Трансформация

      — Ты явно не человек, — говоришь ты ему, бредя по щиколотку в грязной канализационной воде. — Так кто же ты? — Древний, — прохрипел клоун, повернув голову, чтобы посмотреть на тебя. — Голодный. — Я говорю не о прилагательных, умник. -Ху-ху, ты действительно очень вспыльчива, не так ли? Ты закатываешь глаза и вздыхаешь. — У тебя хотя бы есть имя? Что-то, чем я могу назвать тебя, помимо «клоуна» Он останавливается, и ты тоже. Его янтарные глаза снова расфокусированы, они слегка разъезжаются, прежде чем внезапно собраться в кучку вместе с толчком всего тела. Он пристально смотрит на тебя, эти пылающие глаза становятся синими. — Меня? О, я — Пеннивайз Танцующий Клоун! — Но ты не настоящий клоун, — замечаешь ты. — Я похож на клоуна? — Да, но… — Я веду себя как клоун? — По большей части… — Я звучу как клоун? — Честно говоря, я не провожу много времени с клоунами, поэтому мне не с чем сравнивать… — Тогда откуда ты знаешь, что я не клоун? Ты поднимаешь бровь. — Я собираюсь перейти на личности и сказать, что у большинства клоунов нет фонариков внутри! — Не фонари, — ответил клоун, надув губы. — Мёртвые огни. И я не демонстрирую их кому попало. — Разве? — Существо отрицательно качает головой и продолжает топать по грязной воде. Ты идёшь за ним, стараясь не думать о своих замерзших, промокших ногах. — Тогда зачем ты показал их мне? — Я хотел посмотреть, полетишь ли ты. — Он говорит это таким тоном, будто это очевидно. Ты задаёшься вопросом — говорит ли он о том чувстве в твоей груди, которое возникло, когда ты увидела мёртвые огоньки. — Почему я? — спрашиваешь ты. Он хмурится, глядя на тебя так, будто ты ляпнула несусветную глупость. — Ты не можешь летать, — отвечает он. — Почему бы и нет? — Потому что не можешь. — Не понимаю. Он издает звук, нечто среднее между рычанием и насмешкой. — Так много предстоит узнать… Ты решаешь оставить эту тему. Ясно, что с этим парнем ты ничего не добьешься. В конце концов туннель, который вы пересекаете, впадает в большую дренажную яму. Перед вами огромная канализационная пещера, большая часть пространства пуста, за исключением гигантской массы мусора, сваленного в центре ямы. В колонну встроен старый железнодорожный вагон, единственная видимая сторона которого раскрашена причудливыми изображениями цирка. Ты мгновенно узнаёшь имя, которое клоун назвал тебе ранее. Танцующий клоун Пеннивайз. — Ха, — говоришь ты. — Значит, ты действительно клоун. — Был, — скрипит он. — Давно. Моя любимая маскировка. С тех пор я хорошо пирую. — Пируешь, — медленно повторяешь ты. — Чем именно? Пеннивайз улыбается. — Теми, кто летает. — Что…? — ты начинаешь спрашивать, но останавливаешься, когда замечаешь движение. Твой взгляд перемещается вверх, к тому, что можно назвать потолком этой ямы. Сотни частей человеческого тела медленно вращаются вокруг огромной кучи, как планеты вокруг Солнца. Туловища, конечности, головы — всё отделено друг от друга, всё запутано и разбросано так, что невозможно сказать, какие части принадлежат каким телам. Даже издалека ты понимаешь, что большинство из них были детьми. Желудок скручивает, но это не тошнота, как можно было бы ожидать. Вместо этого ты удивляешься тому, как и почему летают эти тела вопреки всем законам притяжения. Есть что-то болезненно завораживающее во всём этом; оно взывает к чему-то внутри тебя, к чему-то о существовании чего ты и не подозревала. Но тело отвергает этот способ мышления. Почему ты не в ужасе? Почему ты не расстроена? Должна быть, и поэтому твоё тело делает это за тебя. Внезапно голова наполняется ватой, твои конечности словно наполняются свинцом. Ты делаешь шаг вперёд, пытаясь ухватиться за что-нибудь на пути вниз, но ничего не находишь. К счастью, ты полностью теряешь сознание, прежде чем твоё тело касается холодной, влажной, твёрдой земли.