Oh, Cruel Fate!

Лука пытался размять руки, которые то и дело сжимались в кулаки, с тех пор как он сел в машину Элиотта. Он выглянул в окно, глядя на проносящийся мимо город, в то время как зажглись фонари и улицы замерцали огнями. Лука понятия не имел, куда его везет Элиотт. Элиотт мог похитить его или просто сбросить в ближайшую реку. И всё же... Лука доверял ему. Потому что Элиотт вытащил его из ада, именуемого также как бывший дом. — Ты в порядке? Лука вернулся к реальности, когда к нему обратился Элиотт и перевел взгляд на парня, который уже снова смотрел на дорогу, крепко сжимая руль. Его волосы были в беспорядке, как обычно, а толстовка, в которую он был одет, выглядела так, будто он просто набросил ее на себя в спешке. Может так оно и было, после неожиданного сообщения Луки. — Я... Я не знаю, — честно признался Лука и снова уставился в окно. Казалось, город остался позади, более людные места сменились пустынными дорогами. — Я ничего не чувствую. Я чувствую слишком много... Я правда не знаю. Лука не был уверен, расслышал ли Элиотт его слова, но последний глубоко вздохнул. — Я прекрасно понимаю, что ты имеешь в виду. — Правда? Лука удивленно поднял брови и повернул голову к другому, а Элиотт выглядел немного шокированным и испуганным вопросом Луки. — Я... У меня те же проблемы, что и у тебя, Лука. Я другая часть твоей семейной вражды, помнишь? — Элиотт слегка ухмыльнулся, и на губах Луки появилась едва заметная улыбка. — Твой отец... никто не заслуживает такого обращения, особенно его собственный сын. Мне жаль, Лука. Действительно жаль. Лука услышал искренность в голосе Элиотта, и что-то внутри него потеплело от этих слов. Он откинул голову на спинку сиденья, на котором сидел. — Тебе не за что извиняться. Я просто очень благодарен, что ты вытащил меня. — Я же сказал, чтобы ты связался со мной, когда я тебе понадоблюсь, — ответил Элиотт, бросив короткий взгляд на Луку. — И я сдержал свое обещание. — И ты сдержал свое обещание. Лука слегка улыбнулся и взгляд Элиотта задержался на нем на секунду дольше, чем следовало. Элиотт прервал их зрительный контакт, чтобы снова посмотреть на дорогу, а Лука почувствовал, как покраснели его щеки. Он был рад, что Демори не мог видеть это в тусклом свете машины. — Ты знаешь... — Тихо начал Лука, после нескольких минут молчания. — Я просто хочу оцепенеть. Я не хочу ничего чувствовать. — У него было ощущение, что Элиотт действительно его понимает. Что он может говорить с ним, не подвергаясь осуждению. Что ему... не все равно. И вот он открылся, впервые после нескольких недель. Взгляд Элиотта был прикован к дороге, и Лука повернул голову, чтобы посмотреть, не последует ли какая-нибудь реакция со стороны другого. Он зашел слишком далеко? Неужели он переоценил их отношения? — Не говори так, — внезапно сказал он с нежностью в голосе, будто осознав, что Лука уже думал о том, что вообще не получит ответа. — Существует... так много других эмоций, помимо гнева или страха, — медленно продолжал Элиотт снова встречаясь взглядом с Лукой и все время глядя ему в глаза. — Так много других... лучших эмоций. Лука был уверен, что Элиотт может заглянуть ему прямо в душу. И еще он был уверен, что в эту секунду Элиотт слышит его учащенное сердцебиение. Лука уже открыл рот, чтобы ответить, когда Демори свернул и съехал на пустую дорогу. — Так куда ты меня везешь? — спросил Лука с намеком на улыбку в голосе. Элиотт ухмыльнулся, его глаза внезапно засверкали. — Это сюрприз. Тебе понравится. — И ты знаешь это потому, что..? Элиотт припарковался на обочине и, откинувшись назад, заглушил мотор. Лука снова посмотрел в окно, ища хоть какие-нибудь признаки того, где они сейчас находились. Но все, что он видел, был лес вокруг них, простирающийся все дальше и дальше. — Потому что я просто знаю это, — ответил Элиотт и вышел из машины с широкой улыбкой на лице, захлопнув за собой дверцу. Лука остался наедине с тишиной машины и на секунду закрыл глаза, а на губах расцвела улыбка. Элиотт хотел отвлечь его, остаться... с ним наедине. И вдруг Лука занервничал. Но это была не та нервозность, от которой скручивало внутренности. Нервозность, которая заставляла чувствовать, как адреналин