Горько-сладкие чувства

      Место в постели рядом со мной пустовало, и это говорило о том, что Майкл не стал меня будить, дав хорошенько выспаться. С одной стороны, это мило — он проявил заботу и внимательность по отношению ко мне, — с другой, я была бы не против пожелать ему удачного дня перед работой. Как бы там ни было, я не стала на это зацикливаться.       Потянувшись в постели, я стянула тяжелое одеяло и абсолютно голая встала с кровати. Подобрав с пола вещи, я неторопливо оделась, как вдруг уловила какие-то звуки, доносящиеся с первого этажа. Поначалу казалось, что мне почудилось, но звук будто становился громче, и я начала подозревать, что в доме находится кто-то ещё. В недоумении выйдя из комнаты и приблизившись к лестнице, я смогла понять, что звук явно от телевизора — шло какое-то развлекательное шоу с множественными голосами, смехом и шутками.       Кто бы это мог быть? Учитывая масштабную занятость Майкла, я точно уверена, что это не он. Да и не стал бы он включать телевизор на полную громкость, если бы пришел домой? Домработница? Тоже маловероятно. Неужели кто-то из ребят?       Глубоко вдохнув, я решаю не томить. — Кто тут? — спускаясь, задаю вопрос. Мой голос не был громким, но звучал достаточно четко, ведь в голове так и крутилось: «Надо держать лицо».       Пройдя последнюю ступень, обнаруживаю сидящего на диване человека, поедающего чипсы. Он невозмутимо поворачивает в мою сторону голову и с ухмылкой машет мне рукой. — Йо! — Виктор, — пораженная, я быстро приближаюсь к спинке дивана, а он продолжает сидеть и довольно улыбаться. — Как… как ты тут оказался? — Не поверишь, — говорит он, пока один уголок его губы приподнимается чуть выше. — Меня пригласил Майкл. — Что? — мои брови взлетают вверх, и я улыбаюсь от неверия. — Быть не может.       Сам Майкл? Тот, кто терпеть не может Виктора? Он правда его впустил? — Правда! Сам не мог в это поверить! — восклицает тот, вскочив с места прямо на сам диван. — Правда, не лично он, а кажется… его помощник, да? Какой-то паренёк сопроводил меня и озвучил столько запретов, что не пересчитаешь даже на пальцах.       Я смеюсь, и из-за интереса задаю вопрос: — А какие самые важные? — Ну, они все были важные, но в основном, это касалось второго этажа. Мне категорически запретили подниматься и будить тебя, поэтому я несколько часов просто лежал на диване и листал телефон… — Но ты не удержался и решил включить телевизор, да так громко, чтобы «случайно» меня разбудить, не так ли? — Раскусила, — довольно ухмыляется он. — Всегда знал, что ты умная девочка. — Ой, скажешь тоже, — усмехнулась в ответ, а затем кое-что осознала. — Черт, а как же магазин? Неужели закрыл его? — Не-а, там мой дед. Отпустил меня, чтобы проверить самостоятельно мою проделанную работу за год. Его недоверие ко мне иногда раздражает, — он нахмурился, словно что-то вспомнил, — хотя для этого у него есть все причины.       Было любопытно узнать, что это за причины, но не стала. Что-то подсказывало, что он не ответит мне. — Так, — хлопнув в ладоши, Виктор вернул былую жизнерадостность, — чем хочешь заняться сегодня? — Я… не уверена, — пожимаю плечами. — У меня вообще в планах было посидеть сегодня дома, отдохнуть, а завтра выйти на работу. — Ты серьёзно? — Угу. — Слушай, — положив ладонь мне на плечо, он продолжил: — Майкл рассказал мне. Коротко и ясно. В детали не посвящал, но суть была понятна.       Я было открыла рот, чтобы что-то сказать, но что именно — сама не имела понятия. Хотела ли я опровергнуть или подтвердить свою личную драму? Не знаю. Ничего не знаю. Но я точно знаю, что не хочу об этом говорить.       Опустив голову, я прикусила нижнюю губу. — Мне очень жаль, — произнеся эти слова, он ловко перепрыгивает диван и обнимает меня. Мои глаза наворачиваются слезами, но я не позволяю большего. — Слушай, я хоть и не твой кровный родственник и всё такое, но ты для меня стала больше, чем другом.       Теплота его слов утешили меня и придали немного сил, а может и стимул идти дальше. — Мне тоже с тобой легко, — признаюсь я и искренне расплываюсь в улыбке. Слегка отстранившись, спрашиваю его с озорством: — Значит, у тебя есть идея получше, чем просто сидеть дома?       Удивленный моим внезапным настроем, парень пару секунд просто хлопает ресницами, а затем в его глазах что-то блеснуло. Он хитро улыбнулся, достал из кармана джинс телефон и набрал чей-то номер. — Веселее, когда людей чуть больше, не так ли?       Быть не может.       Через час сюда добрались Нина, Дин и Билли. Какое-то время вся компания спорила по поводу места, где мы будем веселиться, и каждый из них предлагал своё, это продолжалось долгое время, пока один из них, а это была Нина, просто не предложила по классике отправиться в её клуб. Все моментально согласились. Однако мир между ними был нарушен сразу же, как только тема зашла о нарядах, но это больше касалось Нины и Дина, которые чертовски сильно помешаны на одежде. В конце концов ребята на дом вызвали стилистов, чтобы те сами подобрали всем образы. Сначала я думала, что это неплохая идея, пока не увидела бирки на одеждах — все они были от дорогих брендов и стоили колоссальных денег. — А давайте лучше просто посидим дома, — предложила я, медленно отходя от напольных вешалок на колесиках. — Если волнуешься о деньгах, то не стоит, — накинув на голое тело пиджаках со стразами, Дин посмотрел на меня и заявил: — Я всё оплачу.       Мне хотелось отказаться от такой щедрости с его стороны, но Нина и Виктор опередили меня; они сжали обе мои руки и посмотрели на меня таким взглядом, говорящим: «Только попробуй отказаться от халявы». Не став с ними спорить, я неохотно стала рассматривать подготовленные образы. Каждая из одежд была красива, но всё равно чем-то мне не нравилась, — особенно стоимостью, — но когда я дошла до самого крайнего платья, то сразу поняла — это то самое. — Тебе пойдёт, — рядом со мной неожиданно возник Билли. — Со собранными волосами и с этим платьем будешь хорошо смотреться.       Его комплимент не мог меня не обрадовать. — Думаешь? — Да.       