Причина жить

Стив никогда не забудет это место. Сколько бы лет ни прошло, он никогда не сможет забыть. Этот жар, который буквально прожигал человека до самых костей. Желтый песок, которому не было видно конца и края. Чахлые растения, которые навевали тоску и одиночество. Все одинаковое, непрерывно тянущееся долгие, долгие мили. Желтое, серое, белое. Ни капли ярких красок. Яркой была только кровь, которая проливалась здесь и впитывалась в песок навсегда, делая его еще более плотным и тусклым. Он никогда не уйдет отсюда. Физически — возможно да, но морально — никогда. Морально и мысленно. Потому что спустя год он все еще возвращался сюда. Каждый раз, закрывая глаза, он видел эти песчаные дюны, эти чахлые акации, тусклое голубое небо и блеклый диск солнца, словно затянутого дымкой, но оттого не менее жарящего. Казалось, словно ты в Аду. Постоянном Аду. Даже крики можно было услышать. Старк же никогда не был здесь. Никогда не видел этого места. Оно казалось ему обычным, таким, как и многие другие, но он видел лицо Стива, когда тот только ступил на горячий песок Ирака. Это было лицо человека, который снова вернулся в тот адский котел, из которого с трудом выбрался. Лицо человека, который потерял здесь все. Если не больше. Тони не думал, зачем и почему это делает. Он просто сжал пальцы Стива сильной, цепкой хваткой. Тот был холодным, пусть жара здесь стояла такая, что можно было растаять, как мороженое. Тони не хотел отдавать его собственным страхам и воспоминаниям. Он должен был забрать его отсюда. Как только они спасут этого Баки, он заберет его. Навсегда. И сделает так, что Стив никогда не вспомнит об ужасах Ирака. Ему не будет времени вспоминать. Гений думал, что Стив вырвет руку, отстранится, но сейчас он был слишком чувствительным, как открытая рана, слишком боялся этого места. Слишком ненавидел его. И не хотел быть один на один со своими мыслями. Тони был тем, кто мог отогнать их. Его яркость, тепло, которое он излучал, энергия сносили кошмары Стива на корню. Поэтому Роджерс сжал руку в ответ. Ему просто нужен был кто-то рядом. Кто-то, чтобы пережить эти картинки в голове. Все эти смерти, которые он видел. Кровь Пегги, стекающую по его рукам. Оглушительный взрыв, раздающийся в ушах. Взрыв, забравший у него Баки. Он словно кричал «Помогите!» и думал, что никто его не услышит. — Я здесь, слышишь? — уверенно произнес Тони, прислоняясь к его плечу. — Я тебя здесь не оставлю. Стив верил ему. Слышал его голос, словно сквозь пелену, но верил ему. Он ведь хотел оставить Тони, чтобы не делать ему больно. Почему тогда не может? Эгоистичный ублюдок! Держится за прошлое, за Баки, но не может отпустить настоящее. — Прости, Тони, — виновато выдохнул Роджерс. — Тебе не стоило ехать со мной. — Это не тебе решать, сладкий, — отмахнулся Старк. — Я сказал, что не отпущу, значит так и будет. Чтобы ты там себе ни надумал, я здесь, Стив, потому что сам этого хочу. — Я ведь говорил, что не смогу дать тебе то, что ты ищешь, — заметил капитан. — Я сломан, Тони, и меня уже не починить. — Сказал же, это не тебе решать, — повторил гений. — Я хочу тебя и сделаю все, чтобы этого добиться. Или хотя бы проиграю достойно, но на проигрыш уж точно не рассчитываю. Прими к сведению и успокойся, конфетка. Лучше давай приниматься за работу. Он подмигнул Стиву, шутливо целуя его руку и склоняясь в реверансе, после чего проследовал на базу, которая располагалась прямо перед ними. Тони чувствовал себя здесь, как король. Его спина была прямой, походка расслабленной. Но одновременно он внимательно следил за происходящим, с отвращением смотря на оружие, которое сам же и производил. Стив смотрел ему в спину и поражался тому, насколько ярким может быть человек. Здесь, в серой пустыне Ирака, он был тем самым солнцем, которого так не хватало. На базе Старка узнали сразу же. Военные знали человека, который снабжал их средствами и оружием. Поэтому его встречали с распростертыми объятьями. На Стива же косились, как на дезертира. Словно он предал свою страну и сбежал обратно в тепло и уют. Как будто никто не знал, что именно он потерял здесь. — Мистер Старк, — поприветствовал генерал Филлипс, бросаясь пожимать Тони руку. Старк на любезность не ответил. Он успел заметить, как именно все смотрели на Стива, и ему это не нравилось. — Рад