По методике Сасори-сенсея

Следующие несколько дней прошли для Сакуры как в тумане. Сасори больше не заставал ее врасплох интересными предложениями, они лишь молча бродили по лаборатории, коротали время как могли, обсуждая что-то неважное. Сакура не раз порывалась на «прием» к Цунаде-сама, чтобы спросить ее совета и точно убедиться, что она тоже не видит никакого двойного дна в совместной работе с одним из тех самых талантливых шиноби Сунагакуре. Но Сасори-сан оказался прав: все эти дни у Цунаде-сама совершенно не было ни минуты свободного времени — она не вылезала из душных советов, как будто ее там вместе со старейшинами заставляли решать не только судьбу союза Листа и Песка, но и всего мира. Сакура давно не чувствовала себя такой растерянной и брошенной. Теперь вместо тренировок она тенью бродила по рынку, плутала по лесу, как-то раз ее ноги занесли даже в то самое тревожно-печальное место с сотнями могильных плит. Сакуре с каждым днем дышалось тяжелее и тяжелее. И другие это будто тоже замечали: Сасори-сан и правда реже стал звать ее на посиделки в лаборатории, а Шикамару больше не пугал ее своей тенью. Даже мама в какой-то момент перестала наседать на нее, чтобы она не разбрасывала свою чертову обувь у двери. Наверное, Сакура должна была чувствовать себя как никогда свободной, но она лишь ощущала, как под ребрами время от времени начинало противно что-то покалывать. Особенно, когда она видела Сасори-сана где-нибудь поблизости.

