Finche morte non ci separi

Скуало насмешливо хмыкнула, закинув ногу на ногу. — Ты же понимаешь, что Занзас так просто не отстанет? Я бы помогла тебе, да только служу боссу уже давно, не могу противиться приказам. И не смотри на меня так, я прекрасно понимаю, что тебе будет сложно и больно. Но ты должна отпустить своих друзей. Хотя бы друзей, раз уж не можешь смириться с соулмейтом. С последним мы разберёмся. Занзас, пусть и жесток, но только к врагам. Уверена, он что-нибудь придумает. Лучше прими нас, как свою семью, — на слова Супербии Шу хмыкнула, растрепав хохолок. Принять, как свою семью. Легче сказать, сложнее сделать.       С того момента, как Шу с Мукуро проснулись, прошло около пяти часов. Так как брюнетка осталась сидеть дома, боясь встретить кого-то из Варии, то Рокудо, хохотнув на страхи своего соулмейта, упорхнул из дома, направившись к Тсунаёши, не забыв захватить с собой Хром — ей полезно встретиться со своим Небом. Кёя ушёл минут двадцать назад, но куда — не сообщил, зато сказал, что его не будет примерно два-три часа. Поэтому Цзян очень удивилась, услышав в коридоре звук открываемой двери. А ещё больше удивилась, когда поняла, что гостем является Дождь Варии. В голове проскочила ироничная мысль, что от страха не уйдёшь, и он сам к тебе придёт.       Скуало пришла не просто так, она пришла поговорить с Шу о случившемся и о ситуации в целом. Женщина, заговорив непривычно-тихим голосом, устроилась на кресле в гостиной и удостоила китаянку взглядом стальных глаз. Супербия старше её. Она знает намного больше того, чего знает Цзян. Мечница хотела бы помочь ей, но понимает, что все потуги будут бессмысленны. Поэтому пытается наставить девушку на путь истинный. Что, в прочем, получается довольно неплохо. Та уже выглядела побеждённой. — По нити Связи, которая с каждым часом только крепнет, я уже поняла, что Занзас упорный и отпускать свою добычу не собирается. Но неужели нет ни одного способа, чтобы связываться с друзьями? И почему Занзас не хочет отпускать меня к Вонголе? Мечница, нахмурившись, постучала аккуратно постриженным ноготком по подбородку. — У него затаилась злоба на Вонголу. Что-то они не поделили. Ну, кроме того, что его заточили в Колыбель. Кстати, не советую расспрашивать его об этом. Для босса эта тема болезненная. И да, насчёт «почему не хочет отпускать к Вонголе» — он так своеобразно заботится. Скоро привыкнешь. Кивнув, иллюзионистка выпустила Дымку наружу, чтобы та слегка отдохнула от заключения. Дождь Варии, заинтересованно проследив за Пламенем, что преобразовался в змею, фыркнула. Очередной фокус Туманника. Вот и всё. Змея, доверчиво шикнув, обвила ногу сереброволосой и ласково провела кончиком хвоста по шнуровке сапога. Женщина напряглась. — Не дёргайся так, Скуало. Ты ей просто понравилась. Дымка, видимо, очень любит Истинных. Вот и ластится к тебе, как умеет. Видишь ли, змея — это её любимый образ. Почему — не отвечу, потому что не знаю. Она, вообще, своеобразная, так что не лишний раз не дёргайся, если увидишь странные и необычные поползновения в твою сторону. Мечница скосила взгляд на змею. — С умом, что ли? В принципе, ладно, мне всё равно. Главное, чтобы только мне не откусила что-нибудь. А так, пусть делает, что хочет. Я тебе вот, что скажу — связываться с друзьями ты сможешь. Тайно, конечно, но на многое не надейся. Первое время босс будет тебя в узде держать, а там, может, ослабит свою гиперопеку. Chiaro? — женщина наклонилась вперёд, пристально глядя на собеседницу. Китаянка, закатив глаза, прищёлкнула пальцами. — Понятно, мадемуазель. А теперь, будьте добры, объясните, почему я так реагирую на тебя и Варию? Ну, в смысле того, что не стала паниковать при виде тебя. — Связь, — кротко сказала Скуало, поднимаясь с кресла. — Мда-м, ладно, я пошла. Надеюсь, ты никому не расскажешь о нашем разговоре? Не думаю, что это понравится твоим друзьями. Цзян кивнула, тоже поднявшись с соседнего кресла.