вас здесь видеть. По какому делу вы прибыли в Ирак? Тони посмотрел на него поверх солнечных очков и надвинул их на нос опять. Руки он демонстративно заснул в карманы, чтобы никто не изъявлял желание с ним здороваться. — Вижу, капитан Роджерс тоже с вами, — продолжил генерал. — Капитан Роджерс со мной. У вас есть возражения по этому поводу? — процедил Старк. — Нет, — генерал покачал головой. — Хорошо, иначе вся ваша шарага будет закупать оружие у Джастина Хаммера, и тогда едва ли многие проживут больше одного дня. Тони знал, о чем говорил, потому что Хаммер и в подметки СтаркИн не годился. Его оружием предпочитали не пользоваться от греха подальше, но Джастин рвался в оружейные магнаты, пытаясь составить конкуренцию Старку. Если бы Тони отказался снабжать армию оружием, едва ли нашелся бы кто-то, кто смог бы его заменить. Гений это знал и пользовался своим положением. Даже убивать его было бы глупо. Умнее человека в мире трудно найти. Особенно в такой области. — Мы предоставим вам одну из комнат для высших чинов. Вы у нас надолго? — спросил генерал. Тони обернулся к Стиву. Тот стоял среди солдат, словно гордый исполин. Древний бог. Он был спокоен и хладнокровен, несмотря на все те взгляды, которыми его одаривали. Рассматривали, словно игрушку на витрине. И его это никак не цепляло. Он стоял ровно, с прямой спиной и чуть вздернутым подбородком. Тони мысленно поражался. Гордость Стива казалась ему прекрасной. Хотя, едва ли было что-то в Стиве, что могло не быть прекрасным? — Зависит от того, как быстро я разберусь с тем, по какой причине приехал, — отмахнулся Тони. — И по какой же причине вы приехали? — Разобраться с теми, кто мешает моему бизнесу, — Тони пожал плечами. Частично это не было ложью, потому что Барнса использовали те, кто хотел убить Старка. А всей правды этим олухам знать не обязательно. Тони надеялся только, что долго они здесь не пробудут. — Обойдусь и обычной комнатой для солдат. — Вы уверены? — генерал высоко приподнял бровь. Люди уровня Тони всегда брали самое лучшее. Несколько месяцев назад Старк бы так и сделал, но после знакомства со Стивом планка его ценностей значительно снизилась. Материальных ценностей, разумеется. Ведь ничего из всех тех богатств, которыми он обладал, не могло помочь ему заполучить Стивена Роджерса. Не могло помочь спасти его от воспоминаний о прошлом и пережитой боли. Ничего. — Абсолютно уверен, генерал, — Тони фыркнул. — Тогда вам что-то еще нужно? — Исследовательский центр и оборудование, которое у вас есть, — приказным тоном заявил Тони. Он готов был приступить к работе как можно скорее. Быстрее справятся, быстрее закончат все это и вернутся назад. — Тогда вас проводят в комнату, — генерал кивнул одному из бойцов. — А ты, Роджерс, можешь занять свою старую. Стив едва заметно дернулся. На его шее вздулась венка. Комната, полная воспоминаний о счастливом и утраченном времени, вызывала у него приступ боли. Тони боялся, как бы у него не случился припадок на глазах у всех. Поэтому он поспешил разрядить обстановку. — Мистер Роджерс теперь мой деловой партнер, поэтому на период пребывания здесь мы будем делить одну жилплощадь. Мне нужно его мнение по поводу некоторых вопросов, — заявил он, автоматически поднимая Стива куда выше всех этих военных шавок. Тони работал непосредственно на правительство, был неприкосновенен и имел право вмешиваться в военные дела. И как его помощник Стив официально становился выше своих сослуживцев. Возможно, это привлечет больше внимания, но, по крайней мере, все будут думать прежде, чем разевать рот. — А теперь прошу проводить нас, если вас не затруднит. — Я провожу, генерал, — раздался чей-то голос из толпы, и Стив мгновенно оживился, замотав головой в разные стороны. Тони привлек этот факт, потому что лицо Роджерса в первый раз за их время пребывания здесь стало чуть светлее. А потом гений заметил смуглокожего парня с коротким ежиком черных волос. В военной форме и в тяжелых сапогах. Он выглядел куда дружелюбнее, чем многие другие. Сделал шаг к Стиву, заключая его в объятия. И Стив ответил тем же. Тони заинтересованно вскинул брови. — Рад тебя видеть, старина, — отозвался парень. — И я, Сэм, — вторил ему Стив. После чего они направились вглубь базы, а Тони последовал за ними. — Может, представишь своего