Мой художник

Питер медленно плелся вверх по лестнице, еле перебирая ногами. В голове стоял белый шум, плечи свело от перенапряжения. Хотелось лечь на кровать и больше не подниматься, но юноша не мог себе такого позволить — впереди домашка и пара часов ночного патруля. Может, даже меньше, ведь Питер не исключал тот факт, что его тело случайно отключится, пока он будет бежать за очередным карманником. Стажировка сегодня закончилась позднее обычного, но Паркера вымотало не это. Весь оставшийся день его преследовали мысли о харизматичном миллиардере, которого Питер мысленно прозвал «сраный Тони Старк», «мужик, который меня бесит» и изредка «наглый-хрен-с-прекрасной-улыбкой-от-которой-подкашиваются-ноги». Но только изредка. Дверь открылась с неприятным скрипом, и юноша вошел в квартиру, сразу чувствуя запах стряпни любимой тетушки. Через минуту пальто уже покоилось на вешалке, кроссовки стояли в положенном месте, а Питер спешил в кухню, чтобы обнять Мэй. Она была для него, как своеобразный источник энергии, где он мог собраться с мыслями, прийти в себя и успокоиться. — Привет, милый, — женщина на мгновение отвлеклась от готовки, целуя подходящего племянника в щеку. — У тебя уставший вид. Случилось чего? Питер ласково ей улыбнулся и оперся локтями о кухонный островок, переводя взгляд на несколько немытых тарелок, что лежали в раковине. Он задумался над ответом. Пожалуй, тете не стоит знать о том, какая «удача» повстречалась ему на жизненном пути. — Тяжелый день выдался. В школе засада, так еще и на стажировке гоняют так, будто я не человек, а машина, — Питер задумчиво хмыкнул, продолжая гипнотизировать столешницу. Он помолчал пару мгновений, после чего перевел взгляд на руки Мэй, которые проделывали незамысловатые операции с кусочками мяса, прежде чем опустить их на раскаленную сковороду. — Но мне хотя бы не нужно стоять у плиты после суточной смены. Давай я тебе помогу. Сильные руки отодвинули женщину в сторону, и юноша занял ее место, продолжая устало улыбаться. Мэй тихонько засмеялась, сочувственно смотря на него, но сопротивляться не стала. Питер все время помогал ей с домашними делами, даже когда был болен или сильно уставал, и не терпел возражений, как бы она ни пыталась его отговорить. — Мы могли бы разделить готовку на двоих, — женщина села на стоящий рядом стул и расслабленно выдохнула. Ноги гудели. — Ты ведь устал. — Но не так, как ты, — юноша зашипел, когда на оголенный участок кожи попали капельки раскаленного масла. — Я быстро закончу, не переживай. Пока поставь на загрузку какой-нибудь фильм, хорошо? — Как скажешь, дорогой. Мэй медленно встала и пошла в свою комнату, чтобы переодеться в домашнюю одежду и взять ноутбук. В этот момент она подумала, что у нее лучший племянник во Вселенной.

