Oh, Cruel Fate!

— Янн? Лука выбился из дыхания уже спустя несколько улиц. Ему некогда было ждать автобуса, ему нужно было быть быстрее, чем этот тупой автобус, который прийдет только через час. Поэтому он бежал. Он бежал, пока в мыслях мелькали картинки, которые он никогда не хотел бы увидеть в реальной жизни. Но всё это могло происходить прямо сейчас. И это была вина Луки. — Лука, что случилось? Янн услышал встревоженный голос Луки, который был благодарен, что его друг все ещё не в классе. Рука, прижимавшая телефон к уху уже во всю тряслась. Лука тяжело дышал в динамик, пытаясь подобрать нужные слова. — Мой отец... Я... — Что? Я не понимаю тебя. Почему ты так запыхался? Занятия скоро начнутся и... — ЗАТКНИСЬ БЛЯТЬ, ЯНН! — заорал Лука посреди своего забега. Люди оборачивались, когда он чуть не сбивал их с ног. — Элиотт в школе? — Что? Почему тебя это вообще волнует? Ты действительно странно ведёшь себя в последнее время... — ЭЛИОТТ В ШКОЛЕ? — Блять, почему Янн просто не может ответить на вопрос. — Да, конечно он в школе. — Оставайся с ним. — Чего? — Лука мог слышать замешательство в голосе Янна и не мог его в этом винить. — Просто... оставайся в пределах его досягаемости. Пожалуйста. Я скоро буду там. И, если что-то случится, вызывай полицию. — Лука, я не понимаю... — Сделай это для меня, Янн. Пожалуйста. С этими словами он закончил разговор и положил телефон обратно в карман. Лука все еще находился на некотором расстоянии от школы, и его ноги, казалось, откажут в любую секунду. Он споткнулся, чуть не упал лицом вниз, и кто-то подхватил его. Запыхавшись он поблагодарил этого человека и побежал дальше. Он видел звезды перед глазами, он не мог дышать, и все, что он хотел сейчас сделать, это добраться до места назначения. Он повернул за угол и понял, что опоздал, когда увидел школу и услышал громкие голоса, доносящиеся изнутри. Он почувствовал, как телефон завибрировал в кармане, и вытащил его, бегом направляясь ко входу, просматривая сообщения от Янна. Лука! Лука, ты где? Блять, что твои братья делают здесь? Мне жаль, я не смог их сдержать, я вызвал полицию. Я Лука не мог продолжать читать. Его затошнило, когда он с грохотом открывал дверь школы и бежал по пустым коридорам. Он знал, где они все. И когда он вышел в главный двор, он увидел все те картинки, которые он представлял в своей голове. Только на этот раз они были настоящими, а не плодом воображения. Толпа собралась, стоя вокруг чего-то, что происходило внутри. Люди бежали туда, пытаясь помочь или что-то в этом роде. Но большинство из них просто стояли вокруг, даже вытаскивали свои телефоны, снимая происходящее. Лука сжал кулаки и начал пробиваться сквозь все это. — Пустите... Люди расступились, словно почувствовав гнев, исходящий от Луки. Он был взбешен, когда он увидел, что происходит прямо перед ним, ему действительно захотелось вырвать. Двое его старших братьев избивали кого-то. Нет. Не кого-то. Элиотта Демори. Элиотт лежал на земле, пытаясь сопротивляться их ударам, но ему и так было слишком больно. На земле была кровь. Улыбки его братьев, избивающих Элиотта, были чертовски неправильными. И в этом была вина Луки. Он никогда не хотел, чтобы это зашло так далеко, он никогда не хотел причинить кому-то боль, особенно Элиотту после всего, что случилось. После того, как Элиотт спас его. И теперь он спасёт его. Теперь Лука наконец-то станет храбрым. Что-то вырвалось