Чары и путы

      И все-таки здесь что-то происходило.       После разговора с Малфоем, Гермиона не могла отделаться от навязчивых мыслей. В тот же вечер по возвращению домой, девушка произнесла невербальное заклинание, просканировав комнату на присутствие посторонней магии. К собственному сожалению, она без удивления заметила, что в ее квартире правда присутствует волшебство, к которому она, как хозяйка, не имеет никакого отношения.       С тех пор Гермиона старалась меньше времени проводить в своём доме. Чтобы преступник не узнал о том, что им стало известно и не вызвать подозрений, Гермиона не приняла предложение Малфоя и не съехала из квартиры. Они договорились, что теперь Гермиона большую часть времени будет проводить вне дома, а ночью обязательно накладывать на спальню защитные заклинания.       Опасаясь, что теперь именно она стала главным объектом интереса у виновника всех этих несчастий, Гермиона попросила Малфоя сообщить ее друзьям о своих подозрениях и объяснить, как важно сохранять все в тайне. Гарри и Рон с тех пор стали частыми гостями в ее доме: ведь что может быть естественнее, чем встречи трёх старых друзей? А девушка в их обществе чувствовала себя гораздо комфортнее и безопаснее.       К Гермионе, между делом, заглядывали и другие мракоборцы под различными предлогами, и тем временем изучали ее квартиру на наличие темной магии. К слову, определить ее присутствие было не трудно, и даже не требовало применение каких-либо особых заклинаний: достаточно было просто находиться в этом доме, чтобы понять, что здесь что-то не так.       Тот вечер друзья проводили вместе в гостиной Гермионы, стараясь не обращать внимания на напряженность обстановки и мурашки, которые беспричинно начинали бегать по коже. Они расположились на полу, и Гермиона с Гарри пытались обучить Рона маггловским карточным играм. — Магические карты гораздо интереснее, - поморщился Рон, когда друзья очередной раз пытались объяснить ему правило популярной игры. - Может все-таки в шахматы? — В шахматы нельзя играть втроём, - ответила Гермиона, и прежде чем Рон снова начал ныть, пустилась в объяснения, рассказывая о составе колоды и о карточных играх.       Гермиона без труда запоминала правила всех игр. У неё всегда были отличная память и координация движений. Жаль, что ловкости рук и умение запоминать правильные последовательности не всегда бывает достаточно.       Прошло много времени, прежде чем друзья опомнились. Первые солнечные лучи уже заглядывали в открытое окно комнаты. — Ты нас сделал, - сказал Гарри, притворившись, что его сердце пробила стрела и, делая вид, что падает. - Ты специально притворялся, что не понимаешь правила игры, чтобы усыпить нашу бдительность. — Я рос вместе с Фредом и Джорджем - карточными шулерами. А мой отец - фанат магглов. Конечно, я умею играть в карты, - самодовольно произнёс Рон, тасуя колоду карт. Его руки двигались плавно и ловко, карты так и скользили между пальцами. — Ладно, - сказала Гермиона. — Ты нас обхитрил. Только не зазнавайся. - Она собрала карты и сложила их в аккуратную стопку. — Мы больше не будем играть? - разочарованно спросил Рон.       Гермиона покачала головой. — Разве вам не пора собираться на работу?       Парни замялись и неуверенно переглянулись между собой. — Серьезно? - недоверчиво спросила Гермиона. - Будете нянчиться со мной весь день? — Не нянчиться, - серьезным голосом произнёс Гарри. Последовала довольно-таки длинная пауза. - Мы просто хотели убедиться, что с тобой все в порядке.       И почему все люди задают вот такие вопросы. «Я вижу, ты остался без руки. У тебя все в порядке?» «О, привет. Слышал, твой бизнес развалился. С тобой все в порядке?»       Ее отстранили от работы, по её вине похищают волшебников, а ее квартиру сначала взорвали, а потом наложили странное заклинание, от которого волосы на голове встают дыбом. «Нет, ребята, у меня не все в порядке. И я не уверена, что в ближайшем будущем все придёт в норму». — Я в порядке, - произнесла Гермиона, вставая с пола и не желая видеть их сочувствующие взгляды. - Спасибо, что спросили. - Ты никудышная лгунья, Гермиона. - Тогда мне нужно больше практиковаться.       