несется по венам, желая все больше и больше этого чувства. — Ты идешь? — неожиданно спросил Элиотт, открывая перед ним дверь. Лука теперь улыбнулся. Мысли об отце медленно отходили на задний план, а его взгляд был прикован только к Элиотту. — Если бы я хотел похитить тебя, я бы уже давно это сделал. Лука коротко рассмеялся и вылез из машины, желая засунуть руки в карманы куртки. Но Элиотт оказался проворнее — он схватил Лалльмана за руку. Лука удивился на мгновение, но... сопротивляться не стал. Он на самом деле наслаждался этим прикосновением прекрасного мальчика перед ним, который буквально сиял. Слабеющий солнечный свет заставил его глаза сверкнуть, красноватый свет будто превращал его в какую-то картину. Какого чёрта, Лука? — Пойдем. Ну же. С этими словами Элиотт потащил Луку в глушь леса. Лука доверял Элиотту. Он доверял ему и поэтому позволил затащить себя в неизвестное место, перелезая через ветки и даже небольшой забор. Элиотт помогал ему, все время держа за руку. — Элиотт, блять, где мы вообще? — Тихо спросил Лука, смеясь. Элиотт только улыбнулся в ответ и вдруг отпустил его руку. Лука на мгновение замер там, где его оставили, а Демори шел спиной назад, ни на секунду не сводя глаз с Луки и ухмыляясь. Лука тоже широко улыбнулся и медленно последовал за ним. Внезапно ветви раздвинулись, и у Луки перехватило дыхание, а глаза расширились. Он никогда раньше не видел этого места. Последние лучи солнца пробивались сквозь листву, и все вокруг казалось мрачным. Особенно большое старое колесо обозрения прямо перед Лукой. — Тадам! — сказал Элиотт, и улыбка осветила все его лицо. Они были в заброшенном парке развлечений. — Но нет... — сказал Лука с недоверием в голосе, крутясь вокруг себя в течение нескольких секунд. Это место было потрясающе красивым. Он жил в городе сколько себя помнил, но никогда раньше не слышал об этом месте.  Это было почти чарующе — заброшенные аттракционы, чертово колесо, покрытое листьями и ветвями. Все в этом месте казалось сюрреалистичным — и таким правильным именно в этот момент. — Тебе нравится? Лука слегка подпрыгнул, услышав голос Элиотта рядом с ухом. Он не заметил, как другой парень переместился и сейчас стоял прямо позади него. Лука оглянулся через плечо и только сейчас понял, что улыбается во все 32 зуба. — Это... это прекрасно. Откуда ты знаешь это место? Элиотт обошел Луку и снова оказался к нему лицом, лениво засунув руки в карманы. Лука старался не пялиться на него, но, блять, этот парень выглядел чертовски хорошо. — Как ты знаешь, моя семья не самая лёгкая вещь на земле. Как и твоя, — начал Элиотт и повернувшись направился в глубь парка. Лука последовал за ним, его взгляд уперся Элиотту в спину. — И когда я сбежал однажды ночью, я оказался здесь. С тех пор это мое... безопасное место. Место, где я могу думать обо всем, где я могу снова дышать. Внезапно Элиотт остановился, и Лука налетел на него. Он вытянул руки, чтобы удержаться на ногах, и уткнулся в широкую спину Элиотта. Лука почувствовал под черной толстовкой мускулы, и ему пришлось сглотнуть. Элиотт не увернулся от этого прикосновения и Лука несколько секунд просто смотрел ему в спину, упиваясь этой близостью. — А теперь ты привёл сюда меня, — тихо заметил Лука спустя несколько секунд и Элиотт обернулся на это. Тот, что повыше, смотрел на Луку, стоявшего прямо перед ним, и сердце Лалльмана снова было готово выпрыгнуть из груди. — Угу. Теперь я привел тебя сюда. Потому что тебе тоже нужно безопасное место. И моего безопасного места достаточно для нас обоих. Лука не заслуживал этого. Ничего из этого. Он не знал, почему Элиотт так относился к нему. Лука слегка улыбнулся, медленно переводя взгляд с глаз Элиотта на губы. Его мысли вернулись к сцене в классе, произошедшей всего несколько часов назад. Казалось, с этого момента прошли годы. Элиотт, по всей видимости, заметил, куда переместился взгляд Луки, и уголок его рта слегка приподнялся. Он знает, о чем я думаю, и ему это нравится... Вот блять. Элиотт медленно наклонился, и Лука снова посмотрел в ему глаза, сердце бешено колотилось, а внутри все будто ожило. Всего несколько миллиметров разделяли их. Лука считал про себя.

3... 2... 1...

