Finche morte non ci separi

— Mia schiava, почему ты молчишь? — шептал мне на ухо неизвестный.       Было страшно. Конечно, страшно. Кому угодно стало бы страшно, будь он на моём месте. Вот только, никто и никогда не будет на моём месте. Надо смириться. Холодные руки прошлись по напряжённым плечам, по предплечьям, остановившись на кистях. Полупрозрачные пальцы крепко ухватили меня за запястье. Моё дыхание сбилось от страха. Как там говорят японцы? Ками-сама, да? Так вот, Ками-сама, спаси меня! Мою мольбу всё равно никто не услышит. В очередной раз. Смирись.       Над ухом раздался бархатный смешок. Как у Мукуро. Но это не он. У Мукуро никогда не было ледяных пальцев, никакой мании сделать из меня слугу. Рокудо никогда не издевается надо мной. Если только перекидываясь колкими фразами. Здесь же на меня давят. Силой, своей мощью. Потому что могут. Потому что хотят. А я слабая и никчёмная, никому не нужная Цзян Шу...       Слабо мотнула головой. А затем ещё раз, но твёрже. Неправда. Мукуро. Я нужна ему. Он любит меня всем сердцем. Душой. Без меня он не может. Потому что сам говорил. И я без него не смогу. Мы с ним — одно целое. Никчёмными быть не можем, а слабыми — только в объятиях друг друга. Мы с Мукуро сильные. У нас есть ехидно-язвительный характер, вечные шутки и подколки, а так же несгибаемая воля. Возможно, эта воля и была нарушена когда-то давно. Но мы её починили, найдя друг друга. Послышалось недовольное цоканье. — Ну конечно. Пусть ты и не мой прямой потомок, но в тебе явно чувствуется сила Первого Тумана Вонголы. Например, живое Пламя. И из-за этого тебя не так-то легко сломить. А что, если его закрыть? Мм? — насчёт последнего предложения стало страшно. За Дымку. Злостно скалюсь. — Только попробуй. Иначе... — но меня перебили. — Иначе что? — ехидно пропели, обняв меня со спины. Светлые волосы скользнули вперед. Голубые. — Иначе мы убьём тебя, — отвечаю в ответ раздвоенным голосом из-за воздействия Дымки. Она была разумна. Она была умной. Она чувствовала всё. И то, что говорил незнакомец, ей не нравилось.       Мужчина рассмеялся, прикусив мочку уха. Крупно вздрагиваю. Наглый. Наглый-наглый-наглый! Как и мой соулмейт. Беспардонный. Мне хотелось бы встать, повернуться и внимательно осмотреть нарушителя. А самое главное — избить его. Ненавижу, когда ко мне прикасаются таким образом. Страх стал потихоньку отступать, оставляя после себя разжигающийся гнев. Немного наклонилась вперёд, склонив голову, отчего чёлка, слегка завитая к концам, прикрыла лицо. На губах появилась усмешка. — Ку-фу-фу, не смей ко мне прикасаться... — тихо прошипела, резко поднимая голову, отчего незнакомец от неожиданности раскрыл объятия и подался назад. За спиной хмыкнули. — В принципе, чего-то подобного я и ожидал. Не сдержавшись, язвительно делюсь: — По тебе видно.       Холодная рука, крепко схватившая меня за волосы, потянула назад. С шипением хватаюсь за неё, пытаясь высвободить из пальцев прядки тёмного цвета. Боль, отрезвившая сознание, дала понять, что шутить с ним не стоит. Как и язвить, и ехидничать, отвечая на его фразы колкостью.       И, кстати говоря, теперь мне удалось рассмотреть лицо незнакомца. Короткие волосы голубого цвета, чёлка, хохолок, глаза, как две льдинки. Такие же холодные и непроницаемые. Аристократическая бледность, аккуратный нос и слегка тонковатые губы. Он похож на Мукуро. Или, скорее, Мукуро похож на него. Не спорю. Но соулмейт никогда бы не позволил себе схватить меня за волосы. Не позволил бы себе причинить мне боль. Но этот... Он другой. Более злой. Менее дружелюбный. Пусть из них и никого особо дружелюбным назвать нельзя. — Не играй со мной, mia schiava, — пугающим тоном произнёс. Я гневно сощурила глаза. — Я тебе не рабыня! А вот ты — вполне. Заключённый в кольце, ни выберешься, ни прогуляешься. Сидишь, как в клетке, — язвлю. Но понимаю, что получу. На щёку обрушилась рука, схватившая за подбородок. Где-то наверху вскрикнул Мукуро, резко поднимаясь с места. — Я тебе ещё раз повторяю, bella*, не играй со мной. Мой дорогой потомок не должен знать обо мне. Тебе ясно? Нагло оскаливаюсь. — Так я тебя и послушалась, — мужчина жутко сверкнул глазами, исчезая. Рокудо, мгновенно оказавшись возле порога кухни, стал озираться в поисках гада. — Что произошло, чёрт тебя дери?!