***

— Если ты устала от меня, прямо так и скажи. Моя миссия в вашей деревне все равно подходит к концу, и я уже успел у вас освоиться — по лабораториям могу побродить и без тебя. Ваша Пятая даже на это дала мне добро. Сасори поймал Сакуру у главных ворот, где она сидела, задумчиво перебирая в памяти тот самый момент, когда к ним снова заявились эти проблемные мутные песочники. Она не вздрогнула, не обернулась, когда Сасори подошел к ней со спины. Она даже сумела выдавить из себя привычную фальшивую улыбку, которую она когда-то усердно училась растягивать перед зеркалом, чтобы никто никогда больше не увидел ее слабостей. — Все в порядке, Сасори-сан. Просто мне кажется, что в деревне немного… неспокойно. — Деревне неспокойно или тебе в деревне неспокойно? Сасори-сан оперся о ворота и с напускным интересом покосился на Сакуру. Будто ему и правда было не плевать, что у нее творилось на душе последние дни. — Я все время забываю, что вы очень проницательны, Сасори-сан, — сдаваясь под его липким взглядом, Сакура шумно выдохнула. Но улыбку с губ так и не стянула. — Мне приходится хорошо разбираться в людях, я же кукольник, — напомнил он ей с холодной усмешкой. — Скажите, когда вы возвращаетесь домой? Сасори-сан ответил не сразу — усмешка на мгновение исчезла с его лица, словно его покоробило само слово «дом». Он возвращался в Сунагакуре к своей ушлой бабке, к своим марионеткам, к своим ученикам и к будущему Казекаге в придачу — но только не домой. — Мы отправимся в Суну через три дня. Думаю, за это время мы здесь у вас все окончательно уладим. Сакура сжала руки до побеления костяшек. Значит, у нее еще было время подумать, вот только действовать ей хотелось прямо сейчас. — А что если… Что если я пойду с вами через три дня? Сасори-сан нисколько не удивился столь занимательному предложению с ее стороны — казалось, он его только и ждал. — Ваша Пятая тебя уже отпустила? Сакура неловко обняла себя. Ей вдруг стало абсолютно плевать, что о ее «побеге» могли подумать другие. Главное, что она хотела, она решилась. Она совсем не боялась Сасори-сана. Разве что Гаару — при мысли о нем шея все еще невольно начинала ныть, а ноги — подкашиваться. Но Сакура не подаст и виду, теперь она сильная. Хотя бы в глазах других. — Нет, но… Я готова. Кажется, мне нужно развеяться. И заняться какой-нибудь работой. С каким-нибудь хорошим наставником. — Тогда Суна уже ждет тебя. И хороший наставник тоже. Сакура поджала губы, напряжение никуда не пропало. Ей все еще не хотелось бежать в чужую деревню одной, но тащить за собой в это болото еще кого-нибудь за компанию было просто некого. Был бы здесь Наруто… Он бы был только рад повидаться со своим хвостатым товарищем. Вот только Наруто уже давно не давал о себе знать, пропадая где-то в горах с одним из великих Саннинов. В этот раз Сакуре нужно было брать себя в руки и действовать в одиночку. — Надеюсь, ты не расстроишься, если к тебе в напарники набьется еще один твой товарищ. Он очень понравился моей Темари, она не хочет его отпускать, пока он за все не расплатится. Так, кажется, она сказала. — Шикамару? — брови Сакуры взметнулись вверх. Она не поверила ни одному слову Сасори-сана, она же была не совсем уж наивной слепой дурой — она прекрасно видела, как Темари с Шикамару друг от друга тошнило — вот оно единственное, в чем их чувства были взаимны. — Нет, мне кажется, он скорее впадет в спячку или в кому, о чем, кстати, он всегда мечтал. — Как раз кому Темари очень даже может обеспечить. Может, именно поэтому он согласился не раздумывая, а? Или, может, Шикамару просто хотел тебя поддержать. Я заметил, в его компании во время вашей миссии ты становилась… спокойнее. Не такой дерганой. — Вы часто наблюдали за мной? Сасори-сан пожал плечами. — Привычка шиноби. Сакура хмыкнула. Ненадолго между ними повисло неловкое молчание. Неловкое только для Сакуры — когда-то это именно она нездорово часто следила за красивыми мальчиками. Вернее, за одним нелюдимым красивым мальчиком, до которого ей сейчас при всем желании было бы не добраться. — Паршивая и вредная привычка. — Иногда шиноби вынужден заниматься паршивыми и вредными делами. На благо близких или же своей деревни. Сакура улыбнулась — она поняла, к чему клонил Сасори-сан. — Значит, Шикамару как настоящий шиноби тоже решил заняться паршивым и вредным делом вместе с нами? — она облегченно выдохнула. За нее все сделали. Значит, ей не придется что-то придумывать и упрашивать Шикамару самой, чтобы он составил компанию в ее путешествии — это очень обнадеживало, потому что она даже не представляла, что она могла такого предложить, чтобы он пошел за ней. Разве что пожизненно подкидывать ему лучший табак, в сортах которого она разбиралась еще хуже, чем в самом Шикамару. — Не переживай, одна бы ты все равно там не осталась. Даже если бы очень захотела. Сакура ничего на это не ответила. Она понимала, на что намекал Сасори-сан, но заливаться краской от таких интересных намеков она не спешила. Все-таки ее ждала важная миссия и джинчуурики Однохвостого, которому она явно не сразу осмелится даже посмотреть в глаза. И Сасори-сану в его мастерской тоже. — Пойду тогда собирать вещи, — Сакура нервно хмыкнула, взглянув на Сасори-сана исподлобья в последний раз. — Надеюсь, вы не передумаете в выборе новой ученицы. — Надеюсь, ты не передумаешь в выборе нового наставника. Сакура и правда пошла домой — мама с отцом наверняка уже заканчивали ужинать, снова не дождались ее. Но Сакура этому была даже рада — в последнее время ей очень уж часто приходилось избегать любых вопросов о работе и ее «новом мальчике», с которым ее уже успела заметить каждая соседка. Сакура знала, что Сасори-сан был симпатичным, даже смазливым. Даже почти таким же красивым, как Саске в свои лучшие годы. Да, он был немного старше, но из-за мягких черт лица он казался чуть ли не моложе самой Сакуры. Сакура помнила, как мама переживала за нее из-за страданий по Саске еще со времен Академии и как она надеялась больше самой Сакуры, что рано или поздно ей повезет, и она все-таки встретит что-то достойное. Что-то даже из другой страны. Что-то даже больше неравнодушное к искусству, чем к сюрикенам и кровавым бойням шиноби. Сакура уже знала: если она в подробностях расскажет маме о предстоящей миссии, то она сразу окрестит это предсвадебным путешествием и точно захочет познакомиться с мужчиной, которого ее дочь стыдливо пока называет «всего лишь наставник, да и это не точно». Поэтому пока Сакуре стоило стискивать крепче зубы и молчать. Тем более, за три дня все еще может перемениться: Цунаде-сама посчитает это все дурацкой затеей, и Сакуре наконец-то станет легче на душе. Вот только она на это не шибко и надеялась.

