Белый волк с кровью дракона

      Крупнейший город Севера и пятый по численности населения город Семи Королевств - Белая Гавань, уже больше тысячи лет является владением могущественного дома Мандерли. Он стоит на восточном берегу залива, куда впадает одна из крупнейших рек Севера - Белый Нож.       Река эта не замерзает даже в самые лютые морозы, благодаря чему из Винтерфелла в довольно быстрые сроки можно добраться до Королевской Гавани. Стоит только спуститься вниз по реке, добраться до Белой Гавани, а затем пересесть на морской корабль, который и доставит вас до столицы Семи Королевств.       Но главный порт Севера был знаменит не только торговлей. В устье реки расположилась Тюленья скала - сравнительно небольшой остров с руинами поселения Первых людей. Своё название он получил непосредственно из-за скопления большого количества тюленей, гревшихся на камнях у подножия утёса.       Современная Белая Гавань построена вокруг древнего замка Волчье Логово, которому уже свыше двух тысяч лет. Древняя твердыня стоит на самом берегу моря, стены города смыкаются с ее стенами. В Волчьем Логове сохранилась богороща, правда, крайне запущенная; огромное уродливое чардрево в ней задушило все другие деревья и протянуло спутанные ветки через окна и поверх стен.       Также город имеет две гавани: большую внешнюю для торговых судов и сравнительно небольшую внутреннюю, прикрытую с двух сторон городской стеной и стенами Волчьего Логова. В этой меньшей гавани может уместиться по крайней мере двадцать три боевых корабля. Внешняя же гавань и прилегающий к ней рыбный рынок находятся вне городских стен, из них в город можно попасть через большие Тюленьи Ворота. За воротами лежит городская площадь со старинным фонтаном в виде водяного с воздетым к небу трезубцем - гербом Мандерли. Местные жители называют эту статую Стариком - Рыбоногом, а площадь — площадью Рыбонога. Здесь также есть портики с колоннами, где тоже ведётся торговля; сюда же выходят ворота Старого монетного двора, прежде запертые, но сейчас открытые настежь для беженцев с северных земель.       Трезубец Старика-Рыбонога указывает на один из переулков, где раньше торговали жареной рыбой. Кроме монетного двора, на площади находится бордель; в одном из домов, прилепившихся к стене Волчьего Логова, находится пивоварня, где варят вкусное пиво; под складом овечьей шерсти на противоположной от портиков стороны площади есть дешёвый погребок «Ленивый угорь», посещаемый в основном моряками. Поблизости также есть гостиница, ещё одна пивная и балаган с представлениями.       На холме за стенами города стоит Белокаменный Новый замок, построенный Мандерли после переселения на Север. Там же находится большая и помпезная Снежная септа, украшенная статуями Семерых.       Идущая от самой воды у Волчьего Логова вверх по холму к воротам Нового Замка улица, именуемая Замковой Лестницей, сейчас была заполнена до отказа. Северяне медленной неповоротливой колонной входили в город, вызывая у местных жителей неподдельное любопытство. Старики и дети сжались вдоль стен, наблюдая за суровостью лиц бесстрашных воинов, подмечали их фамильные гербы, перешептывались и бежали следом.       Джона среди них не было. Король Севера в компании лорда Мандерли осматривал Тюлений остров, на котором в данный момент слуги возводили огромный шатер, защищающий от мокрого снега и дождя. Внутри шатра было выкопано кострище, в котором языки пламени лизали сухие и крепкие сосновые поленья, и пряный аромат их щекотал ноздри.