young forever

В клубе неподалёку от дома ребят устраивалась какая-то большая вечеринка с местным известным диджеем. Плата за вход взималась символическая, и ребята, желавшие воспользоваться такой чудесной возможностью, приняли решение посетить это мероприятие. В Сеуле клубная культура довольно хорошо развита, и старшие парни время от времени ходили туда, чтобы отвлечься от повседневной рутины и сбросить со своих плеч все проблемы. Чонгук с Тэхёном же никогда не были в подобных заведениях в силу своего возраста. И тут им тоже пришлось попотеть, чтобы уговорить своих друзей разрешить пойти с ними. Никому, кроме Юнги, не хотелось оставаться дома в такой дивный вечер. В качестве аргумента Тэхён привёл в пример своё совершеннолетие, которое в Испании начиналось непосредственно с восемнадцати лет. Это в Корее у него могли быть проблемы, попытайся он проникнуть в один из клубов, где полно алкоголя. А здесь его вполне бы впустили на законных основаниях. Правда, Киму всё же пришлось вместе с Чонгуком дать общение старшим, что они всегда будут в поле их зрения и не приблизятся к барным стойкам с алкоголем. Ведь по корейским рамкам Тэ всё ещё был ребёнком. Самой большой проблемой был, наверное, внешний вид Чонгука. Даже старшие ребята выглядели несколько младше своих лет, не говоря уже о Чоне. Но если у остальных были заграничные паспорта с датой рождения в качестве страховки, то у Чона паспорт лишь выдавал его юный возраст. Пришлось Сокджину немного поработать с его лицом с помощью лёгкого макияжа. Работая моделью, ему ежедневно приходилось проходить через толпу визажистов и стилистов. Со временем он начал понимать небольшой толк в косметике и макияже и даже прикупил себе пару предметов на повседневную носку. За несколько недель он приспособился делать иногда себе повседневный макияж, чтобы выглядеть свежо на различных встречах и мероприятиях, когда он был сам себе визажистом и стилистом. И сейчас в ход пошли его кисти и небольшие тюбики с различными продуктами. Беря с собой маленькую косметичку он и не думал, что она действительно ему пригодится. Ведь в Барселоне жара, во время которой на кожу лучше ничего не наносить, кроме солнцезащитного крема. Да и друзья каждый день ходят купаться. Тратить по несколько раз в день время ещё и на макияж было бы абсурдным, учитывая, что как модель его здесь никто не рассматривает, да и без косметики на лице он всё равно выглядит роскошно. Однако Ким не прогадал, взяв с собой косметичку. Он довольно быстро накрасил лицо Гука, сделав всё возможное, чтобы тот выглядел чуточку старше. Результат вышел неплохим. Теперь у мальчишки были подведены чёрным глаза, а само лицо приобрело некие «взрослые» черты благодаря скульптурированию. — Знаешь, хён, я теперь похож на какую-нибудь знаменитость из нулевых, — усмехается Чон, разглядывая своё лицо в зеркале ванной комнаты. — Но мне так даже нравится. — Ещё бы тебе не нравилось, — хмыкает Сокджин. — Над тобой ведь работали руки мастера, — старший выставляет свои кисти вперёд, посмеиваясь. — Ага, остаётся только надеяться, что нас не тормознут на входе и не попросят его показать паспорт, — возникает в ванной Намджун, смеривая оценивающим взглядом младшего. — Как бы нам вся эта авантюра боком не вышла. — Расслабься, Джун, — хлопает своего друга по плечу Ким, — попробовать стоит. В конце концов, кто не рискует, тот не пьёт шампанское. — Шампанское они пить не будут ни при каких обстоятельствах, — недовольно буркает Намджун и скрывается из ванной. — Расслабься и получай удовольствие, дружище! — кричит ему вслед Джин, возвращая свой взгляд к Чонгуку. — Думаю, пора идти собираться. Что-то я не подумал над тем, как ты будешь с таким марафетом переодеваться, — сдвигает он брови к переносите. — Осторожнее, ладно? А то придётся мне тебя заново малевать. — Ага, — довольно кивает младший, — спасибо, хён! — Спасибо скажешь, когда нам удастся пройти в клуб полным составом, — хмыкает старший. — А пока попридержи коней. Оба парня вышли из ванной и направились по своим комнатам. Настало время выбирать подходящую одежду для клуба. Дома, в Сеуле, они мало беспокоились о таком. Конечно, Чимин и Сокджин как истинные ценители стиля стремились всегда немного приодеться. Но остальные шли в обычной одежде, не заботясь о своём внешнем виде. Однако здесь, на отдыхе, ребятам захотелось выделиться в толпе и надеть лучшие вещи из своего гардероба, которые они прихватили с собой. Выбор Сокджина