товарища, Стив? — спросил Старк, буравя спину смуглокожего парня глазами. Ему не нравилось, что тот был слишком близко к Роджерсу, пусть никакой сексуальной подоплеки и не было. — Это Сэм Уилсон, — Стив чуть улыбнулся. — Перевелся за год до моего ухода. Мы вместе часто бывали на миссиях. — Которые всегда заканчивались болью в заднице для тех, кто пытался угнаться за тобой, кэп, — со смешком отозвался Сэм, протягивая Тони руку. — А вы тот самый Энтони Старк, логотипами компании которой украшено все наше оружие? — А если и так, то что? — с вызовом спросил Тони, пожимая протянутую руку. Она была теплой, сухой и мозолистой. — Да ничего, — Сэм продолжал усмехаться. — Надеюсь, вы с проверкой, потому что в этом гадюшнике уже давно пора навести порядок. — Нет, Сэм, — выдохнул Стив, — мы здесь по поводу Баки. Лицо Уилсона на мгновение потемнело. Он внимательно посмотрел на Стива, а потом на Тони. Гений же в ответ удивленно смотрел на капитана. Он не думал, что тот так просто расскажет сослуживцу о том, зачем они здесь. — Ты уверен, что стоило рассказывать? — осторожно уточнил Тони. — Сэму можно доверять, Тони, — заверил его Роджерс. — Баки жив, Сэм, он не погиб тогда. Они забрали его в плен и что-то сделали с ним. Он не узнал меня. Сэм судорожно сглотнул и резко выдохнул. Его глаза почернели. Тони понял, что все не так просто с этим Сэмом. Старк не был сведущ так хорошо в человеческих взаимоотношениях — он до определенного времени вообще не знал, что такое человеческие эмоции, — но он подозревал, что Сэм этот не просто так рядом со Стивом и Баки ошивался. — Ты видел его? — спросил он хрипло, словно ему было трудно говорить. Стив кивнул и показал на собственное горло, которое заставило Тони вернуться в то ужасное время, когда он молился о том, чтобы Роджерс выкарабкался. — Это Баки оставил, — пояснил он. — Несколько недель назад он напал на нас в ресторане. Его наняли, чтобы охотиться на Тони. Уилсон застыл, пялясь на Тони так долго, что тому захотелось ему вмазать. Но вскоре он отвис и покачал головой. — Что вы планируете делать? — спросил он. Старк переглянулся со Стивом. Тот одним взглядом просил взять Сэма в помощь. Тони не мог отказать. Кому угодно, только не ему. Поэтому Уилсон считался официально третьим участником их бойз-бенда. — Хорошо, пусть будет так, — сдался гений и получил в ответ полный благодарности взгляд, за который и всю Вселенную не жалко было отдать. — Только в коридоре болтать не будем. Показывай комнату, там и разберемся. Сэм привел их в самый конец коридора, к одной из сотен неприметных, одинаковых дверей. Внутри комната оказалась небольшой. Две кровати, один шкаф, стол и стул. Небольшие тумбочки. Без окна. Источником света служила только искусственная, длинная лампа. У нее был отвратительно-желтый свет, который раздражал. Тони вошел первым и осмотрелся, сбрасывая вещи на кровать. Раньше он притащил бы с собой чемоданы, напичканные ненужной херней, но сейчас у него был только рюкзак, в который вместились все его гаджеты и сменная одежда. Стив же застыл на пороге, рассматривая комнату так, словно видел ее иначе. Видел все так, как было при его с Баки жизни здесь. Тони не хотел, чтобы он надолго застревал в воспоминаниях, поэтому перешел сразу к делу, отвлекая Роджерса. Тот слабо улыбнулся в ответ. Они разговаривали несколько часов, посвящая Сэма в сырой, относительный план. Им нужно было привлечь внимание, показать, что они оба здесь. Выкурить их лидера и разобраться с ним. А для этого нужно было снять репортаж с места событий, показать, что Старк прибыл сюда лично по каким-либо причинам. А после одну за одной уничтожать базы иракцев. Старк вполне способен сделать что-то, что поможет им отыскать подземное расположение баз. Они выкурят эту тварь, разведя огонь у него прямо под задницей, а после покончат с ним навсегда. Барнса же им нужно взять живым. Любыми средствами. Сэм согласился им помочь. Он рассказал, где и что можно взять, как проводятся операции и что здесь творится последнее время. После чего ушел, предоставив Стиву и Тони возможность отдохнуть. Они прибыли сюда ближе к шести вечера, а сейчас время перевалило за десять. Начинался отбой. Наедине было как-то неловко, хотя Тони никогда не думал, что с ним такое будет. Стив устроился на своей кровати напротив Старка