Heart of iron

      Юнги лежал на постели в своей палате. На улице уже смеркалось, и собирались грозовые тучи, потому в помещение тянуло прохладным воздухом и свежим запахом дождевой воды. Свет Мин слегка приглушил, потому спокойно мог заниматься своим любимым больничным делом — смотреть в потолок и изредка моргать. Завтра его должны были выписать, потому Юнги никак не мог уснуть, думая о том, что же делать после. В дверь тихо постучали, и после короткого «входите», в проёме показалась красная макушка Кима. — Не спите? — спросил он, аккуратно просачиваясь через дверь, чтобы она не издала привычного скрипящего звука. — Не сплю, как видите. А вы всё ещё на работе? Не думаете отдохнуть? — Юнги сел на кровати, подкладывая под спину подушку. — Завтра выпишу вас и отдохну, — Тэхён подошёл и сел на кровать рядом. — Послушайте, я знаю, что, наверное, я поздно, но у меня есть для вас подарок. Прощальный, если можно так сказать, но раз уж вам не спится, то можете начать прямо сейчас, — он протянул в руки Юнги толстую книгу. — Интересно. Это что-то из современного? — Мин провёл ладонью по ничем не примечательной бордовой обложке и открыл книгу, мельком пролистав её страницы между пальцами. — Увесистая книженция. Даже если мне не понравится, то будет чем отбиваться от прессы, спасибо. — Это смешно, — отметил Тэхён. — Тогда почему вы не смеетесь? — хмуро посмотрел Юнги, подумав, что это был сарказм или какая-то не очень приятная издёвка. — Я не умею, — парировал Ким. — Как так? — Не важно. Эта книга моего любимого современного писателя. Очень надеюсь, что она придётся вам по душе. Я не умею делать подарки, но совсем с пустыми руками из больницы вас отпустить не мог. — Мне кажется, это я должен подарить вам подарок. Так обычно это делается. Пациенты дарят подарки врачам, а не наоборот. — Если хотите, то можете подарить мне что-то взамен, на память, так сказать, о том, что у меня среди пациентов был такой феномен, как вы. — Красный цвет волос идёт вам намного больше, чем блонд, что был до этого. — Что? — переспросил Тэхён, но на его лице ни одна эмоция не пробежала. — Ничего, забудьте. Спасибо ещё раз за подарок, но я, правда, не знаю, что могу подарить вам взамен. У меня ничего нет сейчас… — Тогда ничего не нужно, я просто… — Тэхён перебил Юнги, но сам замолчал вместе с ним. — Чего же вы замолчали? — хитро ухмыльнулся Юнги, понимая, что, наверняка, его собеседнику сейчас должно быть очень неловко, но Ким спокоен, будто камень, как и обычно. — У меня есть только телефон старой марки. Я проверил, он не рабочий. Просто безделушка теперь, по сути. — Могу я его забрать, как память? — Это же просто бесполезный сдохший гаджет пятисотлетней давности. Зачем он вам? — Пожалуйста, — попросил Тэхён, и Юнги противиться не стал, взял с тумбы старый телефон и отдал его Тэхёну. — Коллекционируете древности? Впрочем, это не моё дело. Мне в любом случае нужен новый телефон. Вот только какой — я не знаю. — Здесь я вам не помощник. Зайдите в любой магазин, где продают телефоны. Вам там посоветуют разного, выберете то, что больше всего вам подойдёт. — Хм… похоже придётся сделать именно так. Ладно, это уже не ваши заботы. Большое спасибо за книгу, да и вообще за всё. С вами в больнице было не так скучно. — Рад, что смог скрасить ваше проживание здесь. Тогда, если вы не против, я пойду. — Конечно, господин Ким. До завтра. — До завтра.       