The Unquiet Grave

      Первое, что говорит Пол Дэрилу, когда они усаживаются в кресла-качалки, это:       - Воу. Дежавю. Мы… мы уже делали это раньше.       Дэрил моргает, глядя на него:       - Да, полагаю, да. Мне нравится сидеть здесь с тобой и Аароном, как поодиночке, так и вместе.       Пол не отвечает, и единственный раздающийся звук – это скрип дерева, когда он начинает мягко раскачивать кресло. Он босой, и Дэрил опускает взгляд, рассматривая, как его ступни изгибаются и напрягаются – снова прижимаются к половицам крыльца, перекатываясь до кончиков пальцев, когда он покачивает кресло назад и вперед. Пол рассматривает долину, луна висит высоко в небе и освещает ее, делая смутно различимыми деревья и холмы вдалеке. Наконец, его ступни упираются в пол, и он перестает раскачиваться. Когда Дэрил поднимает взгляд на Пола, тот смотрит на него в ответ. Страх в его глазах не исчез, но и надежда тоже.       - Сколько ты уже здесь? – тихо спрашивает Пол, - Аарон не назвал мне точную дату.       - Прошло уже тридцать семь лет, - произносить это вслух так странно, - мне было тридцать восемь, когда я умер. Еще немного и… - он замолкает.       - И ты будешь мертв дольше, чем был жив, - заканчивает Пол.       Дэрил кивает.       - Думаю, все проводят больше времени мертвыми, чем живыми.       - Да, - говорит Пол, - но большинству людей не приходится сталкиваться с этим непосредственным образом. Мне жаль, что это случилось с тобой.       - Все в порядке, - говорит Дэрил, неловко ерзая, - я уже привык к этому. В любом случае, не нужно говорить обо мне. Думаю, Аарон рассказал тебе важные вещи несколько лет назад. Расскажи мне о том моменте, когда тебе было восемь лет. Кто был тем призраком?       - Я так и не узнал, - шепчет Пол, - мы… мы не сидели и не говорили, как сейчас с тобой, - он прерывисто выдыхает, - это… однажды мы переехали в новую квартиру, в первый раз, когда я ехал на лифте с отцом, она стояла там, милая старушка, улыбнувшаяся мне. Я попросил ее нажать кнопку шестого этажа, а мой папа спросил, с кем я разговариваю. Именно тогда я осознал… двери лифта были блестящими, как зеркало, и ее отражения в них не было.       - Блять, это прям как в фильме ужасов, - бормочет Дэрил.       Пол раздраженно фыркает:       - Ты, бля, просто не представляешь. Осознав, что я могу ее видеть, она не оставляла в покое. Куда бы я ни шел, она следовала за мной, всего в нескольких шагах позади. Даже несколько раз залезала ко мне в кровать, я поднимал одеяло, а оттуда на меня смотрели ее глаза… - дыхание Пола учащается, глаза стекленеют, и Дэрил понимает, что тот в панике. Без раздумий Дэрил протягивает руку и касается пальцами запястья парня, пытаясь передать ощущение, что все в порядке, ее тут нет, все закончилось Полу. Дэрил не пытался делать ничего подобного уже несколько лет; с тех пор, как предпринял попытку бросить свои уродливые воспоминания в Пола и получил несколько таких вспышек в ответ. Сначала Пол вздрагивает, но когда смотрит на Дэрила, его дыхание вновь замедляется. Наконец, Дэрил убирает руку, чувствуя дрожь.       - Кажется, она из разряда мудаков, - бормочет Дэрил. Он виновато мнется, - я… иногда так делал. Мне нравилось лежать рядом с Аароном, когда он спал… но он вроде… то есть, мы знали друг друга, даже если разговаривали всего лишь раз. И он не маленький ребенок.       - И когда ты увидел, что я испугался, ты ушел, - мягко говорит Пол, - спасибо.       - Блять, это простая вежливость, - говорит Дэрил.       Пол нервно смеется:       - Ну, тебе бы поучить некоторых своих призрачных собратьев манерам.       Дэрил фыркает:       - Возможно, это впервые, когда кто-то сказал подобное об одном из «этих парней Диксона».       Пол смотрит на него с любопытством:       - Это твоя фамилия? Я знаю, что Аарон выдумал «МакМанус», потому что ты не называл ее.       - Да, - говорит Дэрил, - Дэрил Джесс Диксон.       - Когда ты родился?       - 15 декабря 1940, - отвечает Дэрил, - вскоре после моего первого дня рождения отец пошел воевать с японцами.       - Что? Со всеми? – говорит Пол, поднимая бровь. Глядя на растерянного Дэрила, он поспешно говорит, - неважно. А что насчет твоего брата? Когда он родился?       - А разве это имеет значение? Прекрати пытаться избежать разговоров о твоем собственном дерьме, спрашивая обо мне.       Пол моргает:       - Это… я не нарочно… я просто… - он опускает взгляд, - я думал о твоих словах; как ты бы отдал все, чтобы узнать, что случилось с твоим братом. Я…. я мог бы его поискать. Вас обоих, посмотреть, есть ли какие-нибудь записи. Я не пытался избежать разговоров о себе…       Дэрил чувствует жжение в груди, чувство… блять, он не знает, как описать. Эгоистичная уебская часть его хочет рассказать Полу больше, может, попросить его достать ноутбук прямо сейчас и поискать все возможное о Мерле Уильяме Диксоне, рожденном 6 апреля 1933 года в Седалии, штат Джорджия, от брака Уильяма и Арлин Диксон. Он знает, Мерл почти наверняка мертв, а если нет – ему за восемьдесят, и он, вероятно, такой же кусок мудака, каким был в свои сорок, но…       Дэрил прогоняет эти мысли:       - Мы можем сделать это позже. Как я уже сказал, мы говорим о тебе.       - А как сказал я, - отвечает Пол, - я не пытаюсь избежать этого. Я собирался сказать… - он сглатывает, - мысли о моем брате заставили меня подумать о твоем. Джон… я бы действительно поехал крышей, если бы не он. Он не мог ее видеть, но он верил мне. И он помог мне понять, как с этим разобраться, - Пол слабо улыбается, - он – тот, кто заставил меня полюбить исследования. Он потащил меня в библиотеку и попросил у библиотекаря «взрослые» книги о призраках, а не сказки для детей. Он был еще бóльшим книжным червем, чем я. Мы иногда менялись местами в школе, я ходил на его уроки физкультуры, а он – на мои уроки математики.       - Аарон рассказывал мне об этом, - говорит Дэрил, - о последнем, то есть, как вы менялись местами. Сказал, что иногда ваша мама звонила в школу, чтобы убедиться, что вы на своих местах.       Пол удивленно моргает:       - Помню, как говорил с ним об этом. Он… рассказал тебе?       Дэрил закатывает глаза:       - Шутишь? Весь тот год, который он потратил на то, чтобы быть мужиком и попросить тебя стать его парнем, он пересказывал мне все, что ты делаешь. Иногда даже цвет твоей одежды.       Пол ухмыляется, по-настоящему:       - Должно быть скучно.       - Не, - признается Дэрил, опуская глаза и ерзая, - одна из моих любимых тем разговора.       Теперь черед Пола смущенно отвести взгляд.       - Аналогично, - говорит он, - я дразнил его, но… мне нравилось слушать о призраке Аарона. Нравилось читать о тебе в его книге.       - Оу, - произносит Дэрил, ерзая на стуле. Ему приходит в голову ужасная мысль, - ты читал второй черновик?       Пол кидает на него странный взгляд:       - Нет, я специфичен в этом вопросе. Только финальную версию.       - Хорошо, - говорит Дэрил. Финальный черновик достаточно плох, но в нем только одна откровенная сцена секса, которую Дэрил может припомнить. Он быстро меняет тему разговора, - так… так ты разобрался?       - Не думаю, что разобрался, не совсем, - шепчет Пол, - думаю, я начал… ты знаешь, что такое диссоциация? – когда Дэрил качает головой, Пол объясняет, - это психологическая штука. Как… ты отрываешь свои мысли от реальности, от того, что с тобой происходит. Выходишь за пределы себя.       Дэрила пробивает озноб, он вспоминает моменты, когда Уилл Диксон фактически избивал его до полусмерти, временами оставляя шрамы. Было так больно и страшно, пока он просто... не отдалялся, и он словно смотрел на себя со стороны, - окей. Да. Я понимаю. Не знал, что у этого есть название.       - Оу, - произносит Пол, - конечно, Аарон говорил, что предыстория персонажа списана с тебя… - он сглатывает, - в любом случае, я не уверен, что было именно так. Просто знал, что когда увижу призрака, я просто... представлю, что разгуливаю без призраков. – Он колеблется, снова оглядываясь через плечо в сторону дома, и напряженным голосом произносит, - Аарон очень сильно страдает от фантомной боли в руке. Ты знаешь, что это?       - Да, - говорит Дэрил, сбитый с толку резкой сменой темы, - или мне кажется, что знаю. Один из приятелей моего Папашки на войне наступил на мину, и ему оторвало ногу; говорил, что он все еще чувствует зуд, а иногда словно кто-то щекочет ему пятку.       - Один из методов его лечения, - говорит Пол, сосредоточенно хмурясь, - называется зеркальной терапией. Единственное, что ему нужно делать – держать зеркало перед правой рукой. Он смотрит на отражение и двигает пальцами и… это словно обман для мозга. Он видит там левую руку, или то, что выглядит так, словно она двигается нормально.       - Просто супер, - бормочет Дэрил, - звучит как вуду чушь. Это действительно работает?       Пол выпускает удивленный смешок, и когда Дэрил удивленно смотрит на него, произносит:       - Просто… видеть, как призрак насмехается над «вуду чушью». Может, вуду – это реальное, или… или… доски Уиджи и спиритические сеансы. Кто знает?       - Аарон читал об этом дерьме, и по моему экспертному призрачному мнению – все это чушь, - он колеблется, - вообще-то, была одна вещь, о которой он читал… я расскажу тебе чуть позже. Какое отношение имеет зеркальная терапия к призракам? – Дэрилу кажется, что у него есть идея, и она подтверждается, когда Пол вновь начинает говорить.       - Как я рассказывал, - бормочет Пол, - Джон не мог их видеть. Я… я смотрел на него, как он ходит куда-либо и не видит призраков, и притворялся, что тоже не вижу.       - Это не похоже… - начинает говорить Дэрил. Он не силен в психологии; он узнал больше, чем когда был жив, из того, что Аарон читал или смотрел по телевизору. Он не может подобрать правильные слова, - не похоже, что ты справлялся. Или здоров.       - Я и не был, - говорит Пол, - очевидно же. – Его взгляд становится таким же отсутствующим, как и в моменты, когда Дэрил с ним разговаривал, и теперь он задумывается, каждый ли раз, когда это происходило, Пол просто… проверял. Притворялся, что не слышит того, что слышит, или даже не видит того, что видит. – Знаешь, что еще я вспомнил? – как бы между прочим говорит Пол, - я вспомнил об этом, когда мы попали в аварию, сразу после того, как услышал крик Аарона. Я был в ужасе, я не мог… я мог думать только о том, что мы в ловушке, кто-то должен нам помочь, помочь выбраться, я звал на помощь хоть кого-нибудь. И тогда появился ты. Я помню… - он запинается, - это показалось мне знакомым. Словно я прошел через подобное раньше, и я знал, что произойдет. В день смерти Джона и наших родителей, они везли его на прием к врачу. Я все еще был в школе, обычно они забирали нас вместе, но у меня была футбольная тренировка…. Так вот, в одну секунду я стоял на поле, а в следующую – услышал крик мамы, а затем увидел Джона… - его дыхание стало шумным. – Я был там, рядом с ним. Они переезжали через мост, когда грузовик врезался им в лобовое, парень был пьян в полдень рабочего дня. Папа и мама умерли сразу, но Джон… он был слишком сильно ранен и не мог выбраться, и он утонул. Я был с ним до самого конца, держал его руку, но в то же время я чувствовал все, что чувствовал он, пока он не ушел. Наверное, я упал в обморок, потому что следующее, что я помню – это кабинет школьной медсестры, и кто-то говорит мне, что они умерли.       - Господи блять, - шепчет Дэрил, охваченные ужасом мысли о двух маленьких детях, застрявших в раздолбанной машине: вода медленно поднимается, пока не остается никаких воздушных карманов, и происходит необратимое. Он задумывается, был ли Джон, как и он, сначала в ловушке собственного тела. Сидящий под толщей темной воды в одиночестве, маленький гребаный ребенок…       Он отбрасывает эту мысль – слишком ужасную для обдумывания. Он надеется, эта смерть и призрачное дерьмо не относится к детям, он был взрослым человеком, но все это было так же страшно и чертовски запутано. Лишь через несколько минут он обретает способность говорить.       - Дерьмо, чувак. Неудивительно, что ты заставил себя забыть. Это… мне жаль, что ты прошел через такое, когда был ребенком.       Взгляд Пола сфокусирован на Дэриле:       - Я… спасибо. Все в порядке, но я… блять, я ни с кем не мог поговорить об этом, я думал, я совсем ебнусь. Терапия была бесполезной, потому что я не мог быть откровенным и…, - он улыбается, - я все еще не уверен, что не тронулся умом.       Дэрил колеблется, после чего говорит:       - Помнишь, что ты сказал Аарону? Что неважно, реальный я или нет, если разговоры со мной помогают, значит, стоит это делать в любом случае.       - Да…       - Так вот это полнейшая хуйня. Я не проекция, а ты не тронулся. Это дерьмо случилось, и то, что ты притворяешься, что этого нет, не заставит тебя чувствовать себя лучше.       Пол поднимает брови:       - Суровая забота от возможной галлюцинации.       - Нахуй сходи, - ворчит Дэрил, - что было потом?       - Я… я не знаю, - произносит Пол, - я помню, что Джон пришел и оставался со мной в первый год. Он прогнал всех призраков, которые поначалу беспокоили меня…       Дэрил фыркает:       - Серьезно? Маленький ребенок?       - Да, - слегка улыбаясь, говорит Пол, - у него были яйца. Думаю, может, это потому… ну, он не был растерян или потерян. Я не знаю. Мы также продолжали работать над тем, как отключаться от них, - у него перехватывает дыхание, - я… я не знаю, сработало ли это слишком хорошо и стало ли причиной, по которой я перестал его видеть. Или повлияла терапия, изучение способов преодоления, и это перетекло в… что бы это ни было. Все, что я знаю – что в конце концов я просто… забыл о большей части этого дерьма, и сейчас, когда я помню, это больше не работает. Я не могу… я не могу выключить это и повсюду вижу мертвых.       - Ну, за все время здесь я не видел других призраков, - отвечает Дэрил, - но если увижу хоть одного, вышлю его нахер, не беспокойся. Здесь только я, и, как я сказал… я могу убраться.       Пол изучает его мягким взглядом.       - Ну, а как я сказал - ты единственный, с кем я могу поговорить об этом. Ты не… ты не должен уходить. Я… я не хотел бы этого, вообще-то.       Дэрил чувствует, как в груди расходится тепло, осторожная надежда:       - Ты больше не боишься меня? – произносит он с небольшой улыбкой.       Пол улыбается в ответ:       - Я бы так не сказал, но я работаю над этим.       - Идет, - говорит Дэрил, затем хмурится, - наверное… то есть, думаю, мне нужно кое-что прояснить, теперь, когда ты знаешь, что я рядом… - он мнется, - наверное… наверное, я должен сказать тебе, что иногда я не могу уйти.       - Что это значит? – спрашивает Пол.       - То есть, это как… я пытаюсь уйти, но не могу. Думаю… думаю, ты это делаешь. Не нарочно, но иногда ты словно тащишь меня за собой, или… эм… один раз я словно был тобой. Внутри тебя.       Пол рассматривает его с нечитаемым выражением лица:       - Когда?       Блядство. Он не продумал эту линию разговора до конца; но он знает, что ему нужно сжать яйца в кулак и быть честным относительно вещей, к которым он причастен.       - Когда вы… когда ты упал в обморок, в тот раз. Это напугало Аарона.       - Оу, - задумчиво произносит Пол, - наверное, я уже должен был догадаться, что это был ты.       - Прости, - быстро говорит Дэрил, - я не пытался…       - Есть удерживающая… заземляющая техника для диссоциации, - перебивает Пол, - когда ты фокусируешься на том, чтобы находиться в своем теле. Я… мне часто приходилось делать это, когда мы с Аароном… интересно, поэтому ли тебя тянет. Блять, я все еще не знаю, как это дерьмо работает.       - Ты меня понял, - отвечает Дэрил, затем продолжает, - Аарон когда-нибудь говорил с тобой о Марии Ровиа?       Пол моргает:       - О ком?       Дэрил объясняет, как во время исследований по спиритуализму Аарон наткнулся на это имя, и немного покопался относительно его.       - Она даже была в Википедии, - говорит Дэрил, - там была ее фотография и… она выглядела так, словно твоя родственница. Там сказано, что она написала какие-то штуки, может быть, что-то в них будет тебе полезно.       - Нет, он никогда не рассказывал мне об этом, - задумчиво говорит Пол, - я… думаю, я мог бы взглянуть. Посмотрим, что я смогу найти. Интересно, почему он не упомянул этого.       Дэрил пожимает плечами:       - Он собирался, но когда он звонил, на телефон ответил Гребаный Алекс и вывел его из себя. Безумнее, чем трехногая кошка, пытающаяся закопать какашку, как сказал бы мой Папаша.       Пол издает удивленный смешок, затем прикрывает рот рукой и оглядывается через плечо на окна. Его плечи трясутся, и Дэрил видит, что его глаза прищурились, как всегда, когда он смеется. Тот факт, что он заставил Пола так рассмеяться, согревает Дэрила. Взяв себя в руки, Пол говорит:       - Я не знаю, что забавнее: что даже ты зовешь его «Гребаным Алексом» или слова твоего Папаши.       - Ну, я никогда его не видел, но он все равно кажется полнейшим придурком. Аарон рассказывал мне о нем, я хотел бы надрать ему зад.       Пол вновь улыбается:       - Ну, я ценю твое отношение, но я сам могу надрать ему зад.       - Таким парням, как он, недостаточно одного раза, - отвечает Дэрил, - я позволю тебе сделать это первым.       - Договорились. Но в этом нет необходимости, я почти не вспоминал о нем с тех пор, как мы с Аароном вместе, – его улыбка исчезает, он выглядит неловким и смущенным, - я… мы ушли от темы, где ты смотришь на нас, когда мы вместе.       Дэрил опускает глаза и кивает:       - Простите. Может, теперь, когда мы знаем, что происходит, меня больше не будет втягивать.       - Если это я делаю, втягиваю тебя, - мягко говорит Пол, - тогда мне нужно извиниться перед тобой. Даже если это было не специально.       Дэрил чертовски хотел бы отключиться прямо сейчас. Он думает просто пожелать Полу доброй ночи и сбежать к своей могиле. Но это будет трусостью, и он поведет себя как баба. - Я… эм. Ты не должен извиняться передо мной за это.       Пол молчит, и Дэрил слишком боится взглянуть на его лицо и увидеть, что он думает по этому поводу.       - Тебе нравится наблюдать за нами.       - Да, - произносит Дэрил, не отрывая взгляда от половиц крыльца, - я знаю, как это звучит, и… - он запинается, - я просто… я никогда не делал ничего подобного при жизни. И я… - он бросает быстрый взгляд на Пола и не может прочесть выражение его лица, поэтому вновь опускает глаза, - я имел в виду то, что я сказал в машине и на вашей свадьбе. Мне нравится быть с вами, даже если ты не знаешь, что я здесь. Но я не могу остановиться, можем найти способ…       - Ты не обязан, - тихо говорит Пол, - то есть, я выясню, как перестать тебя втягивать, потому что у тебя должен быть выбор. Но если ты хочешь остаться, то можешь остаться. Я не возражаю, и, уверен, Аарон считает так же.       Дэрил вскидывает голову, ожидая усмешку, но выражение лица Пола абсолютно серьезное, и он немного раскраснелся, и, блять, для Дэрила это слишком. Последние несколько часов, которые они разговаривали, поразили его – его видели, он разговаривал с Полом в бодрствующем мире, словно старые друзья, и теперь Пол говорит ему, что все в порядке, если Дэрил смотрит, как он трахает мужа…       - Воу, - говорит Пол, подавшись вперед, - ты выглядишь так, словно сейчас взорвешься. Я забыл, Аарон говорил, что ты стеснительный. Прости, если это было слишком.       - Я не стеснительный, - протестует Дэрил.       - Конечно нет, - говорит Пол с каплей веселья в голосе. Когда Дэрил снова смотрит на него, он становится серьезным, - вообще-то… вообще тебе сейчас не нужно об этом беспокоиться. Мы… эээ. У нас не было секса с момента аварии.       Дэрил недоверчиво смотрит на него:       - Серьезно?       - Ты так удивлен, - криво усмехается Пол.       - Блять, иногда мне казалось, что вы никогда не займетесь ничем другим, - бормочет Дэрил, - сводили меня с ума.       Пол ерзает в кресле-качалке, в очередной раз оглядываясь через плечо туда, где в хижине спит Аарон.       - Мы. Мы… ээ… пытались около месяца назад, но я просто не смог.       