Она размяла затекшие ноги и прошлась по комнате. Несмотря на бессонную ночь, девушка не хотела спать. Она чувствовала себя уставшей и разбитой, но мысли о сне навевали на нее ужас. Каждую ночь с содроганием Гермиона готовилась ложиться в постель – ее терзали мысли о том, что происходило в стенах этого дома, и даже защитные заклинания не помогали ей успокоиться в полной мере и почувствовать себя в безопасности. - Предлагаю сходить куда-нибудь позавтракать, - произнес Рон, настороженно оглядываясь по сторонам. Ему тоже было неуютно находиться здесь, и Гермиона не могла его за это винить.       Выйдя из наводящего страх дома, друзья с облегчением выдохнули. На небе уже вовсю светило холодное осеннее солнце. По пути им встречались редкие прохожие, с сонными лицами спешившие по своим делам. Кутаясь в шарфы, друзья поспешили в ближайшее открытое кафе, спасаясь от осеннего холода. Хозяйка заведения страшно разволновалась, увидев новых посетителей, и поспешно принесла им чайник с плюшками за счет заведения. - Меня иногда пугает реакция людей на нас, - пробормотал Рон, смущенно пряча взгляд в чашку с чаем. - Правда? – спросила Гермиона, удивленно поднимая брови. – Ты не думаешь, что сейчас стоит бояться маньяка, который взорвал мой дом и похищает волшебников? - Я могу одновременно бояться сразу несколько вещей. Это называется многофункциональностью.       Гермиона и Гарри прыснули от смеха, но тут взгляд девушки упал на газету, которую читал один из ранних посетителей кафе: «Вендетта против чистокровных волшебников или что скрывает министерство магии». Гермиона резко поднялась и стремительно подошла к пожилому волшебнику, увлеченно читающему утреннюю корреспонденцию. - Прошу прощения, - произнесла Гермиона, и мужчина от неожиданности подпрыгнул на своем стуле. – Не могли бы вы одолжить мне вашу газету? Всего лишь на пару минут. - К-конечно, - заикаясь, ответил волшебник, протягивая ей газету. – Конечно, мисс Грейнджер. Вот, возьмите. - Вы так добры, - улыбнулась Гермиона и поспешила обратно за свой столик. - Что на тебя нашло? – прошептал Гарри, стоило ей сесть на стул. Гермиона не ответила, а просто указала им на заголовок статьи на развороте газеты. - Мерлиновы кальсоны, - произнес Рон. Его глаза расширились, но он быстро овладел собой. – Это то, что я думаю? Чертовы журналисты, как они узнали?

***

      У входа в Министерство собралась огромная толпа. Запах магии, страха и нетерпения был таким сильным, что становилось трудно дышать. Приглушенный гул голосов походил на жужжание огромного роя. На крыльце Министерства стоял министр магии и невозмутимо смотрел на толпу. Какой-нибудь другой человек, не столь значимый, вообще не сумел бы произнести ни слова. - Я понимаю, что вы чувствуете, но уверяю вас, что все под контролем, - сказал Кингсли под вспышки фотокамер в своей тягучей и размеренной манере. При звуках его голоса толпа замолкла. - Мы не первый раз сталкиваемся с опасностью, но как и в былые времена мы преодолеем все трудности вместе, - продолжал он. – С полной ответственностью заверяю вас, что приняты все меры безопасности, и в расследование привлечены лучшие волшебники. Послышались шепотки. Некоторые люди роптали, но большинство было согласно с министром.       Гермиона прежде не видела у Министерства столько народу. Прежде, в годы второй магической войны, волшебники опасались выходить на улицу и привлекать к себе излишнее внимание. Сейчас же они занимали каждый квадратный дюйм пространства, желая от первого лица услышать последние новости. — Ну и странные же вы выбираете поводы для вечеринок, - произнёс Малфой у неё за спиной. — Почему ты постоянно подкрадываешься? - раздраженно произнесла Гермиона. — Что же делать, если ты никогда не смотришь по сторонам?       Он улыбнулся, стараясь смягчить ехидные слова. Девушка, оглянувшись на него, поняла, что в попытках подойти поближе и расслышать слова министра, потеряла из поля зрения своих друзей. - Ты не видел Гарри… - Тише, Грейнджер, - сказал Малфой, глядя мимо нее. – Давай послушаем Кингсли.       