The Unquiet Grave

      Аарон и Пол уезжают из хижины через месяц после свадьбы. Дэрил наблюдает, как они собирают вещи, и впервые за несколько раз после смерти по-настоящему негодует, что застрял в этой долине, и чувствует зов внешнего мира. Последний месяц выдался для мужчин беспокойным в плане рабочего дерьма – Аарон отправил финальный черновик своего четвертого романа издателям, а сезон съемок сериала, где работает Пол, подошел к концу. Двое живых мужчин бегали, словно курицы с отрубленными головами: Пол подавляющее количество дней работал допоздна, и у него не было сил ни на что, кроме быстрого поцелуя Аарона перед тем, как рухнуть в постель. У Аарона не лучше – он заканчивал последние правки в лихорадочном приступе продуктивности, работая до поздней ночи, чаще всего, когда Пол уже спал.       В редкие моменты свободного времени Аарон и Пол обсуждали планы на медовый месяц. Они собираются путешествовать почти целый месяц – съездить в Германию, Францию, Италию и Испанию. Путешествие тоже с размахом; ведь, пусть это и легко забыть, Аарон охуенно богат. Дэрил в курсе расходов, так как Аарон бронирует большинство вещей, пока Пол на работе, включая несколько сюрпризов, о которых рассказывает Дэрилу. Это будет первое путешествие Пола за пределы штатов, и Аарон хочет, чтобы оно стало особенным.       - Хотел бы я, чтобы ты поехал с нами, - шепчет Аарон однажды утром, когда объясняет Дэрилу план однодневной поездки в Помпеи из Рима, - я помню… помню, ты говорил, что никогда не выезжал из Джорджии. Думаю, особенно тебе бы понравилась Германия, в частности места, которые мы собираемся посетить в Боварии.       - Мечтай в одну руку*, - бормочет Дэрил.       Из своего медового месяца они собираются вернуться на ферму Грин как раз к празднованию Рождества; а затем в январе и феврале Пола ждет работа на съемках в Атланте. Они не смогут вернуться в хижину до весны, и при мысли об этом Дэрил чувствует опустошенность и подавленность.       В день отъезда Пол резко останавливается в нескольких шагах от джипа, тяжело дыша и поворачиваясь к хижине. Он пристально разглядывает ее, словно старается запомнить все в мельчайших деталях.       Аарон хмурится:       - Что-то случилось, приятель?       - Ничего, - неубедительно отвечает Пол. Аарон хмурится сильнее, вынуждая Пола вздохнуть и продолжить, - серьезно, все в порядке. Просто словно мороз по коже пробежал, - он улыбается Аарону и шевелит бровями, - может, мне просто грустно, что еще один сезон прошел, а твой сексуальный призрак ко мне не заглянул.       - Вот же мудила, - беззлобно говорит Дэрил, - я буду по вам скучать.       - Пока, Дэрил, - говорит Пол, - это я с тобой милый, по просьбе Тары.       - Я знаю, ты думаешь, что его на самом деле нет, - говорит Аарон, толкая Пола в бок, - но я буду скучать по разговорам с ним. Я всегда скучаю.       - Как и я, - шепчет Дэрил, наблюдая, как мужчины забираются в джип и уезжают. Он чувствует себя абсолютно опустошенным, когда они покидают границы его пристанища; словно мир потерял все краски.       Весной, - напоминает себе Дэрил, - они вернутся весной. Может быть, раньше, если они решат заскочить на денек-другой. *******************************************       Дэрил ужасно скучает по Полу и Аарону. Он пытается развеяться, наблюдая за животными и наслаждаясь красотой своей долины, но у него не выходит. Он понимает, что он избалован тем, что эти двое находились здесь все время. Он скучает по тому, как слушал рассказы Пола Аарону о рабочих днях, скучает по Аарону, рассказывающему о сложных моментах сюжета книги, скучает по послеполуденным прогулкам по долине втроем, скучает по просмотру телевизора с ними, скучает по игре в пинг-понг и подъебам с мячиком. Скучает по обрывкам сонных разговоров с Полом. Скучает по пассивному удовольствию, которое получает, когда эти двое занимаются любовью.       