Чуть в отдалении стоял большой стол с картой, бумагами и чернильницей, несколько простых кресел с подлокотниками занимали все четыре угла шатра. Вокруг каждого расположились небольшие столики с начищенными до блеска подносами с угощениями и графинами лучшего дорнийского вина. Под ногами расстилался ковер с жёстким ворсом. Больше в шатре ничего не было - Джон Сноу не любил излишеств.       Его личная гвардия, состоящая из двадцати отборных солдат, осматривала руины, покрытые тонким слоем голубоватого мха. С моря несло тиной и рыбой, чайки кружили над ним, истерически крича.       Давос Сиворт, прибывший сюда в качестве его десницы, сейчас разговаривал с лордом Мандерли, чьё широкое лицо раздуло от недовольства. Наконец, ему надоело беседовать с Луковым Рыцарем и он повернулся к Джону, который уже начал готовиться к долгому спору. - Они не смогут защитить вас в случае серьезной опасности, - распинался лорд Мандерли. - Да и город, хотя он и хорошо укреплён, не устоит перед драконами. - Кажется, вы говорили, что ваши умельцы всё же успели создать несколько скорпионов по чертежам, которые передал Сэм Тарли из Цитадели. Я видел парочку, они выглядят довольно внушительно, - проговорил Джон, проведя рукой по шершавой поверхности древней твердыни. На перчатке осталась пыль, тут же въевшаяся в кожу. - Но никто никогда не стрелял из них по драконам, - снова возразил лорд. - Вы рискуете не только своей безумной головой, но и всем Севером! - Судя по вашим словам, я правда безумен, - вздохнул Джон. - Что ж, довольно скоро мы узнаем, во что выльется моё безумие, - сказал он, заметив вдали морской глади несколько больших кораблей с драконами на черных парусах.       Матросы на их собственных галерах забегали, и их возбуждённый говор был слышен за несколько миль. Звенела сталь, скрипело дерево, волны заливали палубы галер. Подобно негостепреимному хозяину, город напряжённо готовился к нежеланным гостям.       Вскоре в залив вошли несколько лодок с облаченными в лёгкие меха дотракийцами и безупречными. Среди них был и Тирион Ланнистер - десница Королевы. Высокая темнокожая девушка сопровождала его, держась позади.       Годы не пощадили карлика. Его когда-то светлые волосы потемнели и потускнели, а изуродованное длинным шрамом лицо заросло густой бородой. Сам он осунулся и словно стал ещё ниже, глаза впали вглубь, а взгляд стал уставшим. Единственное, что не изменилось - это лёгкая небрежная улыбка, которой он и одарил Джона при встрече. - Ну, здравствуй, бастард из Винтерфелла, - начал он. - Хотя, погодите. Вы же сейчас Король, а значит я должен обращаться к вам соответствующе. По крайней мере пока, - его голос был насквозь пропитан ехидством и иронией. - Однако, позвольте спросить. Как вам удалось сбежать со Стены и заполучить себе титул? Насколько я знаю, северяне казнят дезертиров на месте.       Джон пропустил выпад мимо ушей. - Ну раз я до сих пор жив, значит, они вовсе не против иметь такого Короля, - ответил Джон спокойно. - Интересные времена настали, лорд Тирион. В то время как Север выбирает себе Короля - бастарда, Королева Юга отдает значок десницы брату своего злейшего врага. Удивительно, неправда ли? - Действительно, - снова улыбнулся карлик. - А вы изменились, Джон. Стали решительнее. Или мне вас теперь называть Ваша Светлость? - Не думаю, что вашей королеве это понравится, - Джон посмотрел на своих солдат, не сводивших напряжённого взгляда с дотракийцев, следовавших за ним. - Для вас я по-прежнему Джон Сноу, бастард из Винтерфелла. - Ну тогда и я просто карлик с Утеса Кастерли, - Тирион, наконец, решил представить свою спутницу. - А это ближайшая советница королевы - Миссандея с острова Наат.       Девушка внимательно посмотрела на него, как бы изучая. Под её взглядом Джон почувствовал себя нагим и отвернулся. Они же тронулись дальше. - Но где же ваша Королева? - спросил он. - Хотелось бы поскорее приступить к переговорам.       