из Луки. Что-то вроде рычания. И в следующую секунду он буквально прыгнул на Жюля, оттащил его от Элиотта и ударил кулаком в лицо, когда его брат, наконец, повернулся к нему. — Ты ублюдский кусок дерьма, — зашипел Лука и ударил его еще раз. По толпе пробежал дружный вздох, но Луке было все равно, что подумают о нем его одноклассники. Все эти годы унижений, все эти годы, когда он плакал перед сном маленьким мальчиком, все это теперь было заложено в эти удары. Он чувствовал кровь на костяшках пальцев, и, черт возьми, это было больнее, чем выглядело в кино. Он встряхнул рукой и на мгновение опустил взгляд на разбитые костяшки, когда его брат, очевидно, оправился от первого шока. — Что за..? Но прежде чем брат успел сказать что-то еще, Лука снова ударил его по лицу. Жюль упал на спину, прижав руку к носу, из которого теперь текла кровь. — Мой нос! — Громко завопил его брат и Лука больше не мог скрывать улыбки. Это было слишком хорошо. — Ууупс... — невинно протянул Лука, чувствуя внутри какое-то удовлетворение. Его внимание переключилось на другого брата, когда краем глаза он увидел Янна, проталкивающегося сквозь толпу. Не теряя ни секунды, Янн оттащил Луи от Элиотта. Или, по крайней мере, пытался это сделать. — Мне здесь может понадобиться немного помощи, — крикнул Янн высоким голосом через плечо, борясь с более сильным Луи. Базиль и Артур внезапно оказались в самой гуще событий и вместе оттащили Луи от Элиотта. Лука был благодарен своим друзьям за их преданность, за то, что они не спрашивали что к чему. Если Луи причинит им вред, Лука покажет другую свою сторону. Но Янн и другие мальчики, казалось, были в порядке, удерживая руки Луи за спиной. — Элиотт. Жюль был слишком занят своим кровоточащим носом, чтобы думать о Луке, ползущему к Элиотту. Элиотт медленно сел, его руки дрожали, пока он поднимался с земли. Лука осмотрел его и его лицо, он был весь в крови и выглядел намного хуже, чем Лука выглядел тогда. — Пойдем, уведем тебя отсюда, — сказал Лука неожиданно мягким голосом и обнял Элиотта, помогая ему подняться. — Они... — Знаю. Нет нужды говорить сейчас. Лука посмотрел на Янна и кивнул ему, беззвучно пробормотав "Спасибо". — Вы действительно думаете, что это сработает? Хоть что-нибудь из этого? Лука остановился с Элиоттом и медленно повернулся к вопящему им в след Луи. Толпа притихла так, что можно было услышать, как ветер шелестит листьями по земле. Все знали, кто такие Лалльманы, и все знали, что эти двое были братьями Луки. И все видели, как Лука отвернулся от них и помог своему “врагу". — Вы двое — не позор нашей семьи. Вы — позор всего человечества, — сказал Лука тихим и спокойным голосом, наблюдая за шокированным выражением на лицах его братьев. Луи попытался вырваться из рук парней, чтобы напасть на Луку, но три против одного — игра, которую у Луи не было шанса выиграть. Лука чувствовал себя чертовски хорошо. И, наконец-то, несколько учителей вошли во двор вместе с полицией, которая направилась прямо к Жюлю и Луи. Это был не первый раз, когда его братья ввязывались в драку или преступление. Янн бросил взгляд через плечо, указывая головой на здание позади них, и Лука благодарно улыбнулся ему. И прежде чем они заговорили с Лукой или заметили его, он исчез в здании школы с окровавленным Элиоттом на руках, сохраняя его в безопасности, по крайней мере, на данный момент. И это самое малое, что он мог сделать для Элиотта.

