В ожидании счастья

— Осторожнее, — лекарь поддержал главу ордена под локоть, на случай, если тот начнет терять сознание. — Я так понимаю, что оказался прав, и вы действительно будущий отец? — Что здесь происходит? — недовольно спросил Цзян Чэн, медленно приближаясь к этой странной парочке. Ему показалось, что лекарь и Лань Хуань стоят слишком близко друг к другу. — О! Какие люди! — крикнул знакомый голос со стороны ворот. — Вэй Ин, — сказал Цзян Чэн поворачиваясь к старому другу, — пришел встретить меня? — усмехнулся он. — Ага, как же я без своего шиди! — Он широко улыбнулся и подошел к Цзян Чэну. — Иди сюда, — он заключил его в крепкие объятия. Лань Хуань тем временем успел перевести дух и шепнул лекарю: — Спасибо. Позже поговорим. — Как пожелаете, — Линь Чжочэну поклонился и направился обратно на фестиваль. — Ты что-то плохо выглядишь, — заметил Усянь, отстраняясь от Ваньиня. — Ты в порядке? — Он нахмурился и положил ладонь на лоб главы ордена Цзян. — Ты весь липкий! — Я в порядке, — Цзян Чэн отмахнулся от руки Вэй Ина, — просто с утра немного отравился старой рыбой, — он снова посмотрел на слуг, — по чьей-то милости! Лань Хуань хлопнул в ладоши, и из ворот вышли двое слуг в белых одеждах. — Проводите, пожалуйста, адептов клана Цзян в яши, — приказал он. Слуги поспешили исполнить приказ и попросили адептов в фиолетовом следовать за ними. На поляне остались только трое: Вэй Ин, Цзян Чэн и Лань Хуань. — Как удачно я тебя встретил! — Вэй Ин повис на плече Цзян Чэна. — Я как раз собирался наведаться в соседнюю деревушку за «Улыбкой императора», пошли. — А тебе муженек-то разрешил? — усмехнулся Ваньинь, доставая платочек из кармана. — А то потом еще домой не пустят, — сказал он, протирая лоб от испарины. Он сильно устал с дороги, но желание пообщаться с шисюном было сильнее желания отдохнуть. К тому же, он бы не отказался промочить горло хорошим вином после всего этого стресса. Лучше даже взять байцзю*, чтобы обеззаразить желудок после отравления. — А то, — подмигнул Усянь, прижимая к себе друга покрепче. — Лань Чжань уже вернулся в цзинши с малышом, так что я свободен, как ветер. Пошли, — он схватил его за руку и потащил в сторону деревни. Лань Сичэнь никак не мог поверить в беременность Ваньиня. Он хотел промолчать и отправиться в ханьши, чтобы подумать, как теперь быть. Что делать? Как сообщить подобные вести Цзян Чэну? Он же… — Ох, — Лань Хуань схватился за голову и посмотрел вслед двум удаляющимся фигурам. Ладно, пусть посидят, пообщаются, выпьют… — Стоп, — пробормотал он и поспешил за этими двумя. — Подождите, я с вами! — крикнул он. Только сейчас он понял, что чуть не позволил своему беременному партнеру пойти пить спиртное. Останавливать их было уже поздно — если Усянь или Ваньинь что-то решили, то их уже почти нереально переспорить, оставалось только пойти с ними и проследить, чтобы все было хорошо. — Правда? — удивился Цзян Чэн. Он только хотел сказать Нефриту, что придет в ханьши попозже, а теперь… — Ты уверен? — раньше за Сичэнем подобного не водилось. По правде, Ваньинь не помнил ни единого случая, когда бы они вместе выбирались в деревню за вином. Да, он пару раз видел Лань Хуаня пьяным, но это можно было назвать случайностями, тот избегал алкоголя, как огня и на это имелись вполне веские причины. — Да, я бы хотел расслабиться после подготовки фестиваля, — улыбнулся Сичэнь, радуясь тому, что они успели отойти на приличное расстояние от Облачных Глубин, и он может самую малость приврать. Цзян Чэн с сомнением хмыкнул и нахмурился. И лишь Усянь не терял настроя: — Отлично! Чем больше — тем веселее! Они довольно быстро дошли до деревни и вышли на улицу, усыпанную алкогольными лавками. — Нам сюда, — Вэй Ин уверенно махнул в сторону небольшой неприметной лавочки. Лань Хуань уже успел сотню раз пожалеть, что все-таки пошел. Все вокруг узнавали его