Запрет на любовь

Постепенно приходя в сознание, в слух всё сильнее врезается жалобный писк. По пальцам ежесекундно проходится что-то влажное и шершавое. Медленно открыв глаза, во взгляд врезался белый потолок, что в лунном свете казался синим, чуть ли не чёрным. В окно бесстыдно глядело белое яблоко луны с паутиной бледно-голубых кратеров. Во всей студии было темно, и единственным источником являлись лишь яркий диск на небосклоне и настольные электронные часы, что слабо высвечивали "22:12". Снизу снова донёсся тихий писк и что-то мокрое и цепкое вновь прошлось по пальцам. Оторвав бетонную голову от спинки дивана, Юнги исказил ровное выражение лица в эмоции боли - шея затекла. Парень покрутил головой вправо-влево и довольно улыбнулся, услышав расслабляющий хруст позвонков. Прямиком в уши врезалось короткое "мя", а после того, как обладатель этого звука ткнулся влажным носом в ладонь Юнги, издал более протяжное и жалобное "мяяяяя". Мин умилился и поднял брови, наблюдая за тем, как котёнок вылизывает его холодные пальцы, и только сейчас до него дошло, что малыш попросту голоден. Молча поднявшись с дивана, альфа прижал маленькое создание к груди и, пошатываясь и ощущая всю прохладу пола босыми ногами, дошёл до холодильника и потянул дверцу на себя. — Ну твою ж мать... — хриплым голосом выругался Мин, когда обнаружил отсутствие молока на полках. Аккуратно подняв котёнка на уровень своих глаз, Юн толкнул трогательную речь о том, что если малыш подождёт его дома, то он сможет принести для него еды. — Давай, я ненадолго. — закончил он и отпустил кроху на холодный пол. Тот сразу запищал и вцепился в джинсовую ткань его штанов. — Не заставляй меня ругаться, Мочи. Вдруг на кровати, что стояла в углу, послышалось шебуршание. Фигура взрослого кота лениво спрыгнула с неё и демонстративно потянулась. Это был старина Мин. Юнги не знал, как его назвать и поэтому дал ему кличку в виде своей же фамилии. Кот этот был подобран, когда парень только смотрел эту студию, ему уже больше шести лет. Он был очень ленив и постоянно на кого-то ворчал, но при этом был в меру ласков и аккуратен, как сейчас, когда нависал над новичком в его доме и тщательно вынюхивал светлую макушку. — Не обижай его, иначе закрою тебя в туалете. — коротко отрезал Юнги, когда взрослый враждебно сверкнул зелёными глазами. Тот сразу недовольно фыркнул и облизнулся. Надо было пользоваться моментом, когда оба его питомца заняты друг другом, быстро обулся и вышел на улицу. Холодно и зябко, осенний ветер пробирает до костей, делая погоду до омерзения гадкой. Жёлтые, красные, оранжевые листья теперь казались не такими красочными в ночном тумане. Луна выглядела ещё больше и так и норовила утонуть в густых кучевых облаках. Парень уже шёл по тёмной аллее, подсвечиваемой одним единственным фонарём, как вдруг заморосил слабый дождь. Уже через пару минут он не оставил сухим ничего. Дорога, трава, одежда - всё было мокрым. Приблизившись к концу аллеи, в глаза бросился тёмный силуэт человека, сидевшего на краю облезлой скамьи. Это был парень в насквозь промокшем худи, с капюшоном на голове и в лёгких синих джинсах, бережно зашитых на левой коленке. Лицá его пока не было видно, но не сложно было понять, что он продрог: парень упорно прятал кисти рук в карманы кофты, голова была опущена на грудь, а ноги с силой прижимались друг к другу. — "И чё ему дома не сидится?" — промелькнуло в мыслях, но ноги не собирались останавливаться. Постепенно приближаясь к незнакомцу, его лицо всё больше и яснее выглядывало из-под вымокшего капюшона. Хм...