Эрри

Двумя месяцами ранее

      — Эй, шкет, ты какой-то тихий в последнее время.       Питер сидит на стуле, напротив стола, заваленного какими-то бумажками, и усердно смотрит в чертежи, пытаясь понять, как внедрить амортизатор в костюм, при этом не повредив основных функций. И, быть может, если бы его мысли не были заняты Эверрет и всем произошедшим за последние два месяца, Питер бы и смог что-то придумать, однако сейчас голова была пуста.        — Наверное, — Питер крутит ручку в руках и говорит тихо, не отрываясь от чертежей, на которых все так же написано старковским почерком «Питер Паркер», а немного ниже, неровными, неаккуратными буквами, немного закрученными к верху, «Человек-паук». «Эверрет» — понимает Питер, который загнутую по-особенному «у» узнает.       За последнюю неделю в жизни Питера мало что изменилось. Он все также патрулирует, ходит в школу, общается с друзьями и изредка приходит в Башню, как сегодня, чтобы поработать с Тони или потренироваться с другими, например, со Стивом или Наташей. Только теперь в ней нет Эверрет. Нет встреч с ней, нет разговоров и долгих ночных переписок. Всего одна деталь, из-за которой меняется работа всего механизма. Кажется, что вроде бы все по-прежнему, все, как всегда, вот только функции уже другие. Да, часы работают, все так же правильно показывают время, но кукушка неправильно кукует. Вот и с жизнью Питера происходит что-то такое.       Без Эверрет непривычно. Не сказать, что сложно, нет, они не настолько привязаны друг к другу, просто… Питер замечает, что каждый вечер по инерции тянется к телефону, чтобы узнать, чем занята Эверрет, а, не увидев сообщения, просто откладывает телефон, чтобы не травмировать душу еще больше. Патрулей стало больше, в разы. И это Мэй, которая за племянника переживает, пугает до чертиков. Ей кажется, что он слишком сильно себя нагружает.        — То есть нет… Или да. Нет, все же. Ай, не знаю, — Питер прижимает руки к голове и тяжело вздыхает. — Идей нет, — оправдывается он, тыкая в чертеж.       Тони стоит спиной к Питеру, так что на секунду позволяет себе потерять самообладание и застыть, как вкопанному, немного грустно усмехнувшись. Чертежи, изображенные на экране, пропадают, стоит Тони провести рукой по воздуху. Старк ждет, пока Питер скажет что-то еще, однако парень, как и он сам, молчит. Тогда Тони разворачивается и в два шага преодолевает расстояние, разделявшее его и Питера.       — Эй, это та самая пресловутая подростковая депрессия? Я знаю тебя второй год, шкет, и не ожидал, что мне удастся застать момент, когда ты будешь предаваться самобичеванию. И в чем дело? — Старк садится рядом, вальяжно раскидываясь на кресле, и смотрит, ждет, пока Питер ответит. — Лучше использовать что-то вроде двустороннего, — бросая взгляд на чертеж, говорит Старк.       — Двусторонний? — Питер пытается понять, как Тони представляет себе это. При резких приземлениях, конечно, балансировка между скоростью и стабильностью, однако как осуществить это, Питер не представляет. — Можно придумать что-то, конечно, но нужно еще понять, как лучше осуществить его работу. То есть с машинами все понятно — там принцип достаточно простой, а как амортизировать костюм — пока не ясно. При резких прыжках есть шанс сломать ногу, в последнее время у меня что-то с регенерацией происходит… Так что я немного опасаюсь, — Питер окидывается назад, расслабляет руки и поднимает голову вверх, начиная смотреть в потолок. Тони лишь понимающе фыркает, прокручивая в голове варианты решения этой проблемы.       — Ты так и не ответил, шкет, — говорит он, вызывая голографическую панель. Он проводит рукой по воздуху и ждет, пока откроется нужный чертеж. — Что у тебя произошло?       — Да все хорошо вроде бы… Просто как-то, господи, я точно должен обсуждать это с вами? — Питер умоляюще стонет. Тони лишь пожимает плечами, мол, решай сам. — Ладно, просто… Я скучаю по Эверрет, окей? Просто это непривычно, приходить в Башню раз в неделю и идти к тебе, а не к ней. И не то, чтобы я не хотел проводить время с тобой и мне не нравится эта мастерская, нет, она, наверняка лучшая во всей Башне, просто непривычно. Это странно, учитывая, что последний год именно так и происходило, но… Я привык к Эрри.       — Черт, старею, — смеется Тони, — даже не понял, из-за чего в твоем возрасте переживать можно. Она ведь не уехала на другой конец света, просто в больнице, к тому же ты знаешь в какой, навестил бы ее. В чем проблема? — Питер сжал губы и немного опустил брови, давая понять Тони, что идея его — в чем-то бред. Конечно, он думал о чем-то таком, вот только посещать «Скелеты миссис Шмидт» можно было только раз в месяц по четвергам, этого было мало, катастрофически. — Ладно, я тебя понял.       — Вот… Ну и в школе не клеится, — признается Питер, — один парень, как с цепи сорвался. Все норовит то так, то по-другому задеть. И ладно, я к этому привык, но, черт, не тогда, когда дело касается Эверрет. Я давно про нее говорил, серьезно, еще в сентябре диалог похожий был, и мне казалось, что об этом все забыли. А потом я говорю друзьям, что у меня появилась девушка и все… Все! Клянусь, он теперь только и делает, что тыкает в меня этим.       — Ты говоришь про того придурка? — понимает Тони. Питер кивает, да так быстро, что даже чувствует легкую боль в голове. — Все в порядке будет. И с твоей Эверрет, и в школе.       — «Твоя» звучит слишком, не думаешь? К тому же я понимаю это, но все равно бесит. Ладно когда он меня трогает, но незнакомых людей? Это даже других не забавляет, серьезно, звучит и выглядит жалко. И меня бесит, что я даже отпор дать не могу! — Питер бьет руками по столу. Бумаги подлетают вверх, разлетаясь по полу. — Потому что я в разы сильнее его, да и умнее, чего греха таить, Мэй всегда говорила, что к таким снисходительно относиться нужно. От Эверрет много проблем, серьезно, до этого у меня не было таких мыслей, а после знакомства с ней не могу отделаться от них. И я не виню ее, нет, просто все вот так перевернулось, — Питер крутится на стуле, демонстрируя свои слова, — и самое смешное, что мне нравится это.        — От Эверрет действительно много проблем, — Тони не согласиться с Питером не может. В конце концов за эти два месяца и его жизнь изменилась, начиная тем, что Мстители вот-вот распадутся, Виктора Мора, в дела которого Старк не собирался лезть, скорее всего скоро посадят или убьют, что более вероятно, а армия Ваканды войдет в США, заканчивая тем, что он узнал о существовании дочери, о которой на протяжении пятнадцати лет не подозревал. И если в первых двух пунктах винить Эверрет было сложно, то вот последний был напрямую связан с ней.        — Да, я об этом же! — соглашается Питер. — И это странно, наверное, но мне эти проблемы нравятся. Мне нравится думать, что я меняюсь ради нее. Она не слабая, нет, большинство проблем решает сама, хочет казаться сильной, да и кажется, но все равно маленькая девочка, которая ищет поддержки и любви. Это здорово, но… Ладно, блин, я не должен говорить все это тебе.        — Наверное. А твоя регенерация, — Старк переводит тему, пока не сказал чего-нибудь лишнего. Все же некоторой информацией делиться с Питером не хочется. Это касается только его, ну, и Эверрет, в меньшей степени. Потому что Старк не уверен, что даже Эверрет нужно говорить об открывшейся правде. Если Катерина за пятнадцать лет не посчитала нужным, то почему он, Тони, должен? — Что с ней? — Питер Тони благодарен. Он понимает, что говорить больше не может. Потому что Эверрет все же что-то личное, интимное, она не то, что следует обсуждать с кем-то вроде Энтони Эдварда Старка. И не потому, что Питер ему не доверяет или сомневается в том, что он поймет, просто чувствует, что так правильнее.       — Я и сам не понимаю, — объясняет он, охотно переводя тему, — я заметил это, когда мы с Недом и Мишель фильм в пятницу смотрели. Я порезался и порез не заживал буквально минут пять. Я от пулевого ранения за сутки восстанавливался, а тут порез! — восклицает Питер, немного истерично. — И ведь никаких предпосылок, ничего не происходило, а тут бац… И вот. Поэтому я немного опасаться начал. Сегодня мистера Беннера искал, думал, спросить у него, он все же немного больше меня во всех этих мутациях понимает, но его нет, поэтому…       — Так, а вот это уже плохо. Ты ведь понимаешь, что пока все не прояснится тебе стоит воздержаться от патрулей и всего прочего?       — Нет, нет, все в порядке! — как завороженный говорит Питер, махая руками перед лицом. —Я уверен, что ничего серьезного. К тому же, — Питер приближает чертеж, указывая на ноги, — можно создать что-то вроде пружины, которая помогла бы амортизировать удар. Ничего серьезного, просто перестраховка.       — Питер, — жестко говорит Тони, — пойдем по старому сценарию?       — Нет! Мне не шестнадцать лет, чтобы отбирать у меня костюм и говорить, что я делаю не так! К тому же сейчас так много проблем с Мором, мои способности нужны, вернее, нет, да! Я выслеживал их два месяца! Я примерно представляю расположение почти всех их штабов, так что сейчас, когда они не показываются уже неделю, могу помочь.       — Мистер Старк, — механический голос П.Я.Т.Н.И.Ц.ы прерывает Питера, который, распоясавшись, подскочил с места и, наступая на, возможно, ценные бумаги, ходил по комнате. — Вам поступило два сообщения от номеров, отмеченных важными. Мне зачитать их?       —От кого именно?       — Катерина Аддерли и Эмилия Росс, — отвечает ИскИн, выводя на экран сообщения. Питер, слыша фамилию, однако Тони, предотвращая его вопросы, сам говорит.       — Скорее всего касается Эверрет и ее госпитализации. Я попросил предоставить сведения, чтобы узнать, стоит ли ее место делать вакантным или же потеря кадров будет не длительной. Бизнес, парень, — усмехается он и встает с места, подходит к столу и достает телефон, да так, что Питер не видит даже света, исходящего от него. Такая конспирация парня напрягает, однако он ничего не говорит. Все же если бы это было чем-то серьезным, то Тони бы, с вероятностью в девяносто девять процентов, рассказал ему.       — Эй, П.Я.Т.Н.И.Ц.а, а мистер Беннер, случаем, не пришёл? — Питер видит, что лицо Тони искажается. Он слабо представляет, что именно ему могли написать эти две женщины, о которых Питер был наслышан благодаря Эверрет. Конечно, хочется расспросить обо всем, узнать, что именно происходит. Но здравый смысл кричит, что пока рано. Тони все равно ничего не скажет.       — Да, — отвечает ИскИн, и Питер может поклясться, что слышит надменность в его голосе. — В данный момент он находится в лаборатории на сто третьем этаже.       — Спасибо, Ница! Мистер Старк, я пойду к мистеру Беннеру. Идея с пружиной — огонь, но, надеюсь, что она мне не понадобится. Ох, черт, главное Мэй не говорите ни о чем, она ведь убьет меня, если узнает, что я рискую жизнью.       Питер убегает из мастерской, сверкая пятками, что Тони слегка веселит. Как только двери за Паркером закрываются, Старк позволяет себе испустить тяжелый вздох. Сообщение, полученное от Катерины, его не радует совершенно. И нет, не то, чтобы он сам не хотел встретиться и все обсудить, однако прошла неделя с их последнего разговора, который перевернул все с ног на голову.

