jamais vu

С торца здания, выбив гаражные ворота как нечто совершенно некрепкое, выехали два бронированных внедорожника. Они направились к единственному не перекрытому выезду, где Сокджин должен был дожидаться Чимина. — Я постараюсь остановить их, — сообщил по рации Джин, завёл двигатель и тронулся. — Отставить! — наконец активизировался Юнги, — Уезжай оттуда, живо! Намджун, вы тоже не высовывайтесь. — Там Пак Чимин, мы не можем его бросить! — запротестовал водитель, всё также направляясь к цели. — Они были подготовлены и знали, что он коп и что это контрольная закупка. Скорей всего, — офицер нахмурил брови, — он уже мёртв, так что уноси свой зад. Это приказ. — Ты не знаешь наверняка! Если тебе плевать на него, то мне нет! — напоследок крикнул Сокджин и откинул рацию в сторону. Ох, если бы он знал, как сильно Юнги не наплевать. Тот всё бы отдал, чтобы пойти на встречу самому. Знай он, как все обернётся, то близко не подпустил бы Чимина к делу. Запихнул бы документы в архив или куда-нибудь еще. Но факт остается фактом: Пак зашел в здание и не вышел, а явно агрессивно настроенные барыги сейчас уезжают, разнося всё на своем пути. Перегородив проезд, Джин взял в руки автомат и горько усмехнулся. Идея отстойная. Он со своим подобием оружия против двух бронемобилей. Однако основная мысль заключалась в том, чтобы хоть ненадолго задержать их, пока не прибудет Намджун со своим отрядом, и в случае, когда преступники решили бы переехать через его машину, он успел бы вынырнуть. — Какого хрена он творит?! — Юнги уже выходил из себя. Терять людей дерьмово. Особенно, если они тебе близки. Особенно, когда ты в ответе за исход операции и этих людей. — Джун, Сокджину срочно нужно прикрытие! — Ребятки, вы никуда не проедете. Сперва вам придется рассказать где наш детектив, а потом и о том, кто ваш информатор. Так что вылезайте из этих нелепых хреновин на колёсах. — мысленно парень молил Намджуна прибыть как можно быстрее. Из машин вышли четверо. Не то чтобы они действительно собирались сдаться и разложить всё, однако офицер все равно продолжал болтать. — Нет, ну знаете, я конечно ещё долго могу вести монолог и рано или поздно исчерпаю свои мысли, но не поддерживать разговор со мной, как минимум, некрасиво. Трое вопросительно посмотрели на худощавого мужчину, стоявшего дальше всех и почесывающего затылок пистолетом. — А ты болтливый, чувак. Парни, исправьте-ка это, — бросил он и, без доли эмоций на лице вернулся в броневик. За мгновение до того, как амбалы достали автоматы, Джин ранил одного из них. За пару секунд, когда он пригнулся, они обстреляли машину и превратили ту в решето, запрыгнули в автомобили и переехали другую, что была на пути. Поднявшаяся пыль от колёс, за которой скрылись преступники, обстрелянная машина Сокджина и отсутствие признаков жизни — вот что увидел Намджун. — Чёрт! — он прикрыл глаза и прикусил нижнюю губу. — В машине никого нет, — сообщил кто-то из команды. — В здании мы нашли лишь пустые гильзы. Тело Пак Чимина не обнаружено, — оповестил второй. Изначально, план строился с уверенностью, что потерь не будет. Так какого чёрта у них пропало аж два сотрудника? И вообще, что произошло? Откуда наркоторговцы обо всем узнали? Джун был вне себя от осознания, что среди них завелась крыса. К сожалению, у него не было и предположений о том, кто мог их предать. Вся его команда состояла из проверенных временем людей. Он доверял им, как се… Буквально на секунду мысли Намджуна застыли. — Пак Чимин, — одними губами произнёс он. Единственный, кого они не знают. В паре метров от машины, среди производственных металлических остатков послышался шорох и слабая просьба о помощи. Джин, который после обстрела буквально за полминуты смог перетащить свое тело, чтобы его не расплющило под прессом, лежал с несколькими огнестрельными и хвастался за остатки сознания. Будто в замедленной съёмке, он наблюдал за суетящимися офицерами и Намджуном, с его попытками удержать Джина в сознании. Он не различал ни речи, ни отдельных слов. Один лишь нарастающий шум в ушах и убаюкивающая слабость. Парень думал, что больше всего на свете хотел бы сейчас оказаться дома, в собственной кровати и проспать несколько дней. Боли он уже не чувствовал, а окутывающее тепло заставляло провалиться в сон.

end of flashback

У Чимина тело неприятно ломит, зад вконец онемел, зуб ноет, не давая сосредоточиться и спать охота, хоть спички в веки вставляй. Если бы около часа назад он не услышал движение за дверью, то точно лёг бы тут, несмотря на мерзкую сырость и ползучих гадов. Он сто и ещё один раз перебирал в голове возможные допущенные ошибки во время операции, и пришёл к выводу, что ни одна оплошность не могла привести к такому результату. За ним кто-нибудь придёт? Хоть те же барыги?

***

Чонгук бывал дома три, а если повезёт четыре раза в неделю, так как работал он в другом районе, до которого добираться несколько часов, и в его смену приезжать обратно было бессмысленно. Он ждал Чимина. Тот обычно возвращался с работы к семи или восьми вечера, но ни в восемь, ни в девять и даже на следующее утро он не пришёл. Чим всегда предупреждал, если задерживался. Всегда. Без исключения. Даже когда Чон в этот день оставался на работе. Он набрал его номер несколько раз подряд, а в ответ «Абонент временно недоступен, пожалуйста, перезвоните позднее» на каждый следующий звонок. Чонгука охватила паника. Что могло случиться? Будь что на работе — ему бы сообщили. Он бросил его, не соизволив оповестить о расставании? Бред. У него не было повода. Возможно, кто-то из преступников Пусана освободился и решил отомстить? А если вчера вечером он шёл домой и на него кто-то напал? Чонгук ведь ему, чёрт возьми, миллион раз говорил не ходить пешком! Что с его профессией это небезопасно! Где он теперь? Как его найти? У Чонгука сбилось дыхание, по телу пробежалась дрожь волнения. Юноша прижался спиной стене и крепко зажмурился, прогоняя из головы сцены, где он находит избитое тело Чимина, или где Гука вызывают на опознание. Ужасно. Он не хочет об этом думать. Необходимо пойти в полицию, а после самому начать искать, ведь Чимин точно ждёт помощи, ждёт спасения. Ждёт Чонгука. Собравшись и решив, что надо действовать, он накинул на себя куртку и умчался в участок, размышляя о том, что когда найдёт своего парня, сам же его и отпиздит за беспечность. Чимин был уверен в этом и знал, что взвинченный и разгоряченный Чон при необходимости разнесёт весь полицейский участок, и не только. Яркий свет, вслед за распахнувшейся дверью, ослепил его. Он приподнял руки в наручниках, пытаясь укрыться ладонью. В дверном проёме показался мужчина, чья тень нависла над детективом. Из-за его спины высунулся тот самый наркоторговец и, подойдя к Чимину, небрежно пнул его. — Ещё жив, копач? — Иди в задницу, — прошипел Чимин. — А ты не быкуй, офицер. Или хочешь по второму кругу испытать на себе демократизатор? — он требовательно протянул руку, стоящему в проходе, тот в свою очередь передал ему дубинку. — Видишь ли, одного из вас мы уже превратили в фарш. Словоохотливый весь такой. Был. — Что ты несёшь? — он отрицал тот факт, что кто-то мог погибнуть. — Это, конечно, та ещё ебатория, но я собираюсь отправить тебя, тихушник, твоим друзьям по кусочкам. Хотя стоит признать, мордашка у тебя ничего, если не обращать внимания на фонарь под глазом. Не будь ты мусором, вручил бы тебя сутенеру, хоть какая-то польза была бы. — Ради этого ты держал меня тут хер пойми сколько? — Чимин понимал, что мужчина угрожает пока только на словах. И будь у них желание убить его, то сделали бы это ещё в первый день. — Я думал, ты умнее, чем кажешься, — он закатил глаза, словно задолбался от вселенской тупости. — Парень, ты моя подстраховка. — Они не будут подстраиваться под тебя ради меня, тут ты ошибся, — с невозмутимостью в голосе выпалил Пак. — Ты так считаешь? — дилер полез одной рукой в карман и достал Чиминов телефон. — Перестань говорить загадками, — его не удивило то, что смартфон оказался у мужчины. Они по любому обыскали Чимина, прежде чем запихнуть в эту дыру. — Так вы, детективы, не этим ли занимаетесь — отгадываете загадки? — листая ленту пропущенных, он нажал на иконку с именем «Юнги». — Насколько я знаю, он почти твой напарник, а количество пропущенных указывает, что ему придётся подстроиться. — Если ты сейчас добровольно отпустишь меня, то я пообещаю, что вместо 20 лет, ты получишь 19, за помощь представилю закона. — две минуты назад, барыга стоявший на входе, ушёл и теперь Чимин всячески отвлекал главаря, неся всякую чушь. — Ты че, неадекватный? Или с голоду мозги иссохли? Выждав момент, Чимин ногой ударил торговца в грудь и побежал на выход, однако в проёме из ниоткуда образовался тот амбал. Пихнув офицера обратно, он скрутил его и повернул лицом к седому мужчине. — Ну ты и олень. — последнее, что услышал от него Пак, а затем увесистая дубина выбила ноющий зуб.