он кажется знакомым. Когда Юнги поравнялся со скамьёй, он мельком глянул на паренька и вдруг застыл на месте, будто его с размаху воткнули в асфальт. Это был Чимин. Мин не знал, что в таких моментах надо делать и поэтому просто стоял и смотрел на него. Омега сидел, сжавшись в комочек и дрожал. Что Юн должен сделать? Подойти к нему? Спросить что случилось? Или пройти мимо? Столько вопросов и никаких ответов. Сейчас он должен полагаться только на свою совесть и думать, как поступить. — "Если я уйду, то он замёрзнет. Но если останусь? Мне нужно будет помочь ему, хотя я даже не знаю, что произошло. — оправдывался парень перед собой, делая неуверенные шаги в сторону Пака — Но если он тут умрёт, то виноват буду я, потому что не помог." И вот он около своей цели. Стоит над ним и не знает, что делать дальше. На секунду его отвлёк сладкий пудрово-ванильный аромат. Слабый, еле заметный, но уже привычный настолько, что его невозможно было не заметить. Вдруг Чимин нахмурился и медленно разомкнул слипшиеся веки. Он уже не чувствовал собственных пальцев, но прекрасно ощущал влагу одежды. Подняв глаза чуть повыше, во взгляд бросился силуэт человека, что неотрывно смотрел на него. Омега вдруг подскочил, но тут же упал на место, вглядываясь в лицо незнакомца. — Айщ...— тихо выговорил Чим охрипшим голосом и положил руку на грудь — Юнги? — Что ты здесь делаешь? — сухо спросил Мин и сунул руки в карманы. — Сижу.. — Оригинально. —без всяких эмоций и почти не шевеля челюстью ответил Юн и саркастично добавил — Ты вышел в пол одиннадцатого ночи на ледяной воздух, чтобы просто посидеть? — Нет.. — кашель так и рвался из горла, заставляя голос дрожать и хрипеть, словно старое радио — Соседи по комнате устроили вечеринку. — И почему ты не там? — Ты серьёзно думаешь, что меня позвали? — болезненно хмыкнул Чим — Они меня выгнали, чтобы я им не мешал, а мне некуда больше идти. Вот и сижу здесь. Юнги лишь вздохнул и кивнул в сторону круглосуточного магазинчика, куда направлялся до встречи с ним: — А туда пойти не подумал? Омега проследил за его взглядом и пожал плечами: "Меня оттуда тоже выгнали." — Почему? — Ну...наверное я им не нравлюсь, — улыбнулся младший и вдруг закашлялся, хватаясь за горло. Противная мокрота засела где-то глубоко и неприятно раздражала глотку, заставляя Чимина надрываться в сильном кашле. — "Да кому ты можешь не нравиться?" — поймал себя на мысли Мин и молча направился к стеклянным дверям. Пройдя внутрь, он на ходу зацепил пальцами бутылку молока и несколько пачек влажного корма для котят и быстро прошёл к кассе. — С вас 848 вон. — пробубнила кассирша, пихая продукты в пакет. Кинув деньги на блюдце, Мин схватил покупки и быстро направился обратно на аллею. К счастью, он был всё ещё там. — Вставай. — скомандовал Мин и потянул его за локоть. — Что? Зачем? — омега вопросительно посмотрел на него покрасневшими глазами и послушно поднялся с холодной скамьи. — Пошли. — Куда? — затормозил он его и упёрся обеими ногами в асфальт, всё ещё пронзая взглядом непонимания. — Ко мне, Пак. — отрезал тот и воткнул в него зеленоватые глаза, ожидая каких-либо действий. — Что? Нет, я не могу...это не хорошо...неудобно... — Не неси чушь. Ты хоть знаешь, сколько тут всяких ходит в такое время? — перебил он его — Это вы, омеги, сидите дома по ночам, а альфы постоянно где-то бродят. Я тебя здесь не оставлю, даже не сопротивляйся. Чимину нечего больше было спрашивать. Он опустил глаза, поплёлся за Юнги и задумался о том, что Мин ведь тоже альфа, но беспокоится(?) за такого жалкого омежку, как он. Да, именно "омежку", потому что Пак знал, что не обладает ни красивой внешностью, ни особенным запахом, ни чем-либо ещё. Он лишь маленький мальчик, постоянно требующий заботы и внимания. — Такой холодина, а он ещё отпирается. — ворчал старший — И не вздумай сейчас разговаривать, береги горло.