Дэрил мнется, чувствуя себя неловко и тупо за эту неловкость. Он только что признался, что смотрит, как Пол и Аарон трахаются, а Пол только что признался, что все в порядке, и нет причин, по которым Дэрил должен чувствовать себя смущенным.       Последуй своему собственному совету, Дарлина. Сожми яйца в кулак.       - Что… почему? Вы все еще… то есть, я знаю, вы оба пострадали.       - Это сыграло свою роль в начале, - сглатывает Пол, - а теперь это просто… это нависло надо мной. Может, схожу с ума, не понимаю, что реально, лгу ему, - он опускает глаза, - и… и рука. Это не беспокоит меня… то есть, беспокоит, потому что я ненавижу, когда он страдает, но меня все еще тянет к нему. Он ведет себя так, словно это его не беспокоит, но я знаю, что это не так, и я не могу… Я слишком в беспорядке, чтобы помочь ему. С ним случилось такое, а он вынужден беспокоиться обо мне вместо себя.       - Ну, перестань ему лгать, скажи то, что сказал мне, - говорит Дэрил, - мы можем… блять, мы все втроем можем выяснить, как общаться друг с другом.       Пол отворачивается от него, умолкая на несколько долгих секунд.       - Это… это не так просто.       - Я уверен, что просто, - говорит Дэрил, - он верит, что я здесь, ты же знаешь.       - Он думает, что верит, - произносит Пол, - одно дело – подыгрывать, потому что это ему помогает, а другое дело – подойти и сказать, что я могу видеть и разговаривать с тобой, он подумает, что я тронулся…       - Ты не умеешь читать мысли, - говорит Дэрил, - или умеешь? Черт, и будущее ты можешь видеть?       Пол ужасно бледнеет. Во время разговора были моменты, когда он, описывая ужасные вещи, выглядел напуганным, но он постепенно приходил в себя, успокаивался. Сейчас он выглядит так, словно его вот-вот стошнит.       - Я не знаю, - произносит он тихим голосом, - есть… есть кое-что еще, у меня ушло много времени, чтобы установить связь с этим и тем, что происходит… - его голос срывается, и ему нужно время, чтобы обуздать эмоции, - ты всегда здесь, да? Ты… ты присутствовал при всех наших разговорах…       - Не при всех, - бурчит Дэрил.       - Ты был при одном, - произносит Пол, - это была ночь… когда Аарон поцеловал меня в первый раз, ты остановил мой побег…       - Да, я был там, - говорит Дэрил.       - Помнишь, что он сказал мне о том, что он иногда ненавидел Эрика? – Дэрил кивает, - одна из причин, по его словам, по которым он ненавидел Эрика – это за то, что тот «не был ебаным экстрасенсом» и вовремя не узнал, что болен, чтобы что-то действительно предпринять.       - Ох, - произносит Дэрил, чувствуя холод в животе, когда он осознает, к чему клонит Пол, - ты…?       - Я не знаю, - говорит Пол, прикладывая ладонь к лицу, - я так много раз прокручивал это в голове, что теперь думаю… думаю, я знал. В то лето ему поставили диагноз; однажды вечером мы все собрались, и я увидел Эрика, он выглядел ужасно. То есть просто чудовищно. Он всегда был худой, но он выглядел словно гребаный скелет. Я даже отвел Аарона в сторону и спросил, все ли в порядке, и Аарон повел себя так, словно я сбрендил. Как и другие, когда я упомянул это, словно я видел что-то кардинально отличное от остальных. В следующий раз, когда я его видел, он выглядел нормально, и так было вплоть до момента, пока он не начал по-настоящему угасать.       В этот момент Дэрил думает о том, что если бы ему дали выбирать между тем, чтобы вновь стать живым и никогда не курить, или остаться мертвым и иметь неограниченное количество сигарет, он выбрал бы последнее. Он так отчаянно хочет сигарету, что чуть ли не воет, хочет выдыхать дым и чувствовать успокаивающее действие никотина, проворачивая все это дерьмо в голове. Дэрил знает, что он думает – что если у Пола было видение или ощущение, что с Эриком что-то не так, он в тот момент понятия не имел, что происходит. Дэрил также знает, что Пол предпочел бы, чтобы Эрик был жив, даже если это значило, что он сам никогда не будет с Аароном вместе.       - Да, - осипшим голосом произносит Пол, ломая тишину и выдергивая Дэрила из этих мыслей, - видишь, почему это сложно. Почему я не могу… иногда я не могу прикоснуться к нему, зная, что мог бы предпринять.       