young forever

Отдых и смена обстановки благополучно влияли на Юнги. Особенно на его творческий процесс. Ещё задолго до поездки у него появилась цель написать микстейп. Из-за работы пианистом в ресторане на создание музыки времени было катастрофически мало. Но Мин старался. У него уже была готова одна песня, та самая «Тони Монтана», которую они с Чимином записали буквально за пару дней до отъезда. Правда, ребята ещё не говорили о ней остальным друзьям. Точнее, парни знали, что Юнги вовлёк Пака в создание своего микстейпа. Но ни один из них не догадывался о том, что эта песня уже была ими спета и записана. Чимин, пожалуй, давно не получал такого огромного удовольствия от пения. Возможно, всё дело было в том, что его партия, как и вся песня, в основном состояла из рэпа. Это был совершенно новый для него стиль. Но со своей задачей юноша справился на «ура». Мастерство Пака даже пробило старшего на красноречивость. Высокий голос младшего идеально гармонировал с хрипловатым рэпом Мина. И, даже несмотря на то, что читал Чимин впервые, у него это вышло превосходно. У их дуэта были все шансы взорвать сеть, и парням лишь оставалось ждать, пока весь микстейп будет готов. Вернее, ждать оставалось Чимину, а вот Юнги нужно было продолжать работать. Помимо «Тони Монтаны» у юноши были набросаны на скорую руку идеи для ещё нескольких песен. Времени перед поездкой особо не было, поэтому он просто фиксировал всё, что приходило ему на ум, лишь бы не забыть это и слепить позже уже стоящую лирику. С того времени, как они прилетели в Барселону, прошла уже неделя. Но за это время Мин ни разу не притронулся к своему блокноту, в котором писал тексты для будущих песен. То времени не было, то атмосфера была не та и он чувствовал себя слишком усталым. Но он постоянно думал о музыке и дожидался подходящего момента. К счастью, он не заставил себя долго ждать. Сегодняшний день как всегда выдался насыщенным. Ребята всё утро и день проходили по картинной галерее, а вечером им пришлось пробежаться по магазинам, так как продукты потихоньку заканчивались. После готовки ужина и непосредственно самой трапезы все чувствовали себя обессиленными. И это был первый день, когда друзья действительно легли пораньше. На часах не было ещё и одиннадцати, как последний из парней вышел из душа в пижаме и все разошлись по своим комнатам. Все, кроме Юнги. Юноша забежал в комнату, где Чонгук и Тэхён уже постепенно проваливались в царство Морфея. Он достал из своей сумки заветный блокнот, и вышел на цыпочках, тихо прикрыв за собой дверь. Мин устроился за обеденным столом. Он выключил главное освещение и оставил гореть лишь светильники, от которых исходил приглушённый холодный свет. Этого хватало, чтобы видеть написанное в блокноте, и в то же время ему не слепило глаза и ничего не отвлекало. Юнги часто работал так и у себя дома. Из всех ламп в квартире у него обычно работала только одна настольная. Окна в комнате были плотно зашторены, чтобы внимание парня было приковано только к музыке и ни к чему более. И, сидя за своим столом, полностью заваленным аппаратурой и листами с лирикой, Мин погружался в свой собственный мир и создавал музыку. Иногда он любил пропустить стопку соджу перед началом работы, но это лишь в том случае, если он не был слишком вымотан. Иначе алкоголь лишь клонил его в сон, и всё шло коту под хвост. Так было и в этот вечер, только без соджу и любой другой выпивки. Юноша пробежался глазами по записям разной давности. В первые мгновения его посетило чувство некой ностальгии, будто он не писал не пару недель, а несколько месяцев. В любом случае, он очень соскучился по этому процессу, и уже через несколько минут у него в голове уже сформировалась определенная тема, которая объединяла между собой большинство написанных в блокноте строчек. «Мечта» — крутилось на языке у юноши. И в этот момент Юнги осознал, что именно этот вопрос мучил его уже долгое время. Музыка появилась в жизни Мина довольно в раннем возрасте. Со средней школы он увлёкся её созданием, и с того самого дня она его не отпускает. Но у Юнги никогда не было чётко сформированной мечты или жизненной цели. Родители дали ясно понять своему сыну, что учёбу на композитора они оплачивать ему не будут, ведь ничего дельного из этого увлечения никогда не выйдет. Отец вечно твердил юному создателю бросить поскорее все эти бумажки с «никому