Министр продолжал говорить. Об отваге и чести. О том, что министерство выполняет свою работу по защите магического мира, и обещал, что правосудие будет достигнуто. Он рассказал о том, кто стал жертвами преступника, и что предшествовало их похищению. Кингсли не рассказывал все подробности дела, но в общих чертах и без утайки объяснил, как обстоят дела. Министр напомнил, что в недалеком прошлом им пришлось противостоять самому темному волшебнику всех времен, и напомнил, что общими усилиями им удалось победить его, поэтому и эти трудности будут преодолены, и преступник будет пойман. Когда его голос затих, толпа снова ожила. Со всех сторон кричали вопросы, и в этой суматохе Гермиона с удивлением почувствовала, как кто-то взял ее за руку. - Пошли, Грейнджер, - прошипел ей на ухо Малфой и потянул через толпу, бесцеремонно протискиваясь между людей. - Куда ты меня тащишь? – возмутилась девушка, пытаясь отобрать у него свою руку. - В Министерство, разумеется, - произнес парень, не обращая внимания на ее бесплодные попытки вырваться. – Уверен, в штабе мракоборцев мы выясним гораздо больше информации, чем от нашего красноречивого министра. - Ты с ума сошел, Малфой? – воскликнула Гермиона. – Даже если бы это не было абсолютно пустой затеей, мы все равно не сможем туда пройти. Я больше не работник министерства. Более того, мне даже нельзя здесь находиться. - Я так не думаю, - безапелляционно заявил Драко, проходя мимо репортеров прямо в двери Министерства. - Какого черта, Малфой? – раздраженно прошептала девушка, оказавшись в атриуме. – Нас не пропустят. - Пропустят. - Почему ты так уверен в этом? – обеспокоенно произнесла Гермиона, оглядываясь по сторонам. - Посмотри в зеркало, - закатил глаза Малфой. - И что я должна там увидеть? – удивилась девушка. - Гермиону Грейнджер, разумеется.       В атриуме в этот момент находилось много волшебников, но никто не пытался их остановить. Все продолжали заниматься своими делами, не обращая на них никакого внимания. Изредка знакомые Гермионы кивали ей головой в знак приветствия. Очень скоро они добрались до отдела магического правопорядка, не столкнувшись ни с какими трудностями. - Странно было увидеть так много людей на площади у министерства, - тихо произнесла Гермиона, проходя по полупустому коридору к своему бывшему кабинету. – Зачем они все там собрались? - За официальным объявлением министра магии, - пожал плечами Малфой. – Учитывая прошлые грехи Ежедневного пророка и его печальный опыт в искажении правды, нельзя винить волшебников в желании получить достоверную информацию от первоисточника. Многие из них оказывали посильную помощь в восстановлении магической Британии после войны. Кроме того, клуб Тео был очень популярен, и во многом благодаря своим специфическим коктейлям в красных бокалах. А в статье эти коктейли описали чуть ли не как смертельный яд. Теперь волшебники не чувствуют себя в безопасности и пришли за ответами.       Гермиона поежилась от его слов и захотела сделать хоть что-нибудь, неважно что, лишь бы ускорить расследование и не чувствовать себя такой беспомощной.       В кабинете было пусто. Не было Джейн и того, кто замещал Гермиону на посту главы отдела магического правопорядка – видимо, они сейчас были на площади и помогали министру успокаивать толпу. Девушка села за стол и стала изучать отчеты, пока Малфой бегло просматривал корреспонденцию. - Похитили кого-то еще, - пробормотала Гермиона, наморщив лоб. – Варнава Кафф – главного редактора Ежедневного Пророка. Вот почему сегодня опубликовали эту статью - министерству стало тяжело скрывать правду от журналистов. Ты что-нибудь узнал? - Ничего интересного, - поморщился Малфой, вскрывая очередной конверт. – Только то, что новый глава отдела магического правопорядка разводится с женой. А я говорил, что карьерный рост и чрезмерная работа плохо сказываются на личной жизни. - Малфой, - гневно прошипела девушка, стараясь не повышать голоса. – Мы пришли, чтобы выяснить подробности дела, а не копаться в грязном белье. Нельзя читать личные письма других людей. - Я просто не хочу ничего упустить.       Не желая спорить, Гермиона снова углубилась в чтение отчетов. По большей части в них не было ничего полезного, но девушка знала, что нужно искать. Неделю назад они вместе с Гарри отвезли профессору зельеварения напиток, который предположительно имеет отношение к делу, и его ответ должен был быть где-то в этой стопке. Гермиона лихорадочно пролистывала кипу бумаги, бегло просматривая текст. - Закрыли бар «Дырявый котел» по подозрению в причастности к преступлению. Так странно, - задумчиво произнесла Гермиона.       