Но тут повисла странная тишина. Продолжая стоять около меня, Билли рандомно касался одежды, щупал ткань и рассматривал на них незамысловатые узоры. По нему было видно, что его мысли далеко не о нарядах, и я забеспокоилась. — Хочешь что-то сказать?       Облизав губы, он кивнул и посмотрел на меня: — Да… На счёт Клайда…       Имя человека, который не пришел меня поддержать, как сделали это остальные, заставило меня слегка натянуть струну по всему телу. Нет, я не держала на него зла и не была в обиде, тем не менее мне было некомфортно что-то слышать о нём, когда в моей душе откровенный бардак.       Медленно вздохнув, я слабо улыбнулась. — Если ты хочешь оправдать его нежелание прийти ко мне, то не стоит. Я всё понимаю. Мы с ним разговаривали и не раз, я знаю причину его неприязни ко мне.       Биллы казался удивлённым, но взяв в себя руки, заговорил: — Не пойми неправильно, Белла. Клайд неплохой человек, но со сложным харак… — У нас у всех сложный характер, — подмечаю я, перебив его. — Но я знаю, что у него есть повод для неприязни ко мне. И ты… ты скорее всего тоже знаешь…       Сглотнув, Билли оглянулся на увлеченных ребят, которые ни капли не обращали на нас внимание, а только потом кивнул головой в знак своего ответа. — Тоже считаешь, что Майкл слишком… — Это не моё дело и мне всё равно, — резко обрывает меня он. — Никто не вправе перечить или указывать Майклу несмотря на всё своё неодобрение. Клайд когда-нибудь смирится с этим, просто нужно подождать.       Его слова немного утешили меня и вновь позволили задуматься о вопросах, которые я долго старалась держать подальше. Когда Билли собирался вернуться к ребятам, присоединиться к их маленькой беседе по поводу нарядов, я остановила его; схватила за рукав и потянула его назад. Я знала, что вряд ли смогу этим чего-то добиться, но эти вопросы… они мучили меня. — Почему вы так преданы Майклу? — первое что выпалила я.       Билли в недоумении сощурил взгляд. — Ты… Неужели ты до сих пор не спросила об этом Майкла? — Нет, — качаю головой, продолжая держать его за ткань рукава. — Это неправильно вот так вот узнавать у него про вас. В первую очередь, это ваша история и лучше узнать о них от одного из вас, ведь так?       Парень усмехнулся моим словам, потом поднял голову в раздумьях, а уже только после задумчиво проговорил: — Клайд был прав. Твоя правильность иногда может раздражать.       Его слова слегка задели меня, и я приняла это как отказ. Отпустив рукав, я собиралась извиниться и вернуться к обсуждению сегодняшнего вечера, как вдруг Билли обратился к ребятам. — Эй, ребят, мы с Беллой решили попить чаю, а вы продолжайте веселиться без нас, окей? — Давайте! — махнул Дин, продолжив что-то обсуждать с Ниной и Виктором.       Удивлённая, я не сразу сообразила, к чему было это, но, когда мы с Билли направились в сторону кухни, я всё поняла. Наконец-то я услышу их историю. Историю, которая привела их к Майклу.       Присев за стол, я наблюдала, как Билли хозяйничал на кухне, словно у себя дома. Налив нам чаю и достав из полки пачку с печеньями, он присел напротив меня. Поначалу он молчал, медленно попивал чай и явно о чём-то размышлял.       Думает с чего начать?       Я терпеливо ждала, почти не притронулась к печеньям и почти не пила горячий листовой напиток — так, лишь для вида, если кто-то из ребят внезапно решит заглянуть на кухню или присоединится. — В курсе ли ты того, что семья Фордов много лет не сообщала о рождении наследника? — внезапно поинтересовался Билли, подняв на меня глаза. — В курсе. — Хм… Когда о наследнике объявили, оказалось, что ему уже семь лет… — вспоминая прошлое, глаза Билли будто бы мутнели. — Про Майкла в то время говорила каждая газета. Каждый информационный сайт. Каждый человек. И абсолютно каждый хотел узнать об этом мальчике побольше. Многие влиятельные обеспеченные семьи, имевшие детей его возраста, пытались выстроить с ним дружбу или проще — построить связь. Каждый. Даже наши с парнями семьи не были исключением. — Значит, вы так познакомились? — удивленно уточняю.       Слишком уж просто. — Конечно, нет. Форды никого не подпускали к своему единственному сыну. Майкл обучался на домашнем обучении много лет, ни с кем не заводил дружбу, а на светских мероприятиях вел себя отстраненно, лишь проявлял изредка, когда нужно, напускную вежливость. Для своего возраста он был умён и удивлял этим каждого взрослого человека, но в его глазах каждый человек был недостоин его внимания. «Чистокровный Форд» — так его называли люди и до сих пор называют в узких кругах.       Последнее предложение отдало неприятными мурашками, даже противными. Люди приравнивали Майкла с его отцом, что не могло быть правильным.       У меня почти исказилось лицо от отвращения, но я сумела сдержаться. — Первый, кто из нас троих познакомился с Майклом был Дин, — продолжил Билли. — Об этом не принято распространятся, но Дин не является первенцем в своей семье. Он был вторым ребёнком и не мог унаследовать бизнес семьи, чему был безмерно рад. — Что ты имеешь в виду? — Дин никогда не хотел заниматься семейным бизнесом и как-либо участвовать в нём. Он любил совсем другое, — вздохнув, Билли опустил глаза. — Дин любил фигурное катание. Обожал, болел этим занятием. — Фигурное… катание?       Сильно удивившись такому факту, я призадумалась и посмотрела на своего светловолосого друга, находившегося в гостиной вместе с ребятами, — он из-за чего-то громко рассмеялся, плечом толкнул Виктора и ласково прильнул к Нине. Никогда бы не подумала, что у него могло быть такое интересное увлечение. — Если так подумать… — внимательнее разглядывая Дина, я смогла прозреть и уловить в каждом его движении изящество присуще только спортивным фигуристам, — ему это подходит. Как же я не замечала этого раньше?.. Говоришь, что он болел фигурным катанием? Что произошло? — от собственного вопроса у меня в груди всё сжалось. Я уже понимала, что могло с ним произойти, но хотела знать конкретно. — Произошло непоправимое, — тихо произнося слова, Билл продолжил: — Дин намного превосходил своего старшего брата Барри во всём: учеба, медалями и даже обаянием, которое помогало ему заводить знакомства. Всё дошло до того, что родители Дина начали всерьёз задумываться о смене приемника. — И старшему это не понравилась, — догадалась я и зажевала нижнюю губу. — Правильно. Барри и Дин никогда не были близки несмотря на кровные узы. Их двоих интересовало совсем противоположное, да и воспитание родителей повлияло на них не так, как нужно. Они росли в одном доме, но были чужими друг другу, поэтому Барри не боялся высказывать Дину всё своё недовольство, мог оскорбить его и даже ударить. Их родители знали их перепалки, но, видимо, им было всё равно. Это продолжалось достаточно долгое время, и когда Нолэнды приняли решение о наследовании, их выбор пал на Дина. Барри, естественно, не понравился такой расклад и по этой причине он столкнул Дина с лестницы, отчего тот сломал правую ногу.       Закрыв приоткрывшийся рот ладонью, я машинально вернула взгляд на всегда весёлого, яркого друга. Дин всё ещё веселился с остальными и выглядел таким счастливым, что осознать его трагедию было сложно. Я ведь никогда, ни разу за наше с ним знакомство не видела его подавленным или сломленным. Мог ли он забыть фигурное катание так легко, как это кажется на первый взгляд? — Не мог, — неожиданно прозвучавший ответ Билла, на мой незаданный вопрос, застал меня врасплох. Он усмехнулся и объяснил: — По твоему лицу сразу было понятно о чём ты подумала. Дин никогда не перестанет скорбеть по своей мечте, которая могла у него исполниться. Но он позволяет этой скорби вырваться только в определённый день, всего раз в году, — посмотрев на друга, он тихо добавил: — Начало февраля…       В горле застыл вопрос. Хотелось узнать об этом дне, узнать как он проводит его, но что-то останавливало меня. Казалось, если я задам этот вопрос, то личное пространство Дина будет нарушено. Я не могу так поступить, не могу врываться в эту скорбь, которую он предпочитает переживать один.       Поэтому задам другой. — Но Дин ведь играет в баскетбол. Как? Разве можно? — Дин может заниматься спортом, но не увлекаться им. Он знает свою меру, никогда не напрягается и наш тренер знает об этом, поэтому к нему нет никах претензий, если в какой-то момент игры он резко останавливается и передаёт мяч. — Нога не простит ему ошибки, — задумчиво пробубнила я, понимая всю серьёзность этой ужасной травмы. — Как и Дин никогда не смог простить своего брата, — дополняет Билли. — После того случая, Дин ушел в себя. Я не знаю, как он переживал свою скорбь, не знаю, как и то, как ему было плохо. Мы не были знакомы в то время. Никто из нас. Поэтому в то время я слышал лишь сплетни и разговоры взрослых, и они утверждали, что Нолэнды были счастливы этому событию, ведь теперь их Дин мог полностью посвящать своё время семейному бизнесу, а не… а не бесполезным вещам.       Жестоко. Очень жестоко. — Барри тогда был уже давно совершеннолетним и мог получить срок за покушение на своего младшего брата, но Нолэнды замяли это дело. В узких кругах, это известно всем. Даже в одном из мероприятий, уже и не помню по какому поводу, Дин, сидевший в инвалидной коляске, стоял в самом углу огромного зала. Все присутствующие люди шептались, бросали взгляды на него, ведь там присутствовал не только сам Дин, но и его брат Барри. Людям было абсолютно плевать на чувства маленького ребёнка и многие были недовольны, что второй ребёнок мог унаследовать бизнес, когда старший уже давно подготовлен к этому. Позиция у всех была разной, но большинство понимали чувства Барри и не видели в его поступке что-то ужасное, ведь Дин живой, а значит, преступления нет. — Это ужасно. Жестко и бесчеловечно, — я чуть не вскочила с места от возмущения и злости, но сдержала себя, когда услышала, как на заднем фоне прозвучали голоса друзей. — Верно. Жестоко и бесчеловечно. Зато на том мероприятии Дин и познакомился с Майклом. Скажу даже больше, я видел их знакомство издалека. Майкл, который всё это время находился подле своего отца, неожиданно для всех направился к Дину и протянул ему руку. Я не знаю, что за разговор они вели, но отчётливо видел, как глаза Дина загорелись. Через пару дней стало известно, что у Нолэндов произошли глобальные изменения. Сперва был внезапный арест Барри и полный отказ от наследства, затем упадок в бизнесе, благодаря которому большую их часть акций приобрели Форды. Таким образом, Форды стали крупными акционерами отелей Нолэндов, можно сказать, владельцами, но потом… — Билл остановился и усмехнулся своим мыслям. — Я узнал об этом, когда уже познакомился с Дином. Майкл передал почти все купленные акции Дину, и в результате… — Дин стал единственным из своей семьи кто по-настоящему является хозяином семейного бизнеса, — даже я не могла поверить своей собственной догадке. — Невероятно… — Это закрытая информация, которую знают всего лишь небольшая часть людей: вся семейка Нолэндов, их родственники, Форды, Клайд и я. А теперь и ты, Белла. Дин может распоряжаться абсолютно всеми привилегиями своего бизнеса, но управлять им оставил своего отца и мать в назидании за то, что они ничего не сделали.       За то, что не защитили его. Не поддержали. Не оградили от брата. Они позволили случиться непоправимому. Дина невозможно осуждать за это решение, и я понимаю. — Получается… — я нахмурила брови от того, что пришло мне в голову. — Дин просто всю жизнь… может… может не работать? Я правильно понимаю? — Всё верно, — кивает Билли, беззаботно одаривая меня широкой улыбкой.       Кажется, у меня сейчас взорвётся мозг. Я даже не знаю, завидовать мне или продолжать удивляться. Я будто услышала исполнившее желание любого человека. — Ты сказал, что родственники Дина тоже в курсе, а они ведь из политики, да? Как они вообще восприняли эту новость? Неужели не было никаких претензий с их стороны? — Были. Всего пару. Но дело замяли быстро, так как тем на самом деле было похер. Их больше волновало поддержка Дина в их сторону, что было подтверждено и отрегулировано. — Черт… — выдохнула я, схватившись за голову. — Богачи такие странные. — Не могу не согласится, — кивает Билли, который тоже принадлежит к этому типу общества.       Задумавшись, я стала более внимательно перебирать рассказ в своей голове и кое-что не давало мне покоя. Всего одна деталь, но какая! — Ты сказал «почти», — прищурив взгляд, я посмотрела на сидящего напротив меня друга повнимательнее, прямо в глаза. — Майкл… тоже является совладельцем?       Билли невозмутимо наклонился ко мне через стол, на секунду перевёл внимание на друзей, которые всё ещё находились в своём мирке, и хитро улыбнулся, оскалив зубы. — Внимательно слушать — это хороший навык. Молодец, Белла.       Боже мой! Кажется, я начинаю немного понимать какое влияние имеет Майкл среди подобных себе и, кажется, мне только предстоит узнать всю масштабность его фамилии.       Голова гудела из-за новой информации. Не зная, как реагировать дальше, я решила, что стоит услышать следующую историю. — Если Дин был первым, кто познакомился с Майклом, тогда кто же был вторым? — Я, — невозмутимо отвели Билли, наклонив голову набок. Он обратно прижался спиной к спинке стула и неотрывно глядел в мои глаза. — Моя история скучная, не такая трагичная, как у остальных.       «Остальных». Меня уже это настораживает. — Если ты не хочешь рассказывать, то не стоит, — говорю ему, опуская голову. — Я не настаиваю, правда. — Нет, нет, я считаю, что тебе стоит знать. Тебе хотя бы нужно понимать, почему наша преданность Майклу безусловна. Да и вообще… — он вздохнул и улыбнулся такой странной улыбкой, будто она была показана через силу, — ты бы всё равно узнала обо всём этом рано или поздно. Не имеет смысла что-то от тебя скрывать. — Если ты так говоришь… — С чего же мне начать? — Билли обдумывал это достаточно долго, будто специально растягивал время или же решал, что стоит мне рассказать, а что утаить. — Как я уже говорил, мне удалось собственными глазами лицезреть знакомство Дина с Майклом. Почему-то я это запомнил… Я долго не мог понять, почему это не выходило из моей памяти, пока не наступил кризис. Раньше моя семья владела лишь небольшими курортами и не желала развиваться дальше, им этого было достаточно, чтобы жить беззаботно. Так бы и продолжалось, если бы мой отец не доверился своему лучшему другу, который в итоге обманул и повесил на нас большие долги. Семейный бизнес рушился вместе с установленными удобствами, к которым мы привыкли. Всё исчезало, растворялось, словно наша шикарная жизнь была лишь иллюзией. А некогда лучшие друзья отвернулись от меня, стали вести себя так, будто меня и не существовало в их красивой жизни. Я стал посмешищем в их глазах, шутом и… грушей для битья. — Ты подвергся травле со стороны… бывших друзей? Это же… это же ненормально.       Мы похожи? — Моя травля была физической. Каждый день меня избивали люди, которых я считал когда-то друзьями. Я бы вытерпел всё. Я бы смог, если бы их травля не дошла до крайностей, — на мгновение лицо Билли вспыхнуло от ненависти и одновременно от боли. — С помощью зажигалки и спичек на мне оставляли ожоги. Сейчас шрамы давно побелели и почти не видны, если не приглядываться, но ту боль и тот крик, что я издавал в школьном туалете… Я ничего не забыл. — Мне жаль, Билли, — прошептала я тихо и взяла его за руку. — Мне очень жаль.       Наше прошлое не похоже. Я не подвергалась настолько ужасной травле, у меня они были больше словесными. Что было бы, если бы со мной произошло подобное? Я бы вынесла это? Смогла бы я выдержать такие издёвки со стороны одноклассников?       Не думаю. — Не нужно меня жалеть, это уже ни к чему, — сказав это, Билли мысленно погрузился в прошлое и через секунду его губы тронулись в недоброй улыбке. — Я ведь смог отомстить.       По спине прошли неприятные мурашки, и я нервно сглотнула, боясь услышать, каким образом это месть была осуществлена. — В твоей мести помог Майкл? — Да. В один из жарких дней, когда мои мучители вновь повторили на мне, скажем так, ожоговую терапию, я попытался впервые дать им отпор. Итог был не таким, каким я ожидал. Меня быстро приструнили, а чтобы проучить меня за мою выходку, решили выжечь мой левый глаз.       Глаз?!       Я почти вскочила с места, но вовремя удержала себя. Снова. Привлекать внимание остальных друзей сейчас было ненужным. Им вообще не стоит знать о нашем разговоре, хотя бы до того времени, пока не узнаю все истории. — Я тогда знатно испугался, — продолжал Билли, — настолько, что снова дал отпор и сбежал. В тот день я понял, что так не может больше продолжаться. Я мысленно искал решение для спасения, и первый, кто пришел мне в голову, был Майкл, — теперь выражение его лица смягчилось, будто в спокойствии. — Не помню, как я добрался до Фордов, но отчетливо помню своё отчаяние, которое бушевало внутри меня и не давало отступить. У порога дома меня встретила прислуга, и те позвали своего младшего господина. Когда я увидел его, стоящего с поднятой головой, смотрящего на меня, словно на букашку, я понял… Майкл и есть моё спасение. Благодаря ему я смог лицезреть отчаяние тех, кто никогда в жизни не испытывал это чувство.       Невольно представив картину, как Майкл лишает тех детей и их родителей всего, а затем позволяет Билли осуществить задуманное — ответить бывшим друзьям тем же, — я застываю, и всё, на что мне хватает сил, это тяжело сглотнуть. Хотелось задать вопрос, чтобы услышать ответ, который опровергает мои догадки, но язык не слушался; он намертво прижался к нёбу и не позволял мне произнести ни слова. — Боишься, что я сотворил с ними то же самое, что они со мной? — неожиданный вопрос Билли, заданный почти с ледяным равнодушием, только сильнее напряг меня. На этот раз он не смотрел мне в глаза, о чём-то думал, словно мысленно находился здесь лишь отчасти. Одна в прошлом, вторая в настоящем. — Не знаю… — всё же через силу выдаю я и после двухсекундного молчания решаю объясниться. — Стоит ли мне бояться тебя, того, кто только хотел ответить своим мучителям? Или мне стоит бояться… за тебя?       В этот момент Билл поднял голову. Он моргал, глядя на меня. — Как я уже говорила, мне очень жаль, что с тобой это произошло, — продолжаю я мягким голосом. — Я не была на твоём месте и не знаю в полной мере, что ты испытал, поэтому не вправе тебе что-то говорить. Однако, очень надеюсь, что в настоящем, сейчас, ты не испытываешь боли из-за прошлого, успокоив того маленького «я». — Успокоил, — ответ был моментальным, простым и в тоже время благодарным. — В отличии от них, которые не скупились и отпечатали на моём теле больше пятнадцати маленьких шрамов, я оставил им по одному большому ожогу. Спасибо кислоте. Мне казалось тогда, что я буду более чем безжалостен к ним. Я пожалел. Я проявил к ним то милосердие, на которое только смог. — И оставил им напоминание на всю жизнь, — подметила я, не зная как вообще реагировать. — Жалеешь? — Нет, — покачав головой, он горько рассмеялся и, наконец, допил свой чай. — Примерно два года назад во мне проснулось любопытство. Я сам не ожидал от себя такого, но мне очень захотелось узнать итог моего милосердия. Скажу честно, я был удивлён. Каждый из них жил настолько тихой и беззаботной жизнью, что они даже умудрились завести друзей и пару. Поначалу я думал, что испорчу и эту их мирную жизнь, однако… Я не стал этого делать. — Почему? — я искренне недоумевала. — Я увидел… — Билли замешкался и замолк. По внезапному отстраненному выражению лица было понятно, что он находится в том самом дне.       Это так не похоже на Четвёрку. Каждый из них может проявить жестокость, когда посчитает это нужным, и, думаю, именно эта ситуация могла быть для Билли подходящей для гнева. Тогда почему?.. Что заставило его передумать? — Я увидел в хорошо знакомых лицах других людей… — вернувшись в реальность, парень провел ладонью по лицу, будто снимая остаток наваждение. — Мне и самому не верилось в это. Даже звучит смешно. — И всё же… ты бы вряд ли их оставил не зная наверняка. — Догадливая какая, — ухмылка вновь украсило лицо парня. — Я не увидел в них тех прежних детей, которые издевались надо мной, но мне правда пришлось за ними некоторое время понаблюдать, чтобы убедиться. И я убедился. — Ты так и не показался им? — удивилась я.       Билли рассмеялся, очень громко рассмеялся из-за моего вопроса, от чего ребята в гостиной странно на нас покосились и задали мне немой вопрос: какого черта? В ответ я покачала головой, одновременно продемонстрировав широкую улыбку, чтобы не было подозрений. Когда те отвернулись, я растерянно заморгала и покраснела. Не ожидала, что мой простой вопрос будет для Билли таким нелепым. — Слушай, ты вроде не глупая, но иногда твоя наивность бывает очень забавной, — проговорил он, наконец, успокоившись. — Что ж, теперь ты знаешь истории двоих.       Сердце забилось быстрее. — Остался один, — выдохнула я, вспоминая лицо человека, который так меня недолюбливает.       Не знаю, что за история связывает Клайда и Майкла, но именно её и хотелось узнать больше всего. Я хочу знать, почему в нём хранится такая преданность и переживание за своего друга. Откуда всё это пошло? Почему он так привязан к Майклу? — Я не в курсе, — из раздумья меня вывел голос Билли.       Я вопросительно на него уставилась не понимая только что произнесённых им слов. — Белла, то, что мы с Дином порекомендовали тебе разузнать наше знакомство с Майклом у самого Майкла, было не просто так, — заявил он, облокотившись спиной к спинке стула. — Никто не в курсе, почему Клайд присоединился к нам. Единственное, что мне известно, — это то, что Майкла и Клайда похитили вместе. Но что там у них происходило, я и Дин не в курсе, об этом знают лишь двое. Догадываешься, кто именно? — Майкл и Клайд. — Бинго. Поэтому я больше ничего не могу тебе дать.       Разочарование накрыло меня с головой, и всё же я смогла искренне поблагодарить друга за первые две истории. Он ничего не ответил, лишь улыбнулся, кивнул и присоединился к остальным, оставив меня со моими мыслями, которые беспорядочно посещали мою голову.

* * *

— Думаешь, я хорошо выгляжу? — задала я вопрос, поправляя низ своего короткого облегающего платья. — Не хорошо, а обалденно, — отвечает Нина, подмигнув. — За тобой глаз да глаз, а то не заметим, как после себя оставишь куча разбитых сердец.       Я рассмеялась и немного покрылась румянцем от такого яркого комплимента. — Ладно, идём, — взяв меня под руку, Нина повела нас вперёд прямиком к своему клубу.       Народу было куча, но несмотря на это, влияние Нины, как хозяйки, была велика. Как только мы подошли к главному входу нас встретил громила. Его лицо было мне знакомо. — Как дела в клубе? Проблем, надеюсь, нет? — последний вопрос от Нины звучал более жёстче, показывая, что она не потерпит оплошности с их стороны. — Нет, босс. Всё спокойно. Люди веселятся и наслаждаются, жалоб не поступало. — небольшой отсчет вылетел из уст мужчины моментально. Он стоял вытянувшись в струнку, а прямо взгляд говорил об уверенности своих слов.       Нина заметно расслабила плечи и даже улыбнулась. — Хорошо. Продолжайте в том же духе. — Есть, — кивнув, взгляд громилы перешел на меня. — Рад снова вас видеть, мисс Изабелла. — Фрэнк, — произнеся его имя, я искренне улыбаюсь. — Смотрю, вы всегда мне рады. — А как же, — коснувшись бороды, он чуть откидывает голову назад, чтобы громко хохотнуть. — Такая красота только скрашивает моё рабочее время.       Льстец. Но мне нравится, как непринуждённо он это говорит. — Угомонись, Фрэнк, — его хохот прерывает Нина с приподнятой бровью. — Если бы тут был Майкл, ты бы не позволил себе так самовольно флиртовать с ней.       От удивления или больше от испуга мужчина замолк и раскашлялся. — Ф-флирт? Кто тут флиртовал-то? — Шучу-шучу, — рассмеявшись, девушка хлопает его по плечу. — Расслабься, милый, я просто немного поиздевалась над тобой.       Хоть это и правда звучало как шутка со стороны Нины, но её работник-громила явно воспринял её слова всерьёз. Может, на это и был расчёт? Если так подумать, я ведь давно не была в этом клубе, и эти охранники не совсем знают о наших с Майклом отношениях; они могли воспринять меня как его мимолётное увлечение и не больше. Получается, Нина словно обозначила границу перед своими людьми, чтобы те понимали, как стоит со мной обращаться. Я снова посмотрела на Фрэнка, но уже более внимательно, и тут мне вспомнилось моё первое появление в клубе. Мне ведь тогда так и не удалось пожать ему руку из-за Майкла. Получается, он тоже ставил границы, но те не поняли.       Войдя в здание, музыка укрывает нас с головой, Нина продолжает идти, но уже пританцовывая, а я лишь с улыбкой наблюдаю за этим и следую за ней. Когда мы проходим через дверной проём с занавесью, девушка берёт меня за руку для того, чтобы не потеряться. Несмотря на то, что сейчас будний день, людей тут чертовски много, поэтому нам приходится проталкивать их в сторону, чтобы открыть себе путь. К счастью, это занимает не так много времени и не так много сил. Сев у барной стойки на высокие стулья, я окидываю толпу танцующих взглядом и через пару секунд замечаю знакомые высокие силуэты Дина, Билли и Виктора. Пока Нина заказывала нам напитки, я решила привлечь их внимание, подняв руку, но останавливаюсь, когда замечаю рядом с ними четвёртую персону. — Представьте себе, наш милый Клайд нашел лишнюю минутку, чтобы потусить с нами, — смеясь, Дин уселся рядом, по левую сторону от меня. — Что заставило тебя спуститься к нам, смертным? — рассмеялась Нина, наблюдая, как тот садится рядом с ней. — Ох, заткнись, — фыркнув, Клайд пальцем манит к себе бармена. — Робби, будь другом, налей рома. — А вы почти в полном составе, где ваш командир? — шутливо проговорил бармен, протягивая готовый заказ. — У него слишком куча дел, чтобы тратить с нами время, — выдохнул Клайд и сделал глоток. — Но зато нашел время, чтобы попросить нас позаботиться о своём сокровище.       Это не прошло мимо моих ушей. В его тоне точно можно было услышать недовольство. Слава Богу, бармен Робби не стал дальше развивать эту тему, понимая по выражениям лиц остальных, что Клайд ступил почти на недопустимый край. — Будет лучше, если мы тут просто повеселимся, а не будем кусать друг друга за зад, ок? — Дин растянул свою улыбку шире и посмотрев на каждого, залпом выпил свой голубой коктейль. — Согласен, а то станет слишком душно, — согласился Виктор и наклонившись через Дина, ко мне, спросил: — Стоит ли его вывести наружу, чтобы устроить инструктаж «как не вести себя, как гандон»?       Усмешка вырвалась из моих уст моментально, я отрицательно покачала головой. — Не стоит. Он всегда такой, — говорю ему. — Просто веселись. — Будет сложно, если он продолжит в том же духе, — и с этими словами, он выпрямляется, сделав пару глотков холодного пива.       Как бы там ни было, но ребята быстро смирились с комментарием Клайда и продолжили веселиться. Дин и Нина, как обычно, решили поспорить, то есть сыграть в свою любимую игру «Кто больше наберёт телефонных номеров», и тот, кто проиграет, исполнит желание победителя. Только вот к их игре присоединился Виктор, что заинтересовало не только меня, но и Билли, бармена Робби и Клайда. — За кого кто болеет? — спросил Билли. — Ставлю десятку на Виктора, — уверенно заявляю я. — Ещё десятку, но на Дина, — говорит Робби, продолжая успевать делать свою работу. — Тридцатку на Нину, — усмехается Билли. — Она сегодня прям настроена на победу. Я вижу это, чувствую. — Сто долларов. Победителя не будет, — последний добавляет Клайд и разворачивается на стуле лицом к танцполу.       Мы все вчетвером наблюдаем, как наша тройка растворяется в толпе, тем самым начиная свою игру. Им дано ровно десять минут, чтобы набрать максимальное количество номеров, таково было дополнительное условие от Виктора, что только придаёт мне уверенности в нём. В конечном итоге, когда таймер Билли дал знать, что уже пришло время, тройка вернулась с широкими предвкушающими улыбками. Они встали напротив нас и одновременно протянули листки с записанными в столбик номерами. Сначала я не могла понять, у кого больше, так как глаза разбегались из-за мигающего в такт музыки света, а потом, увидев, как лица ребят исказились от удивления и негодования, я озадачено глянула на Виктора. — Мы победили? — всё ещё не веря, задалась вопросом. Тот в ответ кивнул головой, сдерживая довольную ухмылку. — Правда? Правда выиграли? — Выиграли! — рассмеялся он и обнял меня в охапку. — У меня есть два желания, а у тебя деньги! — Да! — подняла я руки верх. — Черт, кто бы знал, что он так хорошо, — заворчал Билли, но посмотрев на меня искренне улыбнулся. — А ты молодец, Белла, словила джекпот. Сколько ты там выиграла? Сто сорок долларов? На что потратишь?       Забрав у каждого свои деньги, я довольно положила купюры в свою маленькую сумочку, в котором был только телефон и помада. — В свою личную копилочку, — хихикнув, беру в руки стакан с виски-колой и делаю пару глотков. Мм-м, вкус победы.       Некоторое время мы просто всей компанией сидели за барной стойкой, вели обычный разговор, пили алкоголь и смеялись от рассказов бармена, который время от времени присоединялся к нам. Нина его не ругала за то, что он отлынивает, так как с ним были ещё два напарника, поэтому они успешно обслуживали каждого и почти без очереди. — Слушайте, мы сюда пришли не только сидеть, — сказал Дин и хлопнув в ладоши, встал на ноги. — Давайте танцевать!       Виктор последовал за ним сразу же. Билли только после того, как выпил два шота, а Нина осталась, чтобы поуговаривать меня присоединиться. Сопротивлялась я недолго, но этого хватило, чтобы напиться и дать себе волю. Я ведь пришла сюда для этого. Оставив за барной стойкой одного Клайда, мы с подругой побежали на танцпол.       Ритм музыки постепенно увлёк меня за собой, и с каждым движением я забывала, что происходит в моей жизни. Сейчас была только я и музыка. Но это блаженство оборвалось, когда я почувствовала на своей талии чьи-то руки. Распахнув глаза, передо мной возникло незнакомое лицо мужчины, именно он обвил вокруг меня свои руки и тянул к себе ближе. Опешив, я не сразу поняла, как себя вести, поэтому просто попыталась отодвинуть его от себя, надеясь, что тот поймёт меня. Однако это не возымело эффекта. Незнакомец держал меня крепко и противно улыбался, наклоняясь ко мне, и тут я в панике стала искать ребят. Мотая голову из стороны в сторону в поисках помощи, я никого не обнаружила. Видимо, во время танца я или они случайно отдалились друг от друга, но это так невовремя произошло, что мне теперь становится по-настоящему страшно. — Отпусти! — кричу я, уже сильнее надавливая руками на грудь мужчины. — Да ладно, ты же пришла сюда ради этого, — отвечает мне он, перемещая одну руку с моей талии на ягодицы.       По моей спине прошлись неприятные мурашки. Я оцепенела и, сжав челюсть, собиралась наступить каблуком на его ногу, но меня опережают. Не успела я даже поднять ногу для атаки, как кто-то хватает его руку, сжимая её со всей силы, и заставляет этого кретина отойти от меня. Меня накрывает волна облегчения, и, посмотрев на своего спасителя, я вижу, к своему большому удивлению, невозмутимое лицо Клайда. — Твою!.. Пусти сука! Пусти! Больно! — закричал мужчина корчась от боли.       Ответа не последовало, но вместо этого Клайд спокойно, без лишней шумихи, заставил его пойти за ним. Они направились к выходу, и я, как причастная к этому инциденту, решила двинуться за ними.       Забавно. Хоть в клубе и куча народу, но не многие заметили эту суматоху. Если бы не Клайд, я бы скорее всего очень долго отбивалась от этого мужлана.       Выйдя на улицу, Клайд, резким движением и со всей силы, откидывает мужчину вперёд, от чего тот, не сориентировавшись, падает на землю. — Что произошло, мистер Линдон? — тут побегают пару вышибал. — Запишите его имя, фамилию и сделайте фото. Он больше не должен появляться в клубе, — голос Клайда был приказным. — Даже на метр не подпускайте к этому месту, уяснили? — Да! — хором ответили те.       Схватив мужчину под мышки, вышибалы потащили его куда-то в сторону, подальше от клуба и от посетителей. Мне, наверно, даже не стоит и гадать, что именно они собираются делать в укромном месте. — Клайд, — позвала я, неуверенная в том, что вообще стоило ли это делать, — спасибо, что помог.       Ответ не стал себя долго ждать. — Не обольщайся. — Прости, что?       Стоявший всё это время спиной, он развернулся. Его руки были в карманах брюк, спина прямая, а голова высоко приподнята. Весь вид Клайда Линдона кричал о том, что сейчас нас ждёт не самый приятный разговор. — Я просто поблагодарила тебя за помощь, — говорю ему, сведя брови вместе. — Неужели стоит портить эту прекрасную ночь своей личной неприязнью ко мне? — Это ты мне скажи, — выплевывает он. — Это ты испортила мне ночь. Вместо того, чтобы сидеть и изучать материалы по медицине, я трачу своё время тут, играя роль няни. Для тебя между прочим. — Няня? Для меня? — возмутилась я и глубоко вдохнув, продолжила: — Какого черта, Клайд? Если тебе так хотелось остаться дома с книжками в руках, то мог бы и не приходить! Никто тебя не звал! — И снова ошибка, — отрезает парень. На секунду посмотрев в сторону, будто что-то обдумывая, говорит: — Мне лично позвонил Майкл и попросил присмотреть за тобой. Он догадывался, что все вы можете забыться из-за веселья и потерять бдительность. Особенно ты.       Растерянно похлопав ресницами, я прикусила нижнюю губу. Мне уже всё надоедает это. — Что на этот раз? Чем ты опять недоволен? Что я сделала? — Ты ещё не выяснила причину, почему Майкл тобой одержим, а уже села ему на шею, как мне это понимать? Не думаешь, что ваши отношения развиваются слишком… ну, скажем, стремительно? Через месяц вообще поженитесь, да? — Прекрати. Всё не так. — А как? Как я должен расценивать твои действия? — расширив глаза, Клайд смотрит на меня в ожидании каких-либо объяснений, но потеряв терпения, он выдыхает слова: — Белла, ты начинаешь терять моё уважение. Твоё решение жить с ним — это та самая черта, которую не стоило переходить.       Я чуть ли не съеживаюсь толи от холода, потому что вышла на улицу без куртки, толи от того, что в тоне его голоса была слышна нотка угрозы. — У меня не было выбора. — Выбор есть всегда. И ты сделала свой. — И что? — выпаливаю я с нажимом. — Что в этом такого? Я люблю Майкла. Искренне и всей душой люблю его. Если так сильно переживаешь за своего друга, то, почему бы самому не спросить его о причине наших с ним отношений? Иди и спроси его! — Ты… — Что? Что?! Что, черт возьми?! — делаю шаг вперёд. Во мне начинает кипеть злость, а вместе с ней и обида. — А знаешь, что? Я знаю, почему ты так одержим нашими отношениями. Я поняла. Только что поняла это.       Пренебрежительный холодный взгляд Линдона дал трещину. Я что-то задела в нём. Сделав ещё пару шагов вперёд, заставляю свои губы растянуться в усмешке. Мне самой неприятно от того, что я собираюсь сказать, но желание сделать ему больно сильнее. Я не могу остановиться. — Тебе претит сама мысль, что самый близкий человек для Майкла — это я, не так ли? Ты мог бы смириться, если бы это был кто-то из ребят, но это я. Я тот самый человек, которому Майкл доверяет все свои мысли и именно это тебя и бесит во мне. Ты завидуешь. В тебе бушует простая зависть… — Заткнись! — выплевывает он, оборвав меня. — Не испытывай моё терпение. — А то, что? — с вызовом не отрываю своего взгляда от его.       Я знаю, что Клайд ничего не сделает мне, и не только из-за Майкла, но и ради самого себя. Он не такой человек. Я знаю это и мне совсем не страшно. — Да, скажи, что ты сделаешь?       Внезапно раздавшийся голос заставляет нас двоих очнуться, вырваться из нашей ссоры и одновременно повернуть головы в правую сторону. Из самой тени, где были припаркованы большинство машин посетителей клуба, вышла высокая фигура в длинном черном пальто нараспашку, а под ним виднелся красивый дорогой костюм-тройка. Когда свет фонаря, наконец, осветил для нас лицо этой самой фигуры, у меня перехватило дыхание. Удивление и страх смешались в груди, дрожь по всему телу усилилась, а желание, чтобы это было всего лишь сном, теперь крутилось в голове.       Только не это. — Как много ты услышал? — задала я вопрос. — Достаточно, чтобы понять, — отвечает Майкл.       Форд останавливается в нескольких метрах от нас. Всё это время он смотрел не на меня, а на своего друга. На первый взгляд можно подумать, что он спокоен и сосредоточен, но сжатая челюсть, вздутые вены на шее и янтарные глаза, полыхающие огнём, говорили о другом. — Клайд, — обратился к нему Майкл, неспеша снимая с рук тёплые перчатки, — я правильно понял ваш разговор с Беллой? Ты не одобряешь наши с ней отношения?       Тот не стал лукавить или оправдываться, хотя было видно, отвечал он с большой неохотой. — Да. Я не понимаю ваши отношения. И я не понимаю, почему именно она. Белла ничего не может тебе предложить взамен, а ты всегда искал во всём выгоду. Тут я выгоды не вижу. Хочу знать, почему она?       Задумчиво кивая головой, словно переваривая слова друга, Майкл вдруг усмехается. — А почему я должен объясняться?       Линдон виновато опустил голову, дыша при этом часто. Он словно боялся гнева, который к нему проявлял Форд, но в тоже время не желал убегать, а смиренно принимал это. — Я хочу… хочу знать, — несмотря на то, что слова звучали четко, дрожь в голосе выдавала Клайда.       Повисла угнетающая тишина, которая обрывалась лишь гулом людей позади нас и музыкой, что звучала из глубин клуба. — Разочаровываешь, Клайд.       Одно произнесённое слово подействовало на Линдона, как раскатный гром. По выражению его лица было видно, что он не просто удивлён или в шоке, это был эффект сильнее всего остального. Покрытый потом, со склонённой головой, его глаза бегали в поисках объяснений, почему сам Майкл Форд так реагирует на слова человека, который много лет был ему верен и всегда следовал за ним. — Почему? — несмотря на то, что в голосе сквозил страх, парень резко поднял взгляд. Майкл не шелохнулся, продолжал стоять непоколебимо и властно, глядя на друга. — Я не понимаю, почему она для тебя на первом месте. Я вообще не вижу смысла держать её возле себя. В ваших отношениях нет рационального объяснения. Кто она такая, чтобы возвышать её?       Стоять и слышать их разговор обо мне было чертовски неприятно, но я держалась, понимала, что моё присутствие необходимо, если что-то пойдёт не так. — Я никогда не интересовался чужим мнением, — начал Майкл, медленно направляясь к другу, — всегда действовал сам, по своему уму. Люди и их советы для меня всегда были пустышкой, а если я к кому-то и прислушивался, то это было большой редкостью и то, только по бизнесу. Сам ведь знаешь, не так ли, Клайд? — Да, знаю.       Встав напротив Линдона, Форд быстрым движением схватил его за воротник. — Тогда почему даешь себе право порицать мои отношения с Беллой? Твои сомнения, лишние вопросы, что это? — Майкл дёрнул рукой и, отпустив, заставил Клайда упасть на землю. Теперь он возвышался над ним. — Ты дал мне слово в ту ночь, что никогда не усомнишься в моих действиях, но что я вижу сейчас? В тайне от меня пытаешься разрушить мои отношения?       Держа одну ладонь у своих губ, я ошарашено сделала два шага назад. Я не знала, как реагировать и что делать в этой ситуации, ведь ничего страшного не произошло, но эта атмосфера вокруг них… она стала тяжелее, гуще, не позволяла полноценно вдохнуть прохладный воздух.       Наклонившись и больно схватив Клайда за волосы, Майкл процедил сквозь зубы: — Я ведь и убить за это могу.       Эти слова стали для меня красным светом. Словно очнувшись от морока, я отогнала от себя все сомнения и целенаправленно пошагала в сторону парней. Схватив Майкла под локоть, заставила его встать и отойти от Клайда. Всё произошло быстро и без особого труда, будто бы этот момент не был опасным, но внутреннее нутро говорило об обратном. Я чувствовала это; чувствовала, что Майкл мог вот-вот начать драку или, в его случае, наказание. Я не могла этого допустить. — Не стоит, Майкл, — тихо шептала я, пытаясь успокоить любимого человека. — Он — твой друг. Не надо. Не делай того, о чём потом пожалеешь.       Наконец, оторвав взгляд от Линдона, Майкл посмотрел на меня. Его глаза мгновенно изменились, потеплели и сверкали нежностью ко мне. Это успокаивало и давало гарантию, что он не сделает ничего дурного. — Что тут происходит? — позади нас раздались голоса ребят.       Обернувшись, я с облегчение выдохнула. Теперь я не одна.       Ребята остановились между нами, но увидев, как я крепко хватаюсь за Майкла, те поняли, что нужна помощь. Виктор, Билли и Нина подошли к нам, а Дин к Клайду, помогая ему встать на ноги.       В тихую наклонившись ко мне, Нина спросила: — Не объяснишь, что тут происходит?       В такой ситуации слова подобрать было трудно. Я не знала, как объяснить, что причиной ссоры этих двух друзей была именно я. Понятия не имела, как они вообще отреагируют на это, поэтому лишь неуверенно пожала плечами. Нина не стала дальше выпытывать у меня информацию, а сосредоточилась на Майкле, чьё тело было напряжено до такой степени, будто бы мышцы стали из стали.       Но это был не конец. — Как ты можешь ставить её превыше нас? — яростный голос Клайда словно прорвал воздух. — Как такая, как она имеет столько прав? Никчемная, ничего не имеющая за собой, дура!       Застыв на месте, я сильно прикусила губу. Я бы соврала, если бы сказала, что его слова не задели меня, но они задели. Не так сильно, но достаточно, чтобы заставить мои глаза наполниться слезами. Не каждый день слышишь такое от человека, который является для твоего любимого человека близким другом.       Хотелось, как можно скорее убраться отсюда.       Однако, у Майкла были теперь другие планы.       Высвободишься от моих рук, он пронесся мимо ребят настолько стремительно, что чуть не сшиб их с ног, но те устояли и направились за ним. Виктор почти догнал его, но Майкл оказался быстрее, ловчее и сильнее. Увернувшись и сделав шаг назад, Майкл продолжил бежать, а когда достигнул цели, он замахнулся и впечатал кулак в левую щеку Клайда. Парень вновь рухнул на землю.