Моё сладкое страдание

Ревность у мужчины складывается из эгоизма, доведенного до чертиков, из самолюбия, захваченного врасплох, и раздраженного ложного тщеславия. Оноре де Бальзак

***

      Утро было холодным, но солнечным. Читая свежую газету, Алан Раскал сидел в своём кресле, неспешно попивая чёрный крепкий кофе. Слишком крепкий для такого утра. Но он опять почти не спал. Вот уже четвёртый день подряд. Лишь таблетки позволяли забыться ему тревожным сном на пару часов, а потом госпожа бессонница вновь брала бразды правления в свои руки.       Входная дверь отворилась и послышались звонкие шаги. - Ого, сегодня мы без виски, как необычно. - И тебе доброго утра, Бертран.       Снейк небрежно бросил пальто на вешалку и, повесив шляпу, плюхнулся на диван, широко раскинув руки и издав протяжный стон. - Я видел, как из твоего дома выходила пышногрудая нимфа. Само очарование. Какая по счету? - Ты правда думаешь, что я их запоминаю? - Как печально: женщина – расходный материал, - саркастически заметил мужчина, откидывая волосы со лба. - Если ты забыл, то в моем доме принято снимать обувь. - Что, хочешь сказать, что способен обеспечить всех своих гостей за ужином розовыми пушистыми тапочками? - Ты не на моем ужине. Это другое.       Эти двое мужчин определенно смотрелись контрастно: Бледный, сосредоточенный, небритый, темноволосый Раскал в темно-синей цветовой гамме, и слегка загорелый, вечно улыбающийся Снейк, чьи волосы при свете солнца отдавали легкой рыжиной, с идеально гладким лицом и в тепло-коричневом костюме. На первый взгляд можно было бы подумать, что это весьма располагающий к себе человек… если бы не его янтарные глаза, которые буквально горели азартом погони, расправы, убийства. Странно было и то, что у Алана руки всегда были тёплыми, в отличии от Берта. - Да ладно, крошка Ви все равно приберёт.       Хозяин поместья отпил из чашки и недовольно посмотрел на старого друга поверх газеты. - Мне никогда не нравилось, как ты её называешь. - Правда? Мне кажется, ей очень подходит. Такая хрупкая малышка, которую так легко сломать. - Она не такая уж и слабая, как нам с тобой нравится думать, - и мужчина жестом указал на пожелтевший синяк на лбу. - Ты что-то сделал ей, я прав? - Я? И в мыслях не было.       Бертран насмешливо улыбнулся, прикуривая. - Тогда почему она сама не своя? - Уверен, что дело во мне? Ты у нас в последнее время такой вспыльчивый, голос постоянно подаёшь, что я начинаю сомневаться, кто из нас двоих цепной пёс. - Ты больше смахиваешь на наглого лиса, чем на пса. Собаки хотя бы знают своё место, а я уже начинаю жалеть о твоём возвращении.       Недовольно цокнув языком, Раскал сделал большой глоток из чашки. - Я не в первый раз ругаюсь с ней, но так она себя никогда не вела. После того, как ты её привёз с ней что-то не то. - И что же? Только не говори, что у неё бешенство. Хотя… я ведь её не кусал. Вроде.       Мужчина деловито продемонстрировал белую улыбку в тридцать два зуба, слегка прищурив глаза. - Она послушная. Вчера я велел прыгать ей пятнадцать минут на одной ноге, хлопая в ладоши, и она прыгала. Молчала и прыгала. Ни одного замечания, оскорбления или колкости в мой адрес. - Ты мог бы придумать что-то более оригинальное. Что с твоей фантазией, мой друг? Но, в любом случае - не понимаю, чем ты недоволен?       Снейк сделал очередную затяжку и блаженно выдохнул дым в потолок. - Это скучно.       