Огромная черная тень резко и неожиданно закрыла собой половину неба. Ветер засвистел над их спинами, сопровождаемый страшным рёвом и рокотом. Джон инстинктивно пригнулся, борясь с желанием броситься на землю. - А она уже здесь - усмехнулся карлик.       Драконы пролетели над ними огромными птицами. Сноу во все глаза таращился на них, пока они не превратились в точки и не скрылись в облаках. Но затем они снова вернулись и уселись на скалы прибрежных гор, и стали наблюдать за ними, как коршуны наблюдают за своей добычей.       Наконец, самый большой из них сорвался с места, вызвав лавину из камней и снега, и направился к ним. Северяне схватились за оружие, даже Давос, не умеющий сражаться, положил неповрежденную руку на эфес меча. Джон приказал им сохранять спокойствие.       Дракон приземлился прямо на руины, которым каким-то чудом удалось выдержать его огромный вес. Затем он спустился, а Джон наконец смог получше рассмотреть его.       Чешуя его отливала красным и на вид была крепка как сталь. "Такую так просто не пробьешь" - подумалось ему.       Огромная морда зверя распахнула свою глотку, в глубине которой искрил огонь. Запахло смрадом и гарью, но затем острые клыки щёлкнули пустоту, и пасть захлопнулась. Дракон смотрел на него, раздувая ноздри, и глаза его - Джон мог бы поклясться в этом, были слишком умными, похожими на человеческие.       Что и говорить, его появление было эффектным. Сноу едва устоял на ногах под напором смрадного дыхания, а ледяной вихрь, вызванный взмахами его огромных крыльев, насквозь пропитал его волосы снегом. Под взглядом зверя он почувствовал себя жалким трясущимся жуком, над которым занесла сапог сама смерть.       Но похоже сегодня у смерти на него были другие планы.       Чудище опустило своё крыло, и Сноу наконец разглядел его наездницу. Она ступила на крыло легко, словно всегда это делала, и зверь с необычайной осторожностью спустил её на землю, а затем снова улетел, вызвав у большинства присутствующих вздох облегчения.       Люди не врали, когда описывали её красоту. Длинные серебряные волосы были частично заплетены в многочисленные косы, украшенные на дотракийский манер бубенцами. Черты лица её были нежными и утонченными, губы алели на белоснежной коже. Но среди прочего выделялись её глаза. Жёсткие и решительные, они сияли фиалковым цветом. - Перед вами Дейенерис Таргариен, именуемая первой, законная наследница Железного трона, Неопалимая, Королева Миэрина, Королева Андалов, Ройнар и Первых Людей, Кхалиси Дотракийского Моря, Разбивающая Оковы и Матерь Драконов» - представила свою королеву Миссандея с острова Наат.       Повисла тишина, в конце которой звеня от неловкости, раздался голос Давоса Сиворта: - А это Джон Сноу. Король Севера.       Кто-то из северян прыснул в кулак, после чего получил предупреждающий взгляд Джона и тут же замялся. - Север приветствует Дейенерис Таргариен. Надеюсь, мы сможем услышать друг друга. - Это будет зависит преимущественно от вас, - ответила Дейенерис. - Я пришла сюда только по одной причине, и вы прекрасно знаете какой. - Нам лучше поговорить об этом внутри, - Сноу кивнул на шатёр, приглашая их войти. - Судя по всему, разговор будет долгим.       Дейенерис, окружённая дотракийцами, обогнула Джона и направилась в приготовленное укрытие. Ступала она с достоинством королевы, глядя прямо перед собой, и на северян, окружающих лагерь, внимания не обращала.       