В ожидании счастья

— Я предлагаю вам все рассказать самостоятельно, — тон Лань Хуаня был ровным и спокойным, но в каждом его слове, каждом движении и жесте чувствовалась сила. Он стоял перед связанным управляющим, заложив руки за спину. Никто в данный момент не смог бы подставить под сомнение его титул главы ордена — Лань Сичэнь выглядел величественно и властно, хотя просто стоял, прожигая виноватого серьезным взглядом светло-карих глаз. Управляющий стоял перед ним на коленях, опустив голову. Руки были плотно привязаны к его телу широкими веревками, но было непохоже, что у заклинателя имелись намерения бежать. В его ситуации это было бы глупо — его практически поймали с поличным. Поздним вечером он пришел к скале с группой бездомных жителей, снял защитное заклятие и вытащил из своего тайника темный артефакт. В этот момент его и поймали адепты. Они вызвали Цзэу-цзюня, а управляющего связали. Лань Хуань решил не устраивать разборки на улице и приказал доставить управляющего в его павильон, где приступил к расспросу. Бездомных жителей Сичэнь бегло опросил и отпустил. Это были ничего незнающие и непонимающие босяки, они пошли за заклинателем к границам поселения только потому, что тот пообещал им деньги. Эти бедняки готовы были на все ради пары монет, поэтому даже не задавали лишних вопросов. Лань Сичэнь дал каждому по монетке и позволил идти восвояси. Ничего полезного они ему сообщить не могли, а он и так понимал, для чего они были нужны управляющему. — Что ж, я так понимаю, что ответить мне вы не желаете? — в его голосе слышался холодок. — Прекрасно, — он достал из рукава артефакт, который изъяли у мужчины его адепты. — Тогда я сам расскажу. Этот артефакт может превращать людей в демоноподобных тварей, я прав? Управляющий приподнял голову и злобно сверкнул глазами. Его прежним дружелюбием и заискиванием теперь и не пахло. — Значит, прав, — Сичэнь удовлетворенно кивнул. — Тогда продолжим. Вы занимались тем, что превращали жителей своего же поселения — самых неблагополучных, то есть тех, кого никто не станет искать — в тварей, с этим ясно. Затем, созданные вами демоны нападали на людей и фермы, что встречались им по пути. Казалось бы, в чем ваша выгода? Ведь именно вам потом и предстоит их восстанавливать, — он сделал несколько шагов вперед, размышляя. — Но, судя по этому павильону, — он обвел внутреннее убранство взглядом, — выгода все же была. После каждого такого нападения жители шли к вам с подношениями и мольбами помочь. Вам не стоило труда разобраться с нечистью, а деньги и дары, что вам преподносили, явно с лихвой окупали затраты. — Он внимательно посмотрел на мужчину. — Хотя, смею полагать, что вы не все тратили на поселение, я прав? — спросил он, приподняв одну бровь. — Все! Вы можете посмотреть мои записи! Мой помощник тщательно все записывал! — гневно крикнул управляющий. Лань Хуань согласно кивнул. — Вы правы, к вашим записям не придраться. Все они безупречны. Только знаете, что меня смущает? — Он слегка склонил голову вбок. — Я тут недавно узнал, что ваш помощник является мужем вашей же дочери и живет в этом же павильоне. Интересное совпадение, вам не кажется? Связанный заклинатель лишь издал звук похожий на рык. — Хорошо. С этим всем мне тоже ясно. Ваши аппетиты росли, вы начали создавать все больше тварей и все чаще, не обращая внимания на то, что местные жители уже совсем обеднели, стараясь угодить вам, в надежде, что вы защитите их от демонов. Что мне непонятно, зачем вы позвали сюда меня? Почему решили, что именно я должен расследовать это дело? Адепты в белом переглянулись между собой. Они понимали, как это звучало — будто их Цзэу-цзюнь достаточно глуп, чтобы не разгадать замысел управляющего. Разумеется, они были мало знакомы и лишь изредка пересекались, но все равно это было смело — бросить вызов самому главе ордена. Управляющий громко вздохнул. Похоже, он медленно смирялся с тем, что от наказания ему уже не уйти. — Не Хуайсан… — тихо буркнул он. — Что? — Лань Хуань подошел поближе к мужчине. Ему показалось, что его подводит слух. Не мог же к этому приложить руку Хуайсан? — На последнем музыкальном фестивале, — нехотя начал говорить он, — я разговаривал с главой ордена Не… — Он покачал головой. — Сказал ему, что наши границы беспокоят нападения демонов и что нам не