Берт удивленно приподнял бровь, стряхивая пепел в пепельницу. - Поправь меня, если я не прав, но… ты всегда любил, когда делают так, как тебе в голову взбредёт. Беспрекословное подчинение. Ты даже в детстве разрешал играть лишь по твоим правилам. Но тебе СКУЧНО, когда эта девчонка не перечит тебе? Ты тронулся умом. - Мне жалко столь хороший кофе выливать тебе за шиворот. Покорная Вивьен – это безумно пресно. - О, так ты теперь ещё и по имени её называешь. Она пагубно на тебя воздействует. Ты никогда не задумывался избавиться от неё? Бертран вскинул руки в оборонительном жесте, криво ухмыляясь. - Я помню про твоё: «Что моё – то моё», но… избавься от неё. Я серьезно, Алан. - Не хочу. - Не проще ли нанять слуг, как и всегда, которые, пусть и за деньги, но будут молча выполнять свою работу. И не будут отвлекать тебя. Подумай, я дело говорю. К тому же - с огромным удовольствием помогу тебе… разрешить эту проблему. - Нет. Тебе нужно ещё раз повторить? Я не собираюсь от неё избавляться. - Есть какая-то особая причина, о которой я не знаю? - Меня в принципе напрягает тот факт, что ты и так знаешь много лишнего. Кто-то стучит у меня за спиной, полагаю. - Не суди меня за любознательность. Так в чем дело? - Дело в Вивьен. Вот и все.       Раскал внимательно смотрел на собеседника, недовольно постукивая пальцами по подлокотнику. - Ты её не получишь. - С чего ты взял, что она мне нужна? - Берт, ты всегда хотел иметь то же, что и я. Наверно потому бабы, что побывали в моей постели, так любезно раздвигают перед тобой ноги, болтая без умолку о том, что происходит в этих стенах. Я же не дурак. - Раскусил.       Снейк непринужденно рассмеялся, запрокидывая голову. - И все же я хочу кофе. И где же наша крошка, когда так хочется пить?       В этот момент дверь чулана отворилась и на пороге показалась Вивьен. Она казалась мертвенно бледной, почти прозрачной, волосы теперь были собраны в тугой пучок, серое платье ниже колена, длинные рукава, а под глазами темнела синева. Лишь только она увидела Снейка, её взгляд стал затравленным. - Легка на помине. Привет, Крошка Ви. Смотрю, ты рада меня видеть.       И мужчина хищно оскалился, туша бычок в пепельнице. Алан сложил газету и бросил её на стол. Вивьен и с места не сдвинулась, крепко сжимая в руках ткань платья. - Вивьен. Сюда иди.       Неуверенным шагом девушка направилась к креслу, пару раз споткнувшись.       Берт непринужденно улыбнулся, от чего у Брюнетки побежали мурашки по телу. Внезапно зазвонил телефон. Тяжело вздохнув, Алан, бросив девушке: «Сделай этому негодяю кофе», направился к аппарату. - Крошка Ви, а ты молодец.       Бертран стоял в дверях кухни, задумчиво смотря на девушку, пока та возилась у плиты. - А маленькие бабочки опять летят на свет…       Тихонько напевая, мужчина двинулся к девушке, ослабляя узел на галстуке. - Боятся эти бабочки, что сгинут в темноте…       Вивьен замерла, обдумывая пути отхода. Она спиной чувствовала, как он приближается к ней. – Не знают эти бабочки, что их погубит свет…       Его холодные пальцы аккуратно опустились на тонкую девичью шею, слегка сжимая её. Второй рукой он медленно повернул реле, выключая газ. - Какая жалость, что мне нельзя с тобой поиграть.       Берт развернул девушку к себе лицом, хватая её за подбородок, нависая. - Но ты ведь никому не расскажешь.       Мужчина кончиками пальцев легко достал из подставки маленький кухонный нож, играючи крутя его в руке.       Она не боится умереть. Она… не боится умереть?... Девушка определенно так больше не считала.       Ей ни раз доводилось слышать байки о Цепном Псе, а потому она знала, что его любимое занятие – это мучать жертву до тех пор, пока она не начнёт молить о смерти. И никакой Алан Раскал её не спасёт. Для него она всего лишь вещь. И если она сломается, то логичнее будет её выбросить, чем попытаться чинить. - Отпустите.       Мужчина недовольно зацокал языком, качая головой из стороны в сторону. - Нет-нет, Ви, надо же играть по правилам. Ты ведь не хочешь, чтобы хозяин прибежал и испортил все веселье? Или хочешь?       