***

Мукуро мрачно смотрел на Шу, что развалилась в кресле и спокойно смотрела в потолок. — Ты идиотка. — Я знаю. — Ты, блять, идиотка! — чуть громче сказал он, хватая её за плечи и тряся в разные стороны. На него уставились злые гетерохромные глаза. Как и у него. —Я, блять, знаю, — раздраженно шепчет, вставая с кресла и хватаясь за чёлку.       Всю ситуацию они проанализировали, и пришли к выводу, что так оставлять всё нельзя. Если кольца Тумана Вонголы имеет душу Первого Хранителя, значит и у других колец тоже есть души Первых Хранителей и, похоже что, Первого Вонголы — Джотто. Но единственный вопрос, который возникает, это «как их вызвать?». Деймон Спейд, как потом представил незнакомца Мукуро, появился спонтанно, отреагировав на фразу про то, что Шу его рабыня, а он её хозяин. Значит, и других можно вызвать, дав контрольную фразу. Рокудо сдавленно простонал, прикладывая к лицу ладонь. Почему им так везёт на неприятности? — Нам нужно к Реборну. И, желательно, чтобы рядом с ним был полный состав Хранителей с кольцами, — задумчиво пробубнила Шу, но соулмейт прекрасно её услышал. Парень уставился на Цзян. А затем резко поставил её на ноги и потащил вниз. Девушка, не ожидавшая такой прыти, едва ли не споткнулась, но итальянец вовремя её поддержал, поднимая на руки. Времени у них немного, навряд ли Спейд будет отсиживаться в кольце так долго.       Иллюзионист, изменив внешность, помчался к дому Савады, намереваясь всё разузнать о кольцах. Шу, теперь бежавшая самостоятельно, внимательно осматривала местность на наличие посторонних объектов или нереальных вещей — иллюзий. Пусть голубоглазый плут и в кольце, но это не мешает ему создавать иллюзии, способные помешать им в пути. Что злило ещё больше — Деймон сильнее их обоих. И одни они не справятся.       В очередной раз пробежав мимо дома, Рокудо свернул, потянув за собой китаянку, которая цедила сквозь зубы китайско-японско-итальянские маты, стараясь поспевать за Мукуро. Они могли бы придти сюда быстрее, если бы воспользовались Пламенем, но соулмейт Цзян перестраховался, мол, а вдруг наш неуважаемый плут решит выбраться на зов Пламени? С гневно поджатыми губами, девушка согласилась, недовольно хмыкнув. Иногда иллюзионист просто бесит своими перестраховками, от тебя досталось, — тихо шепчет Дымка, дёргаясь в солнечном сплетении.       И вот, остановившись возле нужного дома, откуда прям валило Пламенем Неба, Цзян Шу, поправив одежду, негромко фыркнула, растирая красную отметину на запястье — крепкие мужские пальцы сжали её сильно, но до синяков, надеется она, не дойдёт. Иначе потом, несмотря на все внешние проблемы в мире (и кольце в частности), кому-то попадёт. Позвонив в дверь, они принялись ждать.       Мукуро вздохнул, уловив настроение соулмейта, и притянул к себе китаянку, извиняюще погладив по макушке. Брюнетка, пусть и не сразу, но оттаяла, аккуратно тронув слегка огрубевшую ладошку. За дверью послышались шаги, отчего парочка немного отошла друг от друга. Им не стоит смущать хозяйку дома, если её можно смутить, это получается невежливо. Но дверь открыла не Нана, а Тсунаёши, который неожиданно для себя громко переругивался с кем-то в, предполагаемо, гостиной. Именно оттуда слышалась приличная, приличная, прошу заметить, брань, изредко переходящая на итальянский мат. Савада, увидев посетителей, замер. — Что-то случилось? И кто это? Шу хмурит брови. — Тсуна, у нас проблемы. Где твоё кольцо? Шатен, округлив глаза, покосился в сторону проёма, ведущего в гостиную. — У вас тоже, да? — как-то устало спросил он, пропуская гостей.       Соулмейты переглянулись, и, сняв обувь, поспешили пройти в гостиную. Отчего в шоке замерли, едва не споткнувшись о порог. В комнате, в почти полном составе, сидели Хранители Первого Вонголы и сам Джотто. А также весь состав Десятого поколения. Почти весь. Призраки громко ругались между собой, выясняя, что происходит и почему они появились тут так рано. Больше всех гневался аловолосый парень, очень походящий на подрывника — на Гокудеру Хаято. Самым тихим и спокойным был, как ни странно, их босс, что сидел в кресле с задумчивым видом и сверлил взглядом пол. Ребята из нынешнего времени молчали, не поднимая глаза на пришедших.       