Тэхён встал с кровати и, пока шёл до двери, поправил слегка влажные от дождя волосы, что липли к шее. Юнги заметил, что что-то блеснуло на коже доктора. — У вас что-то на шее, — сказал Мин, опуская ноги на пол. — Дайте я посмотрю. — В этом нет необходимости, — Тэхён прикрыл двумя пальцами то, что отражало тусклый свет лампы, и вышел из палаты. — Отдыхайте, — добавил он, закрывая дверь. — Хорошо, — Мин снова упал на кровать и погрузился в думы о том, что он только что видел и слышал. Эта блестящая штуковина и фраза «я не умею смеяться» раз за разом прокручивались в сознании Юнги, но ответ не был очевиден. Ведь Тэхён улыбался раньше, почему тогда он не умеет смеяться? Хоть и Мину частенько казалось, что улыбка эта натянута и, скорее, обусловлена врачебным этикетом, нежели реальными эмоциями. А что, если он действительно не умеет улыбаться искренне? Такое вообще возможно? А что со смехом? Разве есть люди, не умеющие смеяться? Может, он просто стесняется?       От нечего делать Юнги открыл книгу и начал читать. Правда, хватило его ненадолго. Это давняя проблема Мина — если он начинает читать ночью, то пары страниц хватает для того, чтобы его начало клонить в сон. Он и сам не заметил как заснул, разбудила его только книга, что свалилась на пол. Юн лениво протянул руку вниз, положил книгу рядом с подушкой, выключил свет и снова уснул.       Утром его, как и обычно, посетил лечащий врач. — Как ваше настроение? Готовы к выписке? — Тэхён улыбался, но теперь эта улыбка вызывала у Юнги только настороженность. — Как сказать? Наверное, готов, — пожал плечами Мин. — А почему так неуверенно? — в ответ пациент вновь повёл плечами, и Тэхён решил, что настроение у него не очень, потому лучше лишними вопросами не донимать. — Пока медсёстры готовят ваш больничный лист, мы с вами проведём ещё один последний контрольный тест. Давайте руку.       Тэхён достал из кармана маленький предмет, очень напоминающий глюкометр. С ним Юнги был знаком хорошо. В первые дни чуть ли не каждое утро начиналось с этого прибора для забора и моментального анализа крови. Тэхён поднёс анализатор к пальцу пациента, и тот, впитав капельку крови, мгновенно выдал результат. — Гемоглобин всё ещё ниже нормы. Выпишу вас сегодня только в том случае, если пообещаете принимать железосодержащие препараты и есть больше белковой пищи. — А если нет? Оставите меня ещё на недельку? — Юнги нагнул голову на бок, чтобы лучше видеть глаза собеседника, но Тэхён был занят анализатором, пытаясь вытащить из него только что использованную индикаторную полоску — Перестаньте. Вам нечего бояться, ваша жизнь за пределами больницы будет намного лучше, чем здесь. Я понимаю, что тяжело решиться на такой шаг, но вы должны. Вас ждёт светлое будущее, ведь вы — народный герой. — Чёрт. Правда. Что я как маленький ребёнок? Нельзя же всё время сидеть в больнице. Пора выходить за пределы уютной палаты. — Ну, конечно, — Тэхён положил руку на плечо Юнги, пытаясь показать свою поддержку. Люди делают именно так. Он читал об этом. И много раз видел. — Это верное решение. Но если что — читайте книгу. В ней есть все ответы. — Да, спасибо, я обязательно прочитаю её, — Мин взял книгу, что всё также лежала у подушки, и положил себе на колени. — Собирайтесь, Юнги, я думаю, ваш больничный лист уже готов. — Ещё раз спасибо вам за всё, что вы для меня сделали. — Это мой долг. Спасибо вам за то, что сделали для науки. Как прочитаете книгу — дайте знать. Обсудим. — Так мы ещё увидимся? — Если вы захотите. Вам известно, где меня искать.