не нужной писаниной» и заняться, наконец, учёбой. В итоге юноша просто уехал из родного города куда подальше, не поступив назло своим родителям даже в заведение, учёбу в котором они были готовы ему оплатить. Мин с раннего детства видел вокруг себя людей, которые знали, чего они хотят от жизни. Сам же он этого не понимал. Единственным его желанием было создавать музыку. Но вплоть до недавнего времени на его пути было слишком много препятствий. Однако даже несмотря на это, пока все его сверстники выбирали университет для поступления, Юнги искал себе новую аппаратуру и продолжал писать тексты. Желание прославиться в музыкальной сфере нельзя было назвать его мечтой. У юноши не было конкретных целей стать кем-то. Он просто занимался тем, к чему лежала душа и в чём он, как ему казалось, был хорош. После переезда в Сеул про мечты и вовсе можно было забыть. Главной задачей Мина было выжить. Выжить в чужом городе, где у него не было ни знакомых, ни друзей. У Юнги не было образования, не было стабильного источника заработка. Всё, что у него осталось — музыка. И ему пришлось зарабатывать себе на хлеб с её помощью. Ему никогда не жилось легко. Всегда приходилось чем-то жертвовать. Но Мин постоянно напоминал себе о том, что останься он в Тэгу и поддайся давлению родителей, то на музыке давно пришлось бы поставить крест. А так он хотя бы может заниматься любимым делом. Из-за всей этой суеты у Юнги не было времени мечтать. А когда у них с ребятами только встал вопрос о поездке, он начал задумываться об этом. В разговорах со своими друзьями он часто замечал, что у каждого из них есть мечта. Конечно, они пришли к ним постепенно. И ещё совсем недавно Намджун и сам не знал, чего он хотел от жизни. А Чонгук и Тэхён до сих пор переживают насчёт того, смогут ли их мечты претвориться в жизнь. Но какая же мечта у самого Юнги? Стать известным композитором или рэпером? Заработать много денег? Это, безусловно, замечательно. Но ведь одной известности и денег для счастья порой бывает мало. К тому же, такие вещи по своей натуре перманентны. Сегодня ты можешь проснуться известным на всё страну, а уже завтра, допустив всего одну ошибку, остаться ни с чем. Так же и с деньгами. Но эта поездка и подготовка к ней заставила Юнги в какой-то мере поменять свои взгляды на жизнь. И недавний разговор Намджуна с Чонгуком был последней каплей для того, что в голове у Мина всё потихоньку начало вставать на свои места. Наверное, в последние несколько лет Юнги толком не жил, а существовал. Всё наслаждение, получаемое от жизни, он сводил к музыке, будто для него на свете больше ничего не существовало. И точно так же, как и Чонгук, Мин стремился написать как можно больше строк и мелодий, будто всё это могло убежать от него или раствориться в один миг по щелчку пальца. Юнги гнался за музыкой, будто она была стремительно уносящимся вдаль поездом. Именно поэтому он ничего вокруг себя не видел, кроме одного несчастного вагона. Мин начинал каждое утро и засыпал каждый вечер с одной и той же мыслью: написать как можно больше строчек, запечатлеть в них свои мысли и подогнать их по музыку. Но для полноты картины ему нужно было замечать вещи вокруг себя. Если бы Юнги с самого начала научился видеть в своей жизни что-то помимо музыки, не цепляться за неё, как за спасательный круг в океане, то он бы уже давно был гораздо счастливее. И с ней самой дела обстояли лучше. С того момента, как Мин со своими друзьями приехал в Барселону, ему не нужно было беспокоиться о работе, музыке и деньгах. Он, как и остальные парни, закрыл глаза на все проблемы. И взамен он увидел множество прекрасных вещей вокруг себя. Оказывается, для того, чтобы быть счастливым, достаточно просто купаться в море на закате солнца или есть домашнюю еду, приготовленную своим другом. Или разговаривать со своими товарищами до глубокой ночи о всяких пустяках, отчего на следующее утро невозможно разлепить глаза. Чтобы быть счастливым, достаточно побороть свой детский страх и погрузиться на дно Средиземного моря. Чтобы быть счастливым, нужно всего-то проживать ту единственную жизнь, которая у него есть, и не пытаться угнаться за чем-то одним, будто всего остального не существует. Юнги сидел, погружённый в свои мысли, и его рука быстро чиркала новые строчки, приходящие на ум. Ему захотелось написать песню о мечте и счастье. Выразить эти чувства