Всё дело в ДНК

Кассандра уже чувствовала себя полной дурой, поведясь на приглашение этой подозрительной, своенравной и самолюбивой профессорши, которая, между прочем, должна быть её главной подозреваемой. Брюнетка поправила короткий шарф, борясь с промозглостью осеннего воздуха, и ещё пару раз прокляла себя за то, что отправилась в заброшенный район города в столь поздний час, да ещё и на встречу с потенциально опасной женщиной, при этом лишь уведомив пару стажёров и приказав им, что если в течении трёх часов от неё не будет вестей, сюда немедленно отправят патруль. Нет, разумеется, она была более чем уверенна в своих силах и в своей способности защититься, но даже у неё, глядя на все эти полуразрушенные дома и забыто заросшие травой дворики пробегали мурашки, а рука, словно примёрзшая, настороженно лежала на кобуре пистолета. Пройдя очередной перекрёсток, девушка вынула из кармана вырванную страницу собственного блокнота, на которой чужим размашистым подчерком виднелись время и примерное место встречи, обозначенное неизвестным узором, похожим на полумесяц и на солнце одновременно. И как, скажите на милость, она должна это понимать? Вновь осмотревшись по сторонам и не найдя ничего интересного, кроме поломанной детской площадки, вызывающей только холодок по спине, Кэсс продолжила блуждать по ветвистым улицам. Радует её лишь то, что правительство наконец раскошелилось и взялось за возрождение столь старого и пугающего района, так что уже через пару-тройку лет здесь, может и не жить, но пройтись тёмным вечером будет не так страшно. Завернув за поворот, она вышла на небольшую улочку, по краям которой, скорее всего, когда-то ютились различные ларьки и магазинчики. Ещё пару шагов спустя её взгляд наткнулся на потрёпанную табличку, висящую над входом в одно из более-менее сохранившихся зданий. На ней еле видно располагалась надпись "В лучах Солнца и Луны", а выше виднелось изображение полумесяца, вписанного в круг с исходящими от него лучами. - Серьёзно? - устало и раздражённо выдохнула девушка. - Нельзя было написать адрес, а не заставлять меня полчаса искать чёртов магазин? Кассандра расправила плечи и подошла ко входу, на всякий случай отстегнув защёлку на кобуре и размяв затёкшие пальцы. Несильно толкнув дверь свободной рукой, она настороженно и аккуратно вошла, оглядывая помещение. - Как грубо с твоей стороны так опаздывать. - донеслось из-за прилавка. - Пунктуальности, я так понимаю, тебя не учили. Адира, сидящая до этого на пыльной витрине, предусмотрительно накрытой каким-то чистым покрывалом, спокойно встала и, свернув это самое покрывало, подошла к всё более и более злеющей полицейской. - Расслабься, - кинув уверенный взгляд на уже практически вынутый из чехла пистолет, произнесла беловолосая. - Если бы я хотела тебя убить, то уже сделала бы это. Кассандра лишь насмешливо хмыкнула, но руки с затвора так и не убрала. - Я здесь, так что начинай свой рассказ. - металлическим тоном ответила девушка. - Нет. - отрицательно качнула головой Адира. - Это не конечная наша остановка. С этими словами она развернулась и направилась вглубь магазина. Кассандра, поколебавшись пару секунд, последовала за ней, стараясь не потерять её серое пальто в поднявшемся облаке пыли. На полках, мимо которых они проходили, практически ничего не осталось, кроме бесполезных, разломанных статуэток, расписных тарелок и рассыпанных бусин, на пару из которых Кэсс успела наступить. Вероятно, это либо бывший заурядный, туристический магазинчик с наиглупейшими сувенирами, либо бывшая антикварная лавка, со столь же ненужными, но хотя бы более приличными товарами. Скоро, после недолгих блужданий, они обе остановились у совершенно неприметной картины, висящей на голой стене и сделанной, определённо, халтурно. Всё, что было на ней изображено, так это средней реалистичности озеро в звёздную ночь и небольшая часовенка, находящаяся прямо посередине композиции и отбрасывающей длинную тень, образованную светом луны, на воду. И было бы невероятно сложно заметить небольшой углублённый контур отражения полной луны на озерной глади, на которое накладываются тени от необычного тройного флага здания, все вместе образующие знакомый знак, если бы в это самое углубление загадочная женщина не вставила бы свой медальон, а после повернула его, словно ключ в замочной скважине. Кэсс подумала бы, что бедная профессорша из ума выжила или просто фильмов пересмотрела, но после еле слышного щелчка, она не была в этом столь уверенна. Нонексистен со знанием дела и довольной улыбкой на лице отворила прекрасно замаскированную дверь, за которой находилась ведущая вниз и утопающая из-за этого во тьме лестница, и, бросив на свою ошарашенную спутницу насмешливый взгляд, первой начала спускаться по аккуратным ступеням. - Твою мать... - полушепотом проговорила брюнетка, неуверенно следуя за провожатой. - А ты, случайно, не из людей в чёрном? - Нет. Я лучше. Кэсс устало вздохнула и закатила глаза. - Разумеется. - недовольно пробурчала она. В тесном коридоре было до ужаса неуютно, а каменные стены только давили на сознание. Ветер ходил туда-сюда, заставляя девушку подрагивать и оступаться, норовя покатиться по этой отвратной лестнице. Тишина разбавлялась эхом их шагов и свистом сквозняка, однако, как только посетители привыкли к этому шуму, в него резко вклинились царапающие и шуршащие звуки, исходящие откуда-то снизу. Кассандра немедленно взвела пистолет и приготовилась к его использованию. Всё это слишком похоже на ловушку. - Что это? - прошептала зеленоглазая. - Не знаю. Здесь никого не должно быть. - с несвойственной для неё долей удивления ответила Адира. Подозрительно. Слишком подозрительно. - У меня отличная реакция, - медленно проговорила полицейская. - так что не делай ничего, что мне не понравится, и не получишь пулю в голову. - Лучше целься не в меня, а в тех, кто хочет тебе навредить. - надменно и недовольно проговорила та. Звуки всё росли в громкости, пока, наконец, спутницы не вышли в широкий серый зал, на полу которого мозаикой был выложен черный круг с тремя полосами, исходящими из его центра, а над символом располагался широкий, на удивление уцелевший стеклянный стол, окружённый прочными, железными креслами с потрёпанными серыми подушками. Несколько дверных проёмов, ведущих в длинные коридоры, чернели в однотонных бетонных стенах, а между ними возвышались каменные статуи неизвестных рыцарей, среди которых подозрительно выделялся один единственный, имеющий меч мужчина. К другому же каменному воину, находившемуся в противоположном от дам углу, были цепями прикованы два рычащих и царапающих пол своими длинными когтями в нетерпимом желании броситься в атаку на нарушительниц спокойствия животных, похожих на смесь енота и росомахи. - Что это, чёрт возьми? - поражённо выдавила Кэсс, направляя на зверей свой пистолет. Адира, находящаяся, по-видимому, в таком же недоумении, непонимающе рассматривала представших перед ней гибридов, которых в природе априори существовать не должно. - Они словно... - на лице женщины медленно начало проявляться понимание, в перемешку со злостью и страхом. - Генномодифицированы. - Что..? - не успела произнести Кэсс, как её плечо прорезала пуля, а свист выстрела ещё больше взбушевал животных. - Ложись! - гаркнула Адира, когда её раненная спутница уже опустилась на холодный пол и спряталась за одним из кресел. Просвистело ещё несколько выстрелов, от которых беловолосая укрылась за каменным рыцарем, из чьих неподвижных рук, в перерыве между залпами, она выхватила длинный чёрный меч. - Это полиция! Немедленно прекратите стрельбу! - выкрикнула брюнетка, игнорируя свой неглубокий порез и крепко сжимая в руках оружие. - Он не послушается! - перекрикивая гам бесперебойных залпов, ответила её "напарница". - Если здесь есть животные, значит там Гектор! А он ненавидит чужаков! С этими словами женщина неожиданно выбежала из своего укрытия, чем чертовски удивила и напугала зеленоглазую, и, бросившись под град пуль, ловко отбивала каждую, летящую в неё. - Атакуй! - голосом, не терпящим возражений, крикнула она. Приняв это, как выпад в свою строну, прячущийся в темноте одного из коридоров и названный "Гектором" нападающий сконцентрировал выстрелы исключительно на представшей перед ним давней знакомой, в то время, когда Кэсс аккуратно выглянула и, проследив траекторию всех выстрелов и сконцентрировавшись на неярких вспышках его орудия, предположила примерное положение врага, после чего, прицелившись, сделала несколько выстрелов, один из которых, судя по вскрику и остановившейся пальбе, попал в цель. Однако, стоило Адире сделать пару шагов в направлении к укрытию врага, как из темноты прогремел ещё один выстрел, направленный ей в бок. Еле успев его отбить, женщина слегка отступила назад, готовясь вновь дать отпор, но наступило недолгое затишье. Напряжённую тишину прервали шаркающие шаги, и вот из темного проёма выходит высокий мужчина с чёрными волосами, в некоторых местах заплетёнными в маленькие косички, бородой, в чёрной одежде с кожаной курткой, шрамом, проходящим через нос и пугающими, ярко-зелёными глазами, в которых, как показалось Кассандре, плескалось звериное безумие. Одна его рука была прострелена, и кровь, стекающая по длинным пальцам, оправдывала то, что вместо прежнего двуручного дробовика он перешел на обычный пистолет, который в данный момент был направлен в беловолосую. - Предательница. - прорычал он, прицеливаясь Адире в лоб. - Кто бы говорил. - в тон ему ответила мечница. - Откуда у тебя эти монстры? - Хочешь узнать? - со смешком проговорил он. - Так познакомься с ними! С этими словами в помещении прогремело ещё три точных выстрела, первыми двумя из которых были прострелены цепи, сковывающие гибридов, а последним был выбит пистолет прямо из руки Гектора. - Чёрт! - прокричала Кассандра, когда на неё налетел один из этих жутких монстров, повалив на пол. Адира отбивалась от второго, в то время, когда брюнетка, прижатая к холодному бетону саблезубым енотом, выставила свободную руку, подставив её под острые клыки животного, и выстрелила ему прямо в голову. Она отбросила мгновенно утративший жизнь труп в сторону и быстро встала, однако, как только она развернулась, дабы помочь со вторым зверем, мощным ударом кулака в челюсть её отбросил брюнет, заодно выхватив и выкинув её пистолет, в котором уже не было патронов. Девушка пошатнулась и отошла, пытаясь выиграть время на то, чтобы справиться с двоением в глазах, а Гектор, заметив, что беловолосая практически смогла перерезать затупившимся со временем клинком горло второму его любимцу, вынул из карман склянку с чёрно-синим порошком и, разломав её прямо в руке, а вместе с этим задержав дыхание, выбросил всю горсть в полицейскую. Та, вспомнив все уроки, связанные с неопознанными веществами, используемыми в бою, так же перестала дышать, закрыв глаза, во избежании ожогов слизистой оболочки, нанесла удар ногой в грудь нападавшему, не успевшему отойти со своего места. Однако из-за этого она потеряла противника, а когда попыталась выйти из зоны поражения облака порошка, Гектор, использовавший её слепоту, ударил Кэсс в живот, заставив непреднамеренно вдохнуть неизвестную отраву и согнуться пополам. В этот самый момент подоспела Адира, рукоятью меча вырубившая мужчину сзади и, поймав его во время падения за шиворот, отбросившая его в сторону от им же созданного чёрно-синего облака. Не вдыхая "зараженного воздуха", она подхватила за плечи Кассандру и поспешила увести её, предусмотрительно забрав пистолет раненной.

***

Время близилось к полуночи, а Вэриан, слушая мