Соавтор

— Нет, я не могу, — тихо сказал Аллен. — Ни­како­го про­дол­же­ния. Уходите. Лави вынырнул из-за Аллена и кинул полный обреченного ужаса взгляд на Канду. Юу почти слышно заскрежетал зубами. Он быстро осматривал комнату, будто надеялся укромно прочитать свою уговаривающую реплику где-то на корешке книжки или у плинтуса. Будто сможет найти ответ в этой комнате. Ведь, в конце концов, это была квартира Маны. Но пауза все длилась, а ни один книжный корешок так и не сообщил Юу как правильно ответить на слова Аллена. — Что теперь нам сказать Комуи? Он ведь наверняка уже все издательство обзвонил… — причитал Лави, бездумно пялясь на седую трясущуюся макушку и неловко поглаживая Аллена по плечу. Но тут макушка вдруг неожиданно пропала, парень резко поднял голову и уставился в зеленые глаза. — Главный редактор? Он думает, что я согласился? — Аллен выглядел довольно пугающе с такими широко раскрытыми глазами и искривляющимся ртом. Канда мысленно постучал Лави по голове молотком. — Как вы могли соврать ему о таком? — Знал ведь, что нельзя было брать тебя с собой, — прошипел ассистент в сторону. Нужные слова для Аллена так и не были найдены. А раздражение и нервозность только и могли, что питаться общей атмосферой страха и неуверенности. — Я что ли виноват теперь? — риторически возмутился Лави и задумчиво почесал подбородок о плечо. Сам он не хотел задумываться над этим вопросом. Аллен тяжело выдохнул и поставил свою чашку на пол, отодвинув подальше. Пить больше не хотелось. Думать тоже. — Если ты решил, что это заставит меня передумать, то ты ошиб… — Да как будто я это планировал! Если б не рыжая заноза, я… — Тогда почему ты запустил ситуацию до такой степени, думаешь ты в… — Кто бы говорил, мистер «не трогайте меня, я умею только страдать», а когда до дела до… — Я по крайней мере не обещаю того, чего не делаю. Выкручивайтесь в своем издательстве без мое… — Ах, так ты теперь еще и о наших делах беспокоиться будешь, смотри не надорви… Лави испуганно чувствовал себя между двух огней. Оба старались уничтожить друг друга словом, взглядом, но пока еще не кулаком. Именно за сжатыми руками и следил боязливый взгляд редактора, который сам вмешиваться желанием не горел, но понимал, что кровопролитие делу не поможет. Опасливо посматривая из стороны в сторону, Лави придумал выход. Он осторожно поднялся с дивана и подошел к стене. Эти двое не обратили на него ни малейшего внимания, они все еще стояли друг напротив друга, полностью сосредоточившись каждый на своем противнике. Оставлять их надолго опасно, поэтому Лави негромко поднял сумку Канды с пола и незамеченным быстро прошмыгнул на кухню. «Лави придумал выход» — это, конечно, сильно сказано. У него появился план. Застрявший в голове миниатюрный Комуи агрессивно махал руками и орал, что план, придуманный Лави, хуже некуда. Редактор закусил губу и бросил взгляд в сторону комнаты, откуда доносились звучные судебные разбирательства. Достав телефон Юу из сумки и набрав номер Мариана Кросса, редактор не был точно уверен спасает ли он ситуацию или же делает только хуже, но сидеть просто так и ругаться друг на друга — не выход. Вспомнив, что именно это происходит в соседней комнате, Лави тихонько нервно хихикнул в трубку. Гудок, второй. — …делать вид. Ты ничего о нем не знал! — Да уж побольше твоего знал, хотя и не нанимался к нему в домработницы! — Ну да, ты же у нас сам шишка мировой величины, ученик самого Фроя Тидолла! — А ты что завидуешь моим… Ты че там встал, рыжий? Две разгоряченные пары глаз уставились на застывшего в проходе Лави, который неровно припал к стене спиной. Канда немного повернул голову вбок, неприветливо щурясь. — Я надеюсь, мне только кажется, что ты сейчас мой мобильник в руках держишь… — Этот Кросс, он… в больнице. Его сбила машина. Дальше началась нервная суматоха. В голове у Аллена все закружилось и завертелось, и уже собиралось помчаться колесом. Канда, злясь, отшикивался, почти метался по комнате, не давая ни одного адекватного ответа ни на один вопрос. Лави обреченно метался за ним, сумбурно наводя порядок в своей голове и разгоряченной голове ассистента. Аллен сник еще больше, чем до этого. Аллен испугался. Сосредоточился на кошках, которые обычно фигурально скребутся в районе грудной клетки. Слишком хорошо представлял, что будет, если Кросс не сможет быть его опекуном. Общение у них, конечно, не ладилось: Кросс всегда был слишком резок, а Аллен горевал настолько, чтобы не прощать ему этого. Взаимная брань, неприязнь, холодность — но эта была связь, последняя связь, которая осталась у Аллена. Если оборвется и она: все в его жизни навсегда скатится в тартарары. Туда, откуда его спас Мана. Это почти забытое чувство обездвижило каждый кончик его трепещущей души. Вокруг тушевались Канда и Лави, а Аллен тихонько умолял кошечек оставить его в покое. Коготки заостренной неизбежности. — Ты с нами? — напрямую спросил Юу, а Аллен только и мог что посмотреть на него своими стеклянными, ничего не знающими глазами. Интересно, видно ли Канде когти в темноте зрачков? Юу и Лави решили тут же ехать в больницу, выяснять подробности и состояние юриста. Лави пулей шаркал по полу, возвращая кружки на кухню, запихивая вынутые рисунки старшего Уолкера обратно в шкафы. Получалось это у него отвратительно, большой альбом А3 упорно не хотел возвращаться на свое место, где ему было слишком тесно. Канда пулял на редактора прожигающие взгляды, так что тот решил абы как завалить все в шкаф и прикрыть стеклянную дверцу. У тебя был какой-то план, Юу? Ха-ха: веселились непредвиденные обстоятельства. Канде же было не до веселья. Ускользающее полотно происходящей неразберихи вводили ассистента чуть ли не в исступление. А тут еще и больница: Канде вдруг вспомнился маленький сгорбленный белый человечек, выдыхающий вместо криков воздух и роняющий пухлые слезы. Даже не смотря парню в глаза, Канда знал про гневных скребущихся зверей. Конечно Аллен не поедет в больницу. Хлопнула дверь, все ушли, оставив Аллена наедине с собой. Но Аллену не было скучно — у него же были когтистые злые кошки. Канда вместе с Лави быстро прошагал мимо серой цепи бордюров, огораживающей больничное пространство. Хотя парни и промчались, не останавливаясь, ассистент машинально вспомнил, как уселся на такой же бордюр у больницы Маны в день его смерти. Тогда так язвительно светило солнце, надламывало мерзким теплом и болезненной тяжестью. Сейчас же сентябрь наконец вспомнил, что вечно светиться ему не по статусу, и уже второй день стояли цементные тучи. Здание выглядело неухоженно и безрадостно: как больные внутри и как их безутешные посетители. Канда едва ли мог представить себе, что тот высокомерный человек, у которого даже края пальто обшиты дорогим атласом цвета свадебного золота, находится внутри такой плебейской архитектурной уродины. Но он действительно был тут: в единичной палате с пошарканными стенами бледно-зеленого цвета в окружении двух хихикающих медсестер и еще одной молодой женщины в черном деловом костюме. — Надо же, Канда Юу, — загромыхал удивленный звучный голос, — мы с тобой не настолько близки, чтобы ты прибегал навещать меня в больнице, — как бы пошутил Кросс, и пухленькие медсестры захихикали сильнее. — Тц, — нахмурился ассистент. — Ты ведь тот самый редактор, Лави Дик? — названный кивнул, и Мариан снова перевел взгляд на Юу. — Так значит ты собираешь команду заново? Канда отвечать не собирался, а Лави стыдливо не решался рассказывать об их неудачной попытке уговорить Аллена продолжать работать над мангой. Медсестры, уязвленные отсутствием внимания со стороны привлекательного больного, вышли из палаты, призывно виляя тазом. — Что с Вами произошло? — спросил Лави, заполняя затянувшуюся паузу. Мариан выглядел потрепанно, но больше всего в глаза, конечно, бросался огромный недавно наложенный гипс на всю левую ногу до колена. — Какой-то сумасшедший врезался в меня, когда я шел до машины из офиса. Вот же ублюдок. Сотрясение небольшое, ребра целы, ноге досталось больше всего: перелом в трех местах. Вы бы видели снимок, там была не кость, а гребанная лесенка! — Кросс в поисках сочувствия эмоционально развел руками. — Ощущения не из приятных. — Да уж, — сочувственно выдохнул Лави, запуская ладонь в рыжие вихры. Канда недружелюбно покосился на стройную женщину в костюме, которая молча стояла у медицинской кровати с изящным кожаным портфелем в руках. Даже не представилась. — Еще и эти скоты в неотложке, привезли меня в это богом забытое место, ни еды нормальной, ни врачей. Еще и тыкают пальцами в снимок, мол лежать надо четыре недели минимум, а то мо… — Четыре? — вдруг передернуло Лави, что он аж сделал шаг вперед, ближе к юристу, точнее к его ноге в гипсе. — Целых четыре недели? Редактор отчаянно пучил глаза сначала на Кросса, а потом повернулся к Канде. Где-то сзади громко переговаривались проходящие мимо врачи. — Как же теперь Вы нам поможете? — раздосадованный редактор, который, как ему казалось, еще утром смог схватиться хоть за какой-то клочок удирающей от него счастливой жизни, терял все на глазах. Аллена они так и не убедили, а Мариан Кросс теперь будет лежать тут еще целый месяц. Надежда возродить мангу была его спасительным кругом, но он только натыкался на сплошные неудачи, которые тонкими проводками сдавливали Лави шею. Он чувствовал их физически, дышал прерывисто и рвано. Мариан громко и задорно хохотнул, будто и не замечал удушающую панику редактора. — Эй, да расслабься ты, — Мариан впервые поднял взгляд на стоящую рядом с ним женскую фигуру. — Все уже готово. Канда скрестил руки на груди и задумчиво уставился в пол. Что же делать? Что сделать с этим маленьким засранцем, чтобы он согласился? Лави же сначала перестал дышать вовсе, а потом почти запрыгал от облегчения, кружась вокруг Юу. Из него лились быстрые радостные речи, как будто он уже и забыл, что Аллен все еще отказывался участвовать в проекте. Юу же помнил об этом и не разделял глупого прыганья рыжего недоумка. Канде требовалось поскорее уйти отсюда, обдумать дальнейшие действия там, где тускло-зеленые стены не напоминают от тленности человеческого бытия. — Начальство готово дать добро, осталось собрать нужный пакет документов и отнести в редакцию. Разумеется, нам нужно твое согласие, Канда, после чего официально будет заключен контракт. Документы на Аллена уже давно собраны и подписаны, они на руках у Марии, — женщина учтиво поклонилась, — Она мой помощник, вы можете ей доверять. Мария, пожалуйста, раз здесь так удачно присутствует редактор, вы можете уладить и все вопросы с ним. Оставьте нас ненадолго наедине. Лави второй раз за день по-мультяшном просиял, послушно следуя из палаты за стройными ногами в облегающей черной юбке-карандаш. Он пробурчал еще что-то напоследок про новости и Аллена, но Канда не стал вслушиваться. Когда Лави, почти высовывая наружу язык, вышел вместе с Марией, Канда прямо спросил. — Что? — Ты уже уговорил Аллена? — Кросс как-то поменялся в лице. Будто закончилась очередная дрянная мольеровская комедия, и он наконец может выпутаться из реквизитной штукатурки и вести себя как обычный человек. Канда напрягся и с отвращением отвел взгляд. Чертов Аллен… Хотя сейчас это никакой роли не играло, пусть мальчишка упрямится сколько хочет, Канда не собирался сдаваться — только это имело значение. — Что ж. В любом случае с этим я сейчас тебе не могу помочь, но я все равно должен тебя предупредить. Это не несчастный случай. Этот гад сбил меня специально и скрылся. Не переживай, я равно найду его и засужу, уж это обещаю. Я ведь уже говорил тебе, что это война, и, как видишь, это не метафорическое выражение. Если согласишься продолжать, ты все время будешь в опасности. В реальной опасности, — Мариан бросил недвусмысленный взгляд на гипс, продолжая всматриваться в лицо ассистента. Канда был удивлен, но почувствовал какой-то неясный прилив сил. Что-то вроде внутреннего огня, от которого разогретая кровь быстро понеслась по сосудам. Если вспомнить, что говорил Кросс, то значит действительно есть те, кто настойчиво и серьезно против продолжения D. Gray-man. Внутри что-то интуитивно жгло и подсказывало, что именно из-за них Юу чувствовал чужие пальцы, сжимающиеся вокруг него в клетку. Ни капли страха, только яростное желание поскорее прижать их к стенке. Когда Канда избавится от них, ему станет легче. Да ему уже от одного осознания противостояния стало легче. — Есть какие-то предположения кто это? — грозно поинтересовался Юу. Кросс только криво хмыкнул, внутренне поражаясь решительности парня. Либо дурак, либо смельчак: ни то, ни другое в сущности не есть хорошо. — Пока что это все, что я могу тебе сказать. Твоя задача сейчас убедить Аллена. Сзади тебя висит мое пальто, в кармане связка ключей, — Канда скривился, но засунул руку в карман, который снаружи был заляпан красными впитавшимися пятнами. — Забери серебристый ключ на отдельном стальном кольце. У меня есть дубликат. Аллен самостоятельный малый, и я попрошу Марию на всякий случай проверять его раз в неделю, но ты все равно присмотри за ним. Юу снял тонкий серебристый ключ и положил в карман своей куртки. Очевидно, от квартиры Маны. — Мне нужен его номер, — вспомнил ассистент. — Попроси у Марии, когда будешь выходить, — Канда кивнул и развернулся к выходу. Нужно еще отодрать Лави от длинноногой помощницы. — Эй, Канда Юу, — парень обернулся через плечо, — Думаю, ты согласишься с тем, что ни этому Дику, ни тем более Аллену не стоит знать про вторую сторону. Всего лишь несчастный случай, понимаешь? — Тц, — вырвалось у Канды, но он все-таки ответил, — Могли бы и не говорить. И захлопнул дверь. Пока Канда делал мерные шаги по направлению к Лави, из которого так и торчала стрела амура, ассистент вдруг понял, что изменил свое отношение к загадочному юристу. Таинственный Мариан Кросс оказался человеком, который последовал за Маной даже после его смерти, пока все остальные убивались с горя и тонули в сомнениях. Юу чувствовал странное и необычное доверие. Пугающее слово: заметил для себя Канда. Лави старался из-за всех сил задержаться рядом с Марией подольше, но та, дав нужный номер (не свой, к несчастью Лави), ушла вновь украшать скудный интерьер больничной палаты Кросса. Редактор обиженно дул губы и на что-то жаловался, пока Канда слушал не его, а мерные гудки в телефонной трубке. Этот мелкий стручок ни дверь открыть, ни телефон нормально взять не может! — Ну что, не отвечает? — в очередной раз спросил Лави. Юу набрал четвертый раз и устало потер переносицу. — Вот же поганец… — тихо прошипел ассистент и убрал телефон: дальше вызванивать бессмысленно. Парень резко развернулся и направился наконец-то покинуть это пахнущее горем место. — Эй, ты куда?! — Лави ненадолго опешил и побежал догонять стремительно исчезающего ассистента. — Домой. Что еще тут делать, — риторически выругался Юу. Не ехать же ему опять к Аллену? Не мамка, в конце концов. — Пойдем в бар? — опять завел свою шарманку редактор. Канда прикинул расклад: на часах едва за двенадцать дня, изначальный план провалился, а на Юу виснет прилипчивый Кроль и тонна ответственности. Канда закатил глаза и коротко кивнул, не осознавая, что все равно не сможет усидеть на месте и в полседьмого вечера вместо двери своего дома увидит всю ту же металлическую преграду, в которую ломился рано утром.