безысходности и незнания того, чего ты хочешь от жизни. Ведь сколько на свете людей как он, у которых совершенно нет мечты, и которых это тревожит. Ведь люди думают, что именно мечта необходима для счастья. Хотя это далеко не так. И отсутствие мечты — не изъян. Отвлечься от глубоких размышлений и убрать руку с ручкой от листа блокнота заставили Мина скрип двери и шорох со стороны комнаты ребят. Он медленно повернул голову на источник шума и увидел виновато улыбающихся Тэхёна с Чонгуком, выходящих из его с ними комнаты. — Что, уже выспались? — удивлённо приподнял правую бровь старший. — А? Да, прогуляться решили вот, — кивнул Чонгук. — Прогуляться? — переспрашивает Юнги. — Ночь же на дворе. Вы хоть время видели? Первый час ночи уже. — Да какая разница, сколько времени, — машет в ответ рукой Тэхён, — скучно ведь лежать просто так. Всё равно не уснём уже сейчас. Организм привык ложиться поздно, поэтому теперь нам нужно «нагулять» усталость. — Хах, а кто вас отпустит-то? — усмехается Мин. — Как будто нам нужно чьё-то разрешение, — хмыкает Чонгук. — Естественно. Забыли что ли, что вы ещё несовершеннолетние? Ответственность за вас лежит на моих плечах в том числе. И потом, мы вас днём-то никуда одних не отпускаем, ночью тем более не пустим. Так что развернулись и пошли обратно в комнату. — Тогда пойдём с нами, хён, — предлагает Ким. — Ага, делать мне больше нечего, кроме как слоняться где-то по ночам, — фыркает старший. — Я единственный раз за всю неделю нашёл время на то, чтобы поработать над музыкой. А вы мне сейчас мешаете, между прочим. — Да брось, хён! Мы сюда не работать приехали, а отдыхать. Так вот пойдём и отдохнём вместе! Разве тебе никогда не хотелось прогуляться по ночному городу и поплавать в море под луной и яркими звёздами? Сегодня такое чистое небо, ни единого облачка! Тебе понравится, вот увидишь. После этих слов Юнги будто пробивает током. «Дурак», — говорит он про себя. Сам ведь недавно рассуждал о том, что нужно уметь наслаждаться каждой мелочью в жизни, а не гнаться за чем-то одним и не трястись над каждой секундой, проведённой за музыкой. А теперь что? Он снова упирается и не хочет упускать шанс заняться написанием лирики. С этим определенно нужно что-то делать. Мин вдруг резко поднимается со стула и быстрыми шагами несётся в свою комнату. Младшие лишь смотрят ему вслед широко раскрытыми от удивления глазами. Юнги быстро стягивает с себя домашнюю одежду, надевает плавки и первые попавшиеся под руку шорты с футболкой. — Пойдёмте, — зовёт он за собой мальчишек, — только тихо, а то ещё разбудите остальных, — понижает он голос. — С тобой всё хорошо, хён? Ты так быстро согласился, это на тебя не похоже, — недоверчиво косится на своего друга Чонгук. — Точно. Может, тебя подменили, а, хён? — лукаво улыбается Тэхён. — Будете язвить — я запру вас в комнате и уйду один, — грозится старший. — Ого, даже так, — удивлённо восклицает Чон. — Да говорю же вам, тише! — шипит Мин. Ребята тут же закрывают рот ладонью и начинают тихо хихикать. Юнги жестами просит их удалиться из квартиры и, выйдя следом, закрывает входную дверь, стараясь быть как можно тише. — Нет, а если серьёзно, то что с тобой вдруг случилось, хён? — интересуется Ким. — Ты как ужаленный подскочил и так быстро поменял своё решение. Я-то думал, нам тебя целую вечность придётся уговаривать, — усмехается он. — Уж больно заманчивым было ваше предложение, что мне и впрямь захотелось поплавать в море под ночным небом, — хмыкает старший. — Не задавай слишком много вопросов. Радуйся лучше, что я вообще согласился. А то ведь могу в любую секунду передумать, — бросает он ехидный взгляд в сторону младших. — Молчу! — выставляет перед собой руки, будто обезоруженный преступник, Тэхён. А следом все трое заливаются громким смехом. По вечерам температура воздуха была на пару градусов ниже. Но погода всё ещё была жаркой, поэтому ребята и не думали о том, чтобы брать с собой верхнюю одежду. Напротив, тёплый ветерок приятно щекотал кожу и ерошил волосы. Ребята шли, ни о чём не разговаривая, и прислушивались к звукам ночной Барселоны. В это время суток на улице было меньше людей, но парням довольно часто встречались проходящие мимо них испанцы. От некоторых веяло алкоголем, но это немудрено, ведь сейчас работа баров и кабаков была в самом разгаре. Повсюду горели уличные фонари, а свет в окнах домов и не спешил