***

      Под бурные овации и тысячу вопросов журналистов Юнги покинул здание больницы. Улыбаться всем не было сил, потому он просто игнорировал всё происходящее вокруг и шёл вперед. На радость ему, Мина уже ждало такси, так любезно заказанное главным врачом. Куда ехать — он не знал, потому минуя толпу репортёров, в сопровождении Тэхёна, он сел на заднее сидение современного электромобиля и назвал один из немногих адресов, который помнил наизусть — адрес родительского дома. Но водитель сказал что дом, стоявший по той улице, уже давно снесли, теперь там автомастерская. Ехать в их с Чимином квартиру не было смысла — Мин знал, что сейчас там живут совсем другие люди. Сбитый с толку, Юнги назвал ещё один адрес, только чтобы быстрее уехать от этих людей, ломящихся в машину. На этот раз это был бабушкин дом. Парень поспешно помахал на прощание своему доктору, и машина тронулась с места. Как только Юнги отъехал, всё внимание толпы внезапно переключилось на молодого лечащего врача. Тэхён еле ноги унёс оттуда и скрылся в больнице, а туда журналистов, по приказу главного врача, не пускают.

***

      Дом бабушки, как и полагал Юнги, давно пустовал. От былого уюта не осталось и следа. Всё было серым и мрачным, покрытым слоем пыли и грязи. Но особого выхода у Юнги не было — потому нужно приводить дом в порядок. Жить в нём пока невозможно, требуется провести очень много ремонтных работ, чтобы он стал пригодным для жилья. Благо деньгами Юнги не обделили. На полную реставрацию, конечно, не хватит, но на первые и самые основные работы — вполне достаточно. Конечно, видимо, придётся поступиться принципом и сходить на пару интервью, чтобы получить с них деньги и закончить ремонт. К тому же на это время нужно где-то жить. Знакомых у Юнги не осталось, потому он решил временно пожить в каком-нибудь недорогом отеле.       Прижиться в новом мире было довольно сложно, но Юнги постоянно вспоминал слова мамы о том, что везде есть добрые люди, которые не откажут тебе в помощи. Потому поймав попутку, он попросил подвезти его до какой-нибудь не слишком дорогой гостиницы.       В отеле Юнги приняли с распростёртыми объятиями, дословно объясняя и наглядно показывая, как пользоваться различными современными изобретениями вроде скоростного лифта, от которого у Юнги желудок горло подпёр, или системой сканирования сетчатки глаза, что была у каждого номера в отеле и являлась своеобразным ключом.       Вопрос с жильём был решён — просторная комната на одного почти за бесценок. Осталось только найти средство связи, а для этого Юнги нужно было выйти на улицу, где его, как он понял, глядя в окно, уже ждали несколько людей. Но делать нечего, не ходить же совсем без телефона. Потому Мин переодел футболку, натянул на лицо чёрную кепку и вышел на улицу. Он совершенно не ошибся — ждали его. И, как это было очень кстати, хотели пригласить на вечернее шоу в качестве гостя. Юнги нехотя согласился, так как деньги были нужны. Один из сценаристов отдал парню три листа со списком возможных вопросов и вариантами того, какие ответы они хотели бы услышать. — Эм… нет, на это я точно не согласен. Вопросы — хорошо. Но отвечать я буду честно, то есть так, как посчитаю нужным. — Но тогда это только половина гонорара, — ответил один из людей, что выглядел особенно важно и представительно. — Две трети, — решил пойти на торг Юнги. Терять деньги было жалко, тем более, что сумма не маленькая, но на сделку с совестью он не пойдёт. Так уж воспитан. — Хорошо, сойдёмся на этом, — ответил тот самый представительный мужчина и протянул Юнги руку, опоясанную дорогими часами. Мин лишь отмахнулся и ушёл по своим делам — искать телефон. Водиться с людьми из какого-то желтушного шоу ему хотелось меньше всего.

***

      Через три дня были организованы съёмки. На съёмочной площадке Юнги был впервые в жизни, потому мыкался везде, как слепой котёнок. Его снимали во время нанесения грима, снимали во время приёма пищи, снимали, когда он пробегался глазами по сценарию ещё раз. В общем, снимали так часто, что Юнги казалось, что он уже заведомо, до самих съёмок, отработал свои деньги. И такой интерес к нему безумно раздражал после тихой и спокойной больницы, где внимание на него обращал только Тэхён и пара медсестёр. Ну, и несколько раз заходил главный врач — всё. Юнги ловил себя на мысли, что хочется снова спрятаться от всех в своей палате и не выходить, что совет его доктора был абсолютно глупым и неверным. Ему не нужно было выписываться из больницы, но… — Раз, два, три, камера, мотор, пишем!       Ведущий искусственно улыбается и произносит уже заранее заученную, такую топорную приветственную фразу: — Сегодня у нас в гостях человек-легенда, человек, изменивший историю. Тот, за чьей судьбой мы следили всем миром. Пожалуйста, поприветствуйте его бурными аплодисментами — Мин Юнги!       Он машет весело и улыбается дружелюбно тем, кого видит впервые. Это совсем не в его характере, но приходится — требования по контракту. После просьбы ведущего Юнги прекращает этот акт лицемерия и садится в пол-оборота к зрителям. Зал постепенно затихает, и шоумен задаёт свой первый вопрос. — Итак, давайте начнём с самого интересного: вы помните свою прежнюю жизнь?..