показать мистеру Фламелю, на что способна лучшая ученица курса? — добродушно пошутил Гарри, в то время, как в его собственных глазах, под стеклами очков плясали озорные искорки. — Конечно! Я не могу дождаться, когда уже начнутся занятия.. — мечтательно произнесла Грейнджер и широко улыбнулась другу, в волнении теребя вилку. — Повезло вам, ботаники.. — пробубнил Рон, подкладывая себе в тарелку уже третью по счету порцию омлета с беконом. — Я, между прочим, тоже вполне бы мог попасть в список. Мистер Фламель когда-то крепко дружил с начальником моего отца… — Ну да, рассказывай! — хохотнул Симус, едва услышав нелепую браваду Уизли. — В данном случае, твои возможные связи не играют никакой роли, Рональд. Здесь важна серьезная подготовка, а ты, смею напомнить, благополучно завалил зачет по Заклинаниям. Это тебе не сосиски трескать. — серьезно отчитала бывшего парня Гермиона, однако, ее мысли были далеки от рыжеволосого гриффиндорца. Девушка вновь спешно открыла талмуд, принесенный ею на завтрак, и в сотый раз принялась повторять таблицу алхимических элементов, боясь забыть хотя бы один из них. — Бон-Бон, ты и так самый лучший и умный, зачем тебе утруждать себя лишними уроками? — сладкоголосый напев Лаванды Браун заставил Джинни скривиться, и она с сочувствием посмотрела на своего блаженного брата. Вчера поздно ночью ведьма случайно узнала, что Рон вот уже две недели находился под действием очень редкого и могущественного заклинания Приворота, и умной ведьме не составило труда понять, у кого именно пустоголовая Браун могла достать необходимое для этого обряда зелье. Было очевидно, что Лаванде посодействовал кто-то, определенно заинтересованный в том, чтобы Уизли не мешался ему под ногами. Кто-то, обладающий отличными знаниями в зельеварении, приличным достатком и связями. И этот кто-то тоже имел на Гермиону Грейнджер свои виды. «Драко Малфой» Поначалу Джинни это привело в бешенство, но затем она довольно быстро поняла, что будет лучше, если она пока ни во что не будет вмешиваться. Гермиона и Драко были сильно увлечены друг другом, и внезапно нахлынувшая на Рона любовь к Грейнджер была бы сейчас совершенно некстати никому из них. Хоть Джинни никогда не разделяла подобные не легальные методы привлечения противоположного пола, она решила, что это даже могло пойти на пользу ее брату — с Лавандой он смотрелся просто великолепно, в то время как Гермиона была героиней явно не его романа. Подтверждения своей догадки Джинни не потребовалось — она была уверена, что именно находчивый слизеринец был зачинщиком этой аферы, и вовремя подсуетился, убрав с дороги соперника. Джинни подумала о том, что, возможно, ей бы стоило поговорить с самим Малфоем - хотя бы о том, долго ли тот собирается поставлять Браун зелье Приворота, ведь бесконечно это продолжаться не могло - в конце концов, Рон имеет право на нормальную жизнь безо всяких «допингов». Обычные любовные зелья, продающиеся в лавке Джорджа, по сравнению с этим сильнодействующим отваром, теперь казались младшей Уизли детской шалостью. Еще одной головной болью огнегривой волшебницы стала навязчивая мысль, открывать ли правду самой Гермионе, а также о том, какие методы практикует ее избранник — подруга была по уши влюблена, и вмешиваться в ее счастье Джинни считала недопустимым. Но червячок сомнений теперь регулярно подтачивал уверенность ведьмы в чистоте помыслов Малфоя — кто знает, не использует ли он сам подобные ухищрения… Ливерная колбаска соскользнула с вилки задумавшейся девушки, и шлепнулась в лужицу кетчупа, заляпав красными брызгами белую блузку волшебницы. — Твою ж.. — Осторожнее, красотка. — ехидно шепнул