Соавтор

— Я его видел. — Что-о-о-о-о? Где? Как? Почему не рассказал? — Лави оживленно подпрыгнул у барной стойки, выдавая один вопрос за другим. Разговор едва ли клеился. По крайней мере, с стороны Юу. — Да потому что толку ноль, — недовольно, но без нажима ответил парень. Алкоголь расслаблял, немного размазывая восприятие окружающего мира так, что внимание не цеплялось ни за что конкретное, а значит было меньше шансов увидеть что-то портящее настроение. — Эй, ну расскажи как было-то! Я никогда не видел его за шесть лет, — не унимался редактор. Лави тоже было тяжело. Манга — это совместный труд мангаки и редактора, а Лави занимался D. Gray-man с самого первого выпуска. — Я думал, что Мана его выдумал, — пропуская просьбу мимо ушей, Юу чуть было не начал рефлексировать вслух. Он развернул пивную кружку ручкой к себе, чтобы было удобно взять, но делать глоток не стал. — Были периоды, когда я тоже. Когда я звонил ему иногда, чтобы рассказать там, ну-у-у, что не так, что изменить, где поправить, он постоянно перебивал меня, говоря «подожди, подожди, я записываю, помедленней», а потом заявлял «хорошо, я поговорю с Неа» и клал трубку. Я думал, что это типа его альтер-эго, с котором он советовался. А потом однажды еще до того, как сбросить звонок, он как крикнет «Неа-а-а-а», у меня аж в ушах зазвенело, я хотел уже жаловаться начать, а потом действительно услышал, как он с кем-то разговаривает. Слышно было плохо, но голоса точно было два… — заканчивал историю Лави, — Какой он? — через паузу немного горько дополнил редактор. Стоящий на коленях и беззвучно рыдающий? Лежащий без одежды с безразличным взглядом? Курящий и смахивающий бутылку вина на кафель? Какой он? — Мелкий, — чуть подумав, отозвался Юу. Лави нахмурился. — В каком смысле? — не понял редактор, уточняя. — Невысокий? Худенький? — И это тоже. Но это очевидно не имеет никакого смысла. — Почему? — опять не понял Лави. На вид он бы мог дать мальчику лет четырнадцать: щуплый, не сформировавшийся. Манга выпускается уже седьмой год. Как это возможно? Но даже так — что может знать этот подросток? Канда не работал с сопливыми проектами, нацеленными на детскую аудиторию. D. Gray-man был достойной работой, которая действительно увлекла даже Юу. И чтоб этот мелюзга все это придумал? Да ни в жизни. Не дождавшись ответа на вопрос, Лави сник, но немного погодя выдал. — Я скучаю, — редактор хмыкнул и ухмыльнулся, чтобы фраза не выглядела совсем уж жалкой. Канда молча сделал глоток из пивной кружки. Отвечать на последнюю фразу он не собирался. Утешение двадцатипятилетнего парня не входило в его планы. Юу не любил слезы, не любил нежности — все, что было похоже на слабость или потакание слабости, вызывало в нем неприязнь. Забота приравнивалась к жалости. Может поэтому сцена в больнице внушала какое-то непонятное священное благоговение — он видел в этом проявление силы. Мальчик, который не позволял себе выпустить наружу крик, лишь жмурясь от слез. Мужчина, сделавший одно единственно точное движение, позволивший расчертить ткань брюк мокрыми разводами. Почему-то в этих слезах и жесте успокоения не было слабости, и это удивляло Юу. — Я решил пока не работать ни с кем, надо взять паузу. Деньги в запасе имеются, думаю передохнуть пока, Комуи уже разрешил. Тяжело это все, — выдохнул Лави и допил остатки пива. — А ты? Белые пенные островки скатывались со стенки кружки на дно как пушистые айсберги, подхваченные бесцветным течением. — Пока не уверен, — уклончиво ответил парень, зная, что услышит от Лави, если расскажет о своих планах. Не единственный журнал манги в конце концов, а видеть знакомые лица больше не хотелось. Лави ненадолго затих, все равно услышав где-то в интонации брошенной фразы ложь, но спрашивать не стал. — А помнишь, когда ты только стал ассистентом у нас, я как-то шел по третьему этажу и… — Лави и сам не был уверен зачем он начал рассказывать первые вспомнившиеся истории их совместной работы. Пытался напомнить Канде, как было весело, чтобы тот не уходил из издательства? Пытался прикрыть ими расползающуюся пустоту и неизвестность, проснувшуюся и хищно улыбающуюся после смерти Маны? Выпить, вспомнить былое: Лави казалось это хорошей идеей. Редактор вспоминал одну историю за другой, а Канда молча слушал или делал вид, что слушает, и наблюдал за пеной в очередной кружке пива. Вечер незаметно натягивал на себя ночной, мрачный костюм. На секунду Юу задумался сорваться на уменьшившуюся, но все еще оступающую пороги издательства толпу журналистов и фанатов, но в последний момент передумал. Он пришел увольняться, а значит нужно закончить все как можно быстрее. Канда воспользовался дверью, через которую его провел в прошлый раз Мари. Стоя у лифта, Юу случайно наткнулся взглядом на его спину. Стандартная для охранников шкафообразная фигура и черный костюм немного нелепо сочетались с висящими на шее наушниками. В рабочее время — не позволено, но как только выдавалась свободная минутка, Мари отдавался своей страсти мгновенно. Канда не любил обедать со всеми, но часто обедал с Мари — тот слушал музыку в своих больших, нелепых наушниках и не раздражал болтовней. Канда старался передвигаться как можно быстрее — натыкаться ни на кого не хотелось. Юу, как и в прошлый раз, поднялся на четвертый этаж, завернув к редакторам. В сущности его заявление об увольнении мог принимать и не Комуи, но пропадать абсолютно бесследно причин вроде бы не было. Хотя и хотелось. — …рю…не имею права! — Юу опять застал окончание какой-то фразы, произнесенной главным редактором где-то на высоких регистрах. В такие моменты Комуи был похож на визжащую хрюшку. Завернув за угол, Канда остановился: вид знакомых бордовых волос со спины заставил напрячься. И все-таки лучше было увольняться по-тихому… — О-о-о, Юу, при-и-ве-е-е-ет! — слишком радостно подлетел к нему редактор. Бросая недовольные, косые взгляды на все еще сидящего спиной Кросса, Комуи во всю намекал глазами, что встреча с юристом проходит не очень гладко. Главный редактор потащил Канду за локоть внутрь. План спихнуть разговор с Марианом на Юу маячил на грани реализуемых и нереализумых, но попытаться точно стоило. Атмосфера была напряженная, но Кросс не пылал злобой, не закатывал глаза от раздражения и вообще выглядел скорее скучающим, но при этом в хорошем расположении духа. А Канду тем временем потихоньку выворачивало от преувеличенной самонадеянности, сквозившей в томных взглядах, которые Мариан бросал на бегающих туда-сюда особ женского пола. — Я увольняюсь, — глупо было придумывать к этой фразе какие-то прелюдия. Пока Комуи немного заело на движении хлопающих ресниц и открывающегося и закрывающегося рта, Канда достал из сумки заявление и положил поверх громоздившихся всюду папок. — Но… там… как… разве… у нас ведь… да и тем более… — Комуи все еще продолжало клинить. Его даже стало немного жаль, наверняка и без этого сложностей сейчас по горло. Кросс смотрел на Канду каким-то особенным взглядом: подозрение сочеталось с надеждой, интерес с раздражением, безразличие с нуждой. Противоречивым взглядом. — Где листок с согласием на передачу соавторства? — спросил Мариан. Он знал, что ему нужно делать и был готов выполнить просьбу Маны, хотя сам едва ли верил в ее осуществимость. В прошлый раз, когда Канда пришел к Комуи, тот дал ему листок из коричневого конверта, оставленный Маной. Зачем Канда забрал его? Юу открыл сумку еще раз и вынул неподписанный листок. — Почему не подпишешь? — с едва читаемым вызовом в голосе сказал юрист. — Я ассистент, а не мангака, — Канда протянул листок Кроссу. — Но можешь им стать, — тут же ответил Мариан, не двигаясь. Юу стоял с протянутой рукой. — Снова, — добавил Кросс. И все-таки он действительно многое знал. Канда не выпустил ни одного номера, но действительно пробовал. С Маной они про это никогда не говорили, но вот Тидолл… — Разве не ты дорисовывал последний выпуск, после того как Уолкер оказался в больнице? — продолжал Кросс. Этот разговор… опять эти бестолковые просьбы. — Как Вы себе это представляете? Не я писал этот сюжет, я поняти… — второй раз за последние сутки Канде не дали договорить до конца. У Юу вновь дернулось нижнее веко. — Не ты, его писал Неа. И он все еще жив, — Комуи вопросительно посмотрел на Кросса. Неа все еще был загадкой для Комуи. — Мне плевать, — раздраженно проговорил Канда и развернулся к выходу. — Юу-у-у, подожди-и! — голос Комуи так и остался где-то за спиной. Канда уже все решил, торчать здесь не было никакого смысла. Мана просил в письме настойчиво и почти умоляюще, Кросс просил лениво и не напрямую, но они оба пытались впихнуть Канде совершенно ненужную ему ответственность. Рисовать D. Gray-man. Как основной мангака. Да еще и с этим подростком. Это как передавать кому-то вожжи на ходу. Его желание больше не сталкиваться ни с кем с — теперь уже — прошлой работы, кажется, игнорировалось самим миропорядком. Вечером того же дня у его дома Канду ждал Кросс. — Что Вы тут забыли? — не скрывая раздражения прошипел Юу. Мариан стоял, неровно прислонившись к забору, и курил. Кажется, ему самому не нравилось караулить ассистента. Но он ведь обещал сделать все, что в его силах. — Хочешь узнать, кто такой Неа? — напрямую спросил Кросс, всматриваясь в глаза Канды. Все тот же противоречивый взгляд. Юу уволился из издательства. Юу больше не собирался поддерживать контакт ни с кем из бывших коллег. Юу не собирался подписывать согласие на получение прав соавтора и основного мангаки. Юу больше ничего не связывало с этими людьми. Канда кивнул в ответ и пошел за Кроссом только по одной причине. В голове звучала строчка из письма: «Не будь с ним слишком строг, Юу» Только отыскав приличный ресторан, Кросс наконец успокоился. Все предложения Юу остановиться и поговорить в ближайших кафе были проигнорированы юристом, тот молча разворачивался и уходил равно в тот момент, когда узнавал, что в меню нет дорогого алкоголя. Канда злился на Кросса за его алкоголизм, но еще больше злился на себя за то, что согласился с ним пойти. Да чтоб он еще хоть раз… — Считай, что прямо сейчас идет война за мангу Уолкера, — начал наконец Кросс. — Почти битва за испанское наследство. — И на чьей Вы стороне? — недоверчиво спросил Канда. — Не думай, что все так просто. Я выполняю последнее поручение Маны как его юрист. Знал бы ты сколько со всем этим бумажной волокиты… Ты ведь получил его письмо? Мана был болен, он знал, что не сможет закончить D. Gray-man, но не хотел, чтобы все осталось так незаконченно… так, как сейчас, — Кросс задумчиво повертел бокал в руке. Он был юристом, занимался документами, но не адвокатом, чтобы толкать убедительные речи. Приходилось осторожно подбирать слова. Он пытался заставить Канду поверить в то, во что не верил сам. — В обычной ситуации с незаконченным проектом ничего сделать нельзя, когда умирает мангака, — пожал плечами Мариан, — продолжать некому. Но в случае с D. Gray-man это все еще возможно, хотя и с некоторыми неизбежными изменениями. — Почему? — спросил Юу, пока Кросс отвлекся на заполнение опустевшего бокала и молчал. — Почему? — переспросил Кросс, удивленно и немного разочарованно. — Ты вообще читал его письмо? Обреченно глядя на хмурящегося, непонимающего ассистента, Мариан продолжил, не дожидаясь пока Юу ответит на его риторический вопрос. В это же время Канда думал, стоило ли спрашивать у юриста, откуда тот знает, что было написано в той записке. Канда все еще подозревал Мариана в насилии. — Восемь лет назад Уолкер подобрал с улицы мальчишку. Буквально с улицы. Не знаю, было ли это настоящей причиной того поступка, но мальчик оказался очень талантлив. Всю эту историю, которую Мана рисовал, придумал этот ребенок. Он просто рассказывал ее Уолкеру, а тот делал из нее мангу. — Да он же… ему лет четырнадцать, это разве возможно? — Не знаю, — серьезно ответил Кросс. Нет, все-таки не получится без собственного мнения, — Когда Уолкер просил меня это все устроить, я сначала подумал, что это шутка. Я думал, что этот парень у Маны выполняет роль талисмана или вроде того, но он потратил последние два месяца своей жизни на то, чтобы уговаривать Аллена продолжать придумывать эту историю, а не на дорисовывание манги. Я видел это. Слышал как они разговаривали. Так что он правда по-настоящему верил в мальчишку, но это, к сожалению, далеко не значит, что все на самом деле так и есть. Аллен говорит, что без Маны ничего не может и не умеет, а Мана говорил, что Аллен сможет справиться сам, а он лишь инструмент рисования. Понять, кто от кого в этой семье больше зависел, очень тяжело. И ему шестнадцать, а не четырнадцать… — устало выдохнул в конце Мариан. За последние месяцы юристу это дело уже успело залезть в печенки. Слишком много… тонкостей. — В тебя он тоже верил, — продолжил Кросс, — Не только существование Аллена делает план Маны возможным, но и твое тоже, — и через паузу. — Так почему ты отказываешься? Канда думал. Кросс молчал какое-то время, предпочитая «общаться» не с ассистентом, а с бутылкой, а потом из тонкого кожаного портфеля вынул два уже намозоливших глаз документа. Первый — заявление Канды Юу на увольнение. Второй — соглашение на становление соавтором манги D. Gray-man. Нижнее веко ассистента опять предательски дернулось. — Это просто нелепо, — сам себе сказал Юу не в силах высказывать раздражение или недовольство. Этот мерзавец даже не дал ему уволиться. Да, это не просто нелепо, это походило на клоунаду. Так думал Кросс. Так же думал Канда. Только общее уважение к Мане Уолкеру заставляло каждого играть свою роль в этом детском представлении, в забавность которого не верил ни юрист, ни ассистент. Но, несмотря на это, они все еще сидели друг напротив друга в малооживленном ресторане, каждый тратил на это и свои нервы, и свое время, не в силах отказать образу умершего человека внутри себя. — Есть и другие, — осторожно проговорил Мариан, когда они уже вышли наружу, и закурил. — Я уже говорил, что это война. Уолкер хотел, чтобы вы с Алленом продолжили D. Gray-man, за вас это никто не сделает, я могу лишь помочь сделать это легальным. Но если ты отдашь Ли то же заявление, что и сегодня, и не станешь тем, кто заставит Аллена поверить в себя, то выиграет другая сторона. Хотя… Мана все равно не сможет проверить, выполнил ли кто-то его последнюю просьбу. На этом Мариан закончил говорить, потушил скуренную лишь на половину сигарету и ушел. Прием театрального равнодушия действовал лишь на людей совестливых, так что Кросс не был уверен наверняка, подействует или нет. Оказавшись дома, Канда медленно подошел к своему книжному шкафу. Обычно Юу не смешивал работу и личное, но D. Gray-man толстыми томиками стоял на одной из полок. Потому что эта работа стала личным. Стала нравиться. Стала любимой. Главный герой борется с акумами с помощью чистой силы. Главный герой является родственником главного злодея. В этой манге не было невинных и виновных, мир не делился на белое и черное. Канда начал с самого первого и дочитал до последнего выпуска только в едва заметной тьме, уже прятавшейся от наступающего утра. Очень хотелось спать и ничего не решать в своей жизни. Поправив под собой подушку, Юу прикрыл глаза в надежде на то, что сон придет мгновенно. Но сон пришел только тогда, когда ненужный документ был отправлен в мусорку. С остальным Юу разберется после того, как поспит. Днем местность не выглядела так отталкивающе, как показалось это Юу тем поздним вечером. Канда, стоя у двери, пытался сообразить, что именно он собирается говорить. Нормально собраться с мыслями не получалось из-за булькающего внутри раздражения. Он чувствовал себя застенчивой школьницей. Звонок. Еще один. Дверь никто не открывал. Никаких звуков изнутри не последовало. Хотя он никого не предупреждал о своем приходе, было четкое ощущение, что его просто игнорируют. Хотя, если этому мальчишке шестнадцать, то он должен ходить в школу… — Если не откроешь, я позвоню в полицию, — раздраженно прикрикнул Юу. Тишина. — А они позвонят в органы опеки, — продолжил Канда. — Открывай! — Да открой же ты дверь, твою мать! — Юу пару раз пнул дверь ногой. Никакого эффекта. — Не откроешь, позову сюда Кросса! — Канда обреченно уперся руками в дверь. Не выламывать же. Никаких контактов юриста у Канды с собой не было, но можно было узнать у Комуи. Неожиданный двойной щелчок и ускользающая точка опоры. Юу чуть не повалился на пол. — Даже не думай звонить ему, — беззлобно, но грозно сказал показывавшийся из-за открытой двери Аллен. Он хмурился и смотрел на дезориентированного Канду, — Входи. Аллен опять скрылся в темном коридоре, а Юу усмехнулся сам себе. Не полиция, не опека, а Кросс… У Мариана не только были ключи от квартиры, он сам оказался ключом. Как же это по-детски. Канда шагнул внутрь. Был день, но свет в квартире опять не горел, отчего пространство коридора, огороженное стенами без окон, полностью погружалось в тень. Да и солнца снаружи особо не видать, одни тучи. «Будь инс­тру­мен­том, Юу, те­перь ты ис­полни­тель» «Не хо­чешь ри­совать ра­ди се­бя, тог­да ри­суй ра­ди D. Gray-man. Ра­ди ме­ня» «Я уве­рен, вы най­де­те спо­соб» «Не будь с ним слиш­ком строг» Неужели и про Алму спрашивал, потому что этот Аллен все еще ребенок? Канда чувствовал, что пазл начинает медленно складываться. Канда выслушал Мариана Кросса, теперь Канда пришел выслушать Аллена. — Ты знал Ману Уолкера? — повторил свой вопрос Юу, смотря на спину Аллена, крутящуюся у плиты. Настало время отвечать, Неа.