Притча о слепцах

— То есть вы, мастер Дегард, — шипел управитель Арано прямо в лицо бретонцу, — мало того, что бездарно угробили моих людей, выданных вам в качестве жеста доброй воли, так еще и своих собственных соратников не уберегли? — данмер едва сдержался, чтобы не начать орать. — Позор! — Я… да как вы смеете? — снизу вверх возмутился тот. Сейчас возмущался он куда менее впечатляюще, чем обычно, в основном из-за плотно перебинтованной шеи и левой руки на перевязи. — Смею, — резко ответил Арано, — смею, потому что у меня и так мало солдат, а стало еще меньше. И теперь мне нужно поднимать резерв и отказывать второй смене в отдыхе, потому что вы подвергли город опасности! Сидевший в своем кресле советник Морвейн тихо произнес, устало потирая глаза: — Более того, мастер Дегард, — спорщики обернулись на него, умолкнув, — вы выпустили фалмеров на поверхность, и уже есть жертвы. — Ф… фалмеров? — задохнулся имперский маг. — Но мы запечатывали за собой все двери! И я не видел ни одного фалмера по пути! — Вот именно, что не видели! — взорвался управитель. — Вы вообще дальше своего носа не видите! Бретонец не выдержал и вскочил на ноги. — Что вы себе позволяете, Арано?! Я тоже пострадал, мои люди убиты, Свиток украден, как вы смеете обвинять меня?! — Кстати о Свитке, сэра Дегард, — так же тихо сказал Морвейн. — Кто, вы говорите, украл его? — Я… я не знаю, — снова поник бретонец. — Мне показалось, это была целая банда! Но я помню только одну, да, кажется, это была женщина. Очень высокая. Швырялась морозной магией, как ненормальная. Никогда не видел такой техники, мы даже щиты поднять не успели… Арано и Морвейн переглянулись. — А не было ли у нее белых волос, сэра Дегард? — спросил Арано, прищурившись. Тот задумался, и затем кивнул: — Да, точно. Были. Короткие. Морвейн вздохнул. — Значит, тот норд из деревни не ошибся. Она сошла с ума. Арано с сомнением покачал головой. — Это странно. Она травница и целительница… — Но она больна чем-то неизвестным, Адрил, либо проклята, — возразил Морвейн. — Телванни по моей просьбе поискал у себя в библиотеке и нашел упоминания о так называемых «бесцветных» мерах и людях. У них белая кожа, белые волосы и красные глаза, и все они так или иначе плохо заканчивали свою жизнь. По крайней мере те, о которых записано. Арано помрачнел еще больше. — Ходили слухи, что она чрезвычайно сильна, хоть по виду и не скажешь. Я считал это досужими сплетнями, но, — он выразительно кивнул в сторону представителя Синода, баюкавшего руку, — очевидно, зря. Пойду распоряжусь усилить патрули. Советник Морвейн кивнул, затем поднял голову на Арано, озаренный идеей: — Те норды из Медового Зала, кажется, всё ещё здесь? Арано тоже прояснился лицом: — Да! Они ждут груза с материка! Я поговорю с ними. Воодушевленный управитель кивнул советнику и вышел в ночь. Дегард поколебался, но всё же повернулся к Морвейну: — Советник, я бы хотел предложить свою помощь. Я вряд ли буду хорош сейчас в бою, приходится признать, но у меня есть кое-что. Наши… наш эксперимент. В город ведут двое ворот, верно? Морвейн кивнул. — Я могу у обоих поставить ловушки, которые сильно затруднят использование магии тому, кто в них попадется, — Бретонец вдруг явственно замялся. — Это такие… скажем… артефакты. Советник Морвейн поднял руку, прерывая его: — Мне не интересно, как именно работают эти ловушки, сэра Дегард. Как и подробности вашего «эксперимента». Если это поможет защитить жителей города, сделайте это. Дегард вытер пот со лба здоровой рукой. Данмерский мальчишка, приставленный к нему Морвейном показывать дорогу, нервно оглядывался на распахнутые ворота в город. Фонарь в его руках дрожал. — Уф, как сложно. Ох уж этот Флореций с его экспериментами, — пробурчал бретонец, — упокой Аркей его душу. Он отступил к каменной стене, где маленькая полоска мостовой оставалась не опутанной невидимой сетью. Крошечный медный механизм — искусный гибрид магии и двемерской машины — был полностью спрятан в щели мостовой, и лишь установивший его маг знал, где заканчивается его действие. На брусчатке у городских ворот послышались шаги — кто-то приближался со стороны леса. Дегард резко развернулся. — Ты! — воскликнул он и поднял здоровую руку. Да так и застыл ледяной