***

— Это всего лишь царапина. — У тебя, блять, все лицо в крови. Элиотт поднял голову, когда Лука произнес эти резкие слова, и Лалльман пристально посмотрел на него. Лука завел Элиотта в пустой класс, по дороге захватив из ванной мокрые полотенца. Демори едва мог ходить, и он рухнул на сиденье, как только они пришли. Лука теперь стоял перед ним на коленях, глядя вверх. — Позволь мне помочь тебе, — сказал Лука как можно мягче и поднял руку, но Элиотт отвернулся. Лука земер в своем движении. — Не делай этого, — тихо сказал он, и Лука слегка вздрогнул от боли, наполнившей голос другого парня. Он чувствовал стыд внутри себя, сожаление, страх и… — Чего? — Не делай вид, что тебе не все равно. Между ними растянулось молчание и слова Элиотта тяжело повисли в воздухе. Лука почувствовал их, как удар в живот, его внутренности слегка скрутило. Элиотт повернул голову к Луке и посмотрел на него так пристально, что сердце Лалльмана невольно забилось быстрее. — Но мне не все равно, — слегка запротестовал Лука. — Ты избегал меня последнюю неделю. Я думал... — Элиотт глубоко и прерывисто вздохнул, опуская взгляд на свои руки. Костяшки были в синяках после защиты от братьев Луки. — Я думал, что что-то изменилось между нами. В ту ночь. Внезапно Элиотт выпрямился и посмотрел на Луку пустым и бесстрастным взглядом. — Но я был не прав. Ты проебался, Лука. Опять. Не ты ли хотел от него избавиться? Что ж, поздравляю с достижением полной противоположности. — Нет, не был, — тихо сказал Лука после нескольких секунд молчания. Потому что он устал. Он устал скрывать свои чувства и был в таком состоянии, когда не мог отрицать этих чувств... странных чувств к Элиотту. И он устал играть в игру, в которую отец хотел, чтобы он играл. Он устал быть фигурой на чьей-то шахматной доске. Он сам себе хозяин и будет действовать по своей воле. И он перестанет притворяться. Это было время, когда Лука начинал быть самим собой, а не тем, кем он должен был быть. Когда Лука поднял голову, он обнаружил, что Элиотт смотрит на него, явно ожидая какого-то объяснения его слов. — Прости, ладно? Я... Он даже не знал, как объяснить. Он был просто глуп, боялся, что мир подумает о нем, когда его увидят с Демори. Но на этот раз все должно было закончиться. Слишком многое произошло, чтобы игнорировать курс, который, казалось, выбрала для него судьба. — Ты был прав. Всё это время. Эта вражда... отстой. Обвинять тебя было тупостью. Сражаться в чужой борьбе было глупым. — Лука глубоко вздохнул и посмотрел Элиотту в глаза. — Притворяться, что ничего... не случилось, было тупо. Я был тупым. И я здесь... Чтобы исправить это. Я здесь, чтобы помочь тебе и извиниться. Это всё моя вина и... — Лука. Лука прекратил свою тираду и прикусил губу, наблюдая, как едва заметная улыбка появляется на губах Элиотта. — Ты милый, когда болтаешь, и я не хочу тебя останавливать. Но всё в порядке. Я рад, что ты понял, насколько глупа эта вражда. Тебе нужно было время, чтобы разобраться во всем самостоятельно, и это... нормально. Это всё ново для тебя и в этом полностью можно запутаться. И я не могу ожидать от тебя, что ты станешь совершенно другим за один день. Лука не мог поверить, что Элиотт так добр к нему. Он этого не заслужил. — И я уверен, что твои братья избили бы меня так или иначе. Может, ты и стал спусковым крючком, того что случилось, но это не значит, что ты виноват. Так же, как я не виноват, что твоя мама влюбилась в моего дядю. Лука медленно кивнул и попытался переварить услышанное. Пытался осмыслить этот новый способ мышления. Чтобы отвлечься, он медленно поднял полотенце. — Можно? Элиотт кивнул, и Лука присел, медленно и осторожно вытирая кровь с лица Демори. Точно так же, как тогда Элиотт