***

«Война — это мир» «Свобода — это рабство» «Незнание — сила»* А в самом низу — «мы сами строим нашу реальность». Последние слова он добавил от себя. Четыре фразы, которые прослеживались на рисунке, стоило лишь вглядеться чуть внимательнее. Тони задумчиво почесал подбородок и добавил еще теней, затем сделал взгляд Большого Брата неприятнее, нахмурив его брови. Темный злой лик возвышался над измученным народом, изрекая лозунги Океании. Толпа людей, серая масса, находилась прямо под «верхушкой правительства», поощряя тоталитарный режим. И в отдалении от всех стояла единственная светлая фигура, — Уинстон — которая смотрела на происходящий ужас грустными глазами. Его силуэт чуть расплывался, и какие-то его отголоски становились темными, намекая на конец знаменитой антиутопии. Почему он решил это нарисовать? Он не знал. Наверное, просто хотелось заставить людей читать книги, напомнить им, что значит по-настоящему плохая жизнь, хоть и немного нереалистичная. Что значит подмена истины на ложь, которая в итоге все равно примется за правду. Тони любил эту книгу. Он вообще любил литературу, если она несла в себе какие-то идеи и заставляла думать. Современные авторы редко давали людям повод задуматься о чем-то тяжелом и великом, а классика никогда не устаревала, поэтому Тони читал либо научные пособия, сообщающие ему секреты ядерной физики и биохимии, либо ее. Чаще, конечно, первое, но художественная литература помогала ему на время забыть о делах компании и немного отдохнуть, направив мысли в другое русло. Как, собственно, и рисование. Рядом с рисунком изящными буквами было выведено: «Железный человек». В этот раз он изменил своим любимым красно-золотым тонам, используя черную краску. Тони еще раз оглядел новое творение, кивнул каким-то своим мыслям, закинул оставшиеся баллоны в рюкзак и достал бутылку газированной воды, открывая ее с тихим шипением. Он решил, что это — одна из лучших и мрачнейших его работ. Может потому, что он не изменял себе и продолжал вносить в свое творчество попытки растолкать людей и обратить внимание на проблемы глобального масштаба. Хотя, иногда он малевал просто какие-то эстетичные картинки, которые не несли в себе никакого смысла. Но на самом деле, рисунки всегда были написаны под настроение — хорошее оно, хороший и посыл. Если ему хотелось поскандалить, граффити были провокационные, если задуматься — глубокие, погрустить — печальные. Сейчас он хотел бы вообще не думать, потому что стоило Тони на некоторое время остановиться и начать отдыхать, как в голову лез этот карапуз, Питер Паркер. Парню уже казалось, что это какое-то нездоровое влечение. Но, возможно, ему нужно просто переспать с мальчишкой, и все устаканится. Во всяком случае, Тони искренне на это надеялся, ведь мысли о нем начинали потихоньку сводить с ума. И самое смешное то, что Тони нравилось думать о Питере. Вспоминать его улыбку и большие испуганные глаза, чуть вьющиеся каштановые волосы. Эти мысли окутывали и убаюкивали, делали мужчину более спокойным, но одновременно будоражили и щекотали его нутро, стоило лишь подумать про мальчишеский голос, смешно ворчащий «да идите вы…». Именно это и пугало. То, что он не хочет от Паркера просто секса. Он хочет чего-то, чего у него самого никогда не было. Но парень даже не представляет, как это получить. Почему именно Питер? Он не знал, наоборот, сам задавался этим вопросом. Но воспаленный мозг предпочитал помалкивать в тряпочку, оставляя Тони наедине с его «хочу». Он, должно быть, поступил с Питером грубо и неправильно, но он просто не умел по-другому. Хотел, но не знал, как. Когда тебя окружает власть, и ты можешь заполучить все, что хочешь, твоя настоящая личность скрывается за амплуа «крутого, богатого и дерзкого» человека, что не терпит возражений. Но как бы красив Тони ни был, сколько бы денег ни имел, Питер все равно ему отказал. Почему? Это задевало. Восхищало. Заставляло его думать. Мальчишка не повелся на деньги, показушную крутость и авторитет, не прогнулся. Начал показывать характер, отстаивая свои интересы. И Тони нравилось это просто до умопомрачения. То, как он сопротивлялся, хоть и было видно, что он боится. Его заставило согласиться только упоминание о «второй личности», и Старк безжалостно этим воспользовался, ведя неравный бой. Может, это и было жестоко, но сейчас Тони искренне сожалел, что так поступил. Если Питер не хотел, не стоило заставлять. Так он вряд ли выиграет себе очки в его глазах. Но что-то менять было уже поздно. Тони облажался и надеялся, что юноше понравится вечер, проведенный с ним наедине, поэтому собирался устроить все на наилучшем уровне. Он достал телефон и зашел в сообщения, находя нужного ему адресата, номер которого успел записать уже несколько дней назад, только найдя о нем информацию.

Отправитель Привет, Питер. Это Тони (надеюсь, ты не забыл меня, хах) 23:34 Надень завтра костюм, пожалуйста 23:34 Хочу показать тебе одно место 23:35

Тони вздохнул, убирая телефон обратно. Вряд ли он ответит быстро, у него же школа и всякие супергеройские дела. Может, он вообще не ответит. Но смартфон в кармане завибрировал почти сразу, оповещая о новых сообщениях. Карапуз Добрый вечер 23:37 Наверное, безумно пафосное и дорогое? 23:37

Отправитель Ну, немного 23:37 Но надеюсь, тебе понравится 23:38

Карапуз Тебе бы понравилось идти на «свидание» с тем, кто тебя шантажирует? 23:39

Отправитель Наверное, нет 23:39 Прости, правда, я повел себя глупо 23:39 Мне не следовало так поступать 23:39

Карапуз Ты прав 23:42 Тони выругался и закрыл лицо руками, блокируя телефон. Если этот мальчишка так упрямится, может, просто отпустить его на все четыре стороны? Но вдруг пришло новое оповещение. Карапуз Хорошо, я надену костюм 23:44 Но если ты опять будешь придурком, он тебе не поможет 23:44 Мужчина хищно ухмыльнулся и перечитал сообщение два раза, сжимая средство связи стальной хваткой.