Время замедляется до такой степени, что уже словно ползет; с деревьев облетают последние листья, на траве появляется иней, и, наконец, начинает идти снег. Дэрил потерял все ощущение времени; ему кажется, что сейчас середина января, но он не уверен. По крайней мере, осталось шесть недель, может, больше.       Однажды вечером Дэрил блуждает по долине, мечтая, чтобы сейчас было лето и на тропе оказалось несколько туристов, к которым можно доебаться, и вдруг чувствует, как чистый ужас режет его на куски. Это превосходит все, что он чувствовал после смерти; подогреваемый чем-то типа адреналина и инстинктивного страха за свою жизнь, уже ему не свойственного. За ужасом сразу же следует боль, прожигающая его чуть ниже и правее сердца, а также между лопатками.       - Господи, блять, боже, - выкрикивает Дэрил, резко останавливаясь. Он цепенеет, и агония жжет его с каждым вдохом, несмотря на то, что ему не нужно дышать. И как только ему кажется, что хуже быть уже не может, он слышит голос Аарона, пробивающийся сквозь марево боли.       - Ох, блять, блять, моя рука, блять, боже… - гортанный крик боли, бессмысленная агония животного, попавшего в ловушку.       Дэрил резко поворачивается влево; мир безумно накреняется, и он видит Аарона прямо здесь, в двух шагах от себя, на водительском сиденье джипа. Самого автомобиля нет; сиденья находятся на снегу в долине. В голове Дэрила вспыхивает воспоминание о моменте их разговора во сне Аарона несколько лет назад – кухонный стол стоял на открытой местности в лесу. Только сейчас все иначе; это не сон, Аарон действительно здесь, весь в крови и битом стекле, его лицо искажено страданиями. Затем мир смещается, и они больше не в долине.       Дэрил ошарашено оглядывается; он сидит на пассажирском сиденье джипа. Аарон за рулем, повсюду кровь и стекло, а автомобиль с водительской стороны смят словно консервная банка. Левая рука Аарона зажата между металлом, и он безуспешно пытается освободиться.       - Аарон, - выдыхает Дэрил, чувствуя в груди боль и тут же в панике забывая о ней. Он чует медный запах крови и ощущает ее вкус во рту, так ярко и отчетливо, что поражен до потери сознания. Он приходит в себя, когда Аарон поднимает правую руку и хватает Дэрила за ладонь. Дэрил опускает взгляд на их сцепленные руки, и все обретает четкость. Он может чувствовать руку Аарона, ощущать шершавую кожу кончиков его пальцев, ловит новую вспышку боли, когда Аарон сжимает ладонь.       - Блять, приятель, - всхлипывает Аарон, - это выглядит… пиздец плохо… сука! – его хватка усиливается, причиняя Дэрилу боль, и голова откидывается на спинку сиденья. Его глаза зажмуриваются, а губы кривятся в мучительной гримасе.       Дэрил не может соображать, все его мысли улетучиваются. Все очень яркое и происходит слишком стремительно, паника и шок Дэрила слишком велики, чтобы задаваться вопросами, где они или какого хуя он сюда попал. Все, что ему известно – Аарон ранен, ранен серьезно, а Дэрил едва способен двигаться.       - Аарон, - хрипит он, - тебе нужно вытащить что-нибудь… перевязать… ремень, что-нибудь… - голос Дэрила затихает, когда он начинает присматриваться к тому, что окружает джип. Все его мысли снова вышибает, когда он осознает, что находится где-то недалеко от своей долины. Он смотрит сквозь разбитое ветровое стекло и видит гребаное месиво. Восьмиполосное шоссе охватил полный хаос; половина десятка машин разъебаны по асфальту. На фоне всего этого выделяется перевернутый грузовик; его груз – стволы деревьев разбросало по нескольким полосам. Дэрил видит маленькую машину, смятую под огромным бревном, и понимает, что нет ни единого шанса, что люди внутри все еще живы. Дэрил замечает впереди еще один автомобиль с мертвецами, пикап с кусками проволоки и металлолома в покореженном кузове. А еще он видит людей, выбегающих из своих разбитых машин, добрых самаритян, ищущих выживших.       Краем глаза он замечает движение и видит незнакомую женщину с массивной копной кудрявых волос, уставившуюся на машину:       - У него сломана рука, зовите на помощь!       Дэрил пытается кричать, но у него вырывается лишь едва различимый шепот. Но и этого достаточно, чтобы женщина повернулась и закричала:       - Юмико! Тут двое еще живы! Скажи диспетчеру поторопиться! Сэр, держитесь! – затем она отходит в сторону, стараясь придумать, как открыть дверь машины.       - Двое? – хрипит Дэрил.       Аарон издает прерывистый звук:       - Ох, дерьмо, приятель… это… это не так больно, как… блять, думаю, это плохо…       Его хватка на ладони Дэрила ослабевает, и он начинает судорожно хватать ртом воздух, вновь ударяясь затылком о спинку сиденья.       - Эй, - выдыхает Дэрил, - они приведут помощь… с тобой все будет в порядке… - он умолкает, когда его поражает ужасающее осознание, - Аарон, - сопит он, - Где П…       Аарон поворачивается с расширенными и мокрыми глазами и искаженным болью лицом:       - Пол, - выдыхает он, - я думаю, мы не успеем на ужин, твоя старшая сестра будет...       Аарон замирает, слова застревают у него в горле. Его глаза округляются еще больше, когда он переводит взгляд с лица Дэрила на его грудь. Аарон бледнеет и, несмотря на то, что он больше не повторяет, как болит его рука, на его лице все еще читается агония.       Это не идет ни в какое сравнение с взглядом ужаса, медленно появляющимся на его лице.       - Что, - спрашивает Дэрил, - что ты… - он опускает взгляд на свою грудь и не понимает, что видит. Он уже оправился от шока, когда обнаружил себя так ебически далеко от своей могилы, от того, что увидел Аарона серьезно раненым, от того, какая катастрофа развернулась на дороге перед ним, от факта, что Аарон может, блять, видеть и прикасаться к нему. Видеть грудь, слишком маленькую и облаченную в зеленый мягкий свитер вместо черной футболки, в которой он был убит, за гранью его понимания. Поэтому ему требуется секунда, чтобы осознать, что из середины его груди – чуть ниже и правее сердца, - торчит тонкий прут металла, словно сломанная свечка с праздничного торта. Все под обломком металла залито кровью, и теперь, когда он видит его, он понимает, что чувствует это, липкую и холодеющую кровь на своей коже.       - Я… - произносит Дэрил, поднимая руку, чтобы прикоснуться к металлу, смутно подумывая о том, чтобы вытащить его. Прежде чем он успевает что-то сделать, Аарон срывается на него.       - Пол! – выкрикивает он, - не двигайся, не трогай, чтобы… не смей, блять, двигаться…       Дэрил растерянно моргает, глядя на него, его сознание затуманилось, он потерял способность мыслить. Он хочет спросить, о чем, черт возьми, говорит Аарон, спросить, где Пол, но изо рта не вырывается ни слова. Он поднимает глаза на треснувшее зеркало заднего вида. Дэрил не видел своего отражения тридцать шесть лет и не видит его сейчас. Лицо, уставившееся на него, принадлежит Полу; серо-зеленые глаза ошеломленно расфокусированы.       Как только Дэрил встречается взглядом с чужими глазами в зеркале, мир снова меняется. Он снова в долине; автомобильное сиденье, на котором сидит Аарон, находится на снегу, только теперь рядом с ним есть пассажирское, на котором сидит Пол Ровиа. Со стороны Дэрил видит не только ту часть, что торчит из груди Пола, но и окровавленную заднюю часть металлолома, торчащую из спинки сиденья. Дэрил испускает непроизвольный стон, с ужасом осознавая, что тот маленький кусочек в груди Пола – это лишь часть трехфутового металлического прута, прошедшего через его спину и сиденье машины. Дэрил не понимает, как он в принципе все еще жив, просто знает, что он жив. Он видит, как медленно поднимается и опускается грудная клетка Пола, видит, как он медленно моргает, уставившись расфокусированным взглядом куда-то через долину.       Дэрил испускает еще один стон и, шатаясь, приближается, наклоняясь к нему. Аарон рядом вытянулся настолько, насколько способен из-за зажатой металлом руки. Он может только схватить Пола за руку и сказать:       - Не двигайся, блять, не двигайся. Дыши, хорошо?       Пол отворачивает голову от Аарона и смотрит в лицо Дэрила. Его далекий взгляд фокусируется, когда он встречается глазами с Дэрилом. Пол моргает в растерянности, улыбается сонной улыбкой:       - Привет, Дэрил.       От шока все мысли Дэрила снова рассеиваются. Это не может быть ошибкой; это не сонный почти односторонний обмен репликами. Дэрил чувствует холод во всем теле; Пол не осознавал его присутствия вне этого момента или двух, между сном и бодрствованием. Он знает, что Пол может его слышать; но Пол никогда не вел себя так, словно может его видеть. А Пол определенно его видит.       - Пол? – голос Аарона тихий и переполнен испугом, - что… что ты сказал?       - Дэрил здесь, - как бы между прочим говорит Пол. Между его бровями появляется морщинка, когда он изучает лицо Дэрила, - как ты вообще сюда попал? Ты же говорил, что не можешь уйти от своей могилы, это… это мили…       - Что ты… - все еще тихо и с ужасом произносит Аарон, - эй, посмотри на меня… посмотри на меня…       Пол продолжает пристально смотреть в глаза Дэрилу, растянувшись в слабой улыбке:       - Ты смотришь… ты смотришь на меня так, словно увидел призрака, - его голос затихает, и он издает сдавленный звук. Дэрил видит пятна крови на его губах, и его прошибает еще одно осознание. Пол причиняет себе боль, пытаясь с ним поговорить.       - Не… не пытайся говорить, хорошо? – говорит Дэрил, наконец обретя голос. - Ты серьезно ранен. Не знаю, почему я здесь или как оказался, это неважно. Просто… просто продолжай дышать, хорошо?       - Ох, - говорит Пол слабым и затихающим голосом, - думал… думал, ты здесь, чтобы забрать меня на тот свет.       Звук, который издает Аарон, когда Пол произносит эту фразу, Дэрил никогда, никогда и никогда не сможет забыть, даже если будет бродить по своим лесам десять тысяч лет.       - Никуда я тебя не заберу. Постарайся не болтать, ладно? Ты… ты пугаешь Аарона.       - Оу, - говорит Пол и, потому что он отморозок, делающий все наперекор, повышает голос, - приятель? Дэрил говорит, что я тебя пугаю. Прости.       Аарон издает очередной звук, врезающийся в память Дэрила:       - Пол… просто держись, хорошо?       - Делай, что он говорит, - приказывает Дэрил. Он перемещается так, чтобы сидеть рядом с Полом на краю его сиденья. Здесь не должно быть место для него, но оно есть. Он свободно кладет левую руку на спинку сиденья и протягивает правую, чтобы схватить Пола за ладонь.       - Хмм..., - бормочет Пол, - я рад тебя видеть. Аарон не шутил насчет твоих рук.       - Хотел бы я сказать тебе то же самое.       - Тебе не нравятся мои руки?       - Нравятся, - хрипит Дэрил, - просто… не очень встретиться с тобой в такой ситуации.       - Действительно, - говорит Пол, - обстоятельства могли быть лучше, но… я так давно хотел с тобой встретиться. Увидеть парня, который так зацепил Аарона… всего… - его голос затихает, - ты уверен, что не хочешь отправиться на тот свет?       - Ясен хрен, не хочу, особенно с тобой, - говорит Дэрил, - даже не уверен, есть ли он.       - Разве ты не видишь? Это прямо там. Видишь? – Пол отпускает руку Дэрила и указывает куда-то в сторону окна. Это движение вытягивает все его силы, и рука безвольно падает рядом.       Дэрил думает, что еще сильнее призрака напугать уже невозможно, поэтому он не готов к ледяному ужасу, пронзающему его насквозь. Он медленно поворачивает голову в указанном Полом направлении и видит…       Он резко поворачивается обратно к Полу, дрожа так сильно, что не сразу может произнести хоть слово. Он снова хватает руку Пола и говорит:       - Пол, не смотри туда.       - Почему? Выглядит неплохо, - произносит Пол, - мы могли бы пойти на разведку.       - А что насчет Аарона? – говорит Дэрил, переводя взгляд на другого мужчину. Тот все еще смотрит на Пола с широко раскрытыми от ужаса глазами.       - Рано или поздно и он придет, - говорит Пол, - мы можем все разведать перед ним. Приятель? Ты не против, если я пойду с Дэрилом?       - Пол, пожалуйста, - судорожно вздыхает Аарон, - ну же, приятель… останься со мной…       Дэрил качает головой.       - Ты его слышал. Мы не можем оставить его. Только не мы оба.       - Оу, - произносит Пол, - ты остаешься? Он был влюблен сначала в тебя, мне кажется. То есть, после Эрика и до меня. Я ревновал к тебе, когда он рассказал, как ты ему приснился. Его глаза искрились. Спасибо, что поделился им. Ты был на свадьбе? Конечно же был, ты сказал мне, что мы заслуживаем друг друга…       - Я ебаный призрак, Пол, - хрипит Дэрил, - это не то же самое, ты знаешь это. Прекрати болтать, окей? И… блять… прекрати туда смотреть.       - Хорошо, - произносит Пол тем далеким и сонным голосом. Его взгляд перемещается на лицо Дэрила, - привет.       - Привет, - повторяет Дэрил и пытается улыбнуться. Он порывисто наклоняется и целует Пола в висок точно так же, как делал Аарон бесчисленное количество раз, - я люблю тебя, - говорит он, - вас обоих.       - Я знаю, ты сказал это на нашей свадьбе, - бормочет Пол, - Аарон… он говорил, что думал, что ты там был…       Дэрил слышит вторгающиеся извне голоса. Все в беспорядочной мешанине – долина исчезла, и они втроем втиснуты в развалины машины. Он видит призрачные фигуры, мельтешащие вокруг, ярко-желтые шлемы пожарных, один из которых наклоняется к Аарону и спрашивает, помнит ли он свое имя и какой сегодня день, другой – на сиденье позади Пола, говорит «Осторожней, осторожней, она прошло насквозь…»       - Они собираются достать «гидравлические челюсти»**, - говорит Пол, - такие существовали, когда ты был жив?       Дэрил качает головой, его мир сузился до глаз Пола Ровиа. Вдали он слышит скрежет металла, и, к его изумлению, крыша машины и двери оказываются сняты, словно кожура с фрукта. Еще больше желтых пожарных касок окружают Аарона; скоба обвивает его шею, а игла входит в руку. Ладонь Аарона крепко сжимает руку Пола, и один из пожарных начинает разгибать его пальцы, «сэр, вам нужно его отпустить, нам нужно вас вытащить…»       Аарон протестующе мотает головой, сопротивляясь своему спасителю:       - Нет, нет, сначала вытащите его, пожалуйста….       Пожарный кричит кому-то вколоть гребаного седативного Аарону, и еще больше призрачных фигур окружают его. Он вредит себе, и Дэрил выкрикивает «Аарон!», а затем бросается к нему, безрассудно пытаясь схватить. Пальцы Дэрила смыкаются на запястье Аарона, и его ударяет, возможно, за последний час тысячная волна шока, потому что он может чувствовать это. Действительно чувствовать горячую, лихорадочную кожу и вовсе не фантом ощущения. Хотя этот шок не идет в сравнение с тем, что происходит дальше, потому что глаза Аарона встречаются с глазами Дэрила и…       И Аарон видит его.       