(Не) Одинокие

- Ещё одна Ночная Фурия? – послышался тихий удивлённый голос и Найт дёрнул слуховым отростком в сторону одной из клеток. Там, прислонившись к прутьям, стояла девушка, настолько белая, что Скайроу даже сначала решил, что там стоит призрак. У неё была бледная кожа, большие голубые глаза, обрамлённые длинными светлыми ресницами, длинные волосы цвета первого упавшего снега и такая же белоснежная чешуя вместе со знакомыми по форме крыльями и хвостом. Светлое платье было испачкано грязью, потеряв свой цвет и став серовато-коричневым, но в целом девушка выглядела как кукла. Изящная, маленькая, с красивым лицом, чтобы заполучить расположение таких девушек мужчины обычно были готовы в лепёшку расшибаться, только бы эти невинные на вид создания посмотрели на них или улыбнулись им. Найт огляделся. Многие клетки были открытыми, что значило, что здесь Ночные жители уже проходили, выпуская подопытных Гриммеля на свободу. Но тогда почему её не выпустили? - Ты Найт. – сказала тем временем девушка-призрак, робко склонив голову на бок, словно попытавшись завесить лицо грязными волосами. Было видно, что сидит здесь она уже довольно долго – Найт Скайроу. Я слышала о тебе. Гриммель только и мечтает увидеть твою голову на своей стене. - Почему тебя не выпустили? – спросил он, отыскивая подходящий ключ на связке, зная, что прутья и замки огнеупорные. Девушка словно сжалась и отступила на шаг, тихо пролепетав. - Они были такими громкими... Я думала нас наконец-то ведут на смерть. Я испугалась и спряталась. Найт одобрительно хмыкнул, вставляя нужный ключ в скважину. - Сложно, наверное, прятаться, когда ты почти светишься в темноте. По виду ей, наверное, только-только исполнилось семнадцать. И судя по всему, до плена её явно растили как тепличный цветок, так как в её действиях проявлялась невероятная робость, перемешанная с детским любопытством и забитостью, появившейся от длительного времени, проведённого здесь, как подопытный кролик. - Нет, легко. – тихо произнесла она, осторожно выходя из своей клетки – Ты же должен знать. - С какого перепугу мне это знать? – Найт поспешил нагнать остальных Ночных, жестом руки призывая девушку идти за ним. - Но ты же Фурия! Найт уже хотел спросить: «Ну и что?», но слова застряли у него в горле, когда он обернулся и заметил, как девушка специально расправляет свои крылья как можно шире и перестаёт прижимать белоснежные слуховые отростки к своим волосам, из-за чего их раньше нельзя было разглядеть. По крыльям, слуховым отросткам и даже хвосту, несмотря на более округлую форму элеронов, можно было сказать бы, что это Ночная Фурия. Если бы не цвет чешуи. Драконы-Альбиносы ещё встречались в природе, но только не эти драконы. Такими их создала сама Хель, и никаких неточностей и ошибок в её творениях быть просто не могло. - Кто... кто ты такая? – спросил Найт, широко открытыми глазами рассматривая крылья, которые так сильно были похожи на те, которые были у него и Луны, только другого окраса. Девушка недоумённо нахмурила брови, покорно склоняя голову. - Офелия. Офелия Алеепис. Дневная Фурия. - Что... Как.. ты... – Найт глубоко вздохнул и тряхнул головой, решив, что разберётся со всем этим, когда Луна будет в безопасности – Что ты имела ввиду, говоря о том, что я должен знать, как прятаться? – спросил он, решив, что это сейчас важнее, чем выяснение откуда взялись Дневные Фурии. - Все же Фурии так умеют. – также недоуменно продолжила она и выстрелила голубоватой плазмой, быстро пройдя сквозь собственный же огонь. Пряталась она явно в своём драконьем обличии, поскольку несмотря на то, что её чешуя стала прозрачной, будто отражающей все что было вокруг, создавая эффект хамелеона, её одежда, волосы и кожа, которая не была покрыта чешуёй, всё ещё остались видны. - Чешуя нагревается от нашего огня и мы становимся незаметными. – сказала она, смотря на абсолютно шокированное лицо Найта. Но... знание о том, как маскироваться на любых поверхностях было утрачено Ночными Фуриями сотни лет назад! - И плазма не вредит твоей коже? – уточнил он, подозрительно сузив глаза. - Конечно нет! Найт зажёг плазму на своей ладони, заметив, как восхищённо проследила за этим действием Офелия, и не давая себе ни секунды сомнений, резко приложил ладонь к предплечью, смотря как чешуя на мгновение замерцала и её черный цвет словно стёк, становясь прозрачным и отражающим то, что было вокруг. Он шокировано посмотрел на свою руку, сливающуюся с тёмными коридорами темниц Гриммеля, и пару раз сжал и разжал ладонь, будто проверяя если ему ничего не кажется. - Я думала последние Фурии знают об этом... – сказала Офелия, снова делая какую-то странную попытку спрятаться за волосами. Найт вскинулся и поднял слуховые отростки. - Ты знаешь, где Луна? – он на пару секунд замялся – Ну, то есть вторая Ночная Фурия? Девушка, выше тебя, с зелёными глазами и... - Сложно пропустить ещё одну Фурию. – робко улыбнулась она, почти незаметно кивнув – Её забрали отсюда несколько часов назад. - Она в порядке? С ней всё хорошо? – Найт удержал себя от того, чтобы схватить её за плечи, но лихорадочный