Кормак, подошедший к пунцовой ведьме со спины. Вытащив волшебную палочку, произнес. — Тергео! Ткань засияла первозданной чистотой, и Маклагген довольно ухмыльнулся своей ловкости. Джинни подняла на него глаза, обнаружив, что ее лицо находится на уровне его бедер. Верхняя пуговка на блузке волшебницы расстегнулась, когда она сделала глубокий вдох, открыв внимательному взору парня полоску белой кожи, контрастирующей с ярко-рыжими волосами. Маклагген присел рядом с разволновавшейся Джинни, и, как ни в чем не бывало, отправил в рот кусок яблочного пирога, взятый с ее тарелки. Отвлеченно блуждая взглядом по столу, за которым с аппетитом поглощали свой вкусный завтрак гриффиндорцы, Кормак подтащил к себе новенький выпуск «Ежедневного Пророка», раскрыв газету прямо перед собой и скрывшись за ней от возможных взглядов. — Какие планы на вечер? — тихо произнес он. Джинни почувствовала, как сердце сделало кульбит, вступив в немую перепалку с только что наполненным желудком. — Сегодня тренировка. Придешь посмотреть? — добавил Кормак и повернул голову к ведьме. В его глазах она увидела плутовство. — Приду. — ответила она, слизнув с ложки вишневый джем. *       Первое занятие по Алхимии было в самом разгаре — пятнадцать старшекурсников, во главе с Драко Малфоем, Гермионой Грейнджер, Гарри Поттером и Блейзом Забини разбились по парам, с первых же минут окунувшись в мир удивительных ароматов, чисел, магических знаков и чувства абсолютной оторванности от реальности. Ученик Когтеврана, оставшийся без пары, был любезно приглашен к столу мистера Фламеля, и Гермиона даже испытала чувство зависти, наблюдая за тем, как легендарный волшебник ловко жонглирует неизвестными ингредиентами, опуская их в котелок, меняющий цвет. Грейнджер старательно вытягивала шею, боясь упустить хоть одно мгновение увлекательного занятия. Маг, о котором ходили легенды, и которого большинство присутствующих видели сегодня вживую впервые, с первых же секунд увлек студентов своей необычайной энергетикой, так что сдвоенный урок по Алхимии прошел очень быстро. Когда прозвенел звонок, свидетельствующий об окончании пары, по классу прошел разочарованный гул — старшекурсники были полны желания до конца дня не покидать кабинет мистера Фламеля, где царила атмосфера настоящей древней Магии. Осознание того, что они прикоснулись к чему-то таинственному и недоступному большинству, высочайшему магическому искусству, заставило учеников по окончании занятия аплодировать профессору стоя. — Благодарю вас, дорогие студенты, с вами было очень приятно работать. — мистер Фламель одарил всех магнетической улыбкой. — Если можно, я бы хотел попросить старост факультетов ненадолго задержаться. С остальными мы встретимся через неделю в это же время. Успехов! — Конечно, профессор! — живо отозвалась Гермиона и махнула Гарри, давая ему понять, что они встретятся на следующей паре по Травологии. Студенты возбужденно перешептывались, покидая кабинет, наполненный разноцветным дымом. Когда помещение опустело, мистер Фламель повернулся к подошедшим к его столу Драко и Гермионе. — Спасибо что задержались, господа… Хм-м.. Какая сильная связь.. Старосты переглянулись, в удивлении и неловкости вглядываясь в лицо профессора, который водил носом по воздуху, словно унюхал какой-то незнакомый ему запах. Приглядевшись, Драко увидел легчайшую дымку, которая тянулась от волос Гермионы в направлении лица мистера Фламеля. — Простите? — Малфой осторожно наклонился вперед, возвращая встрепенувшегося мага в реальность. Волшебник спешно поправил свой фиолетовый колпак, взмахнув длинным расклешенным рукавом, и дымка тотчас испарилась. — Прошу