Заметив прибавление в компании, призраки замерли, уставившись на Шу. Девушка, неожиданно-нежданно для себя и Мукуро, от смущения закусила губу, спрятавшись за своей половинкой. Пусть ей не впервой видеть на себе кучи взглядов, но именно эти смущали — один из них был гневный, другой задумчивый, а третий укоризненный. Остальные либо смотрели на неё прохладно, без дружелюбия, либо наоборот, с дружелюбием и приветствием. Хранители Десятого продолжали молчать, глядя в пол. — Кажется, теперь все в сборе, — первым, как ни странно, заговорил Джотто. Его голос был мягким, весь пропитанный теплом и заботой о других. Янтарные глаза были серьёзны, в них плескалось волнение о чём-то. Но о чём?... Цзян и Рокудо переглянулись, настороженно заходя в комнату. Они расположились у стены, напряжённо уставившись на призраков. Хотя, чего ещё можно ожидать от людей, которые, только-только войдя в комнату, увидели тех людей, что, по-идее, должны лежать в сырой земле, где-нибудь глубоко. — Думаю, не все знают, кто мы. Я представлю не только себя, но и своих друзей. Моё имя — Джотто Вонгола, именно я создал эту семью и был первым её боссом. Хранителями Первого Поколения были, есть, и будут мои друзья. Знакомьтесь, Хранитель Урагана и моя правая рука — Джи, Хранитель Дождя — Асари Угетсу, Хранитель Солнца и наш личный лекарь — Кнакл, Хранитель Облака и глава CEDEF — Алауди, Хранитель Грозы — Лампо, и... — Джотто тяжело вздохнул. — Его здесь нет, но, надеюсь, появится, и Хранитель Тумана — Деймон Спейд. Рады с вами познакомиться, Десятое поколение Вонголы, — мужчина мягко улыбнулся. Кто-то хотел что-то сказать или спросить, но блондин махнул рукой, прерывая. — Я понимаю, у вас всех есть куча вопросов, но это подождёт. Для начала, мне бы хотелось, чтобы здесь появился тот, кого я жду. Неправда ли, Деймон? — если бы Вонгола не сказал его имени, то, возможно, тот и не появился бы, но Спейд обязан был это сделать. Недовольно хмыкнув, плут образовался в комнате, холодно оглядев всех. Хранители Первого поколения ненавистно на него глянули, кроме Угетсу и Кнакла. Шу гневно сжала кулаки, про себя шепча, как мантру: «держи себя в руках, держи себя в руках, держи себя в руках...» — Итак. Теперь все в сборе. С тобой мы поговорим после, мой дорогой Туман, — блондин сверкнул янтарными глазами, строго сведя брови к переносице. — Как вы уже успели предположить, здесь мы не случайно. На самом деле, встретиться с вами я и мои Хранители должны были не скоро. Как минимум — полгода или год. Но так вышло, что что-то, или кто-то, неожиданно вызвал нас сюда. Для чего нам точно неизвестно, но есть некоторые подозрения на этот счёт. Я считаю, что мы здесь для того, чтобы тренировать вас. Научится сражаться с теми, кто сильнее вас. Научится правильно пользоваться Пламенем Посмертной Воли. И Первое поколение поможет вам всем. Я ручаюсь за это. И мои Хранители — тоже. Но знайте, — пока никто его не прервал, дополняет Джотто. — наши тренировки будут строгими и выматывающими. Ни я, ни мои друзья поблажек давать вам не будем. Иначе вы ничему на научитесь. А теперь, если у Десятого поколения есть вопросы, задайте их Первому поколению. Мне нужно поговорить с моим Туманом. Верно, Деймон Спейд? — наигранно-мягко обратился Небо к скривившемуся Туману. Разговор будет явно не из приятных.       