блеск тревоги в глазах спрятать не удалось, и Дневная Фурия, очевидно заметив его, виновато подняла брови домиком. - Я видела её только мельком, но... – девушка замялась и опустила голову – она много кричала. С того самого момента, как её привели, Гриммель проводил около неё почти всё своё время, экспериментируя с её галлюцинациями. И она не замолкала, даже когда срывала голос. – Офелия обняла себя за плечи и Найт увидел, как задрожала её нижняя губа, будто она была готова расплакаться – Было так страшно слушать, как она хрипит... А потом, когда регенерация восстанавливала её горло, всё начиналось заново... Найт почувствовал, как ужас потёк по его спине, холодным касанием будто замораживая всё внутри. - Ты... ты знаешь, где она? – спросил он изо всех сил стараясь не думать о том, что пришлось перенести Луне за то время, пока они планировали атаку на остров. Девушка-призрак качнула головой, будто думая, и робко произнесла: - Не думаю, что Гриммель бы стал держать её слишком далеко от себя. Она была для него слишком ценным подопытным. – Офелия сжалась, посмотрев на него исподлобья – Скорее всего она будет рядом с ним. Найт поджал губы. Если всё так, как говорит эта Дневная Фурия, тогда... Как ему вывести Луну из зоны действий Гриммеля? Она ведь не нужна ему живой. Единственная причина, по которой он её не убил, это использование её как приманки для него самого. Он вздохнул и пошёл дальше по коридору, нагоняя Ночных. Офелия молчаливой тенью последовала за ним. - Если что, подойдёшь к нашим и они отведут тебя к подземным туннелям. – сказал Найт и указал на идущих впереди полулюдей – Улетишь с острова домой. Дневная Фурия грустно улыбнулась и покачала головой. - Нет, не улечу. – она отдёрнула зацепившееся за что-то на полу грязное платье и объяснила свои слова – Во мне до сих пор яд Смертохватов. Пусть не в таких количествах, как у второй Ночной Фурии, но его хватит чтобы Гриммель приказал мне вернуться, и я беспрекословно подчинюсь. Скайроу задумался. - Власть только у него? Ну, если его не станет, кто будет контролировать тех, в ком есть яд? - Ты не понимаешь. – Офелия прикрыла голубые глаза светлыми ресницами, словно опасаясь чужого взгляда – Сам по себе яд Смертохватов не настолько опасен. Да, он туманит мысли, мешает думать и заставляет нас выполнять чужие приказы, но не в этом беда. Дело в том, что Гриммель, как и вы, Ночные Фурии, тоже потомок Асов, самого Одина если быть точнее. И у него есть наследия в крови. Найт склонил голову, всё ещё не особо понимая к чему она клонит. Наследия в крови не всегда были какими-то особо опасными. Та частица смерти, которая текла в его теле, позволяла ему видеть души и иногда очень незначительно на них влиять, но это всё. Луна ещё могла как-то пользоваться своим наследием Хаоса в повседневной жизни, разливая вокруг себя ощущение чистого ужаса, но к этому можно было привыкнуть, если часто находиться рядом. Потом оно уже переставало так сильно пугать. Но и этим как-то... особо не навредишь... Видя его непонимающий взгляд, Офелия сцепила руки перед собой и тихо сказала: - Наследие Одина позволяет ему видеть воспоминания своих жертв и искажать те виденья, которые он им посылает с помощью яда. Обычно, без вмешательства, от яда просто немного мутнеет зрение, как при сильном головокружении, и появляются слабые галлюцинации. Но... сам понимаешь... Если галлюцинации затрагивают и искажают воспоминания... Шанс того, что твоя Пара останется такой же если у тебя получится её спасти... – она быстро помотала головой, смотря на него большими, влажными глазами – очень, очень мал. - Прошло только два дня. – возразил Найт, душа в себе ростки паники, которые быстро оплетали все его внутренности – Гриммель бы не успел слишком сильно на неё повлиять. - Мне жаль. – Офелия сжала крылья, как будто желая закрыться от всего, что её окружало – Но в иллюзиях время – понятие очень неточное. Для нас прошло два дня, а для неё уже могли пройти годы... Даже я не знаю, сколько времени я уже здесь. Найт сжал ладони в кулаки и прибавил шаг, не позволяя себе думать о том, до чего его действия довели Луну. Он знал, что если даст слабину и начнёт себя винить то точно скатится в отчаяние и так и не сможет вернуть Луну домой. Нечестно, что только получив дом, его невеста даже не успела толком им насладиться, прожив в нём всего лишь неполные два года. Скайроу прикусил губу. Он сделает всё, абсолютно всё, чтобы вернуть свою невесту на Ночной. Он не позволит ей и её мечте о семье пропасть так просто. Да и он верил, что и сами Ночные не позволят так легко забрать у них свою Королеву. - Я постараюсь вам помочь. – тихо произнесла Офелия, покрывая лицо белой чешуёй – Пусть я не умею сражаться, но я сделаю всё, что в моих силах. Для меня честь помочь Ночным Фуриям, легендам нашего вида. Найт кивнул и тоже покрыл лицо чешуёй, готовый в любой момент перекинуться в драконью форму и разорвать Гриммеля на части. Гриммель поплатится за то, что посягнул на Луну. И он лично убедит Хель в том, чтобы он мог сам приходить на нижние уровни её владений и рвать его душу на части.