Малфой взглянул на неё сверху вниз, залюбовавшись копной непослушных волос цвета меди, обрамлявших лицо. Такие волосы подошли бы какой-нибудь леди из высшего общества, если бы имели чуть более ухоженный вид. Чёрная кожаная куртка Гермионы выглядела потертой и видавшей виды, а поношенная водолазка уже давно утратила первоначальный цвет. Здесь, в изящно обставленном кабинете, девушка выглядела чужой и неуместной. Сейчас она меньше всего походила на главу отдела магического правопорядка. - Я же говорил, что она здесь, - произнес голос у двери, и Гермиона вздрогнула от испуга. Стопка отчетов выпала у нее из рук и свалилась на пол. Девушка подняла взгляд и с облегчением увидела Гарри и Рона, которые неодобрительно смотрели на неудачливых взломщиков. - Какая неожиданная встреча, - закатил глаза Малфой и изящно взмахнул волшебной палочкой. Уроненные отчеты взмыли в воздух и аккуратной стопкой легли на край стола. - Вы же знаете… - Что нам нельзя здесь находиться? – перебил Драко. – Знаем. Придумайте что-нибудь новенькое. - Как насчет ареста за проникновение в кабинет главы отдела магического правопорядка и просматривание секретных документов? – вспылил Рон, не отводя гневного взгляда от нахального блондина. - И подружку свою арестуете? – продолжал забавляться Малфой. - Гермиона, какого Мерлина здесь происходит? – перебил их пререкания Гарри. - Это слишком опасно. Если кто-нибудь увидит вас здесь…, если преступник узнает о вашем вмешательстве… будут последствия. - Разве тебя это когда-нибудь останавливало? – спросила Гермиона. - Согласен, - кивнул головой Малфой с ехидной улыбкой. – Даже странно слышать такие слова от человека, который не знает разницы между ничтожным проступком и серьезным преступлением. - Заткнись, Малфой, - произнес Гарри сквозь зубы. – Я понимаю, что от меня эти слова звучат лицемерно… - Мягко говоря. - Я просто волнуюсь, ясно? Гораздо проще самому совершать проступки и рисковать своей жизнью, чем наблюдать за тем, как это делает дорогой тебе человек. - Если ты забыл, все свои проступки ты совершал вместе с нами, - вмешалась Гермиона, чувствуя ком в горле. – Мне сложно оставаться в стороне, когда все это возможно происходит по моей вине. Я не могу находиться в собственной квартире без чувства, что все мои органы сворачиваются узлом от страха. Мне не нравится постоянно ощущать страх за свою жизнь. Я просто хочу, чтобы все это поскорее закончилось. - Мы тоже, - сказал Гарри, подходя к девушке. – Черт, Гермиона, ты даже не представляешь, как тяжело заниматься расследованием без возможности попросить тебя о помощи. - Что и требовалось… - Заткнись, Малфой! - произнесло сразу три голоса. - Но сейчас у нас есть преимущество, и нельзя его упускать. Преступник не знает, что нам известно о заклинании, которое наложено на твою квартиру. И если ты будешь совершать опрометчивые поступки, мы лишимся возможности его поймать, - настаивал Гарри. - Бред, - произнес Малфой, и три пары глаз уставились на него. – Мы все еще играем по его правилам. Единственный человек, который сможет его поймать – это Грейнджер, и он исключил ее из игры. Не давая ей возможности вмешиваться в расследование, вы делаете только хуже. Это идиотское решение. - Возможно, - вздохнул Гарри. – Но если оно спасет ей жизнь… - А также погубит жизни всех остальных, - заметил Малфой. - Этого не случится, - отрезал Поттер. – Кроме того, решение об отстранении Гермионы приняли Кингсли и Гавейн Робардс ради ее безопасности. И не могу сказать, что я с ними не согласен. - Полагаю, эти же люди назначили тебя главой расследования, - сказал Малфой, слегка усмехнувшись, словно это все было одно большое недоразумение. – Поэтому не думаю, что стоит полагаться на их интеллект. - Достаточно, Малфой, - устало произнесла Гермиона, не давая Гарри возможности ответить.       Если Драко и собирался оспорить ее слова, то увидев изможденное и расстроенное лицо девушки, он передумал. Бросив испепеляющий взгляд на мракоборцев, он направился к двери. У выхода из кабинета Гермиона обернулась. - Просто скажи, что ответил профессор Слизнорт?       Гарри на мгновение заколебался, прежде чем ответить. - Что мы были правы, - улыбнулся он.

