Ценой всего

      Тобирама долго настаивал проводить до дома, но девушка пожелала пройтись по рынку. Прогулка по магазинам не казалась ему такой уж заманчивой идей, и поэтому лукавством Сакуре удалось выкроить немного времени на себя. Улочки с различными магазинами и прилавками были заполонены людьми, жизнь кипела в Конохе, и теперь было заметно, как много разных кланов стали потихоньку сближаться. Акимичи открыли бистро, и запах мяса на гриле просто приводил в восторг; Нара открыли магазин с травами, и Сакура провела там не один час, закупаясь, казалось, на всю жизнь. Шикори Нара был ошеломлён знаниями девушки о травах и был очень любезен. Этот зимний день был на удивление солнечным и тёплым; весна, казалось, уже близко. Чрезвычайное положение пока не объявляли, но магазины с оружием были главной точкой сбора всех шиноби. Последние воспоминания прошлой жизни пронеслись вихрем в голове. Неужели снова предстоит встретиться со старым другом - Войной? В книгах по истории война была много позже, что же пошло не так? Хорошее настроение улетучилось сию минуту, перед глазами умирающий учитель и тяжело раненные товарищи. Шаг становился быстрее, хотелось сбежать с радужного рынка в уютный одинокий дом. Впопыхах расталкивая толпу, Сакуре мимолетно вручили листовку — сама того не понимая, девушка смяла её в кулак и продолжила путь домой.       Суйо-сан — женщина преклонного возраста, стойкая, властная и немногословная. После смерти родителей Мадары она растила их с братом как своих, и хотя женщина была лишь главной прислугой в доме, дети любили ее как родную. Суйо-сан и наказать могла, и поощрить, слушаться её было выбором, но никто не хотел ей перечить. Мадара даже сейчас не смел ей отказывать ни в чем, седых волос у неё стало порядком больше после печальных известий о Изуне, да и с сердцем проблемы участились. Учиха строго запретил всем в доме рассказывать бабке о предстоящей войне, но то ли на рынке, то ли во дворе с соседями она узнала об этом, и началось. Сначала бабка просила не мстить и не быть таким безответственным, ведь Мадару она знала хорошо и прекрасно понимала, что война обернётся его гневом на всех и вся в Стране Земли; затем просила больше отдыхать и не переусердствовать на тренировках, а то до войны не дотянет такими темпами. Сегодня Суйо заявилась в кабинет, не стуча: в руках листовка, глаза полны решимости. Похоже, придётся всё-таки что-то сделать. Учиха смотрит на листовку и не понимает, зачем, но соглашается, а бабка, довольная, слуг гонит вещи паковать. Ну, в принципе, ничего страшного не случится, если он пару дней отдохнёт.       Сакура сидит в коридоре, на пороге, тяжело дышит: бежала. Сердце бьется так громко, что стук эхом отдаётся в ушах, щеки красные от легкого мороза, тепло то тепло, но всё-таки зима, а она в пальто нараспашку, да ещё и бегом. Глаза слезятся, мысли путаются — устала, вот так вот просто устала! Рука, зажатая в кулак с таким упорством, заныла, и только сейчас девушка заметила листовку, что ей вручили на рынке. «Горячие источники Дано-но-Саро». Когда ей в последний раз удавалось там побывать? Очень давно, а отдых действительно не помешал бы. Сбережений вполне хватит, вон какой кошелёк пузатый, все деньги в могилу не заберёшь, а война не за горами. Устало встав с пола, мельком замечая отражение в коридорном зеркале, Сакура перестала взвешивать все за и против. Решено: отдых нужен, пора собирать вещи.       Тобирама целый день не мог найти себе места, как на иголках, а повода, в принципе, и нет, не считая Хаширамы, что все уши прожужжал по поводу предстоящей войны. Сенджу-младший — замечательный стратег, коих мир Шиноби ещё не встречал, поэтому главным в операции «Байцзэ» выбрали именно его. «Байцзэ» — первоначальная и основная команда: они первыми пойдут в наступление, расчищая дорогу другим отрядам, и когда путь будет свободен — уйдут в засаду. В его команду должны войти лучшие шиноби клана Сенджу и Хьюго. Способности Хьюго очень помогут в обнаружении ловушек и засад. Мадара был назначен главой отряда «Корару»: они шли вторыми в очереди и должны были оказать мощную атаку, а также наложить гендзютсу на центральных точках; третий отряд и заключительный будет под руководством Хаширамы — «Бакэнэко»: они будут зачищать территории, проверяя, что беглецов нет, а также в отряде будут медики-лекари. Как говорится, всегда на подхвате. «Бакэнэко» также создадут барьер, не впуская и не выпуская никого с территории обстрела. Шестнадцать дней до исполнения.       После питательного ужина Сакура запечатала в свитки сменную одежду и небольшую провизию, упаковав все в маленький рюкзак, и уже застегивая пальто, стоя спиной к входной двери, девушка вдруг почувствовала толчок в спину, что тут же откинул ее на деревянные доски пола. Ошеломлённая, она обернулась всё так же полусидя на полу, благо вовремя опёрлась руками, и уставилась ненавистным взглядом на нарушителя.       — Тебя что, не учили стучаться?! Я же и лицом могла по полу проехаться!       — А тебя двери запирать не учили?! Я, вообще-то, пришел.. — взгляд зацепился за рюкзак на пороге прихожей, пальто, наполовину застегнутое, и пару обутых ботинок. — Ты куда-то собралась на ночь глядя?       — Ох... Я совсем забыла тебя предупредить, мне вручили листовку на рынке, — Сакура протянула ему афишу с красными и чёрными чернилами, — так я решила было бы неплохо отдохнуть пару дней.       Тобирама хмурился, листовка в руках шуршала, девушка взгляд отводила. Ну, а что он ей скажет? Об отношениях они не разговаривали, границ и рамок никаких не ставили, да и не понятно, кто они друг другу. Не разрешить ей он право не имеет, следом проситься — гордость не позволит, не приглашала же? Вроде, и не друзья, но и не любовники, половые отношения оборвались, едва успев начаться, редкие поцелуи и объятья тоже сошли на нет. Все мысли о девчонке с изумрудными глазами, только вот она всячески держала дистанцию. Сенджу молча протянул руку и помог ей подняться подождал, пока она застегнёт пальто и наденет рюкзак, а затем жестом предложил свой локоть.       — Провожу. Уже темно, мало ли кто по окрестностям ходит.       Сакура молча приняла такую любезную помощь, стягивая шарф с крючка прихожей и закутывая щеки, пытаясь скрыть румянец.       Забота — это приятно, особенно когда заботятся те, к кому ты тоже неравнодушен. Харуно приятны его взгляды, приятна опека и забота, как он всегда готов защищать и оберегать её. Тобирама не душит этим, но наоборот, даёт право выбора, не давит и не принуждает. Он не тот, кто будет требовать, не тот, кто заставит или будет торопить. У Сакуры не было опыта в отношениях, она не знает, как они начинаются, как их строить и беречь, как показывать все то, что внутри, и при этом не «душить» этим. Поэтому она держит дистанцию, не хочет разрушить, не успев даже построить. Их близость была нежданная, к такому девушка не была готова, пару дней редкие поцелуи и объятья были приятны, но все казалось неправильным. Началось все неправильно. А как тут начать правильно? Сакура думала об этом немало. Сейчас бы Ино рядом, она бы подсказала. Горячие источники оказались маленьким островом свободы, где можно бы было все осознать и, быть может, что-то придумать или решить. Отдых тоже необходим, скоро совсем времени не останется, особенно на книгу о Биджу, хоть там она наверстает.       Мадару встречают со всеми почестями, подготавливают лучший номер, самый вкусный ужин и самые чистые простыни и полотенца. Учиха редко позволял себе выбираться куда-либо за пределы поместья, только по военным нуждам, не по нуждам души. Ужин пришёлся по душе, а махровый халат был свеж и мягок. Бизнес у господина и госпожи Саро шёл на ура, но предстоящая война отбила клиентов, поэтому отель пустовал в последний месяц зимы. Мадара был очень щедрым, когда он того хотел, поэтому сразу решил оставить двойной оклад этой семейной паре. Луна этой ночью сияла так ярко, что казалось, от взгляда на неё становилось теплее. Горячая вода приятно ласкала тело, расслабляя мышцы и отгоняя мысли прочь, пар туманил взгляд и, казалось, дышится легче, чем должно бы.       Странный порыв заставил прижаться и обвить руками торс Тобирамы, на прощание. От него пахло грозой, если бы у грозы был запах. Стало дурно, а щеки снова порозовели. Он смотрел на неё с толикой удивления, но всячески пытался это скрыть. Сакура уже собиралась отпустить, но его губы коснулись ее лба: там, где должен сиять бъякуго. Девушка закрыла глаза от наслаждения, чувства бабочками запорхали где-то там, внизу. Как мужчина мог сочетать в себе все несочетаемое? Он был грубым и холодным, но нежным и заботливым, не знающим пощады воином, но любящим и готовым отдать жизнь за близких. У него было сердце Наруто, но повадки Саске. Какое глупое сравнение, ей до жути нужен отдых.       Приём был поскромнее, но ничем не хуже, семья Саро действительно заботилась о своих клиентах. Сакуре уже сказали, что она второй посетитель на сегодня. Лучший номер был занят, но и ей достался отличный, по соседству. На ужин принесли морепродукты на гриле, а махровый халат приятно кутал в свои объятья. Понежиться в приятной горячей ванне под светом луны казалось Божьей благодатью. Раздевалка была смешанной, но с кабинами и перегородкой-ширмой, а ванны с водопадом были разделены тростниковой стеной. Еще в примерочной, задергивая штору, Сакура заметила, что мужское кимоно показалось ей знакомым, но девушка не придала этому значения. А зря.       Мадара почувствовал её чакру, как только она вошла в двери Онсэна. Заглушить свои потоки удалось в считанные секунды, он слышал, как она вошла в раздевалку; слышал, как задернула штору, как зашла в воду и как нырнула на дно. Ощущал ее чакру и представлял её нагую. Учиха помнил отметины на её шее, помнил всё, что девчонка наговорила. Замечательный шанс разобраться со всем во время отпуска. Мужчина блаженно прикрыл глаза и погрузился под воду.