***

— Пробудешь там месяц, не дольше, здесь ты мне тоже нужна. Это нам только на руку, если наши деревни будут помогать друг другу. Новыми ядами в том числе. Несколько дней подряд Сакура плохо спала, поэтому половина наставлений Цунаде-сама пролетали мимо ушей. Но, кажется, в душном кабинете Хокаге этого никто не замечал — даже не в меру проницательная Шизуне, закопавшаяся в отчетах по поводу завершения дипломатической миссии шиноби Сунагакуре. Сакура стояла перед Цунаде-сама и слушала, как мерно и противно тикали настенные часы. Сакура уже давно была где-то не здесь, она уже была с Сасори-саном в засушливой Суне, кланялась новому Казекаге и как могла прятала от чужих любопытных глаз трясущиеся поджилки. — Шикамару, возможно, вернется раньше. Делать ему там особо нечего. — Мне казалось, он поладил с сестрой Гаары… — Сакура задумчиво перевела взгляд на потолок — ее наставница всегда знала, когда она привирает. А привирать Сакура любила, ничего не могла с собой поделать. — Именно поэтому он вернется раньше. Вопрос о возможном брачном союзе между деревнями еще не поднимался. А больше там с наследника клана Нара нечего взять. У Сакуры почему-то невольно побагровели уши. — Надеюсь, в эти брачные союзы когда-нибудь втянут только Шикамару? Вы сами когда-то говорили: сильным женщинам мужчины не нужны. Разве что наоборот. — Надеюсь, нам вообще не надо будет никого ни во что втягивать, — хмуро бросила Цунаде-сама, отчего Сакура дрогнула. Она уже давно по малейшему взгляду, по тону научилась определять, насколько скверным было настроение у ее наставницы. Судя по всему, Цунаде-сама была не особо рада намечающемуся «сотрудничеству», но ничего не могла с этим поделать. Почему? Сакуре даже не хотелось спрашивать — все равно она здесь ни черта не решала, только подчинялась приказам. В ближайшее время все, что от нее требовалось, это отправиться вместе со своим новым наставником в новую для себя деревню счастливо ковыряться в ядах. Никаких секретных миссий, никаких вылавливаний нукенинов — только тихая лаборатория и такой же тихий Сасори-сан под боком с намертво приклеенной усмешкой. Славно. Сакура была на это почти согласна и на большее не собиралась набиваться. — Обещаю, Цунаде-сама, специально для вас я привезу каких-нибудь новых ядов. И засушенного скорпиона. — Мне будет достаточно, если сама ты там не засушишься, — на жестком напряженном лице Цунаде-сама лишь на мгновение промелькнуло что-то похожее на улыбку. Сакура тоже не смогла не улыбнуться — вдруг стало тепло, тревога перед неизвестностью хотя бы ненадолго отступила — хотя бы пока ей глаза в глаза смотрела Цунаде-сама. — Я вас не подведу, — Сакура поклонилась и быстро вылетела из кабинета. Еще нужно было объясниться перед мамой, собрать вещи, выслушать недовольное бурчание Шикамару и отдаться с потрохами своему новому наставнику.