***

      Я опаздывала на бой Хранителей Солнца. Но, думаю, меня никто ждать не собирается, поэтому иду быстрым шагом, но не бегу. Лишний раз напрягать своё тело, всё же, не стоит. Особенно, это если учесть то, что я Туманник, а у Туманников, по правилам, слабое тело, слабая (хотя, у кого как) психика, низкий болевой порог — в общем, одни минусы от того, что ты владеешь Пламенем Тумана. Не в обиду Дымке.       Что ещё больше расстраивает, так это то, что я просто обязана пройти к варийцам, а не к тем людям, что стали мне дороги. Пф-ф, обязана. Я бы плевала на все эти обязанности, но Скуало просила не злить Занзаса лишний раз. И, кто бы мог подумать, я послушалась. Скорее всего, её Пламя так действовало на меня, потому что в иной раз мои действия были бы бунтарскими, как у подростков. Грубо говоря, я бы послала Занзаса на три весёлые буквы с его бзиками. Но таков закон Неба, он хочет, чтобы его Истинный Туман был с другими Истинными Хранителями и с ним.       На самом деле, что-то внутри меня кричит о том, что так и должно быть, что я и вправду должна быть рядом с моим Истинным Небом. По-моему, именно Дымка об этом и кричит, потому что ей не хватало ласки других Истинных. Возможно, именно поэтому Дымка и вырывается из своей тюрьмы. Вырывается для того, чтобы встретиться с теми, кто ей нужен. И, если хорошенько подумать, то они для неё очень дороги, пусть мы и не встречались лично, не разговаривали по душам. Они ей дороги, и всё тут. За своими мыслями, я не заметила, как подошла к месту, где уже буквально через минуту начнётся битва. Потому что Хранители Солнца уже стояли на ринге. Что, честно говоря, меня немало удивило. Ринг? Куда я попала? В телепередачу о боксе? Скуало, заприметив меня, взмахнула мечом: — Вро-о-ой! Мелкая, шуруй сюда! — все, как по команде, обернулись на меня. Вонгольцы, неприлично вылупившись, стали тихо перешёптываться между собой, отчего я ёжусь, неприязненно окидывая их взглядом. Это мерзко — вот так шептаться за чьей-то спиной, мы друзья, а значит, ребята могли поделиться мыслями и своими шепотками со мной, не утаивая. Реборн, заметивший мою реакцию, недовольно спрятал глаза за полями шляпы и дал подзатыльник Тсуне. Парень, ойкнув, завозмущался. Пока не понял в чём причина.       Да, возможно, я корю их. В какой-то степени, мне обидно. Но их реакция понятна — подруга вдруг перешла на сторону врагов, как тут не зашептаться? Хотя, чего я их отгораживаю? Зачем придумываю нелепые оправдания? Мне просто не хочется верить в то, что они так легко начали принижать меня куда-то. Ну, по крайней мере, надеюсь, что это не так и всего лишь мои предрассудки. Глупые-глупые мысли.       Встаю недалеко от Супербия, так как я доверяла только ей. И она, улыбнувшись уголками губ, кивнула, мол, не бойся, все свои. Попытавшись расслабиться, я перевела взгляд на ринг. Луссурия, краем глаза уловив движение, повернулся к нам и увидел меня. Мужчина помахал мне рукой и о чём-то защебетал, но слышно особо не было. Да и щебетание под нос определенно не должно хорошо слышаться. Устало вздыхаю. Кажется, от нервов и усталости я начинаю нести херню. И то, что мне удалось неплохо поспать, ни о чём не говорит! — Бой между Хранителями Солнца — начинается! — громко известила внезапно появившаяся незнакомка, из-за чего я по привычке создаю иллюзию косы и удерживаю в руках древко появившегося оружия. Супербия похлопала по плечу, но косу так и не убираю. Розоволосая незнакомка тут не одна, вон там, в тени, стоит ещё одна. И они мне до жути не нравятся. Дымка на них странно реагирует. Да и Пламени в них, как-то, не чувствуется. Словно куклы. — Скуало, а кто это? — интересуюсь шёпотом, в прочем, не отрывая взгляда от битвы. Удары, которые наносил Луссурия, были грациозными, но резкими и быстрыми. — Червелло. Честно говоря, не знаю откуда они тут. Ни я, ни Занзас не ебём, что это за независимые судьи такие, — хмурю брови на словах о судьях, но женщина отмахивается, мол, потом.       Скуало нервничала. Это видно по дёргающемуся уголку губ и цепко следящим глазам, по сжимающимся время от времени ладоням и еле слышимому скрипу зубов. Она нервничала. Волновалась. За Луссурию. За наше Солнце. Луссурия сражался против подростка, но пусть это так, только вот, возраст ничего не означает. Даже подросток может победить взрослого мужчину. И дело тут вовсе не в силе. Скорее, в хитрости. Рёохей громкий, но далеко не глупый. Просто носить такую маску намного проще — при случае, враги не будут ожидать от внешне глупого паренька дельных действий и поэтому не станут воспринимать его всерьёз, как угрозу. И тогда-то Рёохей воплотит в жизнь свой хитрый план, атаковав со спины. Да, как крыса. Зато это может спасти жизни его друзей или простых граждан.       Луссурия тоже не дурак, по нему видно. Мужчина не притворяется, когда беспокоится или заботится о ком-то — он искренен. Всегда, всё время. Он никогда не увиливает, всегда говорит прямо. Старается не лгать. Но и у него должна быть другая сторона. Я, почему-то, уверенна, что очки он носит не просто так. Возможно, за тёмными стёклами скрываются холодные глаза, способные анализировать вещи, как компьютер. Возможно, за внешне добрым и странным человек скрывается убийца. Но при таких обстоятельствах, Солнце Варии остаётся искренним. Что очень забавляет, потому что быть искренним в мире мафии довольно рискованно.       Щурю глаза, от внезапно включившегося освещения. Но свет был настолько ярким, что я отвернулась в сторону, создавая иллюзию очков. Проморгавшись, поворачиваюсь обратно, чтобы не пропустить ни момента боя. А затем осознаю, что у Рёохея нет очков, когда у Луссурии они надеты! Это нечестно! Сражение нельзя считать равным, если у одного из них неожиданное преимущество!       Я уже хотела сделать шаг, когда мой хохолок потянули назад, отчего с шипением отклоняю голову, выворачиваю шею чуть ли не до хруста. Нарушителем являлся блондин с длинной чёлкой, скрывающей глаза и дающие возможность смотреть и не страдать от режущей боли в глазах. Парень, странно засмеявшись, о чём я, у меня у самой смех не сахар, опасно провёл появившимся стилом по горлу. Конечно, тупой стороной лезвия, но сам факт того, что меня могли убить — пугал. От Связи с Дождём повеяло недовольством, но Скуало молчала. — Не стоит этого делать, ананасина, — предупреждающе зашептал он мне на ухо, и я сглотнула. В словах было столько угрозы, что захотелось спрятаться за спиной Супербия, как за каменной стеной — я, почему-то, была уверенна, что тогда бы блондин, вроде, Бельфегор, не тронул меня и не стал прикасаться. И уж тем более не стал бы причинять вред. Ни мне, ни Скуало. Стискиваю зубы. — Да пошёл ты нахер, — шипение вырвалось само по себе, но действий я никаких не предпринимала. Просто стояла, просто сдерживала всю ненависть и злость. Если сравнить меня и этого.. принца, то победителем выйдет он. В нём чувствуется какая-то опасность... Вечная угроза. И Ураган. Его Ураган невероятен. Он.. Огромен, неудержим и неспокоен. Как будто настоящий ураган. Не хватает только домика Элли, которая жила в Канзасе в том самом домике. Тогда вышел бы полноценный Изумрудный Город со всеми вытекающими. Парень ухмыльнулся. Немного кровожадно. И немного... по-психически? — Не советую тебе разбрасываться такими угрозами. Иначе туда можешь пойти ты, — слова сказаны до тошноты сладко. И до ужаса пугающе. Плотно сжимаю губы, недовольно мотаю головой.       Наглый. Беспардонный мальчишка! Мне уже больше шестнадцати! Намного больше! Но почему я веду себя, как подросток? Порой, не понимаю себя и своих действий. Вроде бы, взрослая женщина, с умом, а ведёт себя эта взрослая женщина, как малолетний ребёнок. Но.. то была прошлая жизнь. И я давно обещала себе её забыть. Давно же о ней не вспоминала, так чего в раз упомянула, что мне гораздо больше шестнадцати? От злости взмахиваю косой. Парень, ухнув, пригнулся, едва не потеряв свою чёлку. Злорадно ухмыляюсь, охватывая его шипастыми розами. Шипы, вонзившись в крепко скованные руки и ноги, принесли боль принцу, что сейчас шипел, проклиная меня на всех доступных ему языках. А их, поделюсь, не мало. Французский, японский, итальянский, немецкий, английский, русский, китайский... Кому-то определённо было нечем заняться дома, раз выучено столько языков. Пусть и сомневаюсь, что выучены они досконально, скорее, так, на любителя. На любителя матов и проклятий.       Хмыкнув, довольно отворачиваюсь. Бой продолжался, но Рёохей, что меня больше напрягло, теперь валялся на полу ринга, не подавая признаков жизни. Парень не мог сдаться. Он бы дрался до последнего. И пусть я не знала его так хорошо, как Мукуро, но могу с точностью сказать, что Рёохей очень целеустремлённый и упрямый парень. И он не терпит поражения.       Волнение невольно вспыхнуло в груди. Смотреть на валяющееся тело на полу было жутко. Я боялась, что он не очнётся и.. вся ситуация обернётся смертью Солнца Вонголы. Такой поворот мне не нравился. Определенно не нравился. Но я стояла. Стояла и ждала, когда блондин очнётся. На заднем плане были слышны крики Гокудеры, взволнованные писки Тсуны и нервное скрежетание зуб Реборна. Такеши лишь молчал, скрестив на груди руки. Его Пламя Дождя нервно трепыхалось, выдавая беспокойство хозяина.       Но дело в том, что Рёохей жив. В нём светится Солнце так же ярко, как и днём в небе. Но Пламя устало. Точнее, не Пламя, а сам Рёохей. Ему нужна была явная передышка, чтобы набраться сил. Пот, который слишком быстро стал испаряться с парня, был едва заметен, зато пар, отходивший от тела поверженного, виден слишком хорошо. Если он не встанет и не разобьёт лампы, у него случиться обезвоживание. — Скуало... — тихо зову, не надеясь услышать отклик. Но женщина откликнулась, слегка наклонившись ко мне. — Я чувствую поражение.       Это правда. Дымка шептала мне о том, что проигравший будет уж точно не Рёохей. И шептала мне слишком настойчиво, будто бы боясь ошибиться. Но... и Дымка шептала, что если проиграет Луссурия, то случится нечто подлое и.. грустное. Я, пусть и не желала Рёохею зла и проигрыша, хотела, чтобы Лусс вышел победителем. Потому что при проигрыше блондина ему ничего не сделают, а при его проигрыше... Можно ждать какой-то проблемы.       Я не знаю, что тут было до меня, но решила воспользоваться уроками Деймона. Чтобы проникнуть в голову к незащищённому человек понадобится пару секунд, но если человек из мафии, то минимум пять минут. И это при условии, что стоит лёгкая ментальная защита. Моё Пламя сильно и разумно, но оно не прибавляет мне сил к взлому разума. Для этого нужно учится пользоваться своим даром, я о Дымке, тщательно, учить контроль дара, чтобы он случайно не вышел из-под контроля. Мой контроль Пламени не высок, но и не низок. Мне хватит сил, чтобы взломать среднюю ментальную защиту за минут пять-семь. Но на более высокую уже нет. И, вообще, взламывать чей-то разум до ужаса сложно и неприятно.       Хотя, если так подумать, то можно послать по нити Связи волну Пламени, предупреждая о неожиданных ударах под дых или хуках справа. Со смешком понимаю, что настроение, прежнее висевшее на минус ста, скакнуло на порядок вверх. Никому сегодня не удастся умереть. Проиграть — ладно, но не умереть. И поэтому, я решила для пробы послать слабую волну к Луссу и стала ожидать реакцию. Мужчина вздрогнул, оглянувшись на меня. Повторяю ещё раз, видя, как Солнце тихонько улыбнулось, пакостно размяв кулаки. — Вставай, Рё-чан! Иначе я хорошенько тебя отымею, потому что ты слишком соблазнительно разлёгся на полу, — пропел вариец, сладко-пресладко улыбаясь. Парень, доселе лежавший, внезапно подскочил, как ошпаренный, и в шоке посмотрел на мужчину. Тот, пусть и говорил в таком тоне, но говорил серьёзно, однозначно не собираясь упускать такой удачливый момент. И вонгольцы его точно не остановят. Ухмыляюсь, облокачиваясь о косу. Кажется, победа у нас в кармане. Слишком быстро смирилась к тому, что я теперь на стороне Варии Но мне плевать Потому что я чувствую, что поступаю правильно Но червячок сомнений всё равно отважно сидит в голове и вылазить не собирается