***

— Заходи. — Юнги пропустил еле перебирающего ноги омегу вперёд и захлопнул за собой дверь. Из глубины комнаты послышалось мяуканье. Подружились. Чимин потоптался на пороге и, поймав на себе строгий взгляд тёмных глаз, вздохнул и снял обувь. Несмотря на теплоту помещения, ему всё ещё было холодно. Мышцы начали понемногу болеть, а в голове поселилась тупая боль. Резко захотелось спать, парень споткнулся на ровном месте о собственные ноги и почти поцеловал лицом паркет, но его поймали сильные руки Юнги. — Пак? Тебе плохо? — альфа заглянул в его слипающиеся глаза и без труда подхватил лёгкое тело Чимина на руки. Осторожно опустив его на мягкий матрац кровати, Юн выпрямился, но остался стоять на месте, невольно засмотревшись на его милое лицо. Он отключился, как только Юнги оторвал его ноги от пола и сейчас бездвижно лежал на постели. — "Такой беззащитный..." — подумал альфа, но вдруг встрепенулся и сделал несколько больших шагов в сторону кухонного гарнитура. Одним движением включив электронный чайник, он снял с себя и кинул на спинку стула тяжёлую ветровку и начал рыскать в коробке с лекарствами, изредка прислушиваясь к ровному, но тяжёлому дыханию своего гостя. Параллельно со всеми делами, парень успел налить молока в кошачью миску и выгрузить в блюдце поменьше из мягкой упаковки с надписью "Whiskas" всё содержимое. Чайник вскипел, не прошло и минуты. Юн до середины наполнил кружку с заваркой кипятком и разбавил всё это дело водой, а после добавил чайную ложку мёда и опустил туда кусочек лимона. Выбрав нужные таблетки из общей кучи, парень оставил всё приготовленное на столе и осторожно подошёл к спящему Чимину. Тот тихо сопел, обняв найденную под боком подушку и нервно хмурился. — Пак, — позвал его юноша, но, получив в ответ тишину, осторожно наклонился над ним, расположил свою ладонь на тыльной стороне шеи парня и осторожно поднял его голову на 10-15 сантиметров над поверхностью кровати — Проснись. Тот сразу завозился и спешно открыл глаза. — А..? Что? — прозвучало очень хрипло и болезненно. — Тебе нужно выпить таблетки. Давай, аккуратно. — Мин потянул его затылок на себя, поднял сонное создание и обхватил рукой тонкую талию. Не спеша доведя омегу до дивана, он усадил его на кожаную обивку и подал кружку, из которой шёл еле заметный пар — Это чай. — С...спасибо. — Пак принял напиток из рук Юнги и тут же сделал пару больших глотков, блаженно прикрывая глаза. — Тебе нужно переодеться в сухое. Я дам свою футболку и шорты, а эту одежду надо высушить. — юноша протянул ему свёрнутые вещи — И вот, выпей. Во второй руке оказалось блюдце с несколькими таблетками. Чим поблагодарил своего хёна и принял лекарство. Резко ему стало хуже. Голова и мышцы начали нещадно болеть, начало морозить и очень захотелось спать, но глаза болели настолько, что парень с трудом мог ими даже двигать. — Это нормально, — тихо говорил Юнги — организм борется. Сможешь сам переодеться? Из горла вырвалось что-то похожее на "да", но как только омега попытался поднять руку, слетело на "нет". — Если ты позволишь, я помогу тебе. — Юнги присел на корточки перед откинувшим голову на спинку дивана Чимином и прикоснулся тыльной стороной пальцев к его лбу — У тебя сильная температура, тебе нужно поспать. Ты разрешишь переодеть тебя? Уши, нос и щёки Пака покраснели. Он с трудом повернул голову в сторону и бегал глазами по стене. — Пак, если ты не сможешь сам, это придётся сделать мне. — объяснял ему Мин, а когда увидел его покрасневшее лицо, добавил: "Наши тела идентичны, чего я там не видел." Чимина расслабили эти слова. Лицо стало не таким алым, а глаза вернулись к Мину. Он слабо кивнул головой и сам потянул край худи наверх. Юнги тут же перехватил его руку и легко освободил его тело от мокрой кофты. В глаза сразу бросились чуть выступающие мышцы пресса с довольно тонкой талией и омежье лицо вновь набрало краску, но Юн не позволил себе пялиться и быстро натянул на него свою сухую серую футболку, что была на размер больше самого Пака. Проворные пальцы чуть затормозили, но всё же быстро расстегнули знакомо порванные джинсы. — Давай, немного, — шепнул альфа, обвил рукой его торс, чуть приподнял таз и спустил штаны на бёдра. Чимин снова воткнул взгляд куда-то в стену, когда лицо Мина оказалось в десяти сантиметрах от его. Хорошо, что Юнги не увидел, как мечутся эти карие с золотым отливом глаза по всей его студии, не зная, куда себя деть от стыда. Альфа стянул с него джинсы и быстро напялил шорты. К счастью, их размер пришёлся ему в пору. Конечно, он не мог не заметить знакомую ссадину на левой коленке. — Вот и всё, — выдохнул старший — теперь нужно отдохнуть. Чай и таблетки сделают своё дело, а тебе нужно лишь попытаться заснуть. На этих словах он подхватил обессиленного Пака на руки и перетащил его обратно на кровать. Заботливо(?) укрыв его тело одеялом, Мин осмотрел лицо с милыми щёчками и подметил, что оно всё ещё немного красное. Хотя, может быть, это просто температура. — "Вроде, спит." — мелькнуло в голове и он зевнул. Парень не спеша отошёл и сел в компьютерное кресло, но не работать, а чтобы издалека наблюдать за своим гостем. И почему он так с ним носится? Юнги и сам не знал. Но слабо почувствовал, как сердце тихо бьётся где-то в глубине. В глубине его океана, под слоем льда и неприступных скал. Почувствовал, как что-то живое проснулось в нём, что оно пробудилось от долгих лет мёртвой спячки и теперь толкается под рёбрами не только для того, чтобы приносить жизнь хозяину, но и для чего-то ещё.