пал на голубые джинсы с рваными коленками и такую же голубую просторную рубашку с вырезами на плечах. Чимин же решил, наконец, надеть футболку-топ, которая оголяла его поясницу и пупок, если он поднимал руки вверх. Также на Паке были надеты обтягивающие джинсы из чёрного денима и джинсовка. Среди вещей Тэхёна затесалась шёлковая рубашка цвета морской лагуны с рукавами в три четверти. К ней отлично подошли чёрные джинсы с ремнём, подчёркивающим талию. Хосок же выбрал максимально удобную одежду, поскольку планировал как следует оторваться на танцполе. На его плечи легла белая футболка оверсайз с разноцветным принтом. Сильные ноги же были облачены в свободные штаны со множеством карманов и цепью возле ремня. Чонгук решил одеться в минималистичном стиле: чёрная футболка и просторные, не облегающие голубые джинсы. На ногах красовались его любимые кроссовки, которые парни подарили мальчишке на день рождения. А завершала образ лёгкая клетчатая рубашка сверху, которую впоследствии он мог бы снять и повязать себе на пояс в качестве аксессуара. Но меньше всех заморочился Намджун: не отличаясь большой оригинальностью, юноша надел джинсы, а сверху рубашку с коротким рукавом в гавайском стиле, которую купил в местном магазине. Поначалу ребята смеялись над этой его покупкой. Но сейчас им пришлось признать, что Киму она очень даже идёт и хорошо на нём сидит. После долгих сборов все парни, наконец, столпились в коридоре, желая выйти и поскорее отправиться навстречу приключениям. — Ну, не скучай тут, хён, — тепло улыбается Чимин Юнги. — Бьюсь об заклад, он либо завалится спать и проспит до завтрашнего дня, либо сядет за работу, — усмехается Сокджин. — Скорее всего второе, — говорит Намджун. — Чтобы Юнги упустил такую прекрасную возможность поработать — это вряд ли. — У меня есть планы поинтереснее. Не только же вам развлекаться, — хмыкает Мин. — Что за планы, хён? — интересуется Тэ. — Потом всё узнаете. Ну же, идите уже в свой клуб. — Вы только посмотрите, ему не терпится нас выпроводить, — посмеивается Хосок, поправляя свою чёлку. — Веди себя хорошо, хён. Не хулигань здесь, — шутливо приговаривает напоследок Пак. Шумная толпа скрывается за захлопнувшейся дверью, и квартира, наконец, погружается в тишину. Юнги тихонько вздыхает и проходит вглубь кухни. Минуты тишины, проведённые наедине с собой, были ему необходимы. Это одна из причин, почему он решил остаться дома. Первая крылась, конечно же, в том, что он попросту не любил клубы. Гораздо приятнее выпить дома в спокойной обстановке, смакуя не только вкус спиртного, но и одиночество, которое Мин никогда не воспринимал в плохом ключе. В клубах же все будто соревновались в том, кто опрокинет в себя больше шотов. Юноша привык наслаждаться каждым глотком алкоголя, приятно обжигающим горло, более размеренно. Собственно, именно таковыми и были его планы на предстоящий вечер. И сегодняшней его компанией была бутылка местного вина средней выдержки. Несмотря на то, что Юнги больше предпочитал виски, продавец настоятельно порекомендовал ему сделать выбор в пользу именно этого вина. Пришлось поддаться уговорам, ведь в производстве вин Испания — одна из лучших стран. На самом деле Намджун не прогадал со своими мыслями о том, что Мин действительно погрузится в работу. Каждый день у юноши чесались руки написать столько строчек, чтобы уместить в них все свои мысли за последнее время. Останавливало лишь осознание того, что он сейчас на отдыхе, и было бы непростительно забывать об этом факте, ведь когда ещё получится насладиться драгоценными днями отпуска. Да и отдавать предпочтение текстам, забывая при этом ребят, было не в его стиле. Любовь к музыке, несомненно, занимала отдельное место в его сердце, но друзей и проведённое с ними время он ценил не меньше. И сегодня Юнги мог позволить себе достать его излюбленный блокнот, отчасти потрёпанный по краям, и набросать несколько куплетов. Однако перед этим нужно было продегустировать вино и настроиться на работу. Юноша нашёл в одном из ящиков кухонного гарнитура штопор и откупорил им бутылку. В квартире не было бокалов. Видимо, её хозяин не предусмотрел, что какому-либо жильцу, как, например, Юнги, захочется выпить. Поэтому пришлось воспользоваться простым гранёным стаканом. Впрочем, на вкус вина это повлиять никак не должно. Мин наполнил ёмкость наполовину, вдохнул аромат вина и сделал первый глоток. «В меру терпкое и кислое», — пронеслось в голове у юноши. Он