Finche morte non ci separi

Один, два, три, пять.. Постойте, она где-то сбилась. Да, точно. Сбилась. Сбилась с высоты. Что? Скуало безумно расхохоталась, хватаясь за волосы. — Сколько я тут? — внезапно спокойно она спросила в пустоту, спрашивая неизвестно кого. И ей, ожидаемо, никто не ответил. По черноте плыл какой-то тонкий и едва уловимый светлый огонёк. Женщина погналась за ним, словно маленькая девочка, скачущая за красивой бабочкой. Супербия хохотала, как сумасшедшая, визжала, как истеричка, и задыхалась, как астматик. Но ей не удалось схватить тот самый огонёк во тьме, и он просто рассыпался на мелкие песчинки. Вокруг прозвучал душераздирающий крик. Или же вой. Но он разъедал душу, сердце и мозг, уничтожая всё. Кажется, Скуало сбилась, когда она успела насчитать две тысячи и две минуты. Потом женщина просто обезумела, начиная счёт заново и сбиваясь каждые несколько секунд. Затем она повторяла всё в том же порядке, раз за разом терпя крах. Вот непруха-то, — успела она подумать, когда насчитала сотню минут. А после Супербия уже и не помнит, что было дальше. Даже не помнит как сюда попала. — Я верю, что ты жива... Я чувствую это! Дождь заозиралась по сторонам, в поисках знакомого голоса. Кажется.. голос был не то, чтобы прям знаком, но.. Такое ощущение, будто Скуало прожила с ним почти всю жизнь. Может, так и есть? Нет-нет. Если ничего не помнишь, значит не жила.. Или всё же жила? Варийка уже не понимает, что да, а что нет. И ведь не помрёшь здесь. А задушить себя можно? Да-да-да! — Ха-ха-ха-ха-ха! — безумно хохочет, сгибаясь пополам. Но.. кто сказал, что ей смешно? Просто этот смех через пару минут вылился во всхлипывания, а потом и вовсе в рыдания. Скуало.. Скуало так устала. Ей хочется домой. Туда, где она жила. К тем, с кем она жила. Но ничего не помнит. Абсолютно ничего. Только слабые отголоски старых воспоминаний. — Спасите.. заберите меня! А затем сознание внезапно отключилось.

***

Шу насмешливо усмехнулась, склонившись над Мукуро. Он недовольно шипел, кусался и даже пытался выбраться из тех пут, которые навеяла на него его же соулмейт. — Как же ты в этом времени слаб, дорогой мой, — женщина наклонилась вперёд, ближе к нему, хватаясь пальцами за острые черты лица Рокудо. Она горестно вздохнула, увидев, что у него уже начали проклёвываться мелкие морщины. В будущем, у себя в настоящем, Мукуро имел немало морщин, пусть они не особо-то и видны. А так же.. куча шрамов. Самых разных. — А ведь тебе только восемнадцать.. Иллюзионист дёрнулся, стараясь выпустить своё Пламя, но.. всё безуспешно. Дымка сковала его по рукам и ногам. — Да кто ты такая?! Цзян слабо улыбнулась. Ну да, иллюзия на ней сильна, даже он не смог разглядеть. — Твоя судьба, Мукуро. И он замер. Замер, не веря словам. Спустя мгновение, Шу стала собой. Постаревшей, с мелкими морщинами под глазами и на уголках губ, и безумно уставшим взглядом. Мукуро не верил. Уже ни во что не верил. Потому что нельзя верить своим глазам. Они могут обманывать. Врать. Но Шу не узнать он не мог. Даже изменившуюся. — Ты.. — ему не хватало слов. — Я. А ей не хватало его.

***

Туман бледно улыбнулась, смотря в глаза Кёи. Иллюзия, что была на ней, перекрывала всем чувства и глаза, подменяя себя-настоящую на другого человека. Но Кёю не обмануть. Он всегда видел Шу насквозь. Даже сейчас. — Тебя заставили, — не спросил, а утвердил японец. Женщина скорбно покачал головой, грустно смотря в глаза своего брата. — Здесь виновата целиком и полностью я, брат мой, — мелькнувшее в глазах удивление Хибари, заставили усмехнуться. — Думаю, нам стоит отложить разговор на потом. Как бы ни хотелось ему сразиться с Шу, как бы ему ни хотелось узнать её силу и проверить на прочность, Облако этого не сделает. Потому что не может поднять на неё руку. Не по-хибаровски? Да какая к чёрту разница?! Никто не знает настолько хорошо, как знает его Цзян. Никто. Даже Фонг. Он выставил руки с тонфа вперёд, будто собирается нападать, и иллюзионистка напряглась. Только зря. Металл звонко звякнул о камни. Поражение — это не для Хибари. Но кто сказал, что он сдался? Японец подошёл к своей сестре, наклонился и прошептал: — Савада не должен победить. Ему не место в мафии. Она улыбнулась. — Не место. Но мафия никого не отпускает. Если только вперёд ногами. — Кольцо Облака достаётся Варии! Может, всё не настолько плохо?       Они всё надеятся, что всё не настолько плохо. Вонгольцы нервничают, кусают локти от страха и, наверняка, писаются в постель. Нет, это просто утрирование, и на самом деле такого уж точно не случится. Пусть Десятое поколение впервые столкнулось с варийцами, но даже при таком раскладе, все понимают, что нужно делать. Вария — сильный противник, его не стоит держать во врагах. А то, что победа достаётся им — чистое везение и удача. Или нехотение офицеров сражаться. В принципе Какая В этом Р а з н и ц а ?

Абсолютно никакая

Верно?