Отправитель Не буду 23:45 А если буду, можешь меня ударить :) 23:46

Карапуз Ловлю на слове :))) 23:48 И не надейся, что я пощажу тебя 23:48

Отправитель Я и не надеюсь 23:48 Я только хочу, чтобы ты не сбежал с криками 23:49

Карапуз Я могу и втихую сбежать) 23:49 А могу и со взрывами 23:49 И С УБИЙСТВАМИ АХАХА 23:49 Если в этот вечер пострадает один гениальный-ученый-миллиардер 23:50 Это не я)))))) 23:50

Отправитель Договорились 23:50 Если вдруг мы окажемся в суде, я признаюсь во всех грехах 23:51 И тебя оправдают 23:51

Карапуз А ты не такой противный, каким кажешься 23:51 Хотя, может, ты просто пытаешься меня задобрить хо 23:52 Так что я все равно тебе не верю!!!!! 23:52 Тони засмеялся, смотря на экран с какой-то странной нежностью, будто в его отражении он видел лицо Питера. Но, на самом деле, там были только буквы.

Отправитель И правильно делаешшшщщщ 23:53 С незнакомыми дядями нужно аккуратно 23:53 И вообще, давай-ка спи, завтра в школу 23:54

Карапуз Аггааа 23:54 Шкооола 23:54 Вот зачем ты напомнил, нормально ж общались 23:55

Отправитель Все несовершеннолетние школьники должны уже быть в кровати 23:55 Так что 23:55 Вали давай 23:55

Карапуз Сам вали 23:56 Тоже мне, папочка нашелся 23:56 Я вЗрОсЛыЙЙ 23:56

Отправитель Ты мне зубы не заговаривай, взрослый он 23:56 Все 23:57 Спокойной ночи, паучок 23:58

Карапуз Спокойной, шантажист-с-красивой-улыбкой 23:59 Глаза мужчины полезли на лоб. Он медленно расплылся в улыбке и сделал победный жест рукой, шепча «есссс».

Отправитель Это был флирт 00:00

Карапуз Не-а 00:00 Я сплююю *спит* 00:00

Отправитель Ну-ну 00:00 Сладких 00:00

Карапуз Сладких 00:01 Тони смотрел на последнее сообщение от Питера и улыбался, как человек, который после месяца диеты съел свой любимый чизбургер. Он понял, что за время переписки его ладони успели вспотеть, а тело слегка подрагивало, но это даже приносило ему странное удовольствие. Мужчина вызвал такси, подождал пару минут, пока машина приедет, и залез туда, закрывая за собой дверь. — Манхэттен, — бросил он, откидываясь на заднем сидении. Завтра будет очень занятный вечер.

***

Питер заблокировал телефон и прижал его к своей груди, пытаясь успокоить сбившееся дыхание. Решение вести себя со Старком на равных явно играло ему на руку, потому что Тони нравилось видеть его настоящим, без каких-либо ужимок или неестественной вежливости. Юноша расслабился, и свободная рука упала с кровати, касаясь пола. Может, все куда лучше, чем ему казалось. Тони, конечно, и вел себя вчера, как мудак, но Паркеру это даже нравилось в какой-то степени. Он чувствовал адреналин. Не такой, как когда он сигает с крыши на крышу, стараясь поймать преступника, нет. Внутри живота начинало что-то щекотать каждый раз, стоило мужчине приблизиться, руки дрожали, в голове бешено стучало. Он будто находился в максимально собранном состоянии, и ему была интересна каждая секунда их взаимодействия, ведь было не понятно, к чему это все ведет. Питеру одновременно нравилось и нет, но больше все-таки нравилось. Парнишка поставил телефон на зарядку и лег на живот, подбивая под себя одеяло. Он медленно выдохнул и закрыл глаза, надеясь заснуть как можно раньше, но как только организм стал погружаться в легкую дрему, Питеру представилось, как крепкие мужские руки обнимают его талию, а хриплый голос шепчет, лаская дыханием ушную раковину: — Спокойной ночи, малыш. Питер вздрогнул и попытался отогнать ненужные мысли. Голос в его голове сильно смахивал на Тони Старка, но он не хотел об этом думать. Еще рано вообще думать о чем-либо, что могло касаться и Питера, и Тони вместе. Вряд ли за их завтрашним свиданием последует что-то еще. Юноша, возможно, и хотел этого, но надеяться не смел. Тони был всемирно известным человеком, звездой, красавчиком, каких поискать, гениальным ученым, который работал не покладая рук. А Питер… Всего лишь Питер. Парнишка, который решил, что может защищать людей от несправедливости. Всего лишь. Как только Старк получит то, что хочет, он окажется по ту сторону баррикад, и они вряд ли когда-нибудь заговорят еще раз. Но Питер не согласен давать что-то, не получая ничего взамен.

***

После школы Питер обычно сразу ехал на стажировку, но сегодня ему пришлось еще забежать домой, чтобы надеть на себя свой лучший костюм. Тони точно потащит его в какое-нибудь дорогущее заведение, где одна чайная ложка будет стоить больше, чем вся квартира, где живут они с Мэй, но юноша уже был почти готов к тому, что ему придется испытывать стыд из-за своего выбивающегося из общей концепции внешнего вида. Но, с другой стороны, какая ему разница? Про него все равно забудут через пару минут, так что волноваться было не о чем. Он только боялся, что запачкает себя чем-нибудь в лаборатории, правда, он всегда ходил в халате, поэтому это тоже было довольно маловероятно. Переодевшись, Питер подушился любимым одеколоном и слегка взъерошил волосы, придавая им чуть небрежный вид. Господи, он изначально не хотел идти на это «свидание», а теперь стоит около зеркала уже хренову тучу лет, будто девушка. Юноша хлопнул себя по лбу, накинул пальто и вышел из квартиры, кладя ключи, телефон и деньги в карман. Должно быть, много вещей ему сегодня не потребуется. Работа в лаборатории шла своим чередом. Никто не спешил, все работали над личными проектами. Питер несколько раз даже помогал коллегам, когда они не могли додуматься до какой-то определенной истины. Его все очень любили, потому что мальчик светился, словно солнышко, и с его появлением всегда становилось как-то более спокойно и радостно. В семь часов закончилась его смена. Юноша повесил халат, помеченный его именем, на крючок, и вышел из помещения последним. Он неспешно направился к разъезжающимся стеклянным дверям, и, оказавшись на улице, огляделся по сторонам, но никого не увидел.  — Кого-то ищете, молодой человек? — Питер услышал позади себя знакомый хриплый голос и обернулся, заглядывая в глаза своему соблазнителю. Тони выглядел великолепно. Черный костюм от Brioni сидел на нем, как влитой, черные лаковые туфли слегка блестели из-за отражающегося от них света фонарей. Он держал в руках пальто, еще не успев его накинуть, и мягко улыбался Питеру. Впервые юноша видел такую его улыбку. — Вот, знаете, жду. Да этот человек все никак прийти не хочет, — тихо ответил парнишка, продолжая бегать любопытным взглядом по мужчине, который стоял напротив. В его глазах плясали черти, Пит это чувствовал. Хотя внешне Старк оставался абсолютно невозмутим. — Ох… Ну, знаете, такой прекрасный молодой человек, как вы, не должен терпеть такое отношение к себе, — Тони опустил взгляд на свои руки, которые сжимали черную ткань верхней одежды. Почувствовав холод, он все же накинул пальто, а вокруг шеи обмотал серый плотный шарф. — Предлагаю вам покончить с этим неуважением и прогуляться со мной. Как вам идея? Питер внимательно следил за каждым движением мужчины. Внутри все затрепетало, когда Тони подошел ближе, возвышаясь над ним, и остановился меньше, чем в половине метра, из-за чего все мысли в голове юноши мгновенно превратились в жидкую кашу. — Думаю, мне придется согласиться на ваше предложение, мистер?.. Улыбка медленно расплылась по лицу Паркера, когда он начал играть в игру, которую затеял мужчина. — Тони Старк. Но для вас — просто Тони, — он подставил Питеру свой локоть, как истинный джентльмен, смотря юноше прямо в глаза. Мальчик хотел было отвести взгляд, но понял, что не может оторваться. Старк точно знал, как затащить жертву в свои сети и удержать ее там. Взглянув на руку мужчины, Питер удивленно приподнял брови, но все-таки взялся длинными пальцами за изгиб локтя, чувствуя под мягкой тканью пальто сильные мышцы. Этот человек явно пристально следил за своей физической формой. — Я — Питер. Питер Паркер, — тихо сказал юноша, начиная идти вслед за Старком к стоянке, которая находилась неподалеку. Юноша пригляделся, начиная понимать, на какой же машине хотел сейчас прокатить его человек, шедший рядом. И все его показушное спокойствие словно волной смыло, когда они подошли совсем близко. — Гребаный Тони Старк! Ты меня в могилу сведешь, я тебе это гарантирую! Рядом послышался низкий смех. Мужчине нравилось наблюдать за реакцией Питера, а еще нравилось это его «гребаный Тони Старк» (он бы хотел слышать это при немного других обстоятельствах, но сейчас не об этом), произнесенное срывающимся голосом, нравился румянец на красивом лице, нравились полные восхищения глаза. Он смог удивить юношу и сейчас гордился этим поступком. — Я что-то сделал не так? Хочешь ехать на такси? — Парень улыбнулся, доставая ключи из кармана пальто. — Издеваешься? — Питер возмущенно приподнял бровь и чуть прикусил губу, когда Тони разблокировал машину. — Это же Bugatti Veyron! Самый мощный и самый быстрый автомобиль в мире, разрешенный к использованию на общественных дорогах… Их всего, блин, не больше трехсот, и один — твой. Жесть. — Что ж, я рад, что тебе нравится, — Тони открыл дверь, кивая в сторону машины. Питер еще раз восторженно взглянул на него и скрылся в темном салоне, сразу разглядывая внутреннее убранство автомобиля. Тони сел на водительское кресло, завел двигатель, и машина плавно тронулась с места. Они выехали со стоянки и начали путь навстречу вечерним огням Нью-Йорка. Тони украдкой поглядывал на Питера, пока тот молча гипнотизировал виды за окном. На юноше был надет темно-синий костюм, ноги украшали потрепанные кеды. Каштановые волосы находились в прекрасном беспорядке, и мальчишка казался свежим, как утренняя роса, и легким, словно дуновение первого летнего ветерка. — Прекрасно выглядишь, паучок, — Тони перевел взгляд на дорогу и не заметил, как сильно покраснел юноша. Он начал нервно теребить рукав своего пальто, пряча смущенную улыбку. — Спасибо. Но не думай, что я старался. Это просто лучшее, что у меня есть, — открыто сказал Питер, абсолютно не стесняясь своего материального положения. Старк знал, с кем связывается, поэтому он просто не имел права отвечать мальчику какими-либо насмешками. — Я был бы рад, даже если бы ты пришел в картофельном мешке. Но на тебе все выглядит так, будто ты только что приехал с последнего показа моды в Милане. Питер почти поперхнулся собственной слюной. Такого он точно не ожидал от Энтони Эдварда Старка «великолепного». Мужчина не хотел, чтобы Питер отстранялся от него, и юноше нравились изменения в его наглом поведении. Обстановка между ними была несколько натянута, и Питер гадал, из-за чего именно: либо потому, что их сексуальное напряжение уже долбило по всем радарам, либо потому, что неловкость со стороны Пита дошла до критической точки. — Эм… Спасибо. Ты тоже выглядишь… Прекрасно, — юноша прочистил горло и потянулся за ремнем безопасности, решив, что стоит все же пристегнуться. Тони заметил это, но промолчал. — Я польщен, — мужчина чуть склонил голову, показывая, что он признателен Питеру за его слова. — Ты когда-нибудь был в Masa**? — Решил потратить на меня кучу денег, чтобы искупить вину? — Юноша ухмыльнулся, складывая руки на груди. Ему очень понравилась машина, на которой Тони за ним приехал, но Питер все еще надеялся, что это — самое дорогое из их сегодняшнего вечера. Что ж, он ошибался. Если Старк пытается купить его внимание, при этом не показывая настоящего себя, ничего не выйдет. Питеру не нужны дорогие рестораны, машины и просторы, ему нужен сам Тони. — Или таким образом показываешь свое превосходство? — Нет, просто мне нравится это место, и я хочу тебе его показать, — Тони, как ни в чем не бывало, пожал плечами и вывернул руль, выезжая на новую улицу. — Да уж, кому не понравится самый дорогой ресторан Нью-Йорка… Питер прикрыл глаза, откидываясь на сидении. Во вчерашней переписке был Тони, а сейчас рядом сидел Мистер Старк. Весь такой важный, собранный, холодно-спокойный, что от его этого образа уже начинало тошнить. Неужели он просто не мог отпустить себя? — Я о том же. Невозмутимая атмосфера и три часа разнообразных кулинарных изысков от шеф-повара делают свое дело, Питер. По спине юноши пробежало много-много мурашек, из-за чего он еле заметно вздрогнул и почувствовал, как внизу живота разлилось тепло. Мужчина всего лишь назвал его по имени, а Паркер уже не помнит, кто он и как тут оказался. — Ага, это чтобы подготовить посетителя к чеку на шестьсот долларов, который его ожидает после. — Если заказать вина, может выйти дороже, — заметил мужчина, останавливая машину на светофоре. Питер закатил глаза, возмущенный тем, что он откровенно выпендривался перед ним своими деньгами. Ходили слухи о том, что отец Тони, Говард Старк, тоже всегда тратил их налево и направо, ни в чем себе не отказывая. Сын его, конечно, мало в чем нуждался, однако довольно много времени в своем детстве проводил с няней или мамой, но никогда с отцом, который только и делал, что зарабатывал. Что ж, видимо, яблоко от яблони недалеко падает. Оставшийся путь до ресторана они провели, разговаривая о работе, науке и о том, как Питеру удалось попасть на стажировку в SI. Тони был слегка удивлен тем, что парень выиграл грант, хотя все еще учился в школе. — Помню, моими любимыми предметами были математика и физика, — мужчина усмехнулся, оглядывая место, куда они только что прибыли. Они уже вышли из машины и направлялись к дверям заведения. — Но саму школу я не любил, предпочитал заниматься самостоятельно. На уроках мне чаще всего было скучно, потому что я знал все, что на них рассказывалось. Потом надоело, я ушел и стал заканчивать экстерном. — Я люблю физику и химию. Просто тащусь. Химия — это вообще всем наукам наука. Если бы не она, я бы не сконструировал свои веб-шутеры. Точнее, паутину для них, — Питер еще никому не рассказывал о примочках, которые придумал для своей геройской деятельности. Теперь хоть кто-то знал его секрет, и от этого осознания становилось гораздо легче. — Это те штуки, которыми ты паутину пускаешь? — Заметил мужчина, открывая высокую красную дверь. Стоило им оказаться внутри, у Питера глаза полезли на лоб: большой зал встретил их мягким желтым светом. Люди, сидящие внутри, тихо разговаривали между собой, и юноша видел, насколько богат каждый из них. Потолок украшал странный огромный светильник: он был похож на перевернутую лестницу, тянущуюся через все помещение. С нее свисали длинные лампочки, и каждая освещала свой столик. — Я слышал, что она безумно прочная. Как тебе удалось? — Э… Да. Ну, паутина же — это сложный белковый полимер. Типа, вязкая жидкость такая, которая довольно быстро застывает. Ну, я остался в классе химии после урока и немного поэкспериментировал… — Ты сделал паутину в школе? Паркер, ты что, гений? — Тони улыбнулся, снимая верхнюю одежду. — Нет, просто изучил некоторую информацию, и вуа-ля. К ним подошла официантка, и даже если она узнала Старка, то виду не подала. Она отвела их к заранее забронированному столику, что стоял в углу зала, где общий гул совсем их не тревожил. Питер повесил свое пальто на вешалку и сел перед своим собеседником, вновь заглядывая в прекрасные глаза. — Питер, тебя в любом вузе с ногами оторвут. Куда, кстати, поступать собираешься? — Тони взял меню, которое протягивала ему девушка, и одарил ее мимолетной улыбкой. — В МИТ конечно. Это мечта всей жизни! Я и на стажировку пошел, чтобы опыта набраться и поступить туда. Тони раскрыл лежащий напротив список блюд, но перед тем, как начать выбирать, оглядел Питера. Его щеки были слегка розовыми от того, что он говорил на волнительную тему, а длинные пальцы осторожно выводили круги на корочке тонкой книжки. — По моим стопам идешь, паучок, — мужчина усмехнулся, изучая уже знакомые ему японские яства. — Не совсем. Ты в моем возрасте уже закончил университет, а я только собрался туда поступать, — юноша пожал плечами, пробегаясь глазами по страницам. Он старался не смотреть на цену изо всех сил, но когда цифры случайно попадались ему на глаза, совсем немного съеживался. — Но ты сейчас гораздо умнее, чем был я, когда туда поступил. Так что я в тебе не сомневаюсь. Наконец сделав заказ, они стали обсуждать современную музыку, кино и вышеупомянутую науку. Питер узнал, что Тони нравятся драмы и исторические фильмы, но он ненавидит ужасы, а любимой его картиной является «Куда приводят мечты» с Робином Уильямсом. Юноша же поведал мужчине о