хватает денег, чтобы вовремя все восстанавливать… Лань Хуань еле заметно кивнул. Он понял, зачем управляющий завел разговор с главой другого ордена, который располагался неподалеку от их границ — надеялся надавить на жалость и получить дополнительные средства от Цинхэ Не. У него могло бы это получиться — если бы он достаточно красочно все расписал и пригрозил тем, что демоны могут пробрать и на территорию Цинхэ, то у Не Хуайсана не осталось бы выбора, как помочь этому поселению. Но, очевидно, что тот его переиграл. Хитреца поразили его же оружием. — Глава ордена Не сказал, что проблема серьезная, но они не могут вмешиваться в дела Гусу Лань и посоветовал обратиться напрямую к вам. Сказал, чтобы я выдвинул условия пожестче и даже разрешил пригрозить тем, что в случае отказа мы отделимся от ордена Гусу Лань и примкнем к Цинхэ Не. Не Хуайсан утверждал, что если вы лично увидите проблемы поселения, то захотите помочь… К тому же, он намекнул, что глава ордена в любом случае должен быть в курсе происходящего, и что если вы узнаете потом и не от меня, то будет только хуже. Что нужно призвать вас и показать… — Он прервал себя на полуслове. Его лицо помрачнело. Кажется, только что и до него начало доходить, что его обманули. — Он много чего еще говорил, — его губы плотно сжались. — О том, что все равно средства Цинхэ Не более ограничены, а Цзэу-цзюнь точно захочет поучаствовать в восстановлении своего же поселения… — Он покачал головой, теперь управляющий понимал, как грамотно ему запудрили мозги. — А тут еще вы своими намеками, что я плохо управляю… Лань Хуань поджал губы, удерживаясь от комментария, что это были не пустые намеки. Управляющий из этого заклинателя действительно не очень. — Можете не продолжать, — сказал Сичэнь. — Все ясно. Вы позвали меня, надеясь поживиться. Дальнейшие объяснения излишни, — холодно произнес он, поворачиваясь к управляющему — теперь уже бывшему — спиной и направляясь к выходу из павильона. — Вы будете лишены своего звания и всех привилегий, и наказаны по всей строгости. На ваше место будет назначен новый управляющий. Ваш помощник тоже будет наказан. Полномочия заниматься вашим делом будут у моих адептов, а я сегодня же покину это поселение, — сказал он, не оборачиваясь. Надежно запечатав темный артефакт в мешочек и наложив на него сильное охранное заклятие, он передал его одному из своих адептов, что стояли у входа. — Его нужно будет доставить в главное хранилище артефактов Облачных Глубин. А с этим заклинателем и его помощником сначала разберитесь здесь, а потом доставьте для наказания. Поищите, если был кто-то еще причастный к обманам. — Да, Цзэу-цзюнь. — Юноша спрятал мешочек в рукав и поклонился Лань Сичэню. Лань Хуань быстрым шагом покинул павильон. Он был до невозможности рад, что все довольно быстро разрешилось и теперь прокручивал в голове все факты, сводя воедино. Сичэнь упустил из виду, что одним из поселений руководил алчный управляющий, который ради своих низменных желаний пустил жизни стольких жителей по миру. Теперь нужно будет решить, кто станет новым управляющим, и как тот будет решать проблемы этого поселения. Да, демоны их уже не побеспокоят, но вот от бедности так просто не избавиться. Слишком долго этот заклинатель выжимал из селян все соки. Потребуется не один год, чтобы улучшить благосостояние людей. Сичэнь чувствовал сильное раздражение. Что за неприятный человек?! Как можно ставить свое личное благосостояние выше всего остального? Столько лет использовать темный артефакт, ради того, чтобы обращать местных бедняков и бездомных в демонов… Ужасно низко! Позволять им атаковать других людей и разрушать то, что сам же помогал строить… Лань Хуаню становилось не по себе от всех этих мыслей. Почему так долго никто ничего не замечал? С другой стороны, фасад у этого управляющего был идеальный — ни к нему, ни к его помощнику было не придраться. Они четко знали свое дело и все продумали. Когда адепты устраивали проверки, то никому и в голову не приходило, что где-то в этом всем кроется подвох. Интересно, откуда взялся этот артефакт? Лань Сичэнь потом изучит доклады адептов, когда те вернутся в Облачные Глубины. Пока это не столь важно. Лань Хуань так часто сталкивался с подобным, что не сомневался, артефакт, как обычно, либо нашли, либо украли, либо