прощения, меня всегда завораживали древние могущественные зелья. — откровенно признался волшебник и хитро улыбнулся юноше. Драко, не мигая, смотрел на него. Гермиона попросту не понимала о чем идет речь и в недоумении хлопала ресницами. — Итак, подойдите, пожалуйста ближе. Да, вот так.. — начал бубнить профессор, доставая из своей потрепанной кожаной сумки пару пергаментов. — Пожалуйста, заполните эти таблицы к нашему следующему занятию.. Выходя из кабинета Алхимии, Грейнджер пробежала глазами выданный ей листок, но ее мысли были далеки от поручения Фламеля. — Драко, о каком зелье он говорил? Я ничего не поняла.. — Ерунда, старик немного не в себе. — махнул рукой Малфой, оглядывая набитый учениками коридор. Толпа подхватила старост и понесла их по направлению к Большому Залу. Близилось время обеда. * После окончания пар у Гриффиндора началась тренировка по квиддичу — хотя погода с каждым днем становилась все хуже, осадки усиливались, а промозглый ветер то и дело норовил продуть насквозь активно кутающихся в плотную спортивную форму игроков, Гарри был настроен решительно, и не давал поблажек никому из команды. Применив Утепляющее заклинание на одежду товарищей, он существенно облегчил задачу Маклаггену, который проявлял себя сегодня особенно бойко. Поттер был крайне доволен тем, как Кормак раз от раза ловко овладевал квоффлом, а вот к Рону у Гарри снова были большие вопросы. Его друг последние пару недель постоянно проводил время в компании Лаванды Браун, а вот его успеваемость по большинству предметов, также как и навыки вратаря, существенно снизились. Гарри понимал, что любовь для Уизли была сейчас главным приоритетом, но не мог не испытывать раздражение при виде вечно целующихся Рона и Лаванды. Возможно по той причине, что у него самого с Джинни было не все гладко. Поттер старался гнать от себя подальше навязчивые мысли, ему казалось, что он все придумывает — да, они с младшей Уизли немного отдалились друг от друга, но молодой маг оправдывал это нехваткой времени и загруженностью по учебе. Помимо регулярных тренировок, Гарри старательно изучал пособия для начинающих мракоборцев, намереваясь прочно занять подобную должность в Министерстве после окончания Школы. Деятельность мракоборца была на роду написана Гарри, и он ни секунды не сомневался в своем решении, порой пренебрегая излишним проявлением чувств к Джинни, и предпочитая сосредотачиваться на более важных вещах. Ему и в голову не приходило, что именно это начало отдалять ее от него. Впрочем, не только это.. Огнегривая ведьма, закутавшись в пушистую длинную шубку из овчинки, буквально летела на поле, быстро перепрыгивая через замерзшие лужи. Жмуря глаза от внезапно начавшегося ледяного дождя, прорываясь сквозь разыгравшееся ненастье и свистящий в ушах ветер, она услышала сигнал, свидетельствующий о перерыве. Уже на подходе к полю, Джинни издалека увидела приземляющихся гриффиндорцев, спешащих согреться в раздевалках горячим чаем с имбирем и противовирусной микстурой. Уизли быстро завернула за угол высокого деревянного помоста, наверху которого располагались трибуны для болельщиков — пожалев о том, что не взяла с собой зонт, ведьма вытащила волшебную палочку и произнесла Осушающее заклинание, которое вмиг придало ей тепло и укрыло от ненавистных капель. Переводя дыхание в небольшом закутке, она хотела было вновь выйти под дождь, чтобы наконец добраться до раздевалок, однако, в следующий момент высокая фигура накаченного молодого парня буквально выскочила из-за угла, и сгребла в охапку взвизгнувшую от неожиданности волшебницу. Не успела она опомниться, как крепкие руки Кормака прижали ее к себе.