Она почувствовала его дыхание на своей щеке. - Кажется, я начинаю понимать, почему ты продержалась тут так долго.       Мужчина приложил холодную поверхность ножа к ее щеке и приблизил своё лицо к брюнетке. - Ты пахнешь мятой. Забавно.       Вивьен хаотично шарила ладонью по столешнице в поисках хоть какого-нибудь оружия, зажатая между плитой и мучителем. - Не дергайся, ты же хочешь пролить на себя этот чертовский горячий кофе. Ожоги на столь бледной коже смотрятся весьма отвратно.       Нож аккуратно скользнул вниз, к вороту платья и замер на уровне груди. - Спорим, оно бьется сейчас безумно быстро. Как птичка в клетке.       Его холодная ладонь скользнула под платье, слегка царапая ногтями кожу бедра. - Я закричу. - И что тогда?       Нож медленно двинулся вверх, заставляя девушку невольно выгибать шею. - Что будет? Думаешь, ты правда ему важна? Глупышка крошка Ви.       Мужчина медленно провёл языком по девичьему подбородку, останавливаясь у плотно сомкнутых губ. - Ты забываешься, дивная фройляйн.       Внезапно хватка ослабла и нож больше не упирался в шею. Вивьен глубоко вздохнула, все ещё держась руками за плиту и устремив взгляд в потолок. Послышался громкий стук. - Я и забыл, что псов следует держать на цепи.       Раскал припечатал Бертрана к стене, удерживая его за шею. Снейк сухо засмеялся, изображая руками жест капитуляции. - Упс. Как некрасиво вышло. - Ты продолжаешь дышать лишь по «старой дружбе». И потому что в качестве пса ты хорош.       Мужчина сильнее сжал шею товарища, от чего тот скривился. - Но если ты, хитрый лис, ещё раз тронешь её, то я убью тебя.       Алан убрал руку, а Снейк закашлялся, продолжая улыбаться. - Она действительно плохо на тебя влияет. Да и на меня тоже.       Бертран задумчиво посмотрел на девушку, которая все ещё не пришла в себя. - Но теперь твой взгляд мне нравится больше, - с этими словами мужчина перевёл взор на Раскала, чьи глаза светились ненавистью. - Пожалуй, мне пора идти. Можешь меня не провожать, где дверь знаю. Жаль, что кофе так и не попил.       Берт подмигнул девушке и направился к выходу, но, на секунду замерев, загадочно произнёс: - Кто ж знал, что лисы любят мяту…       Дверь захлопнулась. - Потрудись ка мне объяснить, почему когда Я к тебе прикасаюсь, то ты ведёшь себя, как истеричная баба: брыкаешься, бьешь и верещишь, а когда это делает Он, - Раскал недовольно показал в сторону двери, - то ты и пикнуть не смеешь?       Вивьен молчала, держа руку у шеи. - Отвечай, когда я спрашиваю тебя. - Он бы убил меня… - рассеяно прошептала девушка, смотря на мужчину. - Да я сто раз грозился умертвить тебя. Так ты ж хвалилась мне, что смерть тебе не страшна. - Вы дебил?!       Щеки брюнетки вспыхнули, а из глаз полились горячие слезы. - Конечно я боюсь умереть! Одно дело, когда вы мне абстрактно угрожаете, совсем другое, когда в тебя ножом тычут! - Так почему же ты не закричала? - А то бы вы мне помогли! - А что я по-твоему сделал сейчас?!       Мужчина тяжело дышал, а противные слезы все никак не останавливались, оставляя на платье мокрые пятна. - Черт подери, что с тобой не так, Вивьен?! - Не орите на меня! Именно из-за вас я оказалась в такой ситуации! Ваша сраная цепная псина угрожала мне, потому что ему, видите ли, не нравится как вы нынче себя ведёте! И это, якобы, моя вина! - Это твоя вина! - Да я даже не сделала ничего! - Что за глупая женщина!       Алан резко схватил девушку за руку и поволок в холл. Там, сев на диван, он грубо потянул её на себя и усадил на колени лицом к лицу. - Ты – моя головная боль. Моё наказание, очевидно. Не реви, это отвратительно.       Тыльной стороной ладони он аккуратно вытер непослушные слезы, от чего девушка слегка дернулась. - Мне следует вооружиться ножом, чтобы ты прекратила так себя вести?       Вивьен промолчала, закусывая губу, стараясь не смотреть на мужчину. - Мне не нравится, когда ты в компании других мужчин. Других людей в принципе. Я бы мог запереть тебя в доме и не выпускать. - Вы уже так сделали.       Девушка шмыгнула носом, торопливо вытирая мокрые дорожки.       Алан аккуратно приподнял подол платья, внимательно рассматривая синяки и царапины на коже. - Это не моих рук дело. - Вашему псу надо когти подстричь.       Раскал нахмурил брови и невесомо провёл пальцем по красным следам. - Ты обработала их? - Да. - Значит, ему можно тебя трогать, а мне – нет.       И это был не вопрос. - Я никому не разрешала себя трогать, но почему-то все забывают поинтересоваться об этом. - Тогда можно?       Вивьен удивленно посмотрела на мужчину. - Что можно? - Трогать. - Нет конечно! - Так а смысл тогда тебя спрашивать? - В этом и есть смысл: я не даю согласия – вы не трогаете. - Но я хочу. И мне не нужно твоё согласие. - В таком случае этот разговор вообще не имеет никакого смысла. Вы всегда делаете только то, что хотите. - Потому что я могу.       Алан положил тёплую ладонь на ногу Вивьен и легко провёл от коленки вверх. - Я тебя не понимаю. - О, не расстраивайтесь, я тоже вас не понимаю. - Ты снова нормально разговариваешь.       Мужчина машинально продолжал гладить девушку по ноге, и, по правде говоря, её это успокаивало. - Он больше тебя не тронет. - Вы не можете мне это гарантировать. - Нет. Но если он снова решит играть с тобой, просто убей его. - Я не могу. - Тогда я его убью. - А если вас не будет рядом?       Раскал внимательно посмотрел в большие карие глаза. Она больше не плакала. - Значит, тебе придётся всегда таскаться рядом со мной.       Он скользнул пальцами в её темные волосы: - Тебе абсолютно не идёт пучок.       Её пряди рассыпались по плечам, упали на лицо, от чего ему пришлось заправить их за ухо. Алан провёл пальцами по её линии скул, от чего Вивьен шумно выдохнула. - Что, неприятно? - Нет. Это не неприятно. И это меня напрягает. - Где он тебя трогал? - Вы знаете, что это начинает походить на ревность? - Я спросил: где он тебя трогал? - Да нигде он не трогал. - Ты плохая лгунья. - Но я не вру!       Вивьен слегка вскрикнула, когда мужчина уложил её на лопатки на диван, а сам разместился сверху. - Где-то я уже это видел. - Вы тяжелый. - О, точно, ты ж тогда возбудилась. - Я не… Дьявол бы вас побрал. - Успокойся, я не стану ничего делать. - Это мы тоже проходили. Так уж сложилось, что я вам не верю. - Да, гарантий не даю, но сейчас я действительно не хочу ничего с тобой делать. Ты можешь мне верить. - Вы сами себе не верите. - Пожалуй.       Алан положил голову девушке на грудь и тяжело вздохнул. - Почему ты меня не боишься? - Я вас боюсь. Иногда. - Например, как тем вечером? - Да. Иногда вы теряете рассудок, и это поистине страшно.       Раскал провёл пальцами по линии запястья девушки, устало прикрыв глаза. Он чувствовал умиротворение и был готов поклясться, что его начало клонить в сон. - Не позволяй никому себя трогать. Никогда. Я единственный, кто может к тебе прикасаться. - Кто бы сомневался. - Есть какие-то возражения?       Мужчина легонько ущипнул тонкую кожу руки. - Можно подумать, вы прислушаетесь к моему мнению. - Нет. Конечно нет. - Если вы планируете сегодня есть, то вам следует подняться и отпустить меня, Мистер Раскал.       Ночь незаметно опустилась на город, укрывая собой дома. Алан Раскал сидел в холле. Сон опять не шёл. Вивьен уже закончила все домашние обязанности и теперь, аккуратно расправляя подол платья, спокойно направлялась в свою комнату. Волосы её опять были собраны в хвост. - Притормози.       Девушка замешкалась, неуверенно посматривая на мужчину. - Смотрю, вам опять не спится? - Какая ты проницательная.       