Дэрил качает головой:       - Это не сложно, совсем нет, расскажи ему то, что рассказал мне. Он поймет.       Пол горько смеется:       - Ох, конечно он поймет. Уверен, он не будет держать на меня зла, если выяснит, что был крохотный шанс, что парень, с которым он трахается, мог спасти жизнь его любимого…       - Перестань так говорить, это хуйня, сам знаешь, - огрызается Дэрил, - ты не «парень, с которым он трахается», что с тобой не так? Как ты вообще мог подумать о нем такое?       - Ну, я не могу знать наверняка, да? – горько произносит Пол. Он говорит точно так же, как несколько лет назад, после того, как Аарон впервые признался ему в любви, - я больше не знаю, что реально, а что – только в моей голове. Мой психотерапевт говорит, что я проецирую свою неуверенность на людей, что я не читаю мысли, но, может, я читаю. Может, я улавливаю мысли других людей, не осознавая этого, так же, как и неосознанно слышал тебя, - он смотрит вниз на обручальное кольцо и начинает крутить его другой рукой, - хотел бы я, чтобы ты не помешал мне сбежать той ночью. Потом тебе пришлось сделать то же после аварии, и я хотел бы, чтобы ты и этого не сделал, может, на том свете все было бы менее сложно…       Без раздумий Дэрил просто набрасывается на него, как раньше, только теперь он не ограничивается прикосновением к запястью. Вместо этого он наклоняется и хватает Пола за затылок, вздергивая его лицо.       - Послушай меня. Никогда так не говори, никогда так не думай. О выборе легкого пути. Вот, что я сделал, вот, чем я был. Просто парень, слоняющийся по округе, ничто, потому что считал, что не заслуживаю лучшего и проще оставаться в стороне, не рисковать. Может, если бы я рискнул, я бы не закончил как груда забытых костей посреди леса.       Пол зажмуривается и делает несколько глубоких вдохов.       - Дэрил, - произносит он, - ты не знаешь…       Дэрилу не удается услышать окончание фразы, потому что в этот момент в хижине за ними вспыхивает свет, заливая крыльцо. Они подпрыгивают и оборачиваются, Аарон стоит посреди гостиной, лихорадочно озираясь.       Пол вскакивает на ноги и бросается к двери, распахивая ее и залетая в дом.       - Эй, - произносит он, - прости, мне просто нужно было подышать.       Дэрил видит, как напряжение покидает тело Аарона, плечи с облегчением опускаются. На нем нет рубашки, и Дэрил впервые может хорошо рассмотреть его культю.       - Эй, - произносит Аарон, выравнивая дыхание, - прости. Просто... плохие сны, и тебя не было рядом.       Пол колеблется; и при виде этого сердце Дэрила разрывается, даже если он не знает всех причин. Затем Пол выравнивает дыхание и подходит к Аарону, обнимает его, уткнувшись лицом в его плечо.       - Прости, что напугал тебя, приятель. Что тебе снилось?       - Зомби, - говорит Аарон, слегка улыбаясь и прижимаясь щекой к макушке Пола, - один ударил тебя ножом в сердце.       - Зомби могут бить ножом людей?       - Один мог, - говорит Аарон, проводя рукой по спине Пола, останавливаясь пальцами в том месте, где кусок металла прошел сквозь тело.       - Это просто сон, - шепчет Пол, - я сейчас здесь. Я не собираюсь никуда уходить. Не… до тех пор, пока ты сам этого не захочешь.       Аарон сдвигается, чтобы поцеловать Пола в щеку:       - Ну, через десять дней после никогда.       Пол молчит, опустив голову и повернувшись туда, откуда наблюдает за ними Дэрил. Он нежно освобождается от объятий Аарона и говорит, что им нужно вернуться в постель.       - Кстати, сексуальным призракам можно тут ошиваться, - говорит Пол.       - Мудила, - бурчит Дэрил, - нам с тобой еще много о чем нужно поговорить. Так просто ты от этого не отделаешься.       - Я передумал, - говорит Пол, - сексуальным призракам тут не рады.       - Будь милым с Дэрилом, - бормочет Аарон, следуя к кровати и утягивая за собой Пола.       - Да, уебок, - говорит Дэрил, - я свалю на сегодняшнюю ночь, но, как я сказал: нам есть о чем поговорить.