***

      Когда они вышли на улицу, толпа зрителей у министерства стала значительно меньше. Кингсли продолжал стоять на крыльце здания, отвечая на вопросы репортеров, но в целом, ажиотаж, возникшей после утренней статьи, сошел на нет. Парень с девушкой беспрепятственно покинули здание министерства, не привлекая к себе внимания. Продрогнув до костей, Гермиона завернулась в шарф до самого носа и стала подводить итоги, что же им удалось выяснить. Если не брать во внимание особую ситуацию с Варнавой Кафф, все пропавшие до исчезновения оказывали финансовую поддержку ее проекту, а также получили письма с угрозами, и были непонятным образом похищены из некогда популярного среди волшебников клуба предположительно после употребления специфического напитка в красном бокале. Но в чем тогда была вина главного редактора самого известного среди волшебников газетного издательства? И при чем здесь «Дырявый котел»?       Девушка бросила взгляд на своего спутника. На первый взгляд, Малфой был абсолютно спокоен, однако он нервно постукивал пальцем одной руки по запястью другой, и Гермиона подумала: уж не чувствует ли он себя так же неловко рядом с ней, как она – рядом с ним? Теперь, когда они нормализовали общение, все как будто обещало наладиться, но после каждых встреч у девушки оставался странный осадок. - Ты бы мог быть повежливее с Гарри, - произнесла Гермиона, нарушая молчание. - И со мной, кстати, тоже. - Я бы мог не спасать твою жизнь, - отозвался Малфой. - Но ты же меня знаешь: я такой непредсказуемый. - Гарри и Рон - хорошие мракоборцы, чтоб ты знал, - продолжила Гермиона, игнорируя его насмешки. - Но, когда тебе нужна помощь, ты обращаешься ко мне, - заметил Драко, слегка усмехнувшись.       Гермиона подняла на него злой взгляд. У нее на языке вертелось множество ехидных ответов, но, по большому счету, он был прав. — Потому что мне нужен свежий взгляд постороннего человека на ситуацию. — То есть, умного человека, - самоуверенно поправил Драко. — Ты ведь в курсе, что твоя манера общения бесит людей? — Что поделаешь, - с безразличным видом произнёс Малфой. - Ты и твои друзья постоянно меня смешите. — А вот ты им не кажешься забавным.       Каждый раз Гермионе приходилось прикладывать немало усилий, чтобы избежать конфликтов, которые неизбежно возникали вокруг Малфоя. И каждый раз она задавалась вопросом, каким чудом они все ещё не поубивали друг друга и умудряются поддерживать нормальные отношения? Несомненно, вселенная обожает иронию, и у неё своеобразное чувство юмора. — Знаешь, ты не прав, - наконец произнесла Гермиона. — И такое иногда случается. В чем на этот раз? — Мракоборцы. Ты всегда насмехаешься над отделом правопорядка, но на самом деле он необходим, для сохранения мира и порядка в волшебном мире. — Грейнджер… — Я серьёзно, Малфой, - перебила его девушка. Она резко остановилась и подняла на него взгляд. - Ты можешь с этим не соглашаться, но ты не можешь это не понимать. Нужно иметь смелость и мужество, чтобы каждый день бросать вызов злу в любом его проявлении и не сдаваться несмотря ни на что. И дело не в противостоянии школьных факультетов: необязательно быть гриффиндорцем, чтобы иметь мужество поступать правильно. Тем более, мракоборцам иногда нужно уметь мыслить по «слизерински». — Вот как? - Малфой странно ухмыльнулся, словно ее слова его развеселили. - Пытаешься завербовать меня в свои ряды? Заставить встать на путь истинный? Извини, Грейнджер, но я не уверен, что смогу долго выносить общество твоих полоумных дружков. — Малфой, - закатила