Ментальная дисциплина или "Научитесь держать себя в руках, детектив Рид!"

Настроение у Гэвина и так было темнее тучи над Таиландом в сезон дождей, а тут еще и Коннор на соседнем сидении покачивал головой в такт зауныльной песенки из радиоприемника и подкидывал свою сраную монетку. Гэвин ему так прямым текстом и высказал, убавляя громкость на приборной панели: – Засунь свою сраную монетку в… И осекся, ибо никак не мог придумать, с помощью какой щели можно превратить высококлассного андроида-детектива в андроида-копилку. Монетку Коннор подкидывать не перестал и только повернул к Риду голову, выжидающим взглядом тараня детектива. – В карман? Вскинув бровь, подсказал андроид и Гэвин с хмурым вздохом согласился. – В карман. Хотя можно было сделать из Коннора этакое подобие денежной жабы: сунуть этот четвертак ему в рот и поглаживать периодически, чтобы приманивать удачу, денежное благополучие и бла-бла-бла, во что там еще верят любители подобных пылесборников. Конечно Гэвину хотелось засунуть в своего напарника что-то кроме монетки и поглаживать его не для удачи, а так, для расслабления, но это все пока что было лишь в прекрасном и недоступном будущем, обрываемом суровыми карими глазами и наивным андроидовским: Засунуть? Что? Куда? Мне? О чем Вы, детектив? В участке было какое-то подозрительное оживление. Так сразу и не поймешь: не то у кого-то день рождения, не то у кого-то рак в третьей запущенной стадии обнаружили, не то повышение по службе. Хоть бы баннер с намеком на причину торжества повесили, ей богу. А так Гэвину пришлось как слепому котенку тыркаться не в мамину сиську, а в кучки полицейских разномастного назначения, чтобы выяснить по какому поводу сегодня жрем нахаляву. В принципе, Риду было насрать, ключевые слова были: «фуршет» и «бесплатно». Фуршетом этот стол с кофе и пончиками было назвать сложно, даже с очень большой натяжкой. Так что Рид даже радовался, что сегодня утром его потчевали горячими блинчиками с джемом, хоть и без горячего утреннего секса с поркой. Пончики у Гэвина уже сидели в печенках и отдавались расстройством желудка, а кофе был настолько паршивый, что почти все предпочли ему старый добрый из автомата. – Что стряслось? Кого хороним? Задорно улыбаясь, Гэвин бросил своего пластикового напарника где-то в толпе, а сам, излучая утренний позитив мешками под глазами, устроился рядом с капитаном Фаулером. Тот доедал, судя по крошкам на галстуке, третий пончик. – Почему-то не тебя, – оттряхивая галстук, мрачно заявил капитан. – Провожаем Роуз на пенсию, а заодно оказываем теплый прием новому напарнику Андерсона. – Роуз еще жива? – охреневшими глазами Гэвин пробежался по толпе и выцепил ссохшуюся старушечью фигурку в блевотно-розовом платье. Старушка Роуз работала в канцелярии и источала желчь всеми порами своего тела, а особенно пожелтевшими от никотина зубами, скалясь, как полудохлая собака на любого, кто приходил в ее отдел. Пойти в канцелярию означало лишний раз испортить себе аппетит, поэтому туда заходили только после обеда. – А что за новый напарник у Хэнка? Собака-поводырь? Вернувшись взглядом к Фаулеру, Гэвин усмехнулся собственной шутке и не растерялся, даже когда капитан захрапел разъярённым носорогом. – Андроид. Такой же, как и твой, Рид. Что внутри отозвалось раньше – любопытство или ревность, Гэвин не знал, но в отличие от развалины Роуз, Хэнка с его новым подопечным он стал выискивать куда тщательнее, а именно расталкивая любого, кто попадался ему под плечо и взглядом прогоняя особо тормознутых. Хэнк нашелся возле автомата с кофе. Этот алкаш даже сегодня выглядел уже нажравшимся (и совсем не пончиков с кофе), а одна из его странного вида рубашек, больше