В Стране Чудес

      «— Не хочешь ли торта? — любезно предложил Заяц.       Алиса оглядела весь стол, но там ничего не было, кроме чайников и чайной посуды.       — Какого торта? Что-то я его не вижу, — сказала она.       — Его тут и нет, — подтвердил Заяц.» — «Алиса в стране чудес» Льюис Кэрролл, перевод Бориса Заходера.

      Осаму шел по тропке, все пытаясь понять, что это: сон или реальность. Лес, полностью сухой, не был похож на выдумку, однако, существа, идущие впереди, доказывали ровно противоположное. Солнце садилось. В лесу и так было почти не видно солнечных лучей, так теперь и вовсе было темно, хоть глаз выколи. Юноша неосознанно ускорился, стараясь не отставать.       На первый взгляд, вокруг не было ни единой души, кроме них. Но прислушавшись, можно было услышать постоянный шорох, источник которого невозможно было определить. Постепенно, юношу все больше угнетали эти звуки. До сих пор его никто не преследовал. Заяц и Мышь шли, не оборачиваясь и не разговаривая. Иногда они оглядывались, будто проверяя, идет кто за ними или нет. Но разве они могли увидеть?       Ступни юноши с каждым шагом все больше истаптывались, принося боль и оставляя кровавые следы на высохшей земле. С каждой минутой шорох все больше приводил в ужас.       — Так… И кто этот ваш Шляпник? — Не то, чтобы юноше это было интересно, ему просто не хотелось сойти с ума. — Я могу лишь сказать, что, судя по прозвищу, он шьет шляпы?       — Да, — Мышь поравнялась с Дазаем. — Он, в каком-то смысле, наш лидер. Правда, довольно-таки вспыльчивый. Стоит ему снять шляпу, как он может начать вести себя… странно.       Изуми замолчала на некоторое время. Юноша задумчиво смотрел в спину Зайца, стараясь отвлечься от боли в ногах и мерзкого предчувствия.       — Например?       — Ну, однажды, он начал петь колыбельные, во время… — Мышь прервалась, думая, стоит ли рассказывать Алисе о подробностях того случая или нет. — …пиршества.       — Если напиться, то и не такое петь будешь, разве нет? — Уточнил Осаму.       — Ты права, — Изуми вздохнула, отмахиваясь от неприятных воспоминаний. — Он действительно тогда напился.       Мартовский Заяц резко остановился. Мышь прикрыла рот Осаму своей ладонью, тот нахмурился, но, услышав мерзкие чавкающие звуки, застыл. Впереди была развилка. Вбок уходила тропка, прикрытая поваленным деревом. Именно оттуда и доносились звуки. Если пойти прямо, мимо поворота, то дальше будет видна тропинка с указателем: «Безумный Шляпник». Дазай убрал ладонь девочки со своего лица и пригнулся, Заяц и Мышь вместе с ним. Они подползли ближе к дереву. Звуки слышались все отчетливее, а вместе с тем и рычание. Юноша осмелился поднять голову над деревом. Его сердце пропустило удар. Над чьим-то телом, склонился огромный зверь, похожий на помесь медведя и кота. Он, как будто бы нехотя, перегрыз существу глотку и теперь держал его в зубах.       — Это Брандашмыг, — шепнула Изуми. — Бедный зверь.       Осаму покосился на девочку. Та нахмурилась.       — Боже, ты же не думаешь, что он делает это по своей воле? Брандашмыг всего лишь еще одна жертва.       Изуми пригнулась сильнее, когда зверь начал принюхиваться. Из его рта стекала все еще горячая кровь, пустые глаза, когда-то живого существа, смотрели с безразличием прямо на Осаму. Заяц кивнул в сторону нужной им дороги. Стоило им отползти в нужную сторону, как юноша, наступив на камень, неожиданно для себя, простонал от боли, расцарапав ступни еще сильнее. Заяц с Мышью резко оглянулись. Повисла тишина, длящаяся невыносимо долго, после послышался удар тела о землю, а вскоре над головой Осаму послышался утробный рык.       Юноша почти не дышал, застыв. Он смотрел прямо на ребят, что в ужасе распахнули глаза. Он попытался двинуться дальше, но что-то его задержало. Дазай не сразу понял, что произошло, но, повернув голову, обнаружил, что в его предплечье резко вцепился зверь, с жутким хрустом сцепив зубы на добыче. Боль пронзила его руку, но отозвалась во всем теле. Мышь вскочила, вытащив что-то из-за пазухи. Она бросилась вперед. Заяц — вслед за ней.       Изуми размахнулась. Ударила клинком по глазу зверя, резко вырывая его. Брандашмыг выпустил добычу, взвыв. Заяц подхватил Кингсли.       — Бегите! — Девочка вновь ударила, но уже по лапе, и побежала через густой лес. — Я догоню!       Дазай отключился, стоило ему склонить голову на плечо Зайца.

***

      — Черт, ее рука не перестает кровоточить. — Заяц положил юношу на более-менее сухую траву и стал быстро перелистывать свою книгу. — Я точно записывал, что нужно делать при таком ранении! Потерпи, только не умирай раньше срока!       Они находились далеко от места происшествия, но и не слишком близко к Шляпнику. По пути было укрытие, в котором раньше жил Заяц, но теперь оно было для него слишком маленьким, зато подходило для Осаму. Туда он и хотел уложить юношу после того, как обеспечит первую помощь. Юноша постоянно дрожал, рука распухла, а лоб покрылся испариной. Он тяжело дышал, метаясь в полудреме.       — Вижу, кто-то из встречных б-был не приветлив? — Послышался испуганный голос. Среди ветвей одного из деревьев, появилась улыбка, а после странный юноша с кошачьими ушами и хвостом. — Это в-ведь был Брандашмыг?       — Чешир! — Воскликнул Доппо, вскакивая. — Да, он! Помоги ей!       — Р-рану нужно продезинфицировать и перевязать, иначе слюна того зверя уничтожит руку в считанные часы, а после она умрет. — Кот, сжавшись, материализовался рядом с Осаму. — О-она же вся горит!       — Так помоги ей! Ты же помогал раненым! — Мартовский оглядывался по сторонам, заслышав копошение в кустах. — Я на страже буду.       — Х-хорошо! — Кот вздрогнул, накопил слюну во рту и облизал шершавым языком рану, а после оторвал кусок ткани со своей сорочки и перевязал ее. — Т-теперь все должно быть хорошо.       — Уверен?       — Е-его рука… Она цела, но сходить опухоль будет два дня. — Чеширский Кот повел ушами, а после отодвинулся от раненого. — Вероятно, она не очнется в ближайшие несколько часов.       — Замечательно, — Доппо глубоко вздохнул, качнув ушами. — Конечно, это вообще никак не на руку нам… Но, ты молодец, шкет.       Кот благодарно улыбнулся, а после посмотрел по сторонам. В темноте леса послышался далекий вой зверя, но он лишь удалялся. Существа настороженно переглянулись и уселись рядом с Алисой.       — А… Кто это, Доппо? — Он махнул хвостом в сторону Осаму. Постепенно, он успокаивался, перестав заикаться. — И что случилось?       — Это — Алиса, — пожал плечами Заяц, убирая свою книгу.       — Н-наша Алиса?! — Громче позволенного вскричал Кот, заикнувшись. Послышался тяжкий вздох.       — Честно, единого мнения пока нет. — Прохрипел Осаму, садясь. Он старался не опираться на больную руку, но все равно почувствовал боль, едва двинув ею. Две пары глаз уставились на него с приоткрытыми ртами. — …Что? Вы так орете, что мертвого разбудите. А я уж был на пороге смерти…       — Н-не за что… — Кот вжал голову в плечи, не понимая, почему Алиса так грустно вздохнула. — М-меня зовут Ацуши Накаджима, но… все зовут меня Чеширским Котом. Пожалуйста, обращайся ко мне таким образом.       — Мое имя — Осаму Дазай-Кингсли, но все зовут меня Алисой, поэтому, пожалуйста, обращайся ко мне так. — Заяц дернул ухом, а вместе с ним задергался и глаз. Осаму расплылся в улыбке. Температура начала спадать.       — Э? Х-хорошо. Приятно познакомиться.       — Шкет, ты… непробиваемый.

***

      Некоторое время спустя, Дазай брел вперед по тропинке, устало перебирая ногами, вместе с Зайцем и Котом. Правда, Кот плыл по воздуху, а Доппо вообще взял Осаму за здоровую руку, потому что тот в один момент, из любопытства, дернул ею Кота за хвост. Другая рука болела, ею он старался не шевелить. Они шли так же молча. На время, Дазай успел забыть о шорохе, что вечно плелся за ними хвостом.       Сейчас шорох стал громче, приближаясь. Юноша насторожился, но его компания лишь спокойно остановилась. Из тени дерева выступил небольшой силуэт. Это оказалась Мышь Соня.       — Рада, что вы все живы. И рада, что Чешир присоединился к нам. — Девочка, впервые на памяти Осаму, улыбнулась. Она посмотрела на него, вопрошающе. — Ты как?       — Цел, живой. Ты, случаем, не знаешь, как мне проснуться? Я уже и щипал себя и, как видишь, укусили меня, но все без толку.       — Проснуться? Неужели ты до сих пор не понял, что все происходящее — реально? — Мышь неуверенно оглянулась, до Шляпника оставалось идти около пятнадцати минут. — Пошли. Шляпник, наверняка, хочет тебя видеть.       — Ну, если я нужен вашему лидеру, то, значит, дело серьезное? Хотя в вашей истории до сих пор многовато дыр.       Его уже никто не слушал, ведя по дороге, освещенной лишь багровым закатом, который прежде закрывал дым.

***

      Когда они вышли из леса, Дазаю открылся вид на небольшую полянку, так же окруженную лесом. Закат окрасил все в яркие оранжево-красные цвета, воздух стал прохладнее. По коже юноши прошлись мурашки. Постепенно, он привыкал к запаху гари, но тут запах изменился, став более приятным, наполненным запахом ягод и травы. По центру стоял длинный стол, покрытый скатертями, на котором красовалось множество посуды, надколотой или разбитой, в большей части, а так же канделябров. Силуэты слегка подрагивали в свете пламени. На тарелках лежали лишь ягоды, которые росли прямо рядом с заброшенной небольшой ветряной мельницей. Сама мельница стояла неподалеку, ее крылья были поломаны и свисали прямо к земле.       За столом стояло множество стульев и табуреток разных видов, тоже знатно потрепанных. Под ножками у некоторых стояли стопки совсем разбухших книг. Во главе стола был стул темно-коричневого цвета, с высокой спинкой, а сидел за ним, дремля, юноша, на вид, немного старше Осаму. Его костюм был довольно чист, однако, тоже не был в идеальном состоянии. Он был одет полностью по правилам и одновременно совершенно пренебрегал ими. Белая сорочка с широкими рукавами, выглядывающими из рукавов сюртука, сверху синий сюртук, похоже из какого-то мягкого материала, темные брюки, на голове — подходящий под образ цилиндр, украшенный длинной лентой.       Когда компания вышла на опушку, они остановились, словно спрашивая разрешения войти. Шляпник неохотно поднял голову, осмотрев всех скучающим, потускневшим, взглядом. Однако как только он увидел Осаму, его образ оживился, казалось, даже рыжие волосы стали ярче, а карие глаза заблестели. Он раскинул руки в стороны, приветствуя.       — Вот это я понимаю! Картина на миллион долларов! Даже получше тех шедевров, что можно купить за баснословные деньги. — Шляпник встал и пошел прямо по столу в сторону Осаму, каким-то чудом не задевая ни единого столового прибора или канделябра, словно зная где что находиться. Мышь встрепенулась, но промолчала, быстро сев на свое место и проверив целостность приборов. Шляпник спрыгнул со стола прямо перед Дазаем с Зайцем и Котом. — Алиса собственной персоной.       — Кролик не ту Алису привел, — выдохнула девочка, усаживаясь. — Так сказал Юкичи.       Мартовский Заяц переглянулся с Чеширом, после чего они уселись на свои места, оставляя Алису Шляпнику.       — Э? Вы первым делом пошли к этому болвану, вместо того, чтобы отвезти гостя сюда? Я бы вам сразу сказал, что это — Алиса. — Он склонился над юношей, что натянуто улыбался. — В каком же ты ужасном тряпье… Впрочем, как и всегда.       — Да уж получше тебя выгляжу. — Протянул Дазай, оглядев костюм Безумного. — А ты… Кто?       — Э-это Безумный Шляпник, — пробормотал Ацуши, возвращаясь к своему чаю, который ему успела налить Соня.       — Ты ещё и не помнишь меня?       Его лицо переменилось. Дазай не мог сказать что именно, но оно приобрело устрашающий вид. Конечно, он не стал этого показывать. Шляпник выпрямился оглядел юношу на наличие травм, схватил его за здоровую руку и повел к другому концу стола, проходя тем же путем. Осаму чуть не наступил в одну из чашек с горячим чаем, чуть не поджег свой самодельный плащ канделябром и чуть не раздавил ягоды грязными ногами. Рыжий подхватил юношу за подмышки, посадил на стопку книг, что лежала на одном из стульев, близ него, и только после этого уселся сам.       — Столько времени потрачено насмарку. — Протянул юноша, наливая чай Дазаю. — Кстати говоря, Заяц, что там со временем?       — Начали тикать, — действительно, одни из часов, что лежали рядом с Доппо, нежданно-негаданно затикали, на что Безумный Шляпник кивнул.       — Какие же вы все непробиваемые идиоты, довериться туманным словам гусеницы, что не отлипает от кальяна. — Он налил и себе чаю, подал тарелку с ягодами гостю, как бы спрашивая, будет он или нет.       Мистер Кингсли отклонился назад, но, подумав и увидев как Шляпник тоже начал есть ягоды и при этом не изменился в росте, то вновь придвинулся к столу и начал их есть. Только сейчас, он ощутил голод. Дома Осаму не ощущал его в принципе, ел он мало, чем беспокоил свою мать. Дазай засмотрелся на ягоды, вспомнив о том, что он не может просто взять и вернуться.       — Сказал Шляпник, что не отлипает от…       — Ч-чая, — Чеширский Кот быстро прикрыл рот Зайца, поправляя его. — Но, Доппо, чай же намного лучше, чем кальян, да?       Шляпник проигнорировал слова Зайца, ведь, в его запасах вина, осталась лишь одна бутылка. И ее он хотел потратить на празднование победы над Красной Королевой. Повернувшись в сторону Алисы, Шляпник смотрел на него несколько секунд, а потом достал свои часы, которые тоже заработали.       — Смотри сюда, мразь суицидальная, — Он протянул ему часы. Дазай убрал улыбку с лица, поняв, что этот рыжий его определенно знал. — Ты опоздал.       — К чему опоздал? — Осаму мысленно поблагодарил рыжего Шляпника, за то, что тот обратился к нему в мужском роде. — Мне все говорят, что мы опаздываем, но никто не упоминает к чему.       — Все такой же проницательный, — кивнул самому себе Накахара и понизил голос. — Я понятия не имею, что у тебя с головой стало, потому что ты явно с ней не дружишь, хотя, ты никогда с ней не дружил. И тебе явно не хватает булатности. Но вот тебе основное: Красная Королева придает наше королевство агонии, смерти и голоду. Все ради собственной жизни и выгоды.       — И как это относиться ко мне?       — Очень просто: ты должен поднять свой тощий зад, взять вострый меч и отрубить ей голову. А заодно и Бармаглоту, которого она скоро вновь отправит сжигать наши земли. Если ты поможешь нам, то мы сможем спасти близких и родных, что захватила Красная Королева, и мы же, в свою очередь, с радостью обеспечим тебе наипрекраснейший уход из этого бренного мира.       Шляпник довольно улыбнулся, наблюдая за опешившим Дазаем. Тот стал осматривать остальных, сидящих за столом. Изуми будто и не слышала их разговора, продолжая спокойно пить чай, Доппо искоса наблюдал, почитывая свою книгу и записывая в нее что-то новое. Кот рассматривал свою чашку чая, сморщившись и как-то печально переводя взгляд с чашки на Шляпника и обратно.       — Шляпник, может, не будем за столом? Разговоры о кровопролитии… портят аппетит.       — Ах, конечно! — Он стукнул чашкой о блюдце. Осаму заинтересованно следил за происходящим. — Да, гори все, хоть мир рухнет. А портить Чеширу аппетит — ни-ни.       — Я… не виноват в том, что произошло. — Ацуши тут же замер, прижав уши к голове. Он старался вжаться в свой стул, забыв о своей способности исчезновения.       Шляпник резко замолчал, сбросил с лица задористый оскал, сжав губы в полоску. В его глазах появилась бездна. Его облик сначала поблек, а потом стал резче. Он встал и медленно стал подходить к коту.       — Ты посмел забыть, как ты бросил своих товарищей погибать, вместо того, чтобы пустить в ход свои когти? Забыл о том, что из-за тебя мы потеряли гораздо больше людей, нежели если бы ты взял себя в ебаные руки и сражался?! — Безумный Шляпник схватил Кота за грудки, поднимая над землей. — Чертов трус, конченный эгоист!       — Шляпник.       — Твоей жизни было бы недостаточно для их отмщения, зато твоя смерть порадовала бы меня.       — Шляпник!       — Да закончил я, закрой пасть, Заяц! — Он бросил Ацуши на стул и, развернувшись, растянулся в улыбке. — Так о чем это я?       — Что с тобой такое, Ш-шляпник? — Ацуши обнял дрожащими ладонями чашку. — Раньше ты был душой компании, всегда помогал и направлял…       — Я и сейчас душа компании, но, видишь-ли, смерть товарищей оказывает влияние, Кошак. — Съязвил Шляпник, садясь на свое место. Ацуши вздохнул и, сделав глоток, исчез.       Дазай присвистнул, напоминая о своем присутствии. По его спине бегали мурашки. Он наблюдал за этой сценой с широко распахнутыми глазами, забыв о боли в руке и ногах. Он впервые видел чью-то настолько яркую вспышку гнева. Он прищурился, улыбаясь:       — Ты вселяешь такой страх, хотя такой маленький?       — А ты ни капли не изменился. — Вскинул бровь рыжий. — Что, настолько память отшибло?       — Думаю, да, — Осаму окончательно расслабился, закидывая в рот еще одну ягоду и делая глоток из чашки. Это оказался даже не чай, а кипяченая вода с привкусом травы. Юноша поморщился, отставляя чашку.       Некоторое время они сидели в спокойствии, наслаждаясь тишиной и пришедшей темнотой. Свет от канделябров приятно успокаивал.       — Шляпник, — рядом с Дазаем появился Чешир, заставивший того вздрогнуть. Кот нервно теребил свой хвост, оглядываясь. — Скоро Валет прибудет.       — Насколько скоро?       — Он уже за поворотом, — они несколько секунд смотрели друг на друга, пока лицо Шляпника не сделалось серьезным, а Чешир не испарился. Вдали послышалось лошадиное ржание.       — Таааааак, ну-ка, глотни, — рыжий впихнул юноше бутыль с той же жидкостью, что была в зале дверей. Дазай чуть не подавился, прокашлявшись. Он стремительно уменьшался, стараясь максимально скрыть свое тело за увеличивающейся тканью. Шляпник наклонился к нему и прошептал. — А теперь, молчи в тряпочку, пока я тебя не вытащу.       Чуя схватил Осаму двумя пальцами и запихнул в пустой чайник вместе с одеждой, что стоял неподалеку, пряча его себе за пазуху.       — Э-эй! — Только и успел выкрикнуть Мистер Кингсли.

***

      К столу, не спеша подходил мужчина в черных доспехах, с плащом, на котором красовалось знамя Красной Королевы. Его глаза казались пустыми, не отражающими ничего, кроме невыносимой скуки. Его темные волосы спадали на лицо, столь бледное и худое, напоминающее крысиное. Его конь, на коем были доспехи красного цвета, стоял у леса, вместе с Картами — солдатами Красной Королевой, — облаченными в такие же красные доспехи.       — Вот и наша троица… ненормальных. — Хриплым голосом протянул мужчина.       — Валет! Мы так рады тебя видеть! — Шляпник улыбнулся, наливая горячий чай в разбитую кружку.       — Не желаешь чайку? — Спросил Мартовский Заяц, кидая чашку в сторону мужчины. Тот увернулся, и глазом не моргнув. Послышался звон разбитой посуды, а после Мышь и Заяц истерично рассмеялись, вытирая выступившие слезы.       — Мы ищем девочку, по имени Алиса. Ты ведь хорошо знаком с ней, не правда-ли? — Валет не стал подходить к Шляпнику, лишь встал у одного из свободных мест, следя за троицей.       — Честно говоря, я тут вспомнил, Алиса была довольно плохой девочкой и именно поэтому одну казнили, разве нет? — Шляпник выпучил глаза, проводя пальцем по горлу и издавая соответствующий звук.       — Шляпник, ну ты что, это же не Алиса была, а Амелия! — Весело уточнил Заяц.       — Точно-точно! О! К слову о Королеве! — Шляпник выпрямился, придвигаясь к столу и стал дирижировать пальцем, напевая песенку. Под столом он увидел собаку, которая появилась прямо из ниоткуда. Он почти проигнорировал ее. — Ну-ка все хором!

Светит звездочка с небес, Непонятно, на кой-бес! Светит-светит-светит…

      Валет улыбнулся и, склонившись над столом. Одним этим действием он прервал пение троицы:       — Если прячете ее: сами знаете, что произойдет дальше.       — Так мы уже, — пожал плечами Шляпник. Заяц и Мышь рассмеялись, фыркая и продолжили:

Днем и ночью спасу нет — Режет глазки яркий свет! Светит-светит-светит…

      Собака вылезла из-под столпа и стала дальше вынюхивать след, ведя Валета, вместе с солдатами, за собой. Они ушли, оставив троицу распивать чай.

***

      В чайнике было холодно и пахло травами. Юноша, за неимением дела, стал вновь разрывать бинты и перевязывать себя. Благо, этого не было слышно за пределами чайника. Зато разговор Валета с троицей ему было прекрасно слышно. Он отметил, что их поведение было крайне неестественным, похожим на истеричное. Осаму услышал голос шляпника:       — Окей, теперь можно… — Чуя заглянул в чайник и резко закрыл крышку, случайно завидев часть оголенной спины и шеи, не скрытых бинтами. — Уууух! Пардон!       — Эх, да ты, я погляжу, тот еще извращенец, — издевательски протянул Дазай, заматывая шею. Шляпник мстительно встряхнул чайник, но тут же поставил на стол. Кингсли вскрикнул, не ожидая подобного со стороны рыжего.       — Такими темпами ты убьешь ее прежде, чем она — Бармаглота. — Укорительно молвил Мартовский. Шляпник шикнул в сторону Зайца.       — Дай-ка мне это тряпье, — Шляпник приоткрыл крышку, не заглядывая в чайник.       — Все?       — Все, кроме бинтов, — Осаму протянул ткань юноше через прикрытую крышку. — Посиди пока еще там, такая тишина! Красота!       — Рыжий карлик, — наигранно буркнул Дазай.       — Кто бы говорил, умник. Держи. — Он пихнул уже готовые голубые брюки и сорочку с пальто с пышными плечами, того же цвета что и брюки, в чайник. На пальто даже карманы были, а рукава так и вовсе были подвернуты до локтей, что немало удивило Мистера Кингсли. Одевшись, он постучал по крышке и Чуя вытащил его из чайника, поставив на стол, перед собой. — Ну вот, теперь другое дело.       — Как ты это… — Охнул он, оглядывая себя в свете канделябров.       — Он же Шляпник, — напомнила Изуми. — Сшить костюм или платье ему раз-плюнуть. Он и костюм для Тру-ля-ля и Тра-ля-ля сделал.       Дазай, усмехнувшись, поклонился и уселся рядом с блюдом с ягодами. Спокойствие нарушил Заяц:       — Ее надо к Белой Королеве. Она ее спрячет, на время.       — Где гарантии, что Алиса останется цел, пока мы его доведем до Королевы? — Вскинул бровь Шляпник, откидываясь на стуле. — Хотя, удивительно, что ты вообще цел.       — Шляпник беспокоится? — Наклонил голову вбок Дазай, пряча руки в карманы.       — Хочешь, чтобы я снова тебя в чайник запихнул, но на этот раз полный чая?       — И что мы будем дальше тогда делать? — Спросил Доппо. — Шляпник, ты сам понимаешь, зачем я рвусь, но…       — Я помню, Заяц, я помню. — Он прервал речь мужчины, вскидывая ладонь. — Но ты же понимаешь, что этому идиоту все мозги отшибло и теперь ничего не помнит? Каким образом он поведет нас? — Дазай промолчал, следя за существами. — Сейчас нужно, чтобы Белая все разъяснила ему.       — А ты не можешь? — Спросил Дазай, сладко улыбаясь. — В чем проблема? Расскажите все сейчас. Я не хочу умирать от руки какой-то Королевы. Моя мечта — умереть вместе с прекрасной дамой!       — Ясно, — устало протянул рыжий, помахивая кистью. — Значит, в следующий раз, когда к нам придет Валет, выдам тебе юную леди, готовую себя убить.       — Шляпник! Не знал, что ты такой хороший! — Подпрыгнул Дазай.       — Это значило: иди к черту, болван! Как ни прискорбно, но все юные леди в этом Королевстве хотят умереть только потому что придаются мучениям. — Он вздохнул, выпрямляя спину. Дазай наигранно надулся. — Так. Если бы рядом был Кролик, он бы мигом открыл быстрый ход к Королеве… Но его нет рядом, так что придется вести Алису самим…       Шляпник приложил руку к подбородку, смотря куда-то в пустоту. Его глаза в свете канделябров приобрели устрашающий оттенок. Когда Кингсли хотел уже вырвать юношу из размышлений, тот перевел взгляд на Осаму, затем на Зайца и Изуми. А после на вновь появившегося Кота. И, придя к решению, он сказал:       — Объясним все по дороге. Заяц, ты как? — Доппо поднял голову, отрываясь от чтения своей книги. — Если появятся стражники, мы вдвоем сможем дать отпор. Или, хотя бы, спрятать Алису, снова.       — Готов, — Мартовский кивнул юноше, вставая.       — Изуми, Чешир, следите за столом, пока не вернемся. Если не донесем до вас хоть какую-то весточку, то в течение трех суток, ищите наших, готовьте их к тому, что Алиса может быть мертва. — На этих словах он сглотнул, брови сошлись на переносице. — Нам не нужно пребывать в отчаянии.       — Это не безопасно, рисковать для нее, — Изуми поставила чашку, направив свой взгляд на лидера.       — Так же, как и сидеть без дела, Соня.       — Я тоже могу помочь, — вскочил Кот, неуверенно глядя на Шляпника.       — Нет, Кошак, не можешь. Твои когти пригодятся здесь, поверь мне. — Он снял шляпу и, поставив ее перед Алисой, обратился к нему. — Садись.       Дазай удивленно осмотрел цилиндр и переспросил:       — Чего?       — Садись, — его голос стал жестче. Он расплылся в улыбке, увидев как Дазай нахмурился. Юноша сел на поля шляпы, держась за ленту. Чуя медленно посадил цилиндр себе на голову, его голос сменился на нормальный, а лицо прояснилось. — Ну, в добрый-дальний!       Безумный Шляпник встал, выйдя из-за стола.       — Чуя, — позвала девочка, вздохнув. — Вам лучше идти в сторону разрушенной деревни. Сам знаешь, почему.       — Черт, серьезно? Ты хоть понимаешь, что там сейчас…       — Валет точно будет искать Алису. — Мышь перебила юношу. — Если поторопитесь, возможно, успеете до рассвета. А Валет не любит ходить по ночам. Ты видел его, когда он только пришел.       — Буду надеяться, что ты права. — Шляпник посмотрел на Чешира. Тот вздрогнул, будто почувствовав взгляд. — И, Чешир, помоги выжившим. Не смей предать нас снова.       Юноша развернулся и, проверив что-то за пазухой, пошел в сторону мельницы, за которой, как оказалось, была дальнейшая дорога через лес. Похолодало. Осаму посильнее запахнулся в пальто и, совсем не спрашивая разрешения владельца шляпы, взял свисающие концы ленты и укрылся ими. Солнце окончательно село, единственным освещением стала луна, пробивающаяся сквозь вечный дым. Мартовский Заяц шел следом, но вместе с канделябром. Шляпник и Осаму смерили его взглядом, но промолчали. В конце-концов, свет был необходим. Было принято негласное решение, чтобы Заяц шел впереди.       — Знаешь, Шляпник, а кататься на тебе очень даже неплохо. — Чуя подпрыгнул и помотал резко головой. — Л-ладно! Не злись, дорогуша! Меньше станешь!       Некоторое время он напевал под нос какую-то мелодию. Его рука почти перестала болеть, а ступни почти прошли. Шляпник шел невероятно мягко, что усыпляло юношу. Вскоре он уснул, сидя на полях шляпы.