The Unquiet Grave

      Аарон трудится над вторым черновиком, когда самые жаркие дни лета уступают место осени. Он робот и гораздо меньше страдает хуйней, чем когда только писал историю. Он просыпается утром, завтракает, выходит на прогулку до самых жарких часов, усаживает себя за стол и пишет до середины дня. Он прерывается на обед и возвращается к работе. По вечерам он разлеживается в одном из кресел-качалок на крыльце, читает или, хмурясь, смотрит на звезды. Иногда он разговаривает с Дэрилом, рассказывает ему свои идеи, по большей части сюжетные детали истории. Дэрил раздражен тем, что не может ответить, он охереть как ненавидит второй черновик; Аарон вырезал некоторые его любимые части и добавил какое-то дерьмо, которое не кажется таким уж важным. Статус Андреа как его персонального врага продолжает расти, когда Аарон отправляет ей несколько глав, и она отвечает, что теперь «Намного лучше».       С середины сентября Аарон начинает проводить выходные в Атланте. Каждые, а не бросается в спонтанные поездки раз в несколько недель. Дэрил уверен, что в новой привычке Аарона виноват Фейсбук, который в начале месяца сообщил Аарону, что Пол сменил статус на «встречается с Хавьером Гарсиа». У статуса уже десятки «лайков», и Дэрил наблюдает, как Аарон нажимает кнопку «нравится», несмотря на свое озлобленное выражение лица. Дэрил бы посмеялся над ним, если бы не чувствовал то же самое. Дэрил не встречал Хави и никогда не встретит, но парень раздражает его просто из ебаного принципа – несправедливо красив и, насколько Дэрил осведомлен, кажется хорошим. После «лайка» статуса отношений Пола Аарон отправляется на страницу Хавьера и начинает копаться там. Дэрил замечает, что у Хавьера Гарсиа теперь шесть общих друзей с Аароном Ралейгом – помимо Пола «Иисуса» Ровиа он дружит также с Мэгги и Гленном Ри, Сашей Уильямс, Розитой Эспиноза и Тарой Чамблер. Дэрил ловит смутное ощущение предательства Тары. Аарон рассматривает Пола на совместной фотографии их двоих на трибунах бейсбольного матча, которую запостил Хави, и начинает прокручивать комментарии:       Хавьер Гарсиа: на игре «Atlanta Braves» с этим охренительным парнем.       Мэгги Ри: Вау, Иисус. Должно быть, тебе действительно нравится этот парень, раз ты пошел на бейсбол.       Пол «Иисус» Ровиа: Он хорош.       Хавьер Гарсиа: Я ему нравлюсь достаточно, чтобы он просидел *три* игры в ожидании.       Пол «Иисус» Ровиа: Ты обещал никому не рассказывать. Я тебе верил.       Хавьер Гарсиа: : D       Дэвид Гарсиа: Я покажу маме эту фотку? Гектор проговорился, что ты с кем-то встречаешься.       Хавьер Гарсиа: :| Хм. Обсудим это по телефону, hermano*.       Аарон пролистывает страницу Хавьера, и датированное несколькими днями позже сообщение гласит:       ДЛЯ ТЕХ, КТО В ТАНКЕ: Я БИСЕКСУАЛ И ВСТРЕЧАЮСЬ С (ФАНТАСТИЧЕСКИМ) ПАРНЕМ. ВЫ ЗНАЕТЕ, ГДЕ КНОПКА «ОТПИСАТЬСЯ», ЕСЛИ У ВАС КАКИЕ-ТО ПРОБЛЕМЫ, ЗАСУНЬТЕ СВОЕ МНЕНИЕ СЕБЕ В ЗАДНИЦУ!       Это же сообщение (как предполагает Дэрил) следом повторяется на испанском. Аарон хмурится и продолжает листать страницу Хави, и впервые во время просмотра Фейсбука Дэрил хочет оборвать ему интернет. Дэрил понятия не имеет, что посоветовать Аарону, даже если бы они могли поговорить. Дэрил знает достаточно о том, что сталкинг соперника в поисках причин для ненависти бесполезен. Он даже не уверен, означает ли ревность Аарона то, что тот действительно хочет быть с Полом или готов к любым новым отношениям, или он даже не осознает, что ревнует. Дэрил чертовски бестолков, когда дело касается любви.       Когда Аарон возвращается в хижину после первых выходных в Атланте, он немного рассказывает Дэрилу о Хави и Поле. И единственная плохая вещь, которую он может сказать, это повторять: «этот парень кажется слегка инфантильным. Я беспокоюсь, что он не воспринимает это всерьез, но… он выглядит нормальным. Мне так кажется». Тот факт, что Хави нормальный, похоже, злит Аарона еще больше, чем если бы он был мудаком.       - Серьезно, чувак, - бормочет Дэрил, - хоть я и мертв, но вижу, что происходит на самом деле.       В любом случае, как и всегда, когда Аарон уезжает, Дэрил чертовски по нему скучает, хотя теперь разлуку переносить легче. Было ли это из побуждения Тары или смутного чувства «воплощения Дэрила в жизнь», но Аарон начал оставлять телевизор включенным. Он не просто включал случайный канал, а проигрывал различные сериалы от начала до конца. Все сериалы живут в маленькой штучке под названием «флешка», которую Аарон втыкает в приставку телевизора. Каждый раз, когда Дэрилу кажется, что он привык к тому, что технологии – это обыденная магия современности, происходит что-то новое, напоминая ему об обратном.       Первый сериал, который Дэрил смотрит в отсутствие Аарона, называется «Огни ночной пятницы». Пока еще это его любимый сериал; он о футболистах средней школы в пригороде Техаса, и хотя действие происходит в настоящее время, оно напоминает Дэрилу о доме, в хорошем смысле. Дэрилу не нравятся два других сериала, которые выбрал для него Аарон; первый о семье мафиози – «Клан Сопрано», Дэрил догадывается, что это хорошая история, но он должен сосредоточиться и вырубить телевизор, пока не поздно. И проводит остаток выходных в тишине. Он должен сделать то же самое на следующие выходные, когда Аарон включит сериал «Во все тяжкие», который, по его словам, является его любимым и «мастерски снят». Дэрил просто-напросто не может вынести некоторое дерьмо; пусть Дикари были не такой преступной группировкой, как в сериале, но он напоминает ему о доме в наихудшем ебаном смысле. К счастью, место действия следующего включенного Аароном сериала – открытый космос, он называется «Звездный крейсер «Галактика», и Дэрил может поклясться, что его крутили по телику, когда он был жив. Это немного странно, но интересно; и несмотря на некоторые хуевые моменты в целом, оно не всколыхнуло внутри Дэрила херовых воспоминаний.       Так или иначе, Дэрил находит любые действия Аарона гораздо более интересными, чем телевидение, поэтому всегда рад его возвращению. Даже несмотря на то, что Дэрил не фанат второго черновика, процесс писательства ему все еще интересен, особенно когда Аарон прошаривает Интернет в поисках деталей. Дэрил все еще заворожен Интернетом и его бесчисленными возможностями для общения людей. Он хотел бы использовать его, может, что-то прочитать, но даже если бы Дэрил смог понять, как печатать на клавиатуре, не ломая ее, Аарон неукоснительно закрывает компьютер каждую ночь. И Дэрил снова будет смотреть на маленький серебряный ноутбук со светящимся логотипом яблока и фантазировать о том, как разобьет его о ближайшую стену.       Сентябрь также приносит с собой день, когда Аарон внезапно останавливается посреди рабочего процесса, нажимает на календарь, бледнеет и принимается ходить по комнате. Через несколько минут он прячет лицо в ладонях.       - Эй, чувак, - встревожено говорит Дэрил, - ты в порядке?       - Я забыл о дне рождения Эрика, - дрожащим голосом произносит Аарон, - он сегодня. Как я мог забыть о его чертовом дне рождения?       - Ты не забыл, - говорит Дэрил, - день еще не закончился.       Даже если бы Аарон услышал совет Дэрила, он сомневается, что это бы что-то изменило. Аарон вздрагивает, и на его глаза наворачиваются слезы. Дэрилу кажется, что после визита Тары и Пола летом Аарон плачет впервые.       - Как меня, блять, бесит, что стало легче, - говорит Аарон дрожащим голосом, после того, как выплакался, - ненавижу это…. Блять, разве не должен мир знать, что он ушел? Разве его смерть не должна была все остановить?       Дэрил размышляет обо всех любовных посланиях и воспоминаниях, которыми друзья поделились с Аароном в годовщину смерти Эрика. Он думает о том, что Гленн и Мэгги назвали сына «Хершел Эрик», о матери Эрика, которая, даже «отвечая минимуму», приехала в Атланту, чтобы навестить могилу Эрика. Он думает о своей жизни, что единственным человеком, который заметил и переживал об его исчезновении, был Мерл; и его брат никогда не приходил сюда, чтобы навестить его останки. О том, что, вероятно, лучший друг, который у него когда-либо был, стоит прямо перед ним, и они говорили только один раз и, скорее всего, больше никогда не смогут.       - Я думаю, - произносит Дэрил хриплым голосом, - я думаю, что ему повезло, раз так много близких помнят его. Детали не имеют значения, - Аарон не слышит его, и это просто еще одна вещь в очень длинном списке, которую Дэрил никогда не сможет сказать ему лично. Аарон пытается вернуться к работе, но это явно безнадежное дело. Проходит двадцать минут, прежде чем он выуживает телефон, открывает контакты, прокручивает до «И» и звонит Полу.       Гудки идут так долго, что Дэрил думает, что Аарон повесит трубку, но, прежде чем тот успевает нажать «отбой», Пол отвечает.       - Привет, приятель. Прости, на другой линии была Мэгги, нужно было кое-что дообсудить.       - Привет, - отвечает Аарон, - все в порядке. Я не… ты не занят? Хави рядом?       - Нет, на этой неделе он в Майами, - говорит Пол, - так что я наедине с самим собой. Что-то случилось? У тебя странный голос.       - Я… я забыл о дне рождения Эрика, - говорит Аарон севшим голосом, - я чувствую… блять, я не знаю, что я чувствую, - он делает вдох, и Дэрилу кажется, что он сейчас заплачет снова, - будто… вот так это начинается? Забывать его? Забывать всю нашу совместную жизнь?       Пол молчит некоторое время:       - Я… я не знаю. Прости, приятель, я не знаю, что сказать.       Аарон грустно улыбается:       - Это был риторический вопрос. Я знаю, что с тобой такое не случалось. Прости, я просто… ты единственный человек, с которым я могу поговорить о таких вещах, - он снова давит грустную улыбку, - я знаю, ты не подумаешь, что я просто гребаный нытик. Я просто… Я уже так много о нем забыл. Например, его запах. Глупость, но если бы ты меня спросил, когда он был жив, я бы не смог описать. Я не знаю, замечал ли я, как от него пахнет. Но я замечаю отсутствие этого.       Пол некоторое время молчит.       - Одна из причин, из-за которых я не знаю, что сказать об этом, потому что мои воспоминания обрывочны в целом и всегда были. Как… когда нам было восемь, мы ездили на каникулы в Диснейленд. У меня есть фотографии и воспоминания о том, как я рассказываю людям о поездке, но я не помню саму поездку. Вообще-то, почти целый год – как пустой лист. Я помню Джона лучше, чем наших родителей, я не смогу сразу вспомнить, какого числа их дни рождения. Но зато я помню всякие мелочи. Когда нам было шесть, я подхватил грипп, и мама сидела и пела мне «Blackbird», пока я не засыпал. Папа копался в саду и показывал нам червей. И… я помню две самые важные вещи: мы были счастливы, и нас любили. Детали не имеют значения.       - Я сказал ему то же самое, - шепчет Дэрил.       Аарон вытирает выступившую в уголке глаза слезу большим пальцем:       - Я… спасибо, что сказал мне это.       - Не за что, - говорит Пол. *******************************************       Листья на деревьях начинают менять цвет, когда Аарон отправляет своему издателю второй черновик, озаглавленный «Возмездие для Мародеров». Дэрил надеется, что произойдет то же, что и после первого черновика – Аарон пригласит в хижину нескольких друзей, но вместо этого он уезжает в Атланту. Перед отъездом он включает сериал «Остаться в живых» - одну из самых безумных вещей, которые Дэрил когда-либо видел. Он несколько раз порывается сломать телевизор, но в то же время он обязан был узнать, что произойдет дальше.       Аарон отсутствует две недели, а когда возвращается – выглядит взбудораженным. Что-то грызет его изнутри, и Дэрил ждет, когда причина этого состояния откроется. Он мало пишет, и Дэрил понимает, что он ждет ответ от своего издателя. В ожидании его Аарон отправляется на долгие прогулки, колет дрова и проводит много времени в городской библиотеке. По крайней мере, он рассказывает об этом Дэрилу.       - У меня есть идея насчет третьей книги, - говорит Аарон, листая страницы ксерокопий статей, - она о тебе. Или о персонаже, основанном на тебе.       - Я все равно не понимаю, почему ты хочешь писать обо мне, - бормочет Дэрил себе под нос.       - Я думаю выбрать время действия до и после Гражданской войны, - задумчиво говорит Аарон, - по нескольким причинам. Я знаю, что ты умер в семидесятых, но я уже писал об этом периоде в своей первой книге. Хочу попробовать что-то новое. Я покопался после того, как наткнулся на заголовок о популяризации спиритизма в Штатах: как это было связано с Гражданской войной, и как много людей умирало вдали от дома, - он улыбается, - так как ты призрак, я подумал, что это подходит. – Его улыбка немного уменьшается, - также… ну, я знаю, что ты разрешил мне писать о тебе, но я все еще чувствую себя немного… может быть, изменение временного периода поможет мне меньше ощущать, что я эксплуатирую тебя.       - Чувак, - говорит Дэрил, - не стоит беспокоиться о таких вещах. Пиши обо мне как хочешь.       - Это странно, - говорит Аарон, - уже собирать материал. Почти целый год после первой книги, я не мог даже думать об истории, которую хочу поведать следующей. Думаю, что ты вдохновил меня.       Дэрил чувствует, словно от этого комментария краснеет вся его душа.       - Меньшее, что я могу, - говорит он, - я… я так счастлив, что ты приехал сюда жить, хоть на какое-то время, - затем, набравшись смелости только потому что Аарон его не слышит, он тихо произносит, - я тебя люблю. **********************************************       Аарон проводит следующие несколько месяцев за работой над финальными правками «Возмездия для Мародеров». Он похож на робота больше, чем прежде, Дэрил чувствует, что он хочет закончить, хочет двигаться дальше. Он перестает возвращаться в Атланту каждые выходные, чтобы иметь больше времени на работу, доводя последнюю версию истории до совершенства. Дэрил почти ожидал, что возненавидит третий черновик так же, как и второй, но, к его удивлению, он может стать его любимым. К началу декабря – почти через год после появления первого, - он почти закончен.        Дэрил читает через плечо Аарона, просматривающего одну из средних глав, и телефон начинает жужжать и играть песню, в которой Дэрил опознает входящий телефонный звонок:       “Well, it’s got to be a chocolate Jesus…make me feel good inside…got to be a chocolate Jesus…keep me satisfied…”       Аарон хватает телефон:       - Привет, приятель. Как дела?       - Я обжираюсь Chunky Monkey** и слушаю Back to Black*** на повторе, - говорит Пол.       - Что случилось?       - Мы с Хави официально взяли перерыв, и я чувствую себя так дерьмово. Такого со мной никогда не бывало, не рекомендую.       На лице Аарона мелькает гребаный калейдоскоп эмоций – вспышка восторга, затем вина, смятение, а после – радость, и он говорит:       - Я… что? Почему? Вы двое… то есть, вы же друг другу нравились, - и будто признание убивает его, Аарон добавляет, - я ошибался на его счет. Он хороший парень.       Пол вздыхает:       - Он уже несколько месяцев подумывает вернуться в Майами. А под «подумывает» я подразумеваю – наверняка собирается, хоть он и не признавался себе в этом до недавнего времени.       Озлобленное лицо Аарона возвращается:       - Что? Он просто швырнул в тебя это? Я знаю, что его семья там, но мне показалось, что он в Атланте надолго.       - Нет, в этом все и дело. Когда мы начали встречаться, он сказал мне прямо, что такой вариант возможен. Его отец умирает, а мать не справляется. Если бы это было легко, он бы не переезжал, но его брат тоже не справляется с тех пор, как в прошлом году потерял жену и остался с тремя детьми на руках, которые точно не справляются со всем. Эти дети – все для Хави.       Аарон, снова выглядя так, словно слова его убивают, спрашивает:       - А ты не думал поехать с ним или попробовать отношения на расстоянии?       - Это одна из причин, почему мы поставили отношения на паузу, приятель. Он сказал, что если мы не сделаем этого сейчас и дадим всему идти своим чередом, он попросит меня поехать с ним. А если все пойдет своим чередом, я начну думать об этом, поэтому лучше пресечь все в зародыше.       - Я не понимаю, - говорит Аарон, сжимая кулак так крепко, что Дэрил видит побелевшие костяшки его пальцев, - звучит словно… может, тебе стоит рассмотреть предложение.       - Блять, чувак, - говорит Дэрил, - что ты, нахуй, делаешь? Хочешь, чтобы он переехал в ебучий Майами?       Дэрил не видел Пола с июля и понятия не имеет, когда это случится в следующий раз, он только знает, что если парень переедет в Майами, это будет пиздец как нескоро. Может, никогда. Дэрил удивился, насколько его огорчает эта мысль; и до этого момента не понимал, как сильно хочет вновь увидеть Пола Ровиа. Думает, что все-таки стоило страдать от дерьмовых шуток Пола о «сексуальном призраке» и ощущений, словно иногда он слышит Дэрила и издевается над ним.        К счастью, Пол говорит:       - Нет. Я в полной мере осознаю, что это плохая идея. Моя жизнь здесь. Во-первых, моя работа – и я знаю, что менеджер книжного магазина кампуса это не шикарная должность, но мне она нравится. Выгода велика, и это стабильно. Моя семья здесь, или близкие, которые у меня есть. Мэгги, и малыш Хершел, и остальные наши друзья. Мне очень нравится Хави, но я не думаю, что люблю его. Я не готов бросить все, что имею, по крайней мере, не сейчас. Мы встречаемся лишь чуть больше четырех месяцев.       Аарон сжимает и разжимает кулак. Похоже, что его сейчас стошнит от своих слов:       - Я знал, что Эрик для меня – все, с первого же месяца. Ради него я бы переехал куда угодно.       - Ну, не всем нам посчастливилось встретить любовь всей своей жизни в девятнадцать, - огрызается Пол и тут же исправляется, - прости, это было...       - Нет, - говорит Аарон, делая медленные и размеренные вдохи, - это было не… я просто хотел сказать… если ты сдерживаешься, потому что у тебя в голове есть какая-то цифра количества свиданий, тогда… тогда это не слишком рано. Я… - он сглатывает, - мы говорили об этом. Иногда ты ведешь себя так, словно всем на тебя плевать, или… я хочу, чтобы ты был счастлив. Ты этого заслуживаешь.       - Чувак, ты же слышал, - ворчит Дэрил, - он сказал, что не любит того парня, - он начинает ковырять ногти, он знает, что снова ведет себя как сраный эгоист, но пошло оно нахуй. Он не хочет, чтобы Пол переехал в Майами с каким-то мудозвоном, и знает, что Аарон тоже не хочет этого. То ли потому, что Аарон хочет быть с Полом сам, то ли потому что не хочет, чтобы его друг переезжал, Дэрил не знает, и ему все равно.       Пол молчит так долго, что Аарон спрашивает:       - Приятель? Ты еще здесь? Прости, я не имел в виду…       - Я здесь, - говорит Пол, - прости, я просто... подумал кое о чем.       - Не хочешь поделиться с классом? – спрашивает Аарон, переходя на легкий тон.       Пол вздыхает:       - Нет, это неважно. В любом случае, как я уже сказал… моя семья и друзья здесь. В конечном счете, я бы обиделся на него за то, что он забрал меня. Это просто... просто не подходящее время. Думаю, если бы мы встретились годом или даже месяцем раньше, все было бы иначе.       - Думаю, я понимаю, - говорит Аарон, барабаня пальцами по ноге, - что сказала Мэгги, когда ты ей рассказал?       - Я еще не говорил с ней, - отвечает Пол, и Дэрил слышит улыбку в его голосе, - я… это тупо, но я понял, что ты мой единственный друг-гей. Мужского пола, я имею в виду. По крайней мере, единственный, кому я могу спокойно рассказать о таких вещах. Думаю, я просто… я хотел поговорить с кем-то, кто поймет. Спасибо, что выслушал.       - В любое время, - говорит Аарон.