и кланялись. Незаметным остаться ему точно не удалось. В обычный день он определенно не смог бы позволить себе нечто подобное, но пока шел фестиваль, он мог оправдаться им перед старейшинами. К тому же, уже был вечер, и сегодня его присутствие в Облачных Глубинах больше не требовалось. Внутри лавки их поприветствовал сильный запах спиртного и добродушный владелец. Он выглядел лет на сорок, у него были короткие волосы, собранные в коричневый платок, и обычные серые одежды. — О, здравствуйте, молодой господин Вэй! — Он подошел к Усяню. — Давненько вас не было видно! — Э-м, да… — Вэй Ин неловко почесал затылок, вспоминая, что было, когда он наведывался сюда в последний раз. Это было, когда А-Мину исполнилось пять месяцев, и они с Ванцзи впервые решили отправиться в деревню после рождения ребенка — отдохнуть и отпраздновать радостное событие, оставив малыша на попечение дяди. Ну, а как известно, если дать Лань Чжаню чашечку «улыбки», то все кончится весело… — Было много дел, — уклончиво ответил он. — Понимаю, — кивнул владелец, — у меня тоже недавно было пополнение! Теперь я счастливый отец троих малышек! — Он широко улыбался. — Мы, конечно, надеялись, что в этот раз будет мальчик… Ну что ж… — Он развел руками. — Вы присаживайтесь! — спохватился он. Только сейчас владелец лавки заметил Лань Хуаня. — О! Молодой господин Лань, — он низко поклонился. — Какая честь видеть вас в моей скромной лавке! Позвольте проводить вас к местам у окна — там удобнее всего. — Благодарю, — Лань Сичэнь радушно улыбнулся, глянув на Цзян Чэна — тот стоял с недовольным лицом, скрестив руки на груди. Он терпеть не мог, когда основные почести доставались не ему. Его можно было понять — в окрестностях Пристани Лотоса именно ему оказывали первоочередное внимание. Здесь же практически никто его не узнавал. Когда все расселись за столом, владелец лавки спросил: — Раз здесь собрались столь достопочтенные господа, то первый сосуд «Улыбки императора» будет от меня — в честь рождения дочери, — он улыбнулся. — Что еще вам подать? — спросил он, обводя заклинателей взглядом. — Байцзю, — холодно сказал Цзян Чэн, не поднимая взгляда. Лань Хуань вздохнул. Кажется, это будет тяжелее, чем ему представлялось. — Принесите, пожалуйста, домашних закусок, — попросил он, поглядывая на Ваньиня — тот наверняка проголодался с дороги. Вот только теперь думать нужно было не только о его здоровье, но и о здоровье малыша. — Только ничего жареного, острого, копченого… — перечислял он, но запнулся, заметив удивленный взгляд владельца. — У господина было небольшое несварение, поэтому не хотелось бы ничего вредного, — пояснил он, кивая на Ваньиня. Ваньинь недовольно глянул на Сичэня, но спорить не стал — только сейчас, удобно усевшись на циновке, он понял, как сильно устал. У него не было ни сил, ни желания препираться с Нефритом. — Я понимаю, — кивнул мужчина, — я принесу наш фирменный супчик — он вмиг успокоит стенки желудка! Что-то еще? — Он посмотрел на Усяня. — Мне ничего больше не нужно, спасибо, — мягко ответил Вэй Ин. Когда владелец ушел, Цзян Чэн вздохнул и прислонился головой к стене — та приятно охлаждала. — Ты в порядке? — с беспокойством спросил Лань Хуань. Он сидел по левую руку от Ваньиня. — Может, тебе не стоит пить? Тебе же было плохо… — заметил он, не теряя надежды отговорить Цзян Чэна употреблять спиртное. — Я в порядке, — отмахнулся он и прикрыл глаза. — Сейчас выпью байцзю с солью и буду, как новенький, — сказал он. Лань Сичэнь с недоумением посмотрел на Ваньиня, но тот явно не намеревался ничего больше объяснять. — Это старинный семейный рецепт, — пояснил за друга Усянь, видя замешательство Цзэу-цзюня, — действительно отличное средство! А если добавить в байцзю перца, то поможет от температуры. Проверено. — Ясно, — расстроенно протянул Лань Хуань. Он уже понял, что действовать придется иначе.