делал это для Луки. — Кровь тебе идет. Это подчеркивает твои глаза, — тихо пробормотал Лука, пряча ухмылку. Конечно, Элиотт понял, что Лука выбрал те же слова, что и он в ту ночь. — Спасибо, — ухмыльнулся Элиотт. Но его улыбка дрогнула, когда Лука, по всей видимости, коснулся чувствительного места на лице. Лалльман снова закусил губу и очень осторожно продолжил. — Может, тебе стоит сходить к врачу. — Или, может, не стоит. — Что ты скажешь родителям? — Что меня избили. — Элиотт посмотрел на Луку распухшими глазами. — И нет, я не скажу им о тебе. Мы теперь команда, верно? Лука остановился и улыбнулся. Он не мог больше сдерживаться и не хотел. Команда... команда с Элиоттом Демори. Полная абсурдность ситуации заставила Луку тихо рассмеяться. И это вызвало улыбку у Элиотта. — Улыбка тебе идет. Лука был так близко к Элиотту, его рука с полотенцем покоилась у него на щеке. Лука мог слышать собственный пульс в ушах. Почему его сердце так бешено колотилось? Почему его руки были холодными и вспотевшими? Почему его взгляд устремился к губам Элиотта? — Я не из тех людей, которые много улыбаются, — тихо прошептал Лука в крошечное пространство между ними, глядя в сверкающие глаза Элиотта. Кровь действительно подчеркивает его глаза, блять. — Что ж, тогда пришло время это изменить, — так же тихо сказал Элиотт и вдруг подался вперед. Лука чуть не выронил полотенце из рук. Вскоре после инцидента с родителями, были времена, когда Лука вздрагивал каждый раз, когда кто-то приближался к нему. Было время, когда даже Янн не мог дотронуться до него. А теперь... теперь он даже не вздрогнул. Теперь он завороженно смотрел на то, как Элиотт наклоняется к нему все ближе и ближе... Внезапно вибрация телефона разрушила почти волшебную атмосферу, и Лука снова оказался в реальности. Элиотт был расстроен тем, что этот момент закончился слишком рано, но он выудил телефон из кармана и глубоко вздохнул. — Мои родители... Они хотят, чтобы я пришел домой, сейчас. — Они слышали о драке. Это был не вопрос, а утверждение. — Я уверен, что отец уже тоже ждет меня дома, — сказал Лука медленно поднимаясь. Одна только мысль об этом вызывала у него тошноту и пробуждала инстинкт просто... остаться здесь. Навсегда. Возможно, не одному, но главное подальше от отца. Элиотт коротко кивнул и тоже встал. Но как только он поднялся, то покачнулся на ногах, очевидно чувствуя головокружение. Лука чуть не подпрыгнул и поддержал его, обняв одной рукой. — Легче, — сказал он мягко и поднял взгляд на Элиотта, который немного улыбался. — Ты бы поймал меня. — Конечно. Я не хочу, чтобы на полу было еще больше крови, чем сейчас, — сказал Лука ухмыляясь, а Элиотт испустил вздох, который можно было принять за тихий смешок. — Мне нужно идти, — тихо сказал Элиотт, пока Лука все ещё держал его. — Я знаю. Он медленно убрал руки от Элиотта, словно желая убедиться, что тот сможет стоять на ногах. Элиотт осторожно направился к двери. Но, дойдя до нее, он обернулся и посмотрел на Луку, который стоял посреди комнаты с окровавленным мокрым полотенцем в руке. — Лука? — Мм? — Если что-то… не так… — Элиотт заколебался и прочистил горло, как будто смущенный этой ситуацией. Он покраснел..? — Если что-то пойдет не так, свяжись со мной, хорошо? На лице Луки появилась улыбка. Вот опять... заботливая сторона Элиотта, защитная сторона. У Элиотта были все основания загнать Луку в самый глубокий океан на земле. Это Лука виноват во всем, что случилось. Но он выбрал заботу, он решил простить Луку и он решил подкрасться к жизни Луки ближе, чем тот когда-либо ожидал. — Хорошо, — тихо ответил Лука. Он проводил Элиотта взглядом, поднес руку к губам и провел по ним кончиками пальцев. Губы, которые чуть не поцеловал его враг.