Дотракийцы осмотрели площадку для переговоров и тут же вышли, оставшись стоять у входа. Она прошла через них, но в последний момент обернулась, боковым зрением заметив странное движение среди руин. Её тут же загородили собой телохранители, выставив перед собой остро наточенные аракхи. Сноу же ласково потрепал лютоволка за ухом, который тут же по привычке лизнул его ладонь. - Не только у вас есть любимцы, - усмехнулся Джон. - Но не бойтесь, без разрешения он на людей не кидается.       Дейенерис посмотрела на волка величиною с теленка и засомневалась в этом. Её пугали эти кровавые глаза, разглядывающие её с любопытством, но страха своего она не показала. Успокоив себя тем, что Дрогон рядом и сможет расправиться с этой тварью за секунду, стоит ей лишь мысленно позвать его, она вошла внутрь.       Джон не стал отпускать от себя Призрака и позволил ему погреться у огня. Дотракийцам это не понравилось, но вмешаться им не позволила Королева, попросту сказав что-то на их языке.       Дейенерис выбрала самое дальнее кресло и присела, расправив складки платья цвета воронова крыла. Её верная советница стала позади него, а Тирион опустился в соседнее, улыбнувшись при виде столика с графином. Два оставшихся кресла заняли Король Севера и его десница.       Кажется, Королева решила прожечь его взглядом, но Джон спокойно выдержал его. Тишину же разрушил Тирион, неловко потянувшийся за графином. - Что ж, думаю, вино всё же не отравлено, - решил он. - В горле пересохло от дальней дороги, Иной бы побрал эту морскую тряску.       Вино наполнило бокалы, и воздух пропитал его фруктовый аромат. С наслаждением принюхавшись к нему, карлик подал бокал королеве, но получил отказ, и вернулся обратно на своё место. - Итак, мы получили ваше любопытное послание, - начал он, когда с вином в его бокале было покончено. - Судя по его содержанию, вы отказываетесь преклонять колено и признать власть нашей законной королевы. Вы также писали, если вспомнить текст дословно, что Север отныне считает себя отдельным государством и будет поступать в соответствии со своими интересами. То есть, другими словами, вы объявляете нам войну? Я правильно вас понимаю? - Не совсем так, - ответил Джон. - Север не хочет воевать против Дейенерис Таргариен, а хочет стать её равноправным союзником. Если вам нужна помощь в свержении Серсеи, то мы вам поможем. Но при одном условии. Сначала вы поможете Северу. - А почему вы так уверены в том, что мне нужна ваша помощь? - взгляд королевы стал ещё жёстче, и в них начал проявляться гнев. - Как видите, у меня есть три огромных дракона, дотракийцы и безупречные, которые готовы положить к моим ногам целым мир. И они сделают это, если я попрошу их об этом. Мало того, им ничего не стоит завоевать и Север, в случае острой необходимости. - Тогда почему вы здесь, а не на Железном троне? Что вам мешает сжечь Королевскую Гавань на своих драконах? Для чего вы разделеяте своё войско и тем самым один за другим теряете союзников? - поинтересовался Джон. - Ответ здесь может быть только один. Вы не хотите лишних жертв. - Возможно. Но это не объясняет, почему я должна отказаться от Севера. - Вы можете вырезать всех северян, изнасиловать всех женщин и убить детей, но даже тогда вы не завоюете его, - возразил Джон. - Вернее завоюете, но не надолго. Север у вас отберут. - Что вы имеете в виду? - За стеной собирается огромная армия, с которой не справится одному Северу. А если падёт Север, то и остальной мир будет обречён. Белые Ходоки существуют, Ваше Величество. И скоро они придут за нами.       Дейенерис и ее десница переглянулись. - Вы же говорили, что доверяете этому человеку, - обратилась она к изумленному Тириону. - Называли его достойным сыном Неда Старка, человеком чести. А на деле я вижу безумца, рассказывающего сказки - её голос был полон злости и неприкрытого раздражения. - Он не хочет признавать меня королевой, хотя его предок Торхен Старк ещё несколько веков назад на веки вечные присягнул моей семье, но просит помощи в сомнительном деле. Разве это имеет какой- то смысл?       