подождал несколько секунд, чтобы как следует распробовать вкус, и следом позволил алкоголю обжечь ему горло. Юнги кивнул самому себе, отмечая качество вина. Он сделал несколько глотков, затем поставил стакан на стол и оглянулся вокруг. Мимолётом он заметил, что город уже покрыли сумерки. В голове метнулась мысль о том, что это, наверное, та жизнь, о которой он мечтал. Сидеть в другой стране за своими текстами, пить вино (пускай и из обычного гранёного стакана), гулять каждый божий день вдоль песчаного берега и купаться в прозрачной морской воде. Ради всех этих прелестей и стоит жить. И когда-нибудь Мин сделает всё это своей повседневной рутиной, а не отпуском раз в год в качестве благодарности за упорный труд. Может, он добьётся высот далеко не в ближайшие несколько лет. Но хотя бы свою старость ему хотелось бы провести в знойном городке у моря. Юнги улыбнулся уголком губ и взял в правую руку уже тупой карандаш, желая сделать запись. В голове крутилась одна и та же строчка. И вот, приблизив сточенный грифель к разлинованной поверхности листа, он быстро записал её. Но уже в следующую секунду неожиданный звонок в дверь заставил его легонько дёрнуться. Юноша отложил в сторону карандаш и бросил озадаченный взгляд на дверь. Мин потёр большим и указательным пальцем правой руки переносицу и встал, направляясь к входной двери. На пороге стоял никто иной, как Чонгук. И был он совершенно один. — Ты чего? — старший удивлённо приподнимает брови. Младший в ответ не проронил ни слова. Он лишь проходит внутрь, легонько задевая плечом своего друга. Мин провожает его всё таким же удивлённым взглядом. Он ненадолго застывает на месте, а после, опомнившись, закрывает дверь и следует за мальчишкой. — Ничего сказать не хочешь, Чонгук? — повторяет он свою попытку разузнать причину неожиданного появления Чона. В ответ вновь тишина. Юноша лишь на мгновение задерживает взгляд на старшем, а после скрывается за дверью ванной комнаты. Слышится шум воды. Через несколько минут Чонгук выходит. Под его глазами чёрный круги — вероятно, размазанная подводка. Чёлка же намокла и прилипла ко лбу. — Либо ты не знаешь, что такое мицеллярная вода, либо не нашёл её у Сокджина, — усмехается Юнги, пытаясь разрядить обстановку. — Очень смешно, — Чон закатывает глаза, плюхаясь на диван в гостиной, смежной с кухней. Несколько секунд в воздухе витает тишина, не предвещающая ничего хорошего. Поэтому старший всё-таки решается взять ситуацию в свои руки. — Так и будешь молчать и держать всё в себе? Если нужно выговориться, то сейчас у тебя есть отличная возможность. Так уж и быть, уделю своё драгоценное время на это, — приправляет он всё иронией для меньшей серьезности. Младший смотрит на своего друга уставшим взглядом и следом шумно выдыхает, потирая настрадавшиеся от косметики веки. — Знаешь, хён, сегодня удача явно не на моей стороне, — медленно проговаривает он, — Я не говорил, но родители со вчерашнего дня мне покоя не дают. Мать всё переживает, что я ей вообще не пишу. Обижается и говорит, что забыл про семью и вообще, цитирую, мне «никто не нужен, кроме друзей». — Ты из клуба из-за этого что-ли вернулся? — с недопониманием смотрит на него Мин. — Как раз-таки в клуб я надеялся попасть, чтобы отвлечься от всей этой семейной драмы, — горько усмехается Чон. — А тут даже маскарад Сокджина не помог, всё равно попросили показать паспорт и выставили меня за порог, узнав, что восемнадцать мне исполнится только осенью. Будь прокляты эти законы, — шипит он себе под нос, — как будто я собирался напиться до беспамятства в этом их дурацком клубе. — Теперь всё ясно. Что-то я сразу не подумал о том, что и с макияжем ты всё равно выглядишь слишком юно, — Юнги вглядывается в лицо своего друга, рассматривая размазанную под глазами подводку. — Если хочешь, можем прогуляться вдвоём. Зайдём в какое-нибудь кафе, поедим местной еды. Я угощаю, — добавляет он следом с улыбкой. — Ничего я уже не хочу, — всё также себе под нос буркает Чонгук. — Опять всё идёт под откос. Родители достают меня, будучи даже на расстоянии нескольких тысяч километров. — Да брось ты. Со взрослыми такое бывает. Они беспокоятся о тебе и это нормально. По крайней мере лучше, чем если бы они и вовсе не волновались о собственном сыне. И не звонили годами, — последнюю фразу старший говорит чуть тише, относя её к своим родителями. — Я понимаю, но иногда это выходит за рамки приличного, — до младшего не особо доходит смысл