глаза девушка. — Кроме того, работа в министерстве, ранние подъёмы с утра, общение с министерскими снобами и куча бумажной волокиты - это не для меня, - продолжил парень, когда они возобновили путь. На его губах застыла полуулыбка, и Гермиона не могла понять, что именно его так забавляло. — Ну да. Мы всего лишь работаем на благо магического сообщества, - закатила глаза девушка. - Нет званых вечеров, изысканного общества и антикварных вещей. Что ж, значит не судьба. Придётся мне довольствоваться обществом Рона. — Уизли? - поморщился Малфой. - Даже в министерстве можно найти кого-нибудь получше. — Малфой, - покачала головой Гермиона. — Так вы снова вместе? - внезапно спросил парень. — Что ты имеешь в виду? — Вместе, Грейнджер, - вздохнул парень. - Мне обязательно уточнять? Думаю, моя гримаса и так достаточно красноречива. — Нет, Малфой, мы не встречаемся, - отозвалась Гермиона. - Хотя это в любом случае, не твоё дело. — Он так самоотверженно тебя защищает, - поморщился Драко, как будто увидел что-то невообразимо отвратительное. - Уверен, каждый раз, когда он видит нас вместе, он борется с рвотными позывами.       Гермиона уже не слушала его. Внезапно она почувствовала как усталость последних дней свалилась ей на плечи. Ее мутило, и меньше всего на свете девушке сейчас хотелось слушать мнение Малфоя о ее друзьях и их отношениях.       За разговором они дошли до знакомого двухэтажного дома с уютным книжным магазином на первом этаже. Но если раньше вид этого здания неизменно вызывал у Гермионы улыбку, то теперь она едва могла заставить себя зайти в него. - Скверно выглядишь, - заметил Малфой. - Я знаю, - ответила Гермиона, даже не пытаясь спорить. Она и чувствовала себя скверно. - Сложно хорошо выглядеть, когда не можешь нормально спать. — Тебе стоило послушать меня. — Нет, - уверенно ответила Гермиона. - Гарри прав: нам нужно выяснить, что происходит в этом доме. Если я съеду, преступник может догадаться, что мы все поняли, и тогда все будет напрасно. — И как долго ты ещё сможешь продержаться без сна, Грейнджер? - ехидно спросил Малфой, придерживая для неё дверь.       Гермиона не ответила. Она стояла у подножия лестницы, ведущей на второй этаж, и со стыдом обнаружила, что не находит в себе сил и смелости подняться туда. При мысли о нахождении в этом жутком леденящем душу месте, ее тело сковывал ужас. — Боишься? — Ещё чего, - ощетинилась Гермиона, но Малфоя было не так просто обмануть. Он взял ее под локоть и направился к лестнице.       Гермиона молча позволила ему проводить себя до дверей квартиры, но парень прошёл внутрь, не обращая внимания на ее растерянный вид. Малфой вальяжно развалился на диване и демонстративно скрестил руки на груди. — Объяснишь? - гневно спросила Гермиона, когда к ней вернулся дар речи. Она все ещё стояла у открытой входной двери, озадаченно глядя на парня. Что он, черт возьми, себе позволяет? – Не переживай, я найду, чем себя развлечь, пока ты будешь спать, - отмахнулся Малфой, не глядя на неё и с любопытством рассматривая маггловские журналы, бесформенной кучей лежащие на журнальном столике. — Ты не будешь сидеть здесь, пока я сплю, - усмехнулась Гермиона, недоверчиво качая головой. — Предлагаешь присоединиться к тебе в спальне? — Предлагаю тебе немедленно отсюда уйти, - категоричным тоном заявила Гермиона, рукой указывая ему на дверь. — Не нужно быть такой несговорчивой, Грейнджер, - забавлялся Малфой, даже не пытаясь встать с дивана. - Я не так часто предлагаю безвозмездную помощь, а ты не в том положении, чтобы