купили. Вариантов не так много. В их хранилище подобных вещиц было полно. Лань Хуань невольно подумал о том, что стоило бы поблагодарить Не Хуайсана — если бы не он, то неизвестно, как долго этот управляющий бы продолжал наживаться на местных жителях. Понятно, ради чего все это затевал Хуайсан — доставить Сичэню лишние проблемы и разлучить с Цзян Чэном, но в этот раз Лань Хуаню повезло — он быстро со всем разобрался и теперь снова мог предаваться думам о беременном возлюбленном. Подходя к постоялому двору, Лань Сичэнь пытался определиться, как лучше поступить — сразу полететь в Пристань Лотоса, или все же сначала отправиться в Облачные Глубины и проверить, как там справляется Лань Сычжуй. Поднявшись в свою комнату, он начал собирать вещи и пришел к выводу, что полетит сразу к Цзян Чэну. Сычжуй талантливый юноша, сможет сам со всем разобраться, а Ваньиню он нужнее. Сичэнь ведь обещал ему приехать, а значит Цзян Чэн уже его ждал, нехорошо будет его подвести. — Цзэу-цзюнь! Цзэу-цзюнь! Цзэу-цзюнь! — раздался громкий стук в дверь, и какой-то адепт без остановки звал его. Лань Хуань ненадолго прикрыл глаза. Он очень надеялся, что здесь больше ничего не случилось. Он не хочет тут задерживаться ни на секунду дольше. — Войдите, — разрешил он, придавая лицу обычное благодушное выражение лица. — Слушаю, — сказал он запыхавшемуся адепту, что вошел в комнату. — Цзэу-цзюнь! Беда! Вас срочно вызывают в Облачные Глубины!

***

— Как такое может быть? — спрашивал Лань Сичэнь, нахмурившись. В кратчайшие сроки он добрался до Облачных Глубин и первым делом пришел в больничное крыло. Он ходил между рядами коек с жителями своего поселения, с изумлением отмечая то, в каком ужасном состоянии они находились. — Я не знаю, Цзэу-цзюнь, — тихо ответил Лань Сычжуй. Он выглядел совершенно подавленным. — Это началось… Но их разговор прервали два мужчины, что пришли в павильон за Лань Сичэнем. Это были старейшины ордена и, судя по их лицам, они были в гневе. — Цзэу-цзюнь! Не желаете ли объяснить нам, как так оказалось, что вы покинули Облачные Глубины, оставили вместо себя ничего не умеющего юношу, подвергнув Облачные Глубины и их жителей риску, а когда часть селян и адептов подверглась неизвестной болезни, то оказалось, что по вашему же указу из Облачных Глубин давно отбыл главный лекарь! Кто теперь будет спасать жизни всех этих людей? Лань Сичэнь нервно сглотнул. Отчасти старейшины были правы, но никто не мог ожидать, что всего за несколько дней может случиться подобное — десятки жителей неожиданно заболевали, и никакие снадобья и противоядия им не помогали. У людей наблюдались одинаковые симптомы — они внезапно теряли сознание, а потом — спустя несколько часов — приходили в себя, испытывая сильнейший жар. Пока никто не умер, но прогнозы были неутешительными. Есть такие пациенты почти не могли, поэтому они быстро слабели, и опасность для их жизней была не маленькой. — Простите меня, — Лань Юань сложил руки в извиняющемся жесте и низко поклонился мужчинам. — Это все моя вина, я готов понести любое наказание. — Перестань, — Лань Хуань обошел Сычжуя и встал перед ним, загораживая его от недовольных взглядов заклинателей. — Главный лекарь действительно покинул Облачные Глубины по моему приказу, и я признаю, что это было упущением с моей стороны. Но Сычжуй здесь не при чем… Старейшина, который был постарше, недовольно нахмурился и перебил Сичэня. — Упущение? — прикрикнул он. — Цзэу-цзюнь, вы понимаете, что по вашей вине могут погибнуть десятки жителей?! Включая, мою жену и дочь, которые сейчас в женском отделении в точно таком же состоянии, как и все эти люди! — Он махнул рукой на ряды коек, очевидно, сколоченных на быструю руку. Медчасть не была рассчитана на такое количество пациентов. Сичэнь поджал губы. Ему стало ясно, что для многих старейшин эта проблема успела стать слишком личной. — Давайте обсудим это в другом месте, — он старался говорить ровным тоном и не выдавать того, как его задевало подобное обращение к себе. На него редко повышали голос, и Лань Хуань всегда был очень чувствителен к этому. Только дядя имел право говорить с ним на повышенных тонах — со стороны остальных это воспринималось для него, как оскорбление. — Только позвольте мне сначала поговорить с лекарями и узнать, что они думают об этой