своих музыкальных вкусах, говоря, что рок — это звуки его души, в чем Тони был с ним солидарен. Вечер протекал просто замечательно, но Питеру все еще казалось, что мужчина не показывает ему себя настоящего. Да, он смягчил свое отношение и стал вести себя очень приятно, но сейчас Тони Старк не был Тони Старком. — Будешь саке? — Парень вопросительно взглянул на Питера, приподнимая правую бровь. — Э-э… А что это? — Японская водка. — Что?! Тони, мне же нет двадцати одного… — Юноша вылупил глаза, смотря на Старка так, будто у него вместо головы вырос фикус. — Так плачу-то я, — мужчина пожал плечами, будто бы не понимая, что могло так сильно смутить Питера. — Ну и что. Я никогда не пил ничего крепче вина, поэтому, думаю, не стоит. — А, так хочешь вина? — Да не хочу я вообще ничего алкогольного, отвяжись, — промямлил Питер, прикладывая холодные пальцы к горячим щекам. Тони хрипло засмеялся, мальчишка почувствовал, что ему стало еще жарче, чем было до этого. Этот смех он теперь будет слышать в каждом своем сне, но мужчине не обязательно об этом знать. — А почему сам не выпьешь? — Любопытные ореховые глаза уловили на лице Тони небольшое замешательство, которое тот сразу же попытался отогнать. — Во-первых, я за рулем. А во-вторых, я не пью уже полгода. Он не хотел бы рассказывать Питеру причину, по которой ушел в завязку, но взгляд мальчика был настолько заинтересованным, что он просто не смог промолчать. — У меня были небольшие проблемы с алкоголем. Я мог натворить вещи, которые потом приходилось долго разгребать, поэтому сейчас предпочитаю находиться в здравом уме и трезвой памяти. — Ого… А почему ты вообще начал пить? — Вот оно! Тони Старк начал проглядывать сквозь личину этого бесяче невозмутимого человека! — Я… Ну, молодость порой сносит крышу. Кажется, что ни один подросток не пил сильнее, чем я. Хотя, сейчас такая молодежь пошла, что алкоголь — их верный жизненный спутник. Не думаю, что это хорошо. — Да… Я тоже. Они провели в этом ресторане довольно много времени. Питер попробовал такие изысканные блюда, что сомневался, сможет ли когда-нибудь позабыть их вкус, а Тони наслаждался восторгом на лице юноши, когда им преподносили очередной съестной шедевр. За эти несколько часов они уже успели привыкнуть друг к другу, и мужчина понял, что ему хочется продолжения их встреч. Юноша же смотрел на руки Тони, на его черные мягкие волосы, и думал о том, как же сильно хочет к ним прикоснуться. Диссонанс между тем, как Паркеру хотелось броситься к Старку в объятия, полностью раствориться в нем, и тем, что он не собирался так быстро сдаваться ему, настораживал и даже немного пугал. Напряжение между ними постепенно начало исчезать, но когда они уже прогуливались по ночному городу (Питер видел цену, которую Тони заплатил за их посиделки, и его чуть удар не хватил, но мужчина клятвенно уверил его, что все это — пустяки), телефон Старка начал безостановочно звонить. Он сначала не обращал на это никакого внимания, но когда мелодия начала играть уже в пятый раз, достал сотовый, направляя взгляд на экран. Питер, шедший рядом, не увидел имени звонившего, но понял по лицу Тони, что ему совсем не хотелось говорить с этим человеком. Мужчина извинился перед юношей и ответил на вызов. Лицо тут же стало непроницаемым, и Питеру казалось, будто он смотрел на камень. А ведь ему только-только удалось увидеть, что из себя представляет Тони-без-замашек. Но вот он опять превращается в человека, который порой кажется совсем бездушным. — Я занят. Нет. Если я сказал, что занят, значит, я занят. С чего ты решил, что я хочу этого? Не думаю, что… Ох… Может, позже обсудим? Я… — С каждой секундой Тони закипал все сильнее. Казалось, что сейчас он пойдет и ударит что-нибудь. Или кого-нибудь. А потом взорвет к черту весь Нью-Йорк. К середине разговора мужчина уже почти рычал в трубку, и Питер стал переживать. — Черт, да ты рехнулся? Они же подставят нас при первой возможности! Отец, думай головой, когда соглашаешься на подобное… После этой реплики последовала долгая