Парадоксы

После первого моего звонка он не взял трубку. Вполне справедливо. Пробую еще раз и как только я уже отчаялась и хотела сбрасывать, так он взял трубку. — Алло, — говорит он чересчур спокойно. Как будто мои звонки ему это привычное дело. Полагаю, он не особо обрадовался. — Егор, — тяжело вздыхаю, — мне нужна твоя помощь. Теперь тяжело вздыхает он. — Знаю, ты можешь отказаться, но это очень многое для меня значит, — продолжаю и не замечаю, как начинаю покусывать свой маникюр от напряжения, возникшего между нами. — Не сегодня, ладно? — спрашивает он. — Что-то случилось? У меня просто съемки, я не могу сейчас подъехать, — говорит он с таким незнакомым для меня тоном. — Нет, знаешь, не стоит подъезжать, — инстинктивно размахиваю рукой и стараюсь формулировать слова в предложение. — Я сама справлюсь, пока, — сбрасываю трубку и кладу телефон в карман, нервно усмехаясь. «Не стоило ему звонить». Эта дебильная ситуация подпортила мне настроение. Может ничего такого и не произошло, но здесь что-то не так. Ладно, может он уставший. Егор не может постоянно прибегать ко мне по моему звонку. Я должна это понимать. Будет лучше, если я справлюсь со всем сама. Я целую неделю с ним не общалась, да и к тому же, попрощалась не на хорошей ноте и ожидаю, что он прилетит по первому звонку? Слишком самоуверенна ты, Варенька. Мир не крутится вокруг тебя. Нет, если бы я была слишком самоуверенной, мне бы не было дела до других. Я же в свою очередь, всегда стараюсь помочь, если мне по силе. Я отказалась от своих чувств, чтобы ей было хорошо. Кого именно я подразумеваю, пусть решает Егор. Кристина, Ангелина или может какая-нибудь Даша, Глаша, не важно. Он сам хозяин своей жизни. А ведь мне могло бы быть плевать и я могла быть на том же месте, где была Ангелина, когда я стала свидетелем ненужного в туалете. Но есть огромная разница между мной и ней. Я умею думать, а она нет, вот и все. На самом деле, мы с Егором были обречены с самого начала. Он пытался купить мое молчание, потом решил впутать и меня в его личные проблемы. Я же пыталась разрушить его отношения из-за его скотского поведения. Я хотела разрушить его отношения из-за того, что меня раздражают, когда мужики так себя ведут. Но я упустила один факт: Кристина это не я. Может быть ее все устраивало. В любом случае, мне это неизвестно. Мы с ним не раскрылись друг другу. Я ничего о нем не знаю, как и он обо мне. Конечно, я могу открыть Википедию и все узнать, но мне не это нужно. В Википедию каждый идиот может зайти, здесь все по-другому. Пока я шагала до метро, мне позвонила мама. — Варя? — тихим и безжизненным голосом говорит она. Мне было достаточно его тона, чтобы все понять. — Это случилось? — аккуратно спрашиваю ее, чувствуя, как в глазах застыли слезы. — Да, час назад. Она умерла. Один из самых близких мне людей погиб. И почему все в один момент? — Я приеду, — решительно говорю ей, позволяя скатиться слезе, но это не повлияло на мой твердый голос. — Нет, Варь, — я знаю, что она покачала головой, прикрывая глаза. — Не нужно приезжать. Бабушка попросила, чтобы ты не видела этого. — Но… — У тебя по горло своих проблем. Я прошу тебя, не стоит приезжать. — Мне что, сидеть сложа ручки? — Ты можешь делать все что угодно, но выполни просьбу бабушки. Если она попросила, значит так надо. — Ладно, я тебя услышала. — Я наберу тебя позже, как все усмирится, — говорит она и я киваю, даже если она и не видит. — Да, хорошо, — вытираю щеки, удерживая ровное дыхание. — Пока. Это должно было случиться. Я себя неоднократное количество раз готовила к этому исходу. Я знала, что вот-вот ее может не стать. Последние свои дни она мучилась и теперь все ее мучения позади. Вспоминаю, что дома у меня есть бутылка красного вина и остался табак для кальяна. Заказываю такси и еду домой. *** Просыпаюсь и потягиваюсь в кровати. Открыв глаза вижу на тумбочке пустую бутылку вина и рядом бокал. Возле кровати стоит кальян с неубранными углями и, естественно, табаком. Видимо я вчера была не в состоянии убрать. Во рту противное послевкусие вина и мне хочется перебить это. Чем быстрее, тем лучше. Перед тем как пойти в туалет чистить зубы, хватаю с собой телефон, смотря сколько время. Полдвенадцатого. Замечаю смс от Егора. «Скоро буду» Мои глаза шире раскрываются. Он же не знает мой новый адрес, куда он подъедет? Только хочу позвонить ему, как открывается переписка с ним этой ночью. «Если ты думаешь, что со мной так можно разговаривать, то ты ошибаешься!» Хлопаю себя по лицу, что мне хватило мозгов написать ему в пьяном состоянии. «О чем ты?» — ответил он. «Я никогда не просила у тебя помощи, можно было ответить мягче. Разговаривай так со своими телками» «Варь, у меня были съемки, я сутки не спал» «Скажи свой новый адрес» Откуда он знает, что я переехала? «Береговой проезд, 5Ак1, кв. 58» И час назад он написал «Скоро буду» — Господи, какая же дура! — запрокидываю голову назад, ругая себя. Захожу в ванную и чищу зубы, вываливая пасты в два раза больше, чем обычно. Стоило мне только вытереть лицо полотенцем, как слышу звонок в двери. Сердце затрепетало, а ноги подкашиваются. Это он. Иду открывать двери и вижу его. — Привет, — говорит Егор и поднимает на меня свой взгляд. Его мешки под глазами выглядят значительно большими. — Выглядишь отвратительно, — разворачиваюсь и ухожу на кухню. Слышу как он закрывает двери и разуваясь, идет за мной. — Чувствую себя так же. Я не стала ничего у него выяснять, а просто проследила за тем, как он сел за барный стул и подперев щеку, смотрит в пустоту. — Может тебе не стоило приезжать? Лучше бы тебе отоспаться. — Нет, все нормально. Давай лучше ближе к делу. — Минутку, — иду в спальню за копией дела и возвращаюсь на кухню, становясь напротив Егора. Даю ему папку и он начинает ее изучать, перелистывая страницы. — Мне нужно закрыть это дело. Я уже звонила Смоленскому Андрею, но он даже не стал со мной разговаривать, — засматриваюсь на задумчивый вид Егора и прогоняю все лишние мысли. Нужно думать о работе. Но я все равно рада, что он здесь. — На самом деле, удивительно, что он вообще ответил, — подмечает он. — Ты знаком с ним? — выгибаю бровь. — Нет, но наслышан, — Егор почесывает щетину, перелистывая страницу. Чувствую чертово напряжение между нами, но это вполне объяснимо почему. — Это отец Паши, а с ним я знаком хорошо. Андрей Смоленский крупный миллиардер. Он руководит многими компаниями, которые достались ему от отца. Если верить слухам, то его отец при жизни очень хорошо общался с Ельциным и Горбачевым. У него были заоблачные связи. — Ты что-то слышал про аварию в 1999 году, в которой погиб его отец и мать с дочерью? — Большего, что есть здесь, — он указывает на дело, — нет. — Черт, — закатываю глаза и потираю лицо. — Я уверена в том, что это спланированная авария. Мне нужно больше информации. И единственный источник, — поднимаю на Егора свой взгляд, — это Паша.