болезни. — Цзэу-цзюнь, мне кажется, вы злоупотребляете своим положением, — внезапно сказал второй старейшина, который прежде сохранял молчание. Он был лишь ненамного старше самого Лань Сичэня и в обычной ситуации не смел бы обратиться к главе ордена в таком тоне, но, видимо, за время его отсутствия, атмосфера в Облачных Глубинах сильно накалилась. Все вокруг болели, лечение пока не нашли, а обвинить кого-то и сорвать злость было необходимо. — Сколько еще вы будете продолжать отлучаться без крайней необходимости? Почему Ханьгуан-цзюнь не замещает вас? Почему вы отослали его и главного лекаря без нашего ведома? Вы понимаете, насколько это все серьезно? — громко спрашивал он. Лань Хуань поморщился. — Я еще раз предлагаю вам покинуть это помещение и обсудить все в другой обстановке. Только прежде, пожалуйста, немного успокойтесь. Я не намерен разговаривать с вами в таком тоне, — внешне он продолжал являться образцом спокойствия и умиротворения, хотя его ладони нервно сжались в кулаки. Если бы не годы и годы в позиции главы ордена, он бы, наверное, растерялся. Но за свою жизнь он успел услышать в свой адрес многое — лестное и не очень, поэтому подобные высказывания его не сильно трогали. — Что?! — негодование мужчин буквально витало в воздухе. — Что вы о себе возомнили?! Лань Юань встал возле Лань Хуаня и с нескрываемой злостью посмотрел на старейшин: — Вам не кажется, что вы обращаетесь к главе ордена без должного почтения? — Какое уж тут почтение! — усмехнулся мужчина постарше. — Какой глава ордена — такое и почтение! — Да, как вы!.. — Сычжуй уже был готов броситься на защиту чести Цзэу-цзюня, когда тот выставил ладонь в воздух и жестом остановил его. — Достаточно, — произнес Сичэнь. — Вы беспокоите больных. Здесь лечат людей, а не заставляют их выслушивать чужие склоки. Подождите меня, пожалуйста, в главной зале, и я внимательно вас выслушаю. — Он повернулся к Лань Юаню. — Сопроводи господ. Я скоро приду. — Хорошо, Цзэу-цзюнь, — Сычжуй поклонился и поспешил увести старейшин за собой. Те шли с таким видом, будто при ходьбе жевали лимон. Лань Хуань посмотрел, как они вышли из медчасти и тяжело вздохнул. Как так случилось? Когда все вышло из-под его контроля? Старейшины правы, и он сам во всем виноват? Он что-то упустил? Слишком много времени и внимания уделял беременности Ваньиня?.. В любом случае, теперь ему предстоит решить много серьезных проблем. Лань Хуаня срочно вызвали в Облачные Глубины из-за участившихся случаев неизвестной болезни. Она начала поражать жителей Облачных Глубин одного за другим, практически сразу после того, как Сичэнь их покинул. Логики в том, кто заболевал, а кто нет — не было. Кто-то просто резко падал в обморок, а кого-то болезнь обходила стороной, будто в упор не замечая. Сначала она поразила лишь несколько человек. Лань Сычжуй пытался разобраться со всем самостоятельно, надеясь, что лекари найдут способ исцеления. Но с каждым днем становилось все хуже, старейшины давили все сильнее, и у него не осталось выбора, кроме как срочно просить главу ордена вернуться. Лань Сичэнь поговорил с лекарями — те никогда не видели и не слышали ни о чем подобном. Впрочем, его это не сильно удивляло — Линь Чжочэн знал о заболеваниях больше всего, но из-за Лань Хуаня его сейчас не было в Облачных Глубинах. Других вариантов, кроме как отозвать господина Линь из Пристани Лотоса, у Сичэня не было. На этот раз у Лань Хуаня не было времени писать Цзян Чэну милое послание. Он подозвал юношу, что прислуживал ему, надиктовал короткое и безличное письмо для брата с четкими распоряжениями и попросил слугу немедленно все записать и доставить в Пристань Лотоса. Сейчас, когда жизни десятков людей, за которых он отвечал, были в опасности, Сичэнь просто не мог позволить себе такую роскошь, как мысли о Ваньине и его реакции. О том, что в ближайшее время ему удастся его навестить — теперь и речи не шло. Лань Сичэнь вышел из павильона и направился в Главную Залу, однако по пути ему встретился тот, кого он не очень хотел сейчас видеть. — Сичэнь, как ты планируешь объяснить мне свое поведение?! Ты понимаешь, что меня срочно вызвали сюда с ужасными новостями? — Лань Цижэнь с недовольством смотрел на своего племянника, ожидая объяснений. Чего-чего, а объяснений теперь Лань Хуаню потребуется очень много…