Над нами только небо

Сложно было сказать, чья это была идея – заставить офицеров Варии ходить на миссии с молодым поколением Вонголы. То ли Советник так пытался прибрать слишком независимый отряд к рукам, то ли впадающий в маразм Девятый надеялся на что-то вечное, доброе, светлое, как Пламя Занзаса в высшей степени ярости. Скуало было плевать, по каким причинам он оказался в паре с сопляком, занявшим в Вонголе место Облака – Облака у Варии, на секундочку, не было до сих пор, так что это вполне мог быть очередной завуалированный щелчок по носу. Пацан, на удивление, был хорош для своих лет. Самоуверенный и увлекающийся, но это обычно быстро проходит, стоит только пару раз пообломать. Во всяком случае, Скуало определённо повезло больше, чем Леви, побывавшему в паре с плаксивым отпрыском Бовино, или, во что мечник верил больше, с ошибкой какого-то эксперимента Бовино. Правда, босс всё-таки запретил Леви бить пацана. Так что бедняге приходилось ограничиваться молниями, а молнии Ламбо были побоку. Подопечный Скуало, по крайней мере, не ныл, не требовал конфет и признания своего величия и вообще не разговаривал, что было ценно. Сила у него была приличная, восточного типа лицо – абсолютно не выразительное, да и определённый стиль имелся. Короче, даже будучи малолеткой, пацан пугал противников до усрачки. Особенно мечника забавляло это фирменное «загрызу до смерти». Такой, пожалуй, мог бы и загрызть. Наслаждающийся чужой болью маньяк, умеющий держать бешеную ярость в узде, – страшный противник. Хибари Кёя не убивал своих противников, он превращал их в мясо, которое не могло бы исцелить даже сильнейшее Солнце. – Вроой, и почему тебя отдали именно мне? – проворчал Скуало, наблюдавший за очередным избиением со скучающим видом. Некоторые приёмы ему были знакомы – чувствовалась рука Коня. Хибари промолчал. Его противник захрипел и попытался уползти. Парень уже давно развлекался, а не выполнял миссию. – Везёт мне на маньячных детишек, – пробормотал мечник. – Травоядные должны знать своё место, – неожиданно отреагировал на это замечание подопечный. Скуало ухмыльнулся: в кои-то веки появилась возможность зацепить парня. – А как же твой босс? Разве он не самое травоядное из всех травоядных? Удары стали ожесточённее. Скуало даже не поморщился, глядя на торчащие наружу кости, его интересовала реакция Хибари. В конце концов, если вдруг Облако Вонголы захочет стать Облаком Варии, вряд ли кто-то будет сильно печалиться. Технически, так даже лучше будет – не вписывался пацан в компанию Дечимо, как ни крути. Даже если сделать скидку на Пламя. – …Савада не травоядное, – заговорил парень, когда мечник уже решил, что тот отмолчится, как обычно. – Он хуже. Хуже вас всех. – Да ладно, то-то его все так оберегают! – не поверил Скуало. Было, конечно, в Саваде что-то такое… Ведь победил же он, в конце концов, Бьякурана Джессо. Но считать его хуже Занзаса… или даже Емитсу… Хибари неопределённо фыркнул. – Потому и хуже. Один совет: не вглядывайся в бездну. Когда она посмотрит на тебя, бежать будет поздно. Скуало только рассмеялся. Предупреждение показалось ему хорошей шуткой. …Несколько лет спустя на очередном приёме Вонголы Скуало вдруг обратил внимание, как цвет мафиозного мира стекается к одному конкретному человеку. Молодой парнишка (Саваде почти двадцать, какой же он парнишка?!) дарил слушателям неловкие улыбки и что-то смущённо рассказывал. За его локоть цеплялась сестра Хранителя Солнца, и эта парочка выглядела так невинно, что оторопь брала от мысли, что вокруг них толпятся психи, маньяки и просто мафиози. Ревниво отирался рядом Гокудера Хаято, бастард дона влиятельной Семьи, а рядом его сестра. И что бы там ни говорил Грассо, своих детей он поддержит, по крайней мере, любимую дочь, которой позволялось практически всё. В том числе приключаться по городам и весям в компании известного бабника Реборна. Рядом скромно мяла в руках платочек Хром Докуро, и лишь единицы в зале понимали, что если она поправит повязку на глазу и вытащит из ниоткуда свой трезубец, живых не останется. Из ученицы и медиума Мукуро Рокудо выросло что-то страшное. Сам Мукуро, сладко улыбаясь, следил за подходящими гостями, и в глазах его было обещание мучительных пыток для каждого, кто посмеет пойти против воли Дечимо. Кто бы знал ещё несколько лет назад, что одержимый местью беглец из Вендикаре в итоге станет пугающим Внешним Советником, сменившим отправленного в отставку Емитсу. Чутьё подсказывало Скуало, что за самыми страшными и кровавыми операциями Вонголы стоит этот пацан. Интересно, а был ли в курсе Савада? Хранители, Конь, Аркобалено, Шимон и Томасо, старик Тимотео, даже чёртов босс, все они были рядом, все они, словно подчиняясь смычку невидимого дирижёра, играли свои партии, но строго определённым образом. Скуало почувствовал, как пересыхает в горле, даже любимое словечко встало поперёк. И только поэтому он не заорал: «Врой! Какого хрена вы все вокруг него вертитесь?!» Хибари Кёя держался в стороне. – Ты был прав, – хрипло сказал Скуало, залпом допив что-то слабоалкогольное. – Ты, чёрт возьми, был прав! Он всех нас обманул… Хранитель Облака Вонголы покачал головой. – Он абсолютно искренен в своих словах, и это самое страшное. Травоядное, дорвавшееся до власти, будет трястись за свою жизнь, боясь, как бы его не сожрали. Хищник будет грызться с другими за власть. А Савада… Савада вне системы. – Опять эта твоя философия, – поморщился мечник. – И кто же, по-твоему, Савада? Кого мы тут под боком не заметили? Хибари криво улыбнулся, серые глаза против воли обратились к Дечимо, и в тот же миг Тсуна, будто почувствовав, посмотрел в его сторону. Несколько мгновений они смотрели друг на друга, пока Кёя с ясно ощутимым раздражением не отвёл взгляд первым. – Зверолова.