от неё отказываться. — О чем ты, во имя Мерлина, говоришь? — Ты едва держишься на ногах, это очевидно, - безапелляционно заявил Малфой. - И ты напугана этим местом гораздо сильнее, чем готова это показать. Я предлагаю тебе поспать, просто поспать, пока я буду находиться в соседней комнате. Гермиона недоверчиво посмотрела на парня и сделала несколько неуверенных шагов к нему навстречу. Входная дверь за ее спиной захлопнулась. — Я все равно наложу защитные заклинания на спальню. — Как пожелаешь. — И это все еще очень странно, - с сомнением протянула девушка. - Зачем ты это делаешь? — Считай это жестом доброй воли. — Как пожелаешь, - повторила она его слова. Голос у неё стал неживой: не сердитый и не печальный, в нем вообще не было эмоций, словно от усталости она утратила способность чувствовать.       Малфой в какой-то момент поймал себя на том, что просто смотрит на нее, и ему вдруг стало не хватать отваги и воинственности, которые он привык видеть в ее глазах; смышлёности, которая всегда проявлялась в чуть поджатых губах; сострадания, с которым она относилась ко всему вокруг. Но куда больше в ее лице Драко удивляло не то, чего в нем не было, а то, что было: бледность ее кожи. Гермионе никогда не приходилось проводить долгие дни под палящим солнцем. Пальцы у нее были мягкие и нежные – в ее жизни присутствовала только учеба, а не тяжелый труд. — Ты все ещё можешь передумать, - сказал Малфой, и сам удивился сочувствию, которое прозвучало в его голосе. - Тебе необязательно терпеть все это. Ты можешь уйти в любой момент. Мракоборцы разберутся со всем этим сами. Они отстранили тебя от работы и запретили вмешиваться в расследование, а теперь просто наблюдают за тем, как это место высасывает из тебя все соки. Зачем тебе работа, которая заставляет жертвовать собой, не предлагая ничего взамен? —Ты не понимаешь, - покачала головой Гермиона. — Не понимаю, - согласился Малфой. - Жизнь мракоборца - это не экзотика, не романтика, это ужас. Каждый день ты изучаешь дурацкие отчеты, сидишь на скучных заседаниях, не считая тех дней, когда ты убегаешь от очередного сумасшедшего волшебника, который взрывает дома или похищает близких людей и угрожает расправой. И каждый раз ты в ужасе думаешь, что на этот раз можешь погибнуть. Они дали тебе возможность уйти, Гермиона, так уходи.       Девушка молча смотрела на него и недоумевала, как она раньше не догадалась. О том, почему он провёл несколько часов под дверью ее квартиры в день взрыва. Почему он уже несколько раз спасал ее и опекал все это время, явно не испытывая острого желания этого делать. Как он, бывший пожиратель смерти, без препятствий проходил в министерство магии без должного досмотра и регистрации, и почему ему позволяли присутствовать на секретном заседании. Почему попросил Забини присмотреть за ней в баре в тот злополучный день, когда ее отстранили от работы. Почему друзья не были сильно удивлены и не высказывались категорично против их близких отношений. Все его насмешки и шутки приобрели совсем другой смысл. Он был мракоборцем, и судя по всему, не испытывал особой радости по этому поводу. Малфоя отстранили от расследования дела о похищении отца, и приставили к ней для ее защиты. Гермионе стало его жаль.       Она подошла к Драко и взяла его руки в свои. - Знаешь, что я думаю? - Что?       Гермиона на мгновение замерла и проникновенно посмотрела в серые глаза Малфоя, прежде чем слегка коснуться своими губами его губ. - Я думаю, что любая работа не так уж плоха, когда есть тот, кто может тебе с ней помочь.