тишина. Абонент на той стороне провода что-то громко говорил, но Питер не понимал, что. Он лишь видел, как медленно белело лицо Тони. Он казался маленьким мальчиком, которого загнали в угол. Он напуган. Обеспокоен. Хочет, чтобы его обняли. — Я понял, что у тебя самый хреновый сын на свете, пап. Спасибо. Мог бы и не пихать свой член в маму двадцать один год назад, проблем бы было меньше. Парень бросил трубку. А потом и телефон. Он просто с силой швырнул его на асфальт, безжалостно уничтожая экран, по которому тут же расползлась паутина из множества трещин. Юноша осторожно коснулся руки Тони кончиками пальцев, заглядывая в непроницаемое лицо. Но тот отдернул руку, переводя взгляд на свои ботинки. Мужчина еле дышал, его била крупная дрожь. — Убирайся. Мне от тебя только секс нужен, и ты прекрасно об этом знаешь. Я вот, правда, не понимаю, зачем ты согласился пойти со мной, если не собирался давать мне то, чего я хочу. Хотя, наверное, поесть на халяву всем хочется. Проваливай. Эти слова будто ударили Питера с размаху под дых. Он сжал кулаки и отступил на пару шагов, смотря на мужчину с неподдельным разочарованием в глазах, в которых предательски защипало. Тони молчал, продолжая глядеть себе под ноги с нечитаемым выражением лица. — Знаешь что, Тони-сраный-Старк? Я надеялся, что ты не придурок, как я изначально о тебе подумал, но ты именно такой. Когда тебе больно, ты стараешься сделать плохо тем, кто тебя окружает, чтобы чувствовать себя не так одиноко, но ты все еще одинок. Ты отталкиваешь от себя всех, кому ты дорог и кто пытается как-то заботиться о тебе, но делаешь это только из-за боли, которая тебя, блин, переполняет. И ты из кожи вон лез, старался мне понравиться, говорил со мной, выслушивал меня, только ради секса? Да я никогда в это не поверю, слышишь? Ты гонишь меня потому, что ненавидишь себя, но я не собираюсь терпеть это самобичевание, у меня есть гордость. Питер удержал себя от того, чтобы начать тыкать пальцем Старку в грудь, и развернулся, злобно пыхтя. Он не собирался прощаться с ним и вообще что-либо ему говорить, потому что Тони совсем уж охренел. Да, ему плохо, но это не дает ему права вести себя, как скотина, с окружающими его людьми. Юноша подошел к дороге и вытянул руку, чтобы поймать такси, которого, как назло, поблизости не оказалось. Он ускорил шаг, но резко остановился, почти падая под колеса проезжающему автомобилю, когда услышал громкое «стой». — Прости! Я… — Тони догнал его, хватая за плечо и разворачивая к себе лицом. — Правда, прости. Я не хотел. Ты… Ты прав. Каждое твое слово — истина. Дай мне еще шанс, Питер. Пожалуйста. Тони выглядел, как бродячий пес, изголодавшийся по ласке, и Питер понял это только сейчас. Он отчаянно смотрел на юношу большими шоколадными глазами, в которых читалась такая боль, от которой у него перехватывало дыхание. Тони Старк нуждался в нем. — Следующая неделя, воскресенье. Шесть вечера. Буду ждать тебя у входа в Центральный парк. В этот раз программу устраиваю я, — Питер говорил решительно, но довольно тихо, потому что весь его организм сконцентрировался в той точке, где Тони его касался. Сердце стучало, как бешеное, и юноша не понимал, что он творит, но пути назад уже не было. Вдруг к ним подъехало такси, и Тони убрал руку с его плеча, смотря в глаза мальчишки взглядом, в котором плескалось облегчение и благодарность. Питер сделал шаг навстречу мужчине, становясь вплотную к его теплому телу, и поднялся на носочки, чтобы медленно прошептать ему на ухо, касаясь тыльной стороны его ладони своими пальцами: — И не опаздывай. Тони резко выдохнул от того, как внезапно опустело в его голове, и опомнился только тогда, когда Питер уже сидел в машине, пристегивая ремень безопасности. — Я обещаю, — сказал мужчина, чуть склонившись к юноше и опираясь рукой на желтую дверь. Он смотрел ему в глаза еще пару секунд, а потом отстранился и захлопнул автомобиль, отходя на пару шагов в сторону. Тони смотрел вслед уезжающему такси и не верил в то, что только что произошло. Его броня дала слабину.