Внимательно смотря на брюнетку, Раскал что-то обдумывал, закусив щеку. А потом он резко встал и направился в комнату Вивьен. - Что вы делаете? Эй, это мои вещи! - Я в курсе.       Мужчина рылся в ящике с одеждой. Выудив оттуда что-то, похожее на ночное платье, Алан широким шагом подошёл к девушке и, схватив её за руку, потащил за собой. - Вы не хотите мне объяснить, что здесь происходит? - Ты спишь со мной.       Брюнетка уперлась пятками в пол, отчаянно тормозя движение, издавая нечленораздельные звуки. - Брось, это уже даже не смешно.       Раскал резво перекинул её через плечо и спокойно направился вверх по лестнице, придерживая бунтарку за ягодицу.       Оказавшись в комнате, он опустил девушку на кровать, а сам направился к шкафу, расстегивая на ходу рубашку. - Переодевайся.       Ночнушка упала рядом с Вивьен. - Я не… - Спать. Я просто хочу спать. Закрыть глаза и провалиться в глубокий сон. - А я тут причём? - Из тебя оказывается получается прекрасная подушка. - Хотите полежать на чьей-нибудь груди – позовите женщину, у вас их за последние пару дней целый табун побывал, я замаялась белье постельное менять. - Ещё слово, и ты будешь спать голышом.       Вивьен недовольно поежилась, и потянулась к молнии. - Отвернитесь. - А что я там не видел? Только если у тебя там третья грудь есть, то ты предупреди меня заранее… - Пожалуйста!       Усмехнувшись, мужчина повернулся к стене, расстегивая брюки. - И я не могу спать с другими женщинами. - Да Боже ж ты мой, горе какое, а чем же вы с ними тогда каждую ночь занимаетесь? - Не сплю. Ты бы знала, если бы так отчаянно не сопротивлялась моему вниманию. - Не горю желанием выяснять подробности.       Послышался звук расстегивающейся молнии и шелест ткани. Вивьен аккуратно сложила наряд на стул, а сама облачилась в ночнушку. Распустив волосы, она чуть не подавилась собственным кашлем, а ее ладони молниеносно метнулись к глазам. Раскал повернулся на странные звуки и скептически вздернул бровь. - Ты во что-то играешь? - Прикройтесь, Бога ради! - Я в трусах. Ты… ах вот оно что.       Мужчина хищно улыбнулся, медленно приближаясь к брюнетке. - Стоп! Не подходите ко мне!       Ее ушей достиг приглушённый смех, а потому девушке пришлось слегка приоткрыть завесу из пальцев. Алан стоял, прикрыв рот кулаком, и смеялся. - Что смешного? - Твоя реакция. Ты сама. Ты точно не в монашки готовилась? Что, действительно первый раз видишь мужчину в белье? - Это не смешно. - Нет. Но весьма интригующе.       Мужчина залез на кровать, натягивая на себя бардовое одеяло. - Тебе персональное предложение нужно? - Что я буду с этого иметь?       Раскал непонимающе моргнул пару раз. - Что, прости? - Что мне будет с того, что я останусь здесь ночевать? - Ого, да вы посмотрите, что-то сожрало твоё чувство самосохранения. - Но это будет честно! Услуга за услугу!       Вивьен повернулась к мужчине, стараясь не обращать внимание на его голый торс. - Ты забыла, что я не очень то честный человек? - Да бросьте, что вам стоит? - Я – не бюро добрых услуг.       Девушка насупилась, недовольно сложив руки на груди. - Но я могу предложить тебе компромисс. - Компромисс? - Я разрешаю тебе спать здесь, а ты в свою очередь, покажешь, насколько умеешь быть благодарна. - Это - не компромисс! - Разве? По-моему он самый. - Да нет же! - Тебе не угодишь.       Мужчина резко потянул девушку на себя, и вот уже Вивьен лежит на подушке, прикрытая одеялом, а тёмные мужские руки обнимают ее за талию, сильнее прижимая к себе. - Прекрати брыкаться. Ты мешаешь мне спать. - Мне нечем дышать!       Брюнетка вынырнула из-под одеяла, глубоко вдохнув, все ещё находясь в ловушке рук. - Вот тебе и компромисс: я позволяю тебе дышать, а ты спишь тут. - Это все ещё не компромисс.       Но ответа не последовало. Раскал уже забылся глубоким сном.