Тирион хотел вмешаться, но Джон его опередил. - Вы плохо меня знаете милорд, - обратился он к нему. - Но разве тогда на Стене вы считали меня безумным? - Нет, не считал. Но вы же не думаете, что мы просто поверим вам на слово и пойдем сражаться с тем, что вы видели только вы? И даже если всё, о чем вы нам поведали, правда, мы же не можем всё бросить и позволить Серсее снова забрать половину государства? Почему бы вам не преклонить колено, объединиться с нами, завоевать Железный трон, а потом, когда с врагами будет покончено, послать войска на Стену? - Для этого нет времени, - возразил Джон. - Мертвые уже на подходе. И как я уже сказал, Север уже достаточно настрадался из-за южных интриг и больше никогда ни перед кем не склонится. - Но тогда вы умрёте, - просто ответила Дейенерис. - А вы умрёте следом за нами, - также просто ответил Джон.       Переговоры зашли в тупик. Наконец, Давос, всё это время хранивший молчание, решил вмешаться. - Вы не верите в легенды, - начал он, обратившись к Дейенерис. - Хотя сами являетесь живым воплощением одной из них. Если всё, что говорят о вас правда, то вы дважды вошли в огонь, но не сгорели. Вы пробудили драконов, которых никто не видел уже несколько сотен лет и вырастили их. Вы привели дотракийцев, ненавидящих солёную воду, через Узкое море, освободили безупречных от позорного рабства, дали им свободу и заслужили уважение. Вы установили мир и порядок в Заливе Работорговцев и теперь вернулись на Родину, чтобы вернуть то, что принадлежит вам по праву. Такого не совершал никто и никогда. Разве это не похоже на сказку? - А теперь, Джон Сноу. Кто он в глазах других? Всего лишь бастард. Бастард, который заключил мир с Одичалыми и провел за Стену, несмотря на многовековую вражду двух народов. Он хотел спасти их и спас, после чего его самого жестоко предали свои же братья. Он собрал единое войско, отбил родовой замок и стал во главе Севера, хотя не имел на это права. Он был всего лишь бастардом, но его все уважали и ставили в пример. Он сражался, умирал и снова сражался. И будет сражаться и дальше, будет защищать свой народ и отдавать за него жизнь. Он тоже легенда. Живая легенда нашего времени. Так почему вы не можете хотя бы раз довериться ему? - Тяжело поверить в то, что никогда не видел. - Так что мешает вам самой увидеть ИХ? - вдруг спросил Джон. - В любой момент вы можете сесть на своего дракона и улететь за Стену. Убедитесь, что я не обманываю вас и возвращайтесь. И только после этого принимайте решение.       Кажется, его слова подействовали. Королева начала сомневаться и искала совета у своего десницы. Но карлик тоже был настроен скептически. - А откуда нам знать, что это не ваша уловка? - задал он свой вопрос. - Королева никогда не была на Севере и никогда не была на Стене. С ней там может случится всё, что угодно. Мы не можем так рисковать. - Вряд ли там на высоте с ней может что-то случится. Разве что улетит не туда - пожал плечами Джон.       Дейенерис молчала, по всей видимости обдумывая предложение. Всё это время она наблюдала за королем севера, который вызывал у неё смешанные чувства. С одной стороны её раздражало его упрямство, а нежелание подчиняться просто выводило из себя, заставляло кровь закипать в жилах. Сейчас она, как никогда прежде, чувствовала себя драконом. Ей хотелось призвать Дрогона и отдать приказ, во весь голос крича "Дракарис" и наблюдать за тем, как пламя скроет с глаз этого наглеца. Но в то же время, Джон Сноу необычайно её заинтересовал. И дело было не в его красивой внешности, на которую Дени старалась не обращать внимания, а в чём то другом. Более глубинном. И ей вдруг захотелось ему поверить. - Хорошо, - наконец, произнесла она. - Я полечу на Стену и посмотрю на этих ваших Белых Ходоков. Но при одном условии. Король Севера полетит со мной.       