гаснуть. В Барселоне, как и в любом другом мегаполисе, всё самое интересное начиналось именно ночью. Однако сегодня мальчишек это не интересовало. Они свернули на дорогу, ведущую к пляжу, и погрузились в относительную тишину. До них всё ещё отдалённо доносился шум ночного города, музыка и голоса людей, но чем ближе они подходили к берегу, тем тише становились посторонние звуки. В конечном счёте, их внимание полностью отдалось лишь шуму прибоя. Вода была практически спокойной. Сегодняшнее состояние моря можно было бы назвать штилем, если бы не редкие волны, появляющиеся на его поверхности. Младшие хотели как обычно вбежать в воду с разбегу, но она успела остыть и была чуточку прохладнее, нежели днём или вечером. В любом случае, останавливаться парни не собирались. Они всё-таки решились окунуться в море разом, чтобы быстрее привыкнуть. На лице Юнги появилась широкая улыбка, когда он услышал визги Чонгука и Тэхёна. Юноши обрызгивали друг друга водой и толкались, пока оба не упали. Они смеялись, тыкая друг в друга пальцами, и эта картина действительно веселила Мина. Сам он стоял по голени в воде и уж было собрался присоединиться к своим друзьям, как сквозь крики младших вдруг донёсся голос Хосока: — Так вы тут без нас развлекаетесь? — Юнги оборачивается и видит на лице Чона ухмылку. — Я думал, вы спите, — удивляется старший. — Спали, — подтверждает, кивая, Намджун. — Но в следующий раз потише дверьми хлопайте, если не хотите звать нас с собой. — Неужели было так громко? — Ну, как видишь, — разводит руками Ким. — Если б было тихо, мы тут все сейчас не стояли. — И что это вам приспичило поплескаться в море посреди ночи? — спрашивает, зевая, Сокджин. — Долгая история, — машет рукой Мин. — А тем двоим, я смотрю, очень весело, — подмечает резвящихся в воде младших Чимин. — Неужели они действительно нас не замечают? — машет он им, пытаюсь привлечь внимание. — О, и вы здесь?! — заметив, наконец, Пака, кричит Тэхён. — Давайте к нам! Второй раз ребят звать не было необходимости. Все они разом сняли с себя одежду, которую успели нацепить в спешке. Оставшись в одних плавках, Чимин, Намджун, Сокджин и Хосок побежали в сторону резвящихся Чонгука и Тэхёна. Все они громко взвизгнули, когда их ноги только погрузились в прохладную воду, но даже это не остановило их перед тем, чтобы продолжить бежать. Они все вновь были детьми. Беззаботными и радостными детьми, на уме у которых было одно лишь море. А Юнги так и стоял по голени в воде, смотря на своих друзей. Он вдруг глубоко задумался о ценности этого мгновения. Когда им ещё выпадет такая возможность, как купаться в море ночью, наслаждаясь безоблачным звёздным небом? Совсем не скоро. Может, они больше ни разу и не соберутся все вместе и не уедут куда-нибудь далеко от дома. Но об этом Мину думать не хотелось. Завтра могло случиться всё, что угодно. Даже метеорит мог упасть на Землю, и от неё ничего не осталось бы. Но какая разница, если сейчас все они счастливы? Сейчас их молодость бьёт ключом, перед глазами разлилось бескрайнее море, а над головой — звёздное небо Испании. Сейчас Юнги чувствует себя самым счастливым человеком на свете. А ведь он мог остаться сидеть на кухне и писать лирику. Безусловно, это принесло бы ему пользу. Но также лишило бы этих драгоценных эмоций, испытываемых в эту секунду, когда он смотрит на своих радостных друзей. Музыка никуда от него не убежит. У Юнги с ней впереди ещё вся жизнь. И чтобы действительно оставить внутри себя страсть к этому делу до своего последнего вздоха, Мин должен научиться ценить жизнь. Каждый её миг, а не только то время, когда он занят написанием песен. Он должен научиться проживать каждый её момент в полную меру и не гнаться за чем-то одним. Юнги на мгновение задержал дыхание, а после вдохнул полной грудью и устремился к своим друзьям. Он бежал против лёгких волн, прохладная вода которых с непривычки гнала мурашки по его телу, а морской запах приятно щекотал нос. Поравнявшись с парнями, он широко улыбнулся и понял, как насколько же он сейчас счастлив. Он был благодарен мальчишкам за то, что этой ночью им не сиделось дома. За то, что его настроение писать лирику и размышлять на тему мечты совпало с сегодняшней поздней прогулкой. Может, его мечта ещё не до конца сформировалась и была не ясна ему самому, но Юнги понял, как он хочет жить. Наслаждаясь каждой прожитой минутой.