слов его друга. Он слишком озадачен своей проблемой. — Я прилетел сюда, чтобы проводить время с вами. Чтобы отдохнуть, в конце концов, от школы, домашней рутины и всех этих семейных ссор. — Пока ты молод, тебе от этого никуда не скрыться, Чонгук, — спокойно отвечает Юнги. — Даже после твоего совершеннолетия вполне вероятно, что родители будут относится к тебе, как к ребёнку и желать твоего вечного присутствия рядом с ними. — Но мне нужна свобода, хён! — протестующим тоном выпаливает Чон. — Временами из-за такого абсурда мне хотелось убежать куда-нибудь подальше от дома, — он вспоминает свой небольшой побег к Намджуну, тихонько усмехаясь про себя. — Или забыться на какое-то время, лишь бы в голове не звенели родительские нравоучения и крики. В это мгновение юноша поднимает глаза на обеденный стол, за которым несколько минут назад Юнги как ни в чём ни бывало настраивался на работу. Только сейчас Чонгук замечает бутылку вина. — Хочешь? — перехватывает его взгляд Юнги. — Как будто мне можно. Я ведь несовершеннолетний, — кривится Чонгук, пародируя ребят. В ответ Мин молчит. Он и сам не понимает, зачем ляпнул такое. Напоить своего малолетнего друга — не самая лучшая идея. Но а с другой стороны, от одного бокала Чон ведь не опьянеет? Да и если парень так хочется отвлечься от всего навалившегося на него, то почему бы не помочь ему? Поразмыслив над этим ещё пару минут и взвесив все «за» и «против», Юнги также молча берёт бутылку с вином в руки и достаёт второй стакан — уже для своего друга. Он наполняет его на две трети, проделывает то же самое и со своим. На мгновение он задерживает руку в воздухе, прежде чем взять и отнести вино Чону. Но в конце концов Мин преодолевает себя. И вот он уже вновь стоит перед мальчишкой, протягивая тому злополучный стакан. — Ты шутишь, хён? — удивлённо хлопает глазами Чонгук. — Чего застыл, бери давай, — приказывает в ответ старший. — Это какая-то проверка или мне серьёзно можно выпить? — недоверчиво обхватывает стакан пальцами юноша, смотря при этом своему хёну в глаза снизу вверх. — Мы с тобой одни, ребята вернутся не скоро. Здесь некому тебя ругать, так что просто бери и молча пей, пока я не передумал, — закатывает глаза Юнги и садится рядом. Он не спеша делает несколько глотков, будто бы показывая пример своему другу. Не самый лучший, конечно. Младший молча кивает. В следующую секунду он подносит стакан с вином ко рту и делает первый глоток. Алкоголь обжигает горло, отчего юноша слегка морщится с непривычки. Однако кисло-сладкий вкус терпкого вина приходится ему по душе. — Нравится? — с ухмылкой спрашивает Мин. — Не скажу, что я прям в восторге, — мнётся Чонгук, — но вполне неплохо. — «Неплохо», — посмеивается старший. — Да-а, до истинного ценителя алкоголя тебе ещё расти и расти. Хотя, впрочем, оно и к лучшему. Я бы удивился, если с первого раза ты описал все прелести этого вина. Всё-таки пить тебе ещё рановато. Как бы мне потом парни голову не открутили за то, что я тебя тут спаиваю. — Да брось, хён, — машет рукой Чонгук, — не узнают они ничего. Я — могила. И слова не скажу про то, что тут было. Может, мне даже повезло, что меня в клуб не пустили. Тэхён там небось без единого коктейля. А я хоть вином побалуюсь, — усмехается он и делает ещё несколько глотков, допивая содержимое стакана до конца. — Ты бы спать шёл, везунчик, — бросает ему Юнги. — А то сейчас разойдёшься и мне потом тебя унимать. — От одного бокала разве пьянеют? — недоверчиво приподнимает левую бровь младший. — Вполне возможно, что подростки — да. Твой организм ещё всё-таки не совсем окреп для алкоголя. Да и учитывая, что раньше ты никогда не пил, всё может быть. Так что этого с тебя хватит, — Мин выхватывает у младшего из рук пустой стакан и ставит его на стол. — Ты уже, я смотрю, приободрился. — Как скажешь. Я тогда в душ пойду. — Ага. Смотри только не поскользнись и не сверни себе шею там. — Уж постараюсь, хён, — кивает Чонгук и скрывается за дверью в ванную комнату. В скором времени юноша благополучно укладывается в кровать. Не успевает Юнги достать своё сменное бельё и спросить у друга, как он себя чувствует, как тот уже проваливается в сон. И в ответ на вопрос Мина слышится лишь тихое посапывание. «Хорошо хоть, что не храп», — думает он про себя. Старший не стал дожидаться ребят и последовал примеру Чона. И вот уже спустя несколько минут парни беззаботно спали, даже не догадываясь, что наутро их ждал не самый приятный сюрприз.