статуей, спустя пару секунд с грохотом разбившейся о мостовую. Мальчишка выронил фонарь и скрылся в переулке. Высокая беловолосая женщина, даже не замедлив шаг, вошла в город. На пустынной базарной площади был хорошо слышен шум прибоя. Шторм, бушевавший на море уже несколько дней, в самом городе был почти неощутим благодаря скалам с запада и севера, и Бастиону, выстроенному на востоке. Воронья Скала еще досматривала предрассветные сны, когда всё случилось. Пятеро нордов, уже неделю методично уничтожавшие запасы меда и суджаммы в «Пьяном нетче», проветривались у входа в таверну. Даже несмотря на регулярные попойки, все оставались при оружии и в неизменном доспехе, верные древним клановым традициям. Двое унылых редоранских стражников медленно обходили площадь, как раз приближаясь к таверне. — О, — икнул самый низкорослый из нордов. — А чего это их стало двое? Обычно же патрули одиночные? — Дырявая твоя башка, — сварливо произнесла высокая женщина, набивая трубку. — К нам же ночью Арано пришел и сказал, что у них тут что-то опасное завелось. — А-а-а-а, — протянул тот. — Я уж подумал, в глазах у меня двоится. — А что от нас хотели-то? — спросила другая нордка, лениво щурясь на сереющее небо. — Я не слышала нидагона, все кругом орали. — Чтобы мы начеку были, — пробурчала предводительница, — у них солдат мало, может потребоваться помощь. — Так это, — снова икнул первый, — так мы завсегда!.. — Я примерно так ему и ответила, — невозмутимо сказала высокая нордка, продолжая сосредоточенно заниматься трубкой. — Нам все равно здесь торчать, пока шторм не уляжется. Но пьянствовать прекращаем, хватит. Она наконец раскурила трубку и выдохнула сизый дым в небо. — Но Нильярн, мы же умрем со скуки! — возмутилась третья женщина, одной рукой поигрывавшая своим тяжелым рогатым шлемом. — Можно пить только мёд, не ушатываясь до пляшущих рьеклингов, — резко сказала Нильярн, посмотрев на нее сверху вниз. — И это приказ. Нечего опять возвращаться в Зал с испитыми глазами и без последнего медяка, это Туллмар вам такое позволял. Норды поворчали недовольно, но больше не перечили. Данмерский патруль медленно прошествовал мимо. — О, смотрите, кому-то еще не спится! — хохотнул молчавший до сих пор воин с рыжей бородой. Остальные обернулись. — Та-ак, — тихо протянула Нильярн. Через пустую площадь в сторону порта шла высокая женщина. Белые волосы на непокрытой голове резко выделялись на фоне темной одежды, а за ее спиной болтался мешок какой-то чудно́й продолговатой формы. Предводительница дождалась, пока женщина отошла подальше, и, не сводя с нее глаз, вполголоса скомандовала своему отряду: — Ну-ка быстро все привели себя в порядок, и оружие наизготовку. Те удивленно переглянулись, но подчинились. Белая эльфка исчезла в порту, и некоторое время ничего не происходило. Нильярн раздумывала, затягивая ремешки на шлеме, стоит ли следовать за ней к пристаням, и позвать ли с собой данмерскую стражу. Арано ночью выглядел изрядно обеспокоенным. Как назло, именно сейчас рядом не было ни одного патруля. Норды успели почувствовать себя несколько глупо, заняв оборонную позицию у входа в таверну. Из дверей как раз появился местный пьянчуга, уволенный недавно с шахты, и громко удивился их боевому порядку. Нильярн не удостоила его вниманием. Прежде, чем она успела что-нибудь решить, на площади снова появилась та женщина. Теперь она стремительным шагом направлялась прямо к таверне. Из-за торгового ряда белой эльфке наперерез вышли два редоранских стражника — наконец подоспел патруль. Они, кажется, пытались завязать разговор, но пару секунд спустя женщина небрежно махнула рукой, и данмеров отшвырнуло в сторону, в груду бочек на краю рынка. Раздался грохот. Белая эльфка снова пошла вперед. — Готовьсь, — негромко скомандовала Нильярн, но ее люди уже и так предчувствовали драку. Эльфка остановилась перед шеренгой нордов. Нильярн загривком почуяла угрозу, исходившую от нее. — В чем дело? — спросила колдунья. Ее голос был хриплым, возможно, от ярости. — Мне нужно в таверну. — Зачем? — спросила предводительница. Краем глаза она заметила, как со стороны Бастиона к площади идут стражники. — Не твое дело, — раздраженно бросила эльфка, поднимая руку. Вдруг дверь «Пьяного нетча» за