— О, знаешь за что я люблю это место в первую очередь? Лука был совершенно сбит с толку, когда Элиотт вдруг произнес эти слова в небольшом пространстве между ними, их губы были всего в дюйме друг от друга. — Что? Элиотт отстранился с самодовольной улыбкой на губах и медленно попятился. — Оно идеально подходит для того, чтобы играть в прятки. С этими словами он куда-то побежал и исчез. — Ты, блять, сейчас серьезно? — Лука тихо вздохнул и огляделся. Этот маленький засранец решил позволить ему страдать и честно говоря, он это заслужил. А потом он усмехнулся. — Хорошо. Вызов принят, — громко окликнул Лука, так, чтобы Элиотт его услышал. И с этими словами он побежал за Элиоттом, в том направлении где он скрылся. У Демори было преимущество в том, что он уже знал это место, поэтому Лука немного терялся, когда ходил между старыми аттракционами, перелезая через большие ветви или старые остатки от парка развлечений. — Элиотт! Ему нравилось звучание этого имени. — Ты где? Лука стоял посреди дороги, окруженный заброшенными аттракционами и лесом. Медленно темнело, и все выглядело одинаково. Он не знал, как найти Элиотта здесь. Внезапно он услышал треск ветки и повернулся в направлении звука. Затем он услышал тихий смешок и увидел, как что-то промелькнуло. Лука ухмыльнулся и побежал вслед за Элиоттом. — Сдавайся. Я уже нашел тебя. — Неправда. Лука споткнулся, когда голос раздался совсем с другой стороны. Он оглянулся через плечо, уже задыхаясь после преследования, его глаза сверкали. Он глубоко вздохнул и провел рукой по волосам. — Ладно, я сдаюсь, — сказал Лука через несколько секунд, осматриваясь по сторонам, и медленно возвращась обратно. Очень скоро он очутился в аттракционе со сталкивающимися машинками, поднялся по лестнице и встал посреди "автодрома". Машинки вокруг были разбиты — казалось, что их оставили здесь в панике, и больше никому не было до них дела. Лука погладил поверхность одной из крошечных машин, запачкав палец слоем пыли. Последние лучи солнца отбрасывали на дорогу длинные темные тени, и Лалльман действительно чувствовал себя как в сказке. — Нашел тебя. Лука снова подпрыгнул, когда Элиотт так внезапно оказался позади него, в шоке положив руку на сердце. — Бля, не пугай меня так. — Ты испугался? — сказал Элиотт с усмешкой в голосе, слегка склонив голову набок, так что прядь его растрепанных волос упала на глаза. Луке потребовалось приложить усилия, чтобы не протянуть руку и не убрать волосы с глаз другого. — Я не испугался. Я просто... удивился. Элиотт усмехнулся и ничего не сказал, потому что знал, что Лука солгал, а Лука знал, что он ужасный лжец. — Может, нам стоит уйти, уже темнеет и... Лука уже собирался пройти мимо Элиотта, когда тот схватил его за руку и притянул к себе. Воздух выбился из легких Луки, когда он внезапно оказался прижатым к груди Элиотта. Лалльману пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть на парня, а тот смотрел на него сверху вниз с таким нежным выражением лица. Демори все еще держал его за руку, не сводя глаз с Луки ни на секунду. — Я выиграл этот раунд, — тихо сказал Элиотт, и Лука ничего не мог поделать, кроме как тонуть в этих чертовски красивых глазах Элиотта. — Правда. — И какова моя награда? Лука удивленно поднял брови. — Твоя награда? Почему мой голос такой хриплый? — Моя награда. — Мы никогда не обсуждали что-то на счет награды. — А теперь обсуждаем. Лука наслаждался близостью их тел. Наслаждался теплом, исходящим от Элиотта, его запахом, от чего чувства слегка затуманились. Какого хрена здесь происходит? — И чего же ты хочешь? — Спросил Лука становясь с каждым словом все тише и тише. Элиотт снова прижался к нему ближе, как несколько минут назад перед их маленькой игрой. На этот раз Лука не стал считать секунды. — У меня уже есть кое-что на примете. И вдруг Элиотт прижался губами к его и Лука словно почувствовал взрыв изнутри. Чувства внезапно перестали затуманиваться — все его чувства проснулись, и, несмотря на это, они не могли до конца осознать, что на самом деле здесь происходит. Прежде чем Лука понял, он начал отвечать на поцелуй, медленно закрывая глаза. Элиотт хорошо целовался — его губы были теплыми и мягкими по сравнению с губами Луки, и это казалось... Правильно. Хорошо. Идеально. Солнце грело лицо Луки, но на сердце было еще теплее. Поцелуй был нежным, Элиотт был осторожен, словно боялся уничтожить Луку, сломать его.

Но Лука не сломается. Он только начал исцеляться.