Царство дракона

      В утреннем тумане пыльного цвета глицинии таяло белое солнце, только-только начавшее свой путь из-за горизонта. Прохлада стелилась вместе с инеем по травянистым лугам, разделявшим хвойные мрачные леса. Воздух наполнялся не только влагой, парами эфирных масел, выделяемыми растениями, и запахом речных бурных вод, но и живо насыщался трелями ранних зверей.       Войску Кассиэля без победы пришлось отступить на Север, к границам своего маленького королевства Эандил, чтобы не потерять ещё больше солдат. Он так и не смог победить Гелиодора. Но это не так сильно коробило эльфа. Больше всего выедало его изнутри то, что какой-то белый дракон явился в разгар сражения отобрал у него меч. Не просто меч, а наследие его предков по отцу меч — Энцелад, выкованный из редчайшего вида драконьей стали — фениксерия.       Оружие должно было перейти по наследству и старшинству его старшему свободному брату или же сестре, но так вышло, что первый пал в бою с драконом, а сестра не оказалась любимицей императора — их отца. Но это касалось лишь его хранения. Меч сам выбирал, кто будет им владеть в бою.       Ещё совсем юному Кассиэлю дали возможность взять в руки меч, который его выбрал и, по легендам, обладал душой. Но чьей? Этого никто не знал. Да и голосов он ничьих не слышал — только мелодичное пение магической стали в пылу кровавых сражений, словно Энцелад сам упивался кровью врагов. Если там и покоилась чья-то душа, она явно принадлежала кому-то крайне озлобленному.       — Что случилось? — Энорена искренне волновало состояние короля.       Кассиэль чуть оскалился и нахмурил брови, разворачивая рыжую лошадь на восток.       — Мне нужен мой меч.       — Подумаешь. Новый тебе сделаем.       — Дурак, что ли? — тон Кассиэля звучал пренебрежительно и раздражённо, хотя он старался держаться, чтобы не закричать в гневе на Энорена. Злость рвала эльфа изнутри, но, скрипя зубами, он всё же поумерил свой пыл: — Этот меч — магическая реликвия и очень сильное оружие. Ты это знаешь без меня.       Энорен прищурился. Его рубиновые глаза, виднеющиеся из-под густых белых ресниц, внимательно наблюдали за жестами и эмоциями Кассиэля.       — Ящер улетел на восток.       — Да я видел вообще-то.       — Мы можем сначала вернуться в замок, собрать отряд и отправить их на поиски.       — Херня! – прыснул Кассиэль. — Больше времени потеряем. Эта тварь и так уже могла двинуться дальше.       — Хальба ранена. — Энорен поправил рукой выбившуюся прядь длинных белых волос, глядя отстранённо и мрачно вдаль. Кассиэль нервно вздрогнул от этих слов: грифоншу подбило несколькими стрелами. Не смертельно, но всё же неприятно. — На лошади поедешь? — вопрос Энорена источал сомнение, от которого гнев внутри Кассиэля начинал бурлить ещё пуще обычного.       — Я и на коне догоню эту тварь! — Кассиэль погнал своего рыжего коня в Восточный лес, где мог прятаться, как ему казалось, этот белый дракон.       — Лошади и так дорогие — не угробьте, ваше величество, — подметил Энорен, напоминая Кассиэлю, что лошади на Обероне животное редкое и уникальное, в отличие от ездовых ящеров. Но Кассиэль только хмыкнул.       — И так дохрена полегло.       Путь предстоял неблизкий. Усугубляли положение крутые склоны и холмы, полноводные бурные реки, берущие своё начало с высоких горных вершин, густо поросшие тропы и острые камни, затруднявшие ход коню. Кассиэль даже пожалел, что не отдал предпочтение стремительному и ловкому ящеру.       Лес вокруг сгущался. Шум ветра не проникал внутрь густых зарослей. Лишь изредка Кассиэль улавливал своим тонким слухом скрип крон могучих секвой, раскинувшихся в глубокой низине между старых, осевших гор. Привлекали внимание с ветки на ветку прыгавшие чёрно-красные вениалы: ящеры с крыльеподобными передними лапами и длинными хвостами, на кончиках которых красовалась кисточки из белых перьев. Благодаря своим длинным когтям эти животные могли отлично перемещаться по деревьям, хотя и летать они не могли — только планировать.       В одного вениала, сидящего на ветке и внимательно следившего за Кассиэлем и его конём, эльф бросил кинжал, который с глухим звуком воткнулся в вековую кору толстого ствола секвойи: зверёныш успел забраться наверх.       Кассиэлю оставалось только вынуть кинжал и продолжить свой путь, надеясь на то, что ему не встретится здесь какой зверь покрупнее. И злее. Но пока по пути повстречался только коренастый бронированный панфугар , который не обратил на эльфа никакого внимания, продолжая пощипывать низкорослые папоротники в подлеске, раскачивая чем-то вроде булавы на конце хвоста.       Затем пробежала стайка из десятка цилэйсисов : пернатые ящеры с длинными хвостами и узкими мордами, бегающие на задних ногах, высотой примерно по пояс. Зная о том, что их мясо приятно на вкус, Кассиэль чуть было не предался охоте, словно увлечённый резкими движениями хищник, который по зову инстинкта броситься за ними. Но меч был важнее. Важнее даже подступившего голода. То немногое, что имелось с собой хотелось приберечь: тот же хлеб в сумке можно будет использовать как приманку для зверя. Неизвестно, насколько затянутся поиски дракона и меча. Без Энцелада возвращаться замок он не собирался.       В желудке неприятно посасывало. Кассиэль внимательно вглядывался в подлесок, надеясь заметить ягодные кустарники или опавшие шишки секвой. Но единственный побег, в котором точно было полно питательных семян, уволок мелкий зверь, сливавшийся с зарослями папоротника. Эльф выругался себе под нос, таща под уздцы за собой уставшую лошадь.       Кассиэль уже отчаялся, безнадёжно всматривался в далёкие кроны деревьев, в которых кто-то летал и прыгал, сопровождая всё это певчими возгласами. Но не более того. И только пройдя ещё пару сотен метров по извитым тропам Кассиэль увидел следы дракона. По их размерам он прикинул, что они могут принадлежать именно тому, которого эльф искал, хотя он мог и ошибаться. Терять было нечего, и Кассиэль пошёл по отпечаткам когтистых лап и следу хвоста, который дракон волочил по земле в ходе своей пешей прогулки по глухому лесу.       Ящер был самонадеян: он совершенно не пытался скрыться от кого бы то ни было. На поваленных деревьях Кассиэль подмечал следы когтей. Местами тварь не церемонилась и шла сквозь бурелом, ломая его небрежной поступью лап. Кассиэлю уже начало казаться, что он почуял запах дракона: магический, металлический и резкий, смешивавшийся со специфическим, но довольно приятным ароматом чешуи, напоминавшим мокрый известняк или сырой погреб.       Но след оборвался также резко, как и появился. Не было даже намёка на то, что дракон взлетел. Кассиэль растерянно смотрел по сторонам, ища взглядом хоть какую-то зацепку, куда ему дальше двигаться. А темнота вокруг сгущалась, чернея с одной стороны леса между толстых стволов секвой и елей. Кассиэль выругался, стукнув ствол сухой сосны, да так, что с него посыпалась старая шуршащая кора.       Лошадь устала. Отказывалась идти, как бы Кассиэль не тянул за собой повод, не толкал ту в бок, она упорно стояла на своем, приподняв заднюю ногу так, чтобы копыто касалось земли лишь кончиком, а голову опустила вниз, прижимая уши. Животное хотело вздремнуть хоть немного после такой долгой извитой дороги. Кассиэль не мог оставить скакуна одного в дремучем лесу, который кишел хищными ящерами самого разного размера: каике-то могли стаей наброситься и разорвать на куски, а какие-то, внешне напоминавшие драконов, заглотили бы коня не жуя.       Глядя на измождённое походом животное, Кассиэль решил устроить привал недалеко от бурелома, там же собрав хворост для костра. Сумерки сгущались где-то над кронами, а лес уже охватили глубокие тени, в которых мог поджидать кто угодно.       Треск. Кассиэль, до этого момента, уже лежавший спиной к костру на кучке хвойных веток, вздрогнул и вскочил, готовый всадить кинжал в любого, кто осмелится приблизиться. Но ничего.       Какое-то время эльф старательно боролся с голодом, желая приберечь скромные припасы еды, но в желудке слишком неприятно посасывало. Чуткое ночное зрение позволило найти пару горстей зимних ягод, которые тут же направились в рот.       Снова треск.       Кассиэль был на взводе. Но в этот раз шум послышался значительно дальше, и совсем не звучал как шаги дикого зверя. Конь при этом казался расслабленным и спокойным: это могло значить то, что поблизости сновал не грозный хищник, а кто-то, чей запах более-менее знаком животному. Человек или эльф? Кассиэль нахмурился. Не убирая кинжала, он двинулся вслед за источником звуков, которые то и дело мелькали в ночной глуши леса. То скрип веток, то шелест листьев папоротника, то лёгкие шаги, совсем не похожие на поступь крепкого война.       Шорох. Совсем близко.       Для чуткого слуха Кассиэля это звучало как шелест куста прямо под ухом, на который он бросился как раззадоренный кот за мышью, которую услышал в интригующей близости.       Во тьме блеснуло золото длинных вьющихся волос. Их сияние растворилось так же быстро, как и возникло между теней во мраке густой холодной ночи. Быстрее таял только свет молнии в грозовом небе. Но звук стал чётким. Грациозной ланью некто мчался через густой кустарниковый подлесок. Шаги были лёгкими, едва звучными, но дыхание немного сбивалось.       Это женщина. Что она тут делает? В такой глуши. В округе не было поселений. Кассиэль рванул за ней.       Снова лунным светом пряди мелькнули вдали и снова затерялись. Кассиэль стиснул зубы от злости и ускорился настолько, насколько это было возможно при наличии на нём эльфийской брони, напоминавшей гладкую кольчугу, спрятанной под туникой, перевязанной кожаным поясом.       Она совсем близко. Он слышал её дыхание. Биение сердца и исходивший от кожи, одежды и волос аромат лаванды и тимьяна. Ещё чуть-чуть и рукой он схватит эту беглянку за длинные роскошные волосы цвета лунного золота. Ещё немного.       Всё перед глазами закружилось. Удар об землю. Боль в рёбрах. Перед носом всё зарябило. Кассиэль споткнулся об обнажённый древесный корень. Эльф уже был готов в ярости ударить кулаком по холодной земле, не желая мириться с мыслью, что беглянка оторвалась, но по звуку он понял, что незнакомка притормозила, тяжело дыша и уже неловким шагом удалялась дальше по тропе: видимо, решила дать себе передышку, пока он развалился на земле, скалясь от боли и злости.       — Стой же! – Кассиэль поднялся с земли и резво рванул вперёд. Он не желал упускать свою добычу. Вот! Он схватил! Её узкое предплечье легло в его ладонь, и он сильно сжал руку, а после резко дёрнул на себя. Её тело легко поддалось, даже слишком легко, из-за чего она буквально врезалась спиной в грудь эльфа. Но Кассиэль не растерялся. Второй рукой он обхватил её за талию и прижал к себе. Незнакомка рьяно пыталась вырваться, но сил бороться с более крепким и рослым эльфом ей не хватало и, видимо, осознав это, она немного обмякла. Кассиэль тоже ослабил хватку.       — Ты кто такая?       Молчала и тяжело дышала, но не отвечала. Кассиэль недовольно нахмурился, а затем оттолкнул женщину от себя, что та врезалась в толстый ствол секвойи. Свет луны, с трудом проникающий в лес сквозь густые кроны, робко коснулся лица незнакомки. Не женщина. Девушка. Совсем юная девица смотрела на эльфа дерзко и бесстрашно, хмуря светлые брови. Белую кожу украшала россыпь веснушек, а глаза горели живым бирюзовым огнём. Волнистые, почти кудрявые, волосы немного истрепались в погоне и блестели как множество золотых нитей, небрежно обрамлявших благородное лицо, источавшее смелость и резкость, и густыми локонами ниспадали на приподнятые плечи.       Точно загнанный в угол зверь, она явно готова была броситься на эльфа в любой удобный момент. Но что она могла ему сделать? Её отчаяние заставило Кассиэля ухмыльнуться.       — Ого! Надо же! И что же ты делаешь тут одна в лесу?       Девушка нахмурилась сильнее. Между бровей на коже возникла маленькая складка.       — А ты?       Ответ немного удивил Кассиэля, и он не сразу нашёлся с ответом, но потом всё же с максимально важным видом сказал:       — Я ищу свою вещь.       — Поэтому погнался за мной? Я, что ли, твоя вещь? — процедила девушка, упираясь спиной в шершавый ствол секвойи.       Кассиэль хотел было разразиться смехом, но тут же смерил вместо этого незнакомку взглядом. Платье поношенное, местами порвавшееся, но под ним, судя по контурам, явно скрывалась прекрасная фигура. Маняще вздымалась грудь, а блики на влажной коже подчёркивали красивые ключицы девушки. Заметив странный взгляд эльфа, та сразу огрызнулась:       — Только пальцем меня тронь, чудовище!       — А что ты мне сделаешь? — Кассиэль знал, что сделал бы с ней всё, что только пожелал бы, стоило ему только этого захотеть. Но он не собирался так горячиться, поэтому непринуждённо продолжил: — Просто ты довольно симпатичная, а бегаешь тут в темноте одна. Ладно ты меня встретила, а будь это кто другой? Что тогда?       — Я бы вырвала ему глаза и отрезала член его же ножом, — резко ответила девушка.       Кассиэль изумлённо выгнул брови, поражаясь кровожадности этой красотки.       — А ты хорошо говоришь по-эльфийски. Кто научил?       — Какая разница?       Эльф насторожился. Простая крестьянка вряд ли могла так хорошо знать язык эльфов. Да и не выглядела эта странная леди как обычная рабыня, всю жизнь пахавшая землю или натиравшая пол в имении хозяина.       — Успокойся. Я ничего не сделаю. Хотел бы, ты бы уже лежала подо мной голая и орала как резаная. Как тебя зовут?       Лицо девушки и её поза немного расслабились.       — Офелия.       — Я Кассиэль, — представился он. — Ты случайно не видела тут белого дракона. Поможешь мне его найти, я дам тебе золота.       Девушка оценочно оглядела молодого эльфа, который хоть и был весь в грязи из-за множества падений, но всё же одет был богато. Она это приметила и сказала:       — Ну да, ты не нищий. Может, правда, есть золото. Но мне не только это надо.       Эльф уже приготовился к торгам: неужели, эта девка что-то да видела? Меч был уже почти у него в руках!       — Мне нужна крыша над головой и защита. Если ты поклянёшься в том, что предоставишь мне всё это, то я помогу тебе вернуть твой меч.       Уверенность Офелии поражала Кассиэля. Её слова звучали даже немного абсурдно, но он снова сверил её, такую статную, стройную, высокую, да ещё и красивую взглядом и подумал, что от такой служанки, а может и любовницы, его кошелёк не опустеет.       — Клянусь светом своего сердца и всей династии моего отца перед Великим Фениксом! — торжественно проговорил Кассиэль, положив руку на сердце. Офелия хитро улыбнулась. Что же она задумала? Рукой она поманила его за собой.       Офелия привела Кассиэля к сухостою и бурелому, раскинувшемуся у берега освещённого полной луной озера. Высокая густая трава не давала так просто пройти вперёд, но деваться было некуда. Офелия остановила Кассиэля, после чего нырнула за груду поваленных, посеревших от старости, стволов сосен, из-за чего она оказалась в несколько пикантной позе. Округлости определённого её места мгновенно привлекли внимания эльфа. Всё-таки девчонка хороша. Даже если эта Офелия не поможет ему найти меч, то был смысл оставить её близь себя, чтобы хотя бы она скрашивала его военные и королевские будни.       — Это искал? — звонкий голос девушки привёл эльфа в чувства. Она держала в руках его меч! Его Энцелад! Правда, завёрнутый в какое-то тряпьё. Глаза Кассиэля вспыхнули от восторга, и он уже потянул руки к своему драгоценному клинку, но девушка лукаво завела меч себе за спину, приговаривая:       — Ишь какой! Обмануть меня ещё не решил?       — Нет! — Кассиэль возмутился: его слово дорогого стоит — тем более клятва! — Ты пойдёшь обратно со мной.       Офелия довольно улыбнулась, а потом поглядела на меч, достав его на одну треть из ткани, что взбудоражило Кассиэля: как легко и небрежно она это делала, как неаккуратно держала рукоять — это драгоценная реликвия, а она с ним как с обычным мечом! Хотелось поскорее вырвать клинок из её неумелых рук. Но лезвие, стоило Офелии окинуть его взглядом, блеснуло синим огнём и одарило её своим звоном.       — Что? — только и смог удивлённо протянуть Кассиэль.       — Что? — повторила Офелия, резко всунув меч обратно в свёрток из ткани и бросив его Кассиэлю.       Он, оставаясь поглощённым изумлением, всё равно ловко схватил меч и, не сводя взгляд с девушки, которая присела отдохнуть на бревно, достал меч и убрал их в ножны, привязанные к поясу.       — Да ничего… Странно это. Энцелад чужих не любит...       — А может я нечужая? Глупый эльф!       Кассиэль недовольно ощетинился и чуть оскалился, демонстрируя типичные для эльфов клыки. Как она смеет так разговаривать с принцем империи и новым королём здешних земель?       Но эта девушка точно должна пойти с ним. А на месте он уже узнает, как она нашла этот меч, и что с драконом, который его сюда принёс.                                                                         ✦•······················•✦•······················•✦       — Ого! Лошадь! — Офелия бесстрашно приблизилась к скакуну Кассиэля, который лениво обнюхал новую знакомую. Та энергично погладила ему нос. — Ты и правда богатый, раз можешь себе коня позволить.       Кассиэль гордо улыбнулся.       — Поедешь?       — А можно?       — Конечно.       Офелия всунула ступню в железное стремя, обеими руками схватилась за седло и попыталась забраться, но только после того, как Кассиэль подтолкнул, ей удалось забраться и перекинуть вторую ногу на другую сторону. Юбка явно мешалась. Но разозлило девушку не это:       — Тебе лишь бы облапать девушку?       Кассиэль насупился: он действительно хотел помочь, а то, что он потрогал упругие ягодицы девушки, спрятанные под замызганной юбкой, было чистой случайностью.       — Думай, как хочешь, — эльф взял лошадь под уздцы и повёл в обратном направлении.       После того, как они прошли несколько десятков метров в полной тишине, окружённые тенями леса и густотой ночи, Офелия решила прервать тишину.       — У моего отца тоже есть лошади.       — Правда? — Кассиэль искренне удивился: если девчонка не врала, то она тоже из богатой семьи. Но сходу верить каждому её слову он не стал. — И что за лошади? Сколько голов?       Офелия задумалась, звучно хмыкнув прежде, чем ответить.       — Наверно, сто голов в личном пользовании. Гнедые с золотой гривой все!       — Немало! И поди красивые.       — Да. Коровы ещё есть.       Кассиэль невольно ловил себя на мысли, что Офелия над ним подтрунивает: коровы хоть и встречались у зажиточных крестьян и у богатых землевладельцев, но тоже являлись признаком какого-никакого богатства.       — А коров сколько?       — Не знаю! Но ещё больше, чем лошадей. Все разных цветов и большие. Молока много дают.       — Твой отец большой человек. Определённо очень богатый.       Офелия не стала ничего отвечать, но украдкой взглянув на девушку из-за плеча, Кассиэль заметил, как её охватила печаль.       — Раз он такой богатый, то и тебя обеспечивал хорошо. И мужа бы точно нашёл тебе богатого. Чего сбежала?       — Вот именно, что нашёл! — Офелия цокнула, лошадь, словно подтвердила её слова, храпнула в ответ.       Кассиэль, подтягивая за собой неохотно шагающего вперёд коня, уточнил:       — Что же, не понравился жених?       — Ещё спрашиваешь! Отвратительный! Вот и сбежала.       — А откуда?       — Не скажу! А то ещё продашь меня туда обратно, — голос девушки звучал сердито и насторожено: явно, что она не особо-то и доверяла эльфу, хотя и говорила с ним достаточно откровенно. — Но скажу так: издалека. Далеко от противоположного берега Элданхан.       — Сама пешком шла? Все ноги поди стёрла.       — А то! И голодна — просто ужас. У тебя же есть еда там, куда мы идём? — Офелия склонилась ближе к шее лошади, чтобы приблизиться к идущему чуть впереди Кассиэлю. Он обернулся и встретился с её немного поблёскивающими в темноте глазами. В груди что-то странно ёкнуло. Несмотря на тьму вокруг, эльф довольно хорошо мог видеть её лицо и этот взгляд. Взгляд, пробирающий до глубины души, закрадывающийся внутрь и нарушающий покой.       — Есть хлеб с собой. Будешь? — только и смог протянуть он.       — Буду!       — Поищи в седельных сумках.       Не говоря ни слова, Офелия стала крутиться, ловко разворачивая корпус, чтобы дотянуться до сумок и их содержимого. «Довольно гибкая» — подметил Кассиэль.       Уже совсем скоро Офелия захрустела немного подсохшей булкой. Он смирился с мыслью, что голодная девушка всё съест, что он так старательно берёг, а ему придётся терпеть до того, пока они не нагонят войско или же вообще не вернутся в их крепость. Но, вдруг, он ощутил, как кто-то тычет его в плечо. Обернувшись, Кассиэль увидел, что Офелия суёт ему половинку от буханки.       — Ты же тоже голоден, да?       Кассиэль кивнул и молча взял еду. Он был очень голоден.       — Как так вышло, что меч твой оказался у дракона? — вдруг, спросила Офелия. Что-то в глазах Кассиэля хищно блеснуло: эта девушка точно знала, что меч был у дракона, а значит, что она точно видела ящера. И догадывалась, зачем эльф его искал.       — Во время сражения утащил. Сволочь. Заставил меня побегать. А ты как с ним столкнулась? Он на тебя не нападал, как я понимаю? — то, что Офелия встретилась с драконом в лесу и осталась целой, удивляло Кассиэя, но он без упрёка и подозрений решил разузнать все подробности. Девушка охотно рассказала, качаясь в седле в такт шагам коня:       — Я шла вдоль берега озера, и слышу — крылья! Поняла сразу, что дело плохо. Спряталась в камышах и увидела его, белого дракона! Не знала, что белые бывают. Он что-то ел, а потом взял твой меч, поковырял им в зубах и выбросил в озеро!       Кассиэль скривился от злости: да как эта тварь посмела так обращаться с Энцеладом!       — Ну, а потом он улетел куда-то на запад. Меч выбросил на мелководье. Я легко отыскала его, он ярко светился. Достала. Решила спрятать… Мало ли, кто бы меня с ним нашёл! Вещь явно дорогая, а в фехтовании я не смыслю.       Звучало довольно убедительно.       — Тебе очень повезло, что дракон не напал на тебя. Уверен, он знал, что ты поблизости.       — Я пряталась против ветра и засела там, где тины было больше всего, чтобы она мой запах наверняка перебила! Не учуял бы.       «Умная девка».       — Офелия, сколько тебе лет? — искренне полюбопытствовал Кассиэль.       — Мне восемнадцать.       — Ты правда взрослая. Твой отец был прав: пора замуж.       Офелия так насупилась и ощетинилась, что Кассиэль мог услышать её шипение и участившееся дыхание.       — А сам-то? Жена есть? И сколько тебе лет?       Кассиэль рассмеялся с сердитой интонации девушки, которая резво пропалила вопросы один за другим, если бы он не начал ей сразу отвечать, то она бы придумала что-нибудь ещё.       — Мне двадцать четыре года. Жены нет. Должна была быть, но всё сложилось иначе.       — Нашла посимпатичнее и побогаче?       Теперь уже Кассиэль ощетинился и бросил колкий взгляд из-за плеча на девушку. Именно в этот момент из-за деревьев пробилось больше всего лунных лучей, и он смог чётко увидеть её благородное красивое лицо, выражающее эмоцию ёрничества. Вот-вот, и эта нахалка показала бы его величеству язык — да как она посмела! Она правда сделала это! Кассиэль весь сжался от злости и стиснул крепко зубы. А Офелию явно забавляло это представление.       — Я, вообще-то, сын императора Аарона Андрагона, повелителя всего Феандила и половины Анелрила! Кассиэль Андрагон, принц Тэантилский! Король Ангардана! — Кассиэль остановился и повернулся к девушке, которую его пылкая речь рассмешила ещё больше.       — А! Так это Принц-изменник? — глаза Офелии вспыхнули чем-то лукавым, острым и опасным. Также горели глаза лисицы, которая смогла перехитрить охотника. Кассиэль закипал. Он был тем надуренным ловцом на пушного зверя.       — Вздёрну тебя, когда вернёмся в Ангардан.       — Ты мне клятву дал.       Эльф прыснул. Девушка была права. Он на роду поклялся дать ей кров и защиту.       — Тогда не зли меня. А то вместо своей комнаты у тебя будет своя камера в подземелье или башне, — он повёл лошадь дальше.       — Хочу в башне, мой король!       — Будет тебе башня.       Офелия гордо и важно хмыкнула, высоко задрав нос. Да так, будто это она здесь была королевой, а не Кассиэль королём.