подходящих для веселого уик-энда на Гавайях, нежели для грустной службы в полицейском департаменте, была неправильно застегнута. Настолько неправильно, что Хэнк умудрился промахнуться на три пуговицы. Но было странно не это. А то, что рядом с ним стоял Коннор и даже не пытался указать лейтенанту на то, что тот уже минут пять пытается запихнуть купюру в щель для мелочи. – Никак, да, Хэнк? А ты боком попробуй, – откровенно глумился Гэвин, и откинулся плечом на бездушный автомат. Такой же бездушный Коннор просканировал Рида темными, непроницаемыми глазами, особое внимание уделяя лицу. Оно как раз из восторженно-издевательского вытянулось в недоуменно-сердитое. – Ты че, железный гомосек? Не признал батю? – Так у тебя есть сын нетрадиционной сексуальной ориентации? – ровным голосом и с такой же отсутствующей мимикой поинтересовался Коннор и вскинул бровь. – Чего? – спустя минуту охреневания, наконец, вымолвил Гэвин и даже ноги у него подкосились от этой дерзости. Запихнувший куда надо бумажную пятерку Хэнк теперь наслаждался дрянным кофе и дрянной потасовкой человека и машины. – Чего-чего, – передразнил андроид, шагнул к детективу и почти выкрикнул ему в лицо. – Спрашиваю: ты пидора отец, Гэвин? Гэвин метался между желанием и дальше подпирать автомат с кофе и охуевать от восстания машин и желанием прописать одной такой машине путевку на полигон уничтожения. Но прежде, чем он сделал свой выбор, в висок врезался еще один такой же голос: – Детектив, нам пора работать. Медленно и с опаской переводя взгляд, Рид обнаружил в метре от себя Коннора, играющегося с монеткой как ни в чем ни бывало. Гэвин усиленно потер переносицу, помотал головой, проморгался и снова посмотрел направо-налево. Два Коннора. Сука, два! Одинаковых, идентичных, неотличимых, да как угодно, но их точно было двое. Андерсон почему-то спокойно потягивал кофеек из одноразового стаканчика и нисколько не смущался от данной ситуации. Ну а че ему, алкашу. Не впервой ловить глюки. Тот Коннор, что был с монеткой, недоверчиво пялился на свою копию. – Модель RK800? Такой же, как я, только порядковый номер шестьдесят, – просканировав собрата, заключил он, но никак не мог выявить отличие данного экземпляра своей модели от себя же. – Нет, я охуеннее, – как факт констатировал второй Коннор, словно у него так и было написано в базе: RK800-60. Как RK800-51, но охуеннее. – Это мой новый напарник, – обнимая андроида за плечо, представил Хэнк и обращался больше к первому Коннору, нежели к Гэвину. – Коннор. У того дергался глаз, а плечо так и приросло к пульсирующей поверхности кофе-автомата. – В смысле «Коннор»? – Прохрипел Рид и тут же прочистил голос, отталкиваясь от вибрирующей поверхности и с неприязнью приближаясь к RK800-60. – У меня же Коннор! – Вся эта линейка Конноры, – отмахнулся Андерсон. – И как я должен их отличать?! Они же как под копирку вылеплены. Оба Коннора укоризненно уставились на детектива, а потом друг на дружку, выискивая отличия. – Заебал со своей сраной монеткой! – Рявкнул шестидесятый, когда перед глазами у него в очередной раз подскочил блестящий кружочек металла. – Засунь ее себе… – В карман? – Отточено подхватил напарник Рида. – В глотку! – Рычал шестидесятый, пытаясь на лету отнять монетку у другого андроида. – В глотку себе засунь! И пока два сводных брата-акробата собачились между собой, Хэнк пытался разнять их и увести своего андроида подальше, Гэвин снова откинулся плечом к автомату и с любопытством прищурил глаза на шестидесятого. Этот новый Коннор ему показался привлекательным. Очень привлекательным. Сексапильно-привлекательным. Интересно, в этой копии они учли все косяки предыдущих и добавили недостающие детали?