Подростки, перегруженные информацией, не сразу заговорили. Они долго молчали, обдумывая всё услышанное. В голове проносилась куча мыслей, основная масса которых составляли вопросы. Да, было интересно, как они попали сюда, зачем они будут их тренировать и, самое главное, почему, по словам блондина, они встретились так рано, а не на через полгода или год, минимум? От количества мусора в голове, в ушах застучало и зазвенело. Слишком много всего навалилось их за один день. Даже не день, вечер. А ведь некоторые из них только-только с больницы. Шу заговорила первой, обращаясь к Угетсу — самый спокойный из них. — Но вы ведь призраки, как нас учить будете? — девушка старательно пыталась не вспоминать первую встречу со Спейдом. Асари, также, как и Джотто, улыбнулся. — У нас немало энергии и Пламени. Мы можем позволить себе сделать тело живым и материальным. Нас будут видеть все. Пусть запаса ресурсов и много, но терять зазря его не будем, становясь живыми на определенное время. И, может быть, сохраним ещё кучу нужных нам элементов, — ответил на вопрос Угетсу, осознанно успокаивая своих Пламенем подростков. Незачем им волноваться. — А если всё-таки не хватит вам этих «ресурсов»? — дерзко спросил Хаято, зло скалясь. И на его вопрос ответил Джи в довольно грубой форме: — Не зарывайся, сопляк. Такое случится с наименьшим процентом — от ноль целых одного десятого, до одного целого процента. Но подросток не унимался. — И всё же? В разговор вступил жизнерадостный Кнакл, громко крикнув «ЭКСТРИМ!» — Мы можем позаимствовать ваше Пламя для поддержание материализованных тел.       Такеши думал, стоит ли задавать вопрос, или он не играет никакой роли. Юному Дождю было интересно узнать о призраках побольше, пусть и особым желанием не горел. Внутри теплилось любопытство. Такое маленькое и стеснительное, прям, как ласточка. Они, ласточки, тоже маленькие и стеснительные. Такими их видел Ямамото. Собравшись с мыслями, вновь подумав, Такеши задал вопрос, обращаясь ко всему составу Первого поколения: — Насколько вы будете материальны? Насколько сильно будут функционировать ваши органы? И Хранители Первого Вонголы задумались. — Мы будем вполне живыми людьми. Думаю, Деймон поможет нам до конца стать «живыми», — со смешком делится Угетсу, отвечая за всех. Лампо и Алауди, ещё не разу не вступавшие в разговор, лишь хмыкнули, отвернувшись. Они оба не доверяли Спейду, как и Джи. Туман оказался предателем, и с тех пор половина команды не только не доверяет Спейду, но и ещё и ненавидит. Шу на этот ответ хмыкнула, отвернувшись. Мукуро, хохотнув, потрепал её по макушке. — Молодой человек, Вы не хотите снять иллюзию? — вежливо обратился к Мукуро тот же Дождь Первого поколения, хитро улыбаясь. Рокудо, хотевший взять девушку за руку, застыл. А затем, недовольно покривившись, снял иллюзию. Десятое поколение, а точнее те, кто был с ним знаком, громко ахнули. Хаято подскочил на месте, гневно раздувая ноздри. — Ты-ы!.. Рокудо ухмыльнулся. — Ку-фу-фу, ну я. Что, не ожидал меня увидеть на свободе? — ехидно оскалился иллюзионист. Джи и Алауди скрипнули зубами, а Первый Ураган процедил сквозь зубы: — Точная его копия. Вошедший в комнату Деймон насмешливо усмехнулся. — Я бы поспорил.       Китаянка, сощурив глаза, отошла в сторонку, напряжённо наблюдая за аристократом. То, каким взглядом окатил её Спейд, заставило её настороженно затолкнуть Дымку поглубже, а самой закусить губу. Этот взгляд... не предвещал ничего хорошего. Абсолютно ничего хорошего. И лукавая усмешка, скользнувшая по розоватым губам, заставила убедиться в этом окончательно. От него хорошего ждать не стоит. На то он и Туман. А они, Туманы, все такие. И Шу не исключение. Деймон Спейд, галантно ей поклонившись, легко поцеловал воздух над её тыльной стороной ладони. Всё прямо источало тепло и дружелюбие, если бы не глаза, грозившие что-то сделать. Сделать что-то страшное. — Прошу простить меня. Я глубоко сожалею о случившемся и, надеюсь, мы забудем об этом. Вы примите мои извинения, синьора Шу? — мягким тоном спросил Спейд, снова сверкнув глазами. Мукуро, холодно хмыкнув, притянул Шу к себе. Цзян сжала зубы, но, выдохнув, собралась. — Конечно, синьор Деймон. Забудем о том случае, — она сделала правильный книксен, всё так же наблюдая за Туманом Первого Вонголы. Ни слова не прозвучало о том, что извинения приняты, кроме того, что случай забыт. Плутовка, такая же хитрая, как и Спейд. Знает, где подловить. Иллюзионист ухмыльнулся. Да начнётся шоу!