и хлопал длинными ресницами. Гению начало казаться, что он сопливый школьник, который в первый раз попал в одно помещение с человеком, который ему безумно нравится. Стив выглядел смущенным не меньше. После того разговора ему было неловко находиться с Тони рядом, потому что Старк действительно не собирался отступать. — Ты слишком много думаешь, Роджерс, — Тони внимательно на него посмотрел. — Насиловать тебя я уж точно не собираюсь. Только если ты очень попросишь. Стив икнул от удивления и залился краской. Намек был абсолютно явным, и к нему он не был готов. Потому что Тони прожигал глазами, осматривая его всего с ног до головы. И это смущало, потому что взгляд Старка был однозначным. Он хотел Стива, этого нельзя было отрицать, но трогать его действительно не собирался. Это делало ему честь и вводило Роджерса в подвешенное состояние. Потому что, если бы Тони не уважал его мнение и просто попытался бы взять, Стив бы смог выбросить его из головы. Но он не мог, потому что Тони уважал его личное пространство, уважал то, что он пережил, и просто старался быть рядом, чтобы помочь. Из-за этого Стив не мог даже ненавидеть его, как раньше. Тони слишком изменился в своем отношении, чтобы прежние отношения сохранялись на уровне. — Давай спать, — пробурчал он. — Завтра много работы. — Несомненно, — Тони странно усмехнулся и внезапно подался вперед, оказываясь слишком близко к лицу Стива. Они делили один воздух на двоих. Роджерс чувствовал теплые облачка на своей коже. Это будоражило. — Я обещал не насиловать, про остальное речи не было. После чего он подался еще вперед, впечатываясь в губы Стива. Роджерс от удивления приоткрыл рот, чтобы глотнуть воздуха, и Старк этим воспользовался, чтобы углубить поцелуй. Он не напирал, не пытался перетянуть всю инициативу на себя. Он просто исследовал рот Стива, осторожно и ласково вылизывая его, чуть прикусывая и без того красные губы, оттягивая их и посасывая. Стив плавился от этих манипуляций, от того, как кончики пальцев Тони гладили его шею, перетекая за ухо и поглаживая чувствительное местечко. Это было приятно до дрожи. И пальцы Тони были теплыми. Стив и не думал сопротивляться. Не думал о том, какая ситуация между ним и Тони сложилась за это время. Не думал о том, что сам же себе обещал. Он все же такой эгоист. Ему хорошо рядом со Старком, потому что тот дает ему свободу от тягот Ирака. Ему хорошо теперь, потому что Тони старается заботиться о нем. И это эгоистично. Старк же о таком не задумывался. Он просто наслаждался тем, что получает сейчас, и думал о своей приближающейся победе. Потому что так просто он все равно не отступит. Тони перебирал пальцами мягкие волосы Стива, поглаживал его затылок и чувствовал, как тот дрожит в ответ на прикосновения. Стив отвечал на поцелуй неумело, неловко, путаясь языком и задевая зубами, но это была самая искренняя вещь в жизни Тони. Человек рядом с ним был настоящим. Сломанным кровью и смертями, но настоящим до кончиков пальцев. И Старк безумно его хотел. Ему нужно было больше. Внутри все горело и реагировало соответствующе. У Стива были мягкие, вкусные губы, Тони хотел пробовать их чаще, больше, но было нельзя. Он обещал себе уважать личное пространство Стива и позволить ему самому сделать окончательный выбор. Никакого принуждения или давления. Просто маленькие шажки на пути к тому, чтобы тот стал его. Когда он оторвался, чтобы посмотреть на Роджерса, ему предстала потрясающая картина. Стив был растрепанным, смущенным, милым. С блестящими, живыми глазами. Они казались яркими, такими яркими, какими Тони их еще не видел. Все это время Стив смотрел тускло, в нем почти не было жизни, стремления к ней. И Тони был рад, что стал тем, кто ее ему вернул. У него были красные, припухшие губы. Яркого, вишневого цвета. — Тебе идет, конфетка, — Тони усмехнулся, проводя ладонью по щеке Роджерса. Тот едва инстинктивно не прильнул к ней, но удержался. — Если будет скучно спать одному, придвигай кровать или забирайся ко мне. Я всегда тебе рад. Стив резко выдохнул, и прежде, чем успел что-то сказать, Тони резко выпрямился и отошел. — Я пойду прогуляюсь, а ты тут пока обустраивайся, — он подмигнул Стиву и скрылся за дверью. А Роджерс не был слепым или дураком. Он прекрасно видел многозначительно топорщащуюся ширинку Энтони Старка.