Я здесь чисто по фану

      Умный человек не делает сам все ошибки — он дает шанс и другим

      Мирон задумчиво смотрел в экран телефона, потягивая из вейпа дым с ароматом химозного персика. Он молчал уже минут десять, снова и снова изучая что-то на повторе. Женя, к подобным зависаниям привыкшая, проблемы в них не видела. Мирон вообще всегда достаточно сильно вовлекался, если его интересовал материал. Будь то фильм о пингвинах южного плюса, коммерческое предложение на несколько десятков лямов или смешная реклама корма для собак, завирусившаяся в тик-токе. Спустя какое-то время он выпустил мундштук изо рта и, не вынимая наушник, произнёс с нечитаемой интонацией: — Нет, ну ты представляешь, этот славянский пидорас все никак не уймется!       Женя подняла глаза от графика перелетов, который она составляла для предстоящего тура, и внимательно посмотрела на Фёдорова. Голос вроде спокойный, и выражение лица достаточно ровное, обыденное вполне, если только дым втягивает чуть чаще обычного. Возможно, сейчас весьма удачный момент высказать наконец-то свое мнение. Пока они только вдвоём и нет никаких отягчающих обстоятельств, никаких лишних глаз. — Упорный, последовательный, — произнесла она, — это хорошие качества для мужчины. Может быть, сходишь с ним на свидание? Мне кажется, этот, «славянский пидорас», уже вполне расплатился за свой недавний косяк. — Я не понял, — подняв бровь в фирменом жесте, возмутился Мирон, — ты на чьей стороне вообще? — Вообще на твоей, но он мне тоже нравится, — лучезарно улыбнувшись, заявила Женя. — Хороший. И смешить умеет. — Вот сама с ним тогда и встречайся, — вновь затянувшись, заявил Мирон. — То есть, ты не заинтересован и не будешь против, если вместо тебя на свидание со Славой, пока он в городе, схожу я? — продолжает заманивать Мирона в свою ловушку Женя. — Ты прикалываешься? — Нет, ну а что? Он скучает, очевидно же! Достучаться до тебя не получается, а ему скоро улетать. У него тур. Раз ты отказываешься, схожу вместо тебя, передам весточку. Я ведь твой менеджер, возьму на себя и это тоже. — Ладно, — облизнув пересохшие губы, бросает Мирон. — Раз ты так хочешь, иди! — Окей, — говорит она, отложив планшет. — Сейчас напишу, предложу вечером пересечься. Выпьем по молочному коктейлю, посплетничаем о тебе, как наилучшие подружки! Покажу твои новые фотки, передам кепку или значок из новой линейки мерча. Ты бы что выбрал?       Мирон смотрит на неё молча, злобно сверкая глазами, и Жене стоит огромных трудов не начать смеяться. — Ничего этот пидор из моего нового мерча не заслужил! — цедит Мирон. — Так ему и скажи! И букет этот ужасный верни ему, возьми с собой обязательно, пока Ната не увидела и не выложила фото, типа я ей приволок. — О, кстати да, — соглашается Женя, — если он ещё и фото твоей как бы девушки со своим букетом увидит, реверансы закончатся! Обидится. Будь уверен. — Господи, за что мне только достался этот пидор! Ладно! Сам схожу! Напиши ему, что б к девяти подваливал в ту пиццерию на углу. Он знает куда. — А ты почему не напишешь? — Много чести! — произносит Мирон совершенно серьезно. — И ты все равно мой менеджер, — тут же беззлобно передразнивает Окси.       Он встает, откладывает вейп и проходит к окну, где на широком подоконнике стоит огромная корзина модных кремовых роз. — Какой же всё-таки пидорас, — улыбаясь бубнит Мирон, ласково поглаживая кончиками пальцев нежные бархатистые лепестки.       Если говорить глобально, они оба забыли про дату своего первого свидания, просто Мирон поймал Славку на этом чуть-чуть пораньше. И теперь он уже никогда не признается, что тоже прохлопал… — Цветы, знаешь, оставлю пожалуй. Красивые. Да и тащить такую дуру тяжело. Умеет всё-таки, знает как, — напоследок загадочно добавляет Мирон и без дальнейших объяснений покидает помещение. …ох уж эти женатики и их пропущенные годовщины!