спиной у нордов громко хлопнула, и из таверны хлынула наружу пьяная толпа, подстрекаемая давешним забулдыгой. Нильярн раздраженно поморщилась. Сбоку подошли, наконец, стражники. — Не делай глупостей, альтмерка! — крикнул кто-то из них, и нордка узнала голос капитана Велета. Но та даже не обратила на данмеров внимания, оглядывая толпу у таверны. — Эй, вы! — вдруг крикнула она. — Кто из вас второй после капитана корабля? Нильярн удивленно моргнула, но вспомнила, что в порту сейчас стоял корабль — и только один. Полностью нордский. В кучке пьяниц пошептались, и потом кто-то ответил, едва ворочая языком: — Старпом эта, того, дрыхнет внизу, а капитан на борту остался… — Так разбудите его, — резко сказала эльфка и попыталась сделать шаг вперед. Норды ощерились и подняли оружие. — У меня к нему дело. — Х-х-ха, ты думаешь, кто-то сегодня пойдет в море? — заржал другой моряк. — Да это дурость будет, корабль потопим и сами помрем. Не-е, ищи других дураков. И вообще, тут капитан нужо́н… — Капитан вам не нужен, — прошипела эльфка, — он вряд ли уже кому-то пригодится. Ошарашенно слушавшие норды и данмеры наконец пришли в себя. — Ты обвиняешься в нескольких убийствах, женщина! — снова крикнул Велет откуда-то сбоку. — Сдавайся и не пострадаешь! — Намирова утроба, да убирайтесь же с дороги! — разозлилась белая эльфка, все еще не обращая внимания на стражу, и взмахнула руками. На нордов будто резко подул ветер, но они остались стоять на ногах. Лицо женщины приобрело удивленное выражение. Кто-то из моряков позади разразился хохотом и несвязными ругательствами; удивление белой эльфки снова сменилось яростью, послышался странный хруст, и сзади дохнуло холодом. Коротко оглянувшись, Нильярн увидела, что несколько человек из толпы превратились в ледяные статуи, а одна из них уже осыпается осколками. — Лейра, со мной! В атаку! — скомандовала нордка и пошла вперед, подняв щит. Соратница рядом последовала ее примеру. Эльфка практически зарычала, и выкрикнула что-то неразборчивое. Нильярн ощутила, как на мгновение резко стало очень холодно, но ощущение тут же пропало. Очевидно, что-то пошло не так, и магия то слушалась колдунью, то нет. Она рассмеялась. — Нипочём нам твои даэдровы фокусы, альтмерка! Та снова выругалась и резко крутанулась на месте. Нильярн инстинктивно отскочила в сторону, и мимо просвистел огромный ледяной шип. Такие же шипы полетели и в остальных. Нордка не успела понять, пострадал ли кто-то, как ведьма неожиданно бросилась бежать в сторону порта. — За ней! — крикнули одновременно Нильярн и Велет. Она сама загнала себя в угол. Преследуемая сразу двумя группами воинов, обезумевшая колдунья забралась на длинную пустую пристань. Было видно, что ее подводила магия, и от этого эльфка впадала в еще большую ярость. В конце концов, Нильярн и соклановцы прижали ее к самому краю пристани, отрезав путь к отступлению. Несмотря на собственные раны, ведьма умудрялась держать воинов на расстоянии, вооруженная лишь кинжалом и ледяными шипами. Вдруг она разразилась жутким смехом, таким громким, что он перекрыл шум волн. — Атморцы! Проклятые дикари ни капли не изменились, — прорычала она, отсмеявшись. Нильярн слышала в ее голосе, полном ярости, еще истерические нотки. — Слепцами были, слепцами и вымрете! Намирово отродье, мерзкое и безмозглое, — она прикрылась ледяным щитом от топора Лейры, попытавшейся зайти сбоку, — пожирающее всё подряд! И друг друга вы сожрете! Рано или поздно! Нильярн уже начала терять терпение, но тут позади послышался окрик капитана Велета: — Норды! Щиты вверх! Назад! Она и ее люди отскочили, прикрывшись щитами, а сверху на эльфку рухнул целый дождь из стрел. Та вскинула руки, пытаясь защититься, но колдовство теперь давалась ей с огромным трудом. Нильярн огляделась: в отдалении целый отряд редоранских стражников с луками стрелял навесом, выпуская залп за залпом. Бастион неплохо защищал эту часть порта от ветра, а лучники были на удивление меткими, но нордка всё равно поспешила увести своих людей подальше. Белая эльфка продержалась еще несколько минут. Обессилев от колдовства, израненная стрелами, колдунья рухнула на окровавленные доски, а мгновение спустя причал с жутким треском проломился, и волны сомкнулись над ее головой.