Джон Сноу невольно замер. Такого он явно не ожидал. Тирион же поперхнулся вином, отчего Миссандее пришлось броситься ему на помощь. Невозмутимым остался лишь Призрак. - Боюсь, я не умею летать на драконе, - заявил он. - К тому же, я не думаю, что ваш дракон позволит мне сесть на него. - Дракон слушает свою мать, - ответила Дейенерис. - Или же вы боитесь? В таком случае, нам с вами больше не о чем разговаривать.       Королева не стала ждать его ответа и направилась к выходу. Через мгновение Джон окликнул её. - Хорошо. Я согласен - вздохнул он. ***       На следующее утро Джон покинул Белокаменный дворец в скверном настроении. Всю ночь ему мешали собственные мысли и крики драконов, почему то вздумавших летать прямо над дворцом. Один раз он выглянул в окно, но увидев одного из них, резко закрыл его на обе ставни. А ему ещё предстоит лететь на таком.       Джон вздохнул и улыбнулся Призраку. - Слушайся Давоса, хорошо? - попросил он своего друга. - Надеюсь, мы с тобой ещё увидимся. Если, конечно, эта тварь не сожрёт меня.       Призрак ответил долгим понимающим взглядом, но тут же скрылся, стоило огромной тени появится в небе. - Предатель! - мысленно воскликнул Сноу, но выдохнул с облегчением, когда почувствовал, что волк оказался вне опасности. К нему подошли Лорд Мандерли и Сир Давос. - И снова эти ваши безумные затеи, - вздохнул десница. - Сдаётся мне, когда-нибудь я не выдержу этого нервного напряжения и окочурюсь где-нибудь на чужбине, вдали от своей семьи. Вот что нам делать, если вы вдруг не вернётесь? - Я уже отправил письмо Сансе, а она знает, что нужно делать, - ответил Джон. - Я же надеюсь, что вы поможете ей. - Можете в этом не сомневаться. Мандерли всегда были верны Старкам - недовольно пробубнил лорд. Он всё так же не мог смириться с необходимостью сотрудничества с дочкой Безумного короля, и считал полет за Стену таким же безумием.       Дейенерис прилетела ровно к назначенному времени. Для полета она выбрала белоснежную шубу и лёгкие удобные сапоги на тонкой подошве. Мех её одеяния был тонким и не был предназначен для лихих морозов, которыми было знаменито Застенье, и Джону хватило лишь одного взгляда, чтобы понять - в таком виде она не выдержит и пяти минут. - Милорд, у меня к вам просьба, - обратился он к Мандерли. - Не могли бы вы одолжить нам одну из тех знаменитых шуб, что шьют ваши мастера? А также нам не помешает шапка на плотном меху, перчатки из хорошей кожи и унты, что носят одичалые.       Мандерли скривился, но распоряжение выполнил. - Вам лучше переодеться, - заявил Джон. - Если конечно не хотите превратиться в сосульку.       Поскольку зубы Дейенерис все продолжали отбивать бешеный ритм, она промолчала. И тут же бросилась в шатер переодеваться под насмешливые взгляды северян. - Вот возьмите, - он протянул ей баночку, когда она снова вышла из шатра. - Это медвежий жир. Смажьте им лицо, иначе ваша кожа может пострадать. - Спасибо, - ответила она одними губами и медленно направилась к драконам. И только возле самого большого она обернулась. - Что же вы ждёте? Вы летите со мной. На нём - уточнила она, кивнув на Дрогона.       Дрогон ответил ей угрожающим рыком, но замолк, когда Джон подошёл ближе и нерешительно коснулся его морды своей теплой ладонью. Зрачки зверя тут же сузились, а глаза закрылись. Глубоко внутри раздалось довольное урчание. Дракон смирился со своим вторым наездником.