Все сомнения Дэрила исчезают, когда он видит, как на губах Аарона застывает его имя. Дэрил не уверен, как или как долго это продлится, поэтому он сжимает пальцы, ощущая сумасшедший пульс, бьющийся под кожей Аарона.       - Аарон. Ты серьезно ранен, позволь им о тебе позаботиться. Я здесь, я никуда его не отпущу, ясно? Я надеру ему зад, если он попытается.       Аарон успокаивается. Позволяет спасателям осторожно вытащить себя. Дэрил и Пол остаются вместе. Дэрил оглядывается; все меркнет. Здесь только он и Пол, в луче света, словно находятся под прожектором. Он переводит взгляд на лицо Пола, тот все еще смотрит на него своими далекими глазами.       - Слышал, что я ему сказал? – хрипит Дэрил, - ты никуда не пойдешь. А теперь держи рот закрытым, окей?       Но конечно же Пол блядский Ровиа не слушает его, хотя он даже не пытается притворяться, что не может слышать Дэрила. Слабая улыбка мелькает на его лице.       - Я помню ночь нашей первой встречи. Как только я направился к хижине, я мог чувствовать тебя за мили. Ты был так зол. Я мог чувствовать это, эту энергию. Хотя это не пугало. Наверно именно поэтому я смог оставить его там, я знал, что ты о нем позаботишься, что с ним все будет в порядке. Не думаю, что доверил бы его кому-то еще.       - Заткнись, - огрызается Дэрил, - думаешь, что я не знаю, к чему ты клонишь? Я ебаный мертвец, Пол. Даже если бы не был, я… я не… я не смог бы заменить тебя. Никогда бы не смог сравниться с тобой.       - Ты себя недооцениваешь, - шепчет Пол.       - Не так, как ты себя, - отвечает Дэрил, - слушай... блять… если ты оставишь его, я надеру тебе зад, усек? Оставишь меня – и я надеру тебе зад.       - Не знаю, зависит ли это… от меня, - произносит Пол.       Затем он делает что-то странное, поднимает руку к лицу, накрывая рот ладонью, а затем опускает и говорит:       - Где Аарон?       - Я здесь, - вздыхает голос, - я рядом…       Дэрил поворачивает голову, и мир снова слетает с катушек. Они больше не на пассажирском сиденье машины, они лежат на носилках. Футболка Пола разрезана, его грудь обмотана повязкой, и Дэрил видит, что обломок металла все еще внутри. Все вокруг погружено в темноту, хотя странные тени фигур продолжают двигаться. Один из них поправляет кислородную маску на лице Пола, и Дэрил недоумевает, как он не заметил ее раньше.       Сквозь темноту, словно освещенную прожектором, он видит Аарона. Тот лежит на носилках в окружении других теней фигур. Его рубашка тоже разрезана, и он обмотан множеством трубок, а том числе идущей к его носу для подачи кислорода. Он бледен и покрыт пóтом, с запавшими и темными глазами. Он тянется к Полу, но тень фигуры аккуратно отводит его руку обратно на носилки.       - Только держись, - говорит Аарон.       - Да, - говорит Дэрил, - они отвезут тебя в больницу и подлатают.       Взгляд Пола, кажется, обращен вовсе не на Дэрила. Он видит, как его глаза закрываются. Тени фигур вокруг него начинают волноваться, и он слышит голос Аарона, выкрикивающий: «Что случилось, нет, нет, нет», - в то время как одна из теней просит успокоить его.       - Пол, - говорит Дэрил, хватая его за руки, - мудила. Нет, нет, ты не посмеешь…       Дэрил стоит посреди своего леса. Он озирается словно дикий зверь, охваченный беспомощностью. Без раздумий он мчится к хижине и грунтовой дороге, ведущей к цивилизации. Он не уверен в том, что именно пытается сделать, просто отчаянно хочет оказаться рядом с Аароном и Полом. Едва он достигает границы своего места обитания, его словно окутывает туманом, он не может разглядеть даже вытянутую перед лицом руку.       - Нет, - говорит Дэрил, - нет, черт возьми!       Его протесты не имеют никакого эффекта; когда туман рассеивается, он стоит на своей могиле.       - Блядство! – кричит он, вновь бросаясь к грунтовой дороге, фокусируя все свое желание и внимание на тропе. Он мертвец, не существует никаких правил, он только что был в машине скорой помощи рядом с Полом, так что он может съебаться.       Вся логика мира не может помешать туману опуститься, когда он достигает границы своего места обитания, и не может помешать ему обнаружить себя на могиле. И никакая логика мира не может помешать ему бездумно бросаться вниз к грунтовой дороге снова и снова – это ебаная петля, которая длится часами. Днями. Хуй знает сколько.       Поэтому он почти не замечает, когда туман рассеивается, и он оказывается на не своей могиле, а в коридоре больницы. Он колеблется, бешено озираясь по сторонам, забыв, кто он и почему так отчаянно пытался сюда попасть. Это почти как возвращение после отключки – у него уходит минута, чтобы все прояснилось.       Врачи и медсестры снуют по коридору и не замечают его. Как только ему удается опомниться, Дэрил перемещается по коридору в поисках, пока притяжение в животе не заставляет его заглянуть в операционную. Там он видит Аарона, освещенного словно прожектором, как в момент, когда они были в машине скорой. Он лежит в широкой постели, подключенный к различным аппаратам, монитор показывает его пульс, и Дэрил пристально наблюдает за ним, пока не убеждается, что мужчина жив. Дэрил не может утверждать это только лишь от взгляда на него: у Аарона мертвенно бледное лицо, запавшие глаза и ввалившиеся щеки. Переместившись ближе, Дэрил видит, что у него от локтя нет части руки – просто культя, обмотанная бинтами.       - Блять, - шепчет Дэрил, положив ладонь на плечо Аарона. Он пытается собрать всю свою любовь и передать ее Аарону. Когда он смотрит на бледное лицо, глаза Аарона медленно открываются. Дэрил почти ожидает, что тот увидит его вновь, но он просто моргает и издает слабый стон.       - Аарон? – тихо произносит знакомый голос, - хей, бро, ты очнулся?       Дэрил видит чужую руку, опустившуюся на плечо Аарона рядом с его. Он поворачивает голову и видит Гленна, с осунувшимся и бледным лицом сидящего рядом с кроватью Аарона.       - Гленн, - произносит Аарон надтреснутым шепотом.       - Хей, бро, - говорит Гленн, даря другу дрожащую улыбку, - рад, что ты вернулся. Как ты себя чувствуешь?       - Словно меня сбил грузовик… - его голос затихает, и он осознает кое-что о своей руке. Или, скорее, об отсутствии руки. Он пристально смотрит на свою культю с нарастающим ужасом, и в мониторе аппарата Дэрил видит, как подскакивает его пульс.       - Да, - говорит Гленн, - им пришлось ее отрезать… Мне жаль…       Аарон смотрит на пространство, где должно быть его предплечье, и Дэрил видит, как выражение ужаса меняется на какое-то иное, что-то пугающее и пустое.       - Плевать, даже если им придется отрезать другую, - глухо произносит Аарон, - Пол умер?       Вопрос ударяет Дэрила так сильно, словно фантомная боль от куска металла, пронзившего сиденье Пола. Секунда, которая уходит у Гленна на то, чтобы ответить, растягивается словно ириска, когда бесчисленные воспоминания о Поле мелькают перед глазами Дэрила, последнее из которых – как он говорит, что не знает, зависит ли от него его уход.       - Нет, - произносит Гленн, хотя от его тона голоса ни Дэрил, ни Аарон не чувствуют облегчения, - он сейчас в реанимации. Мэгги и Тара с ним.       - Он умрет? – спрашивает Аарон. Когда его друг колеблется с ответом, Аарон судорожно выдыхает, - Гленн. Пожалуйста, скажи мне.       - Мы не знаем, - говорит Гленн, - врач… врачи сказали Мэгги, что делают все возможное, но они говорят, что все плохо. И что, ох, нужно готовить себя.       Аарон дергает головой, и его дыхание вырывается рваными вздохами. Лицо искажается гримасой боли, а по щекам текут слезы.       - Эй, - быстро говорит Гленн, - эй, послушай. Он все еще с нами, и Иисус не сдастся без боя. Это еще не конец.       Аарон резко всхлипывает, затем вновь. Гленн сжимает его здоровую руку и ничего не говорит. Через несколько минут Аарон берет себя в руки и способен прохрипеть:       - Я… я хочу его видеть, - он приподнимается на больничной койке, и когда Гленн пытается его остановить, вздыхает, - пожалуйста, Гленн, мне нужно его увидеть.       - Я знаю, я понял, - быстро говорит Гленн, - и ты увидишь, но тебе серьезно досталось. Просто посиди минуту, дай мне поговорить с медсестрой. – Аарон падает обратно на постель.       Медсестра – хуев пачка, пытается убедить Гленна, что перемещение Аарона прямо сейчас невозможно. Гленн – спокойный парень, поэтому Дэрил удивлен, как мало говна он на нее вылил в ответ.       - Да, муж моего друга может умереть. Но у него ведь должна быть возможность попрощаться, - в конце концов это вынуждает Гленна спокойно и вежливо уточнить, что его друг – довольно известный писатель со связями в Голливуде, и он целиком и полностью готов связаться с тем, кто отвечает за пожертвования больнице, если медсестра разрешит привести Аарона к Полу.       Санитар помогает Аарону пересесть в кресло-каталку, везя его вместе со стойкой с капельницами. Гленн идет по правую сторону от Аарона, и Дэрил перемещается за ними следом. Больница, кажется, растягивается на многие мили; они преодолевают ряд лифтов и лабиринт коридоров. Наконец, они добираются до реанимации. Палаты здесь большие, с массивными раздвижными стеклянными дверьми, сквозь которые видно все помещение целиком. Повсюду пищащие и мигающие аппараты, и Дэрил покачивается, охваченный чувством затуманивающегося сознания.       Наконец, они достигают двери, у которой находится знакомая фигура – Тара Чамблер, прислонившаяся к стене и склонившая голову. При их приближении она поднимает голову, и Дэрил понимает, что она плакала.       - Аарон, - произносит она, вытирает глаза и бросается к нему с распростертыми объятиями, резко останавливаясь у кресла-каталки. Ее глаза округляются, а губы дрожат, когда она видит его покалеченную руку. Она способна совладать с собой, - он там, - шепчет она, быстро моргая, - Мэгги сидит с ним.       Аарон кивает ей, протягивая здоровую руку. Она хватает ее и стискивает, безуспешно пытаясь улыбнуться. Когда санитар начинает толкать Аарона в сторону палаты, она отступает назад и говорит, что внутри разрешено находиться только двум посетителям. Только двум живым посетителям, по крайней мере. Гленн остается с Тарой позади, Дэрил перемещается следом за Аароном.       Больничная постель Пола больше по размеру и замысловатее, чем у Аарона. Он подключен к большему количеству машин, включая трубку, проходящую между его губ и закрепленную кусочком ленты. От этого он кажется невыносимо маленьким и хрупким; и при виде его Аарон издает прерывистый звук, отлично отражающий мысли Дэрила, когда санитар подвозит его прямо к постели Пола. Только сейчас Дэрил замечает Мэгги, сидящую рядом с постелью с опущенной головой. В отличие от Тары это не потому, что она плакала, а потому что молилась. Ее взгляд перемещается на культю Аарона, и по лицу пробегает тень горечи, но она выпрямляется и поднимает подбородок.       - Эй, - говорит она, - он все еще с нами, все еще борется.       Аарон на нее даже не смотрит, его взгляд прикован к неподвижной фигуре в постели. Аарон морщится и кладет дрожащую ладонь на грудь Пола.       - Эй, приятель, - говорит он, - я… я никуда не уйду.       Дэрил хотел бы сказать то же самое, но палата начинает исчезать. Последнее, что он видит – как Аарон склоняет голову над неподвижным телом Пола.       А затем он оказывается в своей долине под льющимся на него лунным светом. Один.