От кого: Катерина Аддерли Кому: Энтони Старк

Добрый день, мистер Старк. Не уверена, что мне стоит писать вам, однако я делаю это. В последний наш разговор я наговорила много лишнего, о чем жалею. Не нужно думать, что таким образом я пыталась что-то изменить. Нет, все остается по-прежнему, просто… Просто я была на эмоциях, много чего произошло, о чем я жалею. И так вышло, что я сказала то, что сказала. Эверрет не нужно знать правду, да и вам тоже не следовало, но жизнь распоряжается по-другому. Я понимаю, что это было неожиданно, возможно, я поставила вас в неудобное положение. Все же не каждый день узнаешь, что у тебя есть почти взрослый ребенок. Эверрет за всю свою жизнь ясно дала мне понять, что отец ей не нужен, так что можете не волноваться, что нужно что-то предпринимать, что-то менять. Я просто сожалею, что вам пришлось об этом узнать. Я думала унести эту тайну в могилу, но… Как обычно все похерила. Если захотите встретиться и обсудить со мной эту ситуацию, я не возражаю. С уважением, Катерина Аддерли.

От кого: Энтони Старк Кому: Катерина Аддерли Добрый день, мисс Аддерли. Конечно, новость о том, что она является моей биологической дочерью поставила в тупик. Верить в это мне не хотелось долгое время, но аналитическая работа показала, что, с вероятностью в девяносто процентов, это правда. Конечно, без ДНК теста говорить о чем-то сложно, но даже без него я склонен верить в правдивость ваших слов. Однако спешу заверить, что не собираюсь претендовать на Эверрет, вмешиваться в ее воспитание или говорить ей об этом. Все останется так, как сейчас. С уважением, Энтони Старк.        Тони долго не решался отправить сообщение. Все же в чем-то он лукавил: оставить все просто так, пустить на самотек он не мог. По-крайней мере не сейчас, когда уже что-то да сделано. Мисс Росс уже пишет статью, Пеппер уже знает обо всем, да и сам Старк буквально через четыре дня отправится в клинику «Скелеты миссис Шмидт», чтобы поговорить с Эверрет, конечно, не раскрывая всех карт.        — Проблемная девчонка, — говорит Тони, убирая телефон, так и не прочтя сообщение от Эмилии Росс, — в меня пошла…        Тони вновь садится за кресло и открывает чертежи свои костюма. Ему нужно поработать, чтобы отвлечься. Мыслей слишком много.

***

       Питер, добравшись до нужного этажа, несется в мастерскую, в которой обычно работает мистер Беннер, сбивая по пути обычных ученых, которые лишь качают головой, потому что к такому Питеру уже привыкли.       — Мистер Беннер, добрый день, сэр, мистер, эм… Да, вообщем, — дверь распахивается перед Питером и он, влетая внутрь, начинает тараторить, погружая Брюса в суть проблемы. — Тут такое дело, что у меня, вообщем-то, проблемы. Ну, не проблемы в таком понимании, как, там, не знаю, вообщем. Просто регенерация шалит, то есть не шалит, она есть, но она медленнее, чем была. Медленнее как бы медленнее, ну, раньше час лечился, а теперь пять нужно, — размахивая руками, Питер объясняет все, что с ним происходит.        — Погоди, — Брюс поднимает руки, призывая Питера замолчать хотя бы на секунду. — Давай по порядку.        — Я был у друзей, мы смотрели фильм и меня отправили за попкорном, я порезался, когда открывал его и царапина заживала минут пятнадцать, раньше я бы даже не заметил, что что-то не так. А так даже кровь текла! Просто… Ну, за один день от пулевого ранения оправить — легко, я просто волнуюсь, что что-то могло не так пойти и… Боюсь пострадать, — договаривает Питер. — И самое страшное, что я не понимаю, с чем это связано.        — Хм, — Брюс поправляет очки и внимательно осматривает Питера.       — Есть идеи, с чем это может быть связано? — Питер проходит вперед, позволяя П.Я.Т.Н.И.Ц.е, контролирующей всю Башню, закрыть дверь.        — Изменения в генетическом коде? — предполагает Брюс. Питер пожимает плечами, он вообще не думал ни о чем в последнее время, касающееся его «СВДЧП», так что ответить на вопрос Брюса не может. — Давай посмотрим, закатай рукав, возьмем кровь и все увидим. Надеюсь, — уточняет он. Питер охотно соглашается. — Ты помнишь, какие структуры затронула изначальная мутация?        — Дупликация, — отвечает Питер, не задумываясь, — из-за радиации того паука, в моем организме запустились какие-то процессы, которые вызвали генную мутацию. На самом деле именно «дупликацию» никто не говорил, но это очевидно. Изменения в нуклеотидной цепи, повлекшие за собой изменение в структуре полипептидов, учитывая, что никаких конкретных нуклеотидов заменено не было, ответ, что это — очевиден.        — Да, точно. Ты уверен, что это не может вставка или делеция? На данный момент, — объясняет Брюс, — твои способности с тобой четыре года, что же, почему бы за это время им не мутировать? К тому же если мутация изначально генная, то это вполне возможно. Однако и инверсию нельзя отбрасывать.        — Мутация… — Питер смущенно опустил глаза в пол, укорив себя, что сам не додумался до этого. — Вероятно, это так и есть.        — В любом случае говорить о чем-то с вероятностью в сто процентов пока не стоит, — мягко улыбнулся Брюс, вставляя иголку в вену Питера, — сперва нужно изучить все, а так же провести несколько исследований. Ты ведь никуда не спешишь?        — Нет, все хорошо. Только вот… Нужно сообщить Мэй, что я останусь в Башне на ночь, эм, сейчас, — Питер потянулся свободной рукой в карман и с удивлением обнаружил, что телефона в нем нет. — Вот черт… Похоже, я его в мастерской забыл. Ладно, тогда я сбегаю за ним и мы продолжим, хорошо?        — Да, я пока займусь изучением крови, — кивнул Брюс. Он смочил ватку в спирте и протянул ее Питеру. Тот быстро приложил и, сжав руку в кулаке, выбежал из мастерской Брюса, побежав в мастерскую Тони.        День предстоял насыщенный.

***

       — Пеппер, не могу поверить, что вновь говорю это, однако… Мне нужен твой совет, — Тони заходит в кабинет к Пеппер, которая погружена в работу. Совсем скоро предстоит встреча с инвесторами, на которой ей придется предоставить финансовый отчет за последний квартал. Из-за того, что главный бухгалтер совсем недавно ушел в декрет, работы у Вирджинии прибавилось, а проблемы Мстителей, с которыми они столкнулись из-за недельной пропажи Мора, никак ситуацию не улучшали. И это если отбросить, что ей приходилось еще помогать решать проблемы Тони, связанные с Эверрет.        — Что приключилось на этот раз? — спрашивает Пеппер, не отрываясь от бумажек. — Ставлю двадцатку, что это связано либо с Питером, либо с Эверрет, либо со Стивом. Последние две недели только об этом и слышу.        — Во-первых, я не могу быть настолько предсказуемым, во-вторых, со Стивом я разобрался, в-третьих, да, это действительно касается моей экс-дочери и Питера… Если с первой все неясно, то вот Питер меня пугает, Ница передала мне, что он у Брюса, кажется, у него начались какие-то мутации в коде. Можно назвать это паучьим переходным возрастом?        — Не начинай, — Пеппер поднимает уголок губы и сильно сжимает ручку, боясь рассмеяться. — Думаю, Брюс ему поможет, чтобы это ни было. А с Эверрет что? Она вроде бы в больнице, так что не думаю, что проблемы, возникшие с ней, такие уж и серьезные.        — С ее матерью, — поправляет ее Тони. Вирджиния отрывается от бумажек и начинает заинтересованно смотреть. Конечно, ревности никакой нет, однако интерес присутствует.        — И что же хочет мисс Аддерли?        — В том то и дело, что она — ничего. А вот я, кажется, пустозвон, как бы сказала Эверрет. Она попросила меня, ну, конечно, не прямо, не вмешиваться в жизнь ее дочери, попросила прощения, что вообще рассказала мне обо всем, ну, и, конечно, по классике, дала понять, что Эверрет отец не нужен был никогда и пытаться это исправлять не нужно.        — Ты не сказал ей, что уже влез в ее жизнь? — уточняет Пеппер, заведомо зная ответ. Тони пожимает плечами, мол, сама как думаешь. Пеппер лишь понимающе кивает. — Ну да, чего я еще ожидала. Кстати, ты сможешь посетить Эверрет в пятницу следующей недели, я договорилась с миссис Шмидт, она была очень удивлена, но, узнав, что Эверрет является твоей подчиненной и тебе нужно уладить некоторую документацию, была ужасно восхищена. Так что скоро можно ждать небольшую хорошую статейку, посвященную твоему альтруизму. Это здорово, хорошая репутация равно больше инвесторов, а больше инвесторов равно большему доходу.        — Ты потрясающая женщина, — только и может выдавить из себя Тони, — однако… Я не уверен, что мне стоит менять что-либо. Быть может, Катерина и права. В конце концов я позаботиться не могу ни о тебе, ни о команде, которая была разрушена в чем-то из-за моих принципов, ни о вверенном мне подростке, ни о себе, что уж говорить про почти незнакомую девушку.        — Если ты пришел для того, чтобы предаваться самобичеванию, то можешь уйти. На кухне в правом ящике у нас есть виски, так же я припасла кое-что в комнате. Не спрашивай для чего, — тут же предостерегла Пеппер, — можешь включить какую-нибудь грустную песенку, сопливый фильм и взять ведерко мороженного и думать, как же тебе не повезло. Я для это сегодня слишком занята, но завтра могу присоединиться к тебе. Если ты, конечно, не уйдешь на несколько дней в запой. Но в пятницу ты обязательно должен быть, как огурчик, потому что миссис Шмидт будет ждать твоего прихода, да, лично она. А так же в четверг, потому что я не собираюсь одна отстаивать честь твоей компании.        — Нашей, — поправляет ее Тони, — нашей компании.        — Тем более. Нашей, поэтому ты обязан там быть. Так что…        — Ты ведь понимаешь, что на самом деле я не собираюсь, как ты выразилась, смотреть сопливые фильмы, есть мороженное и пить виски? — на всякий случай уточнил Тони, разворачиваясь, чтобы выйти.        — Конечно понимаю, — фыркнула Пеппер, наконец отрываясь от бумаг, — ты уже большой мальчик и будешь работать в мастерской, а не смотреть фильмы.        — Ты невыносима, — произносит он.        — Знаю, — Пеппер подмигивает мужчине, после чего сбавляет игривый тон и говорит уже более серьезно, — но если тебя интересует мое мнение, то я бы сделала так: предложи Питеру навестить Эверрет вместе с тобой. Вернее не так, просто предложи ему навестить Эверрет. Скажи, что компания Старк Индастриз вложила энную сумму денег и ты, как ее лицо, едешь с визитом именно в клинику мистера Шмидта. Поверь, думать о том, что это странно не будет ни она, ни он. Все мы были подростками, — философски подмечает Пеппер. — Для Катерины, если что, тоже отмазка неплохая, потому что поговорить ты с девчонкой хочешь, по глазам вижу. Мол, ждал Питера, его долго не было, поэтому пошел к ним. Вряд ли она будет допытывать, что у нее, что у тебя, о чем именно вы говорили. Все. Иди уже, папаша. Господи, мне даже немного жаль Эверрет.        — Что ты имеешь в виду? — Тони подошел к столу и оперевшись на него, немного наклонился вперед, заглядывая в глаз Пеппер.        — Ее отцом оказался ты, — смеется женщина, хватая Тони за воротник футболки, — это самое худшее, что вообще могло произойти.        — Невыносимая женщина, — Тони шепчет это в губы Пеппер, после чего целует ее, поддаваясь вперед. — Но невероятно умная. Спасибо, Пеппер, не представляю, что бы я без тебя делал.        — Я тоже, — хохочет она.

***

       — Итак, я все проверил. — Брюс держит в руке бумаги и смотрит на Питера. Взгляд его парню не нравится. Брюс отводит глаза, смотрит куда угодно: на стену, в пол, на стол, стоящий неподалеку, но только не на Питера, да и выглядит немного взволнованно. Это настораживает. — И у меня есть две новости, Питер, с какой начать?        — Плохая и хорошая? — уточняет он и, дожидаясь кивка, говорит. — С хорошей, думаю.        — Это не смертельно, по поводу мутации я был прав. Мутации, — Брюс протягивает Питеру листок с результатами анализов. — Смотри, у тебя немного понижено содержание тромбоцитов по сравнению с твоими старыми результатами, так же страдают эритроциты. Если брать именно генетический код, то там все сложнее.        — А что плохого?        — Генетический код, — усмехается Брюс, — я не могу точно быть уверен, как именно ты переживешь новые мутации, которые происходят у тебя в организме. Где-то неделю-две будет плохое самочувствие, а дальше… Дальше судить сложно. Придется понаблюдать за тобой, при малейшем ухудшении — пиши мне. У тебя есть номер? — Питер качает головой. — Исправим, — обещает Брюс. — Это пока что все, что я могу тебе сказать. Мне осталось только выяснить, что спровоцировало мутации.        — Спасибо. — Питер подскакивает с места, едва не спотыкаясь. — Тогда я пойду, Мэй попросила меня все же успеть к ужину.        — Да, конечно, — на часах уже шесть часов. Питер прибудет в Куинс только к восьми, в лучшем случае. Брюс понимает это и добавляет. — Тебе не стоит патрулировать в ближайшее время, пока мы не разберемся с мутациями. Кто знает, что произойдет на патруле. Если ты потеряешь сознание в воздухе — не оберемся проблем.        — Эм… Это, это неожиданно. Но… Ладно, наверное. Если так нужно.        — Это буквально на неделю, Питер, — обещает Брюс.        И у Питера ему не верить причин нет. Выходя из мастерской, он достает телефон, заходит в диалог с Эверрет и быстро печатает, пока коридор пуст. От кого: Членистоногое Кому: Эрри Боже, это ужасно непривычно писать тебе, понимая, что в ближайшее время ответа не получу. Но, ладно, что поделаешь. Твое здоровье важнее. Правда, надеюсь, что тебе неплохо в этой больнице. Тебя вроде бы неделю нет, а я соскучился. Прости, что раньше не писал, просто не находил в себе сил. То есть я открывал диалог, видел, что ты не в сети и телефон убирал, только потом понимал, что в сети тебя еще долго не будет. Ну, короче, как-то так и получилось.Произошло не так много интересного. Я все также в школу хожу, ничего не меняется. Недавно вот с Недом и Мишель фильм смотрели, было здорово. Мэй вернулась, ты об этом знаешь, конечно, но все равно. Она с тобой познакомиться хочет, потому что я достаточно много о тебе рассказываю. Ну и вот, да.Самое страшное, для меня уж точно, сегодня произошло. Представляешь, мне Брюс Беннер, это Халк, если ты забыла, сказал, что нельзя неделю патрулировать. Не хочу, чтобы ты волновалась и все такое, но просто знай, что в моем организме начались какие-то мутации, объяснить пока ни я, ни Брюс не можем, я это обнаружил, когда порезался и порез не заживал. В крови у меня пониженное содержание тромбоцитов и эритроцитов. Надеюсь, все обойдется. Все же не может же быть такое, что меня какие-то мутации убьют. (Эй, я правда шучу, Эрри, не стоит думать, что что-то приключилось) В целом у меня все хорошо, да. Просто решил рассказать тебе про эти мутации. Надеюсь, что у меня не отрастет пятая конечность или что-то такое. Черт, ладно, шутка плохая. В любом случае я скучаю. Думаю, в конце этого месяца получится навестить тебя. Я уже разузнал все про эти «четверги посещений». До встречи, вообщем, надеюсь, что тебе там помогают и ты не жалеешь, что попала к миссис Шмидт. Если получится телефоном воспользоваться раньше, чем я приеду, напиши, что тебе из книг принести или может какие задачки хочешь, я поищу. Представляю, что тебе заняться там может быть нечем.        Питер отправляет сообщение уже стоя в лифте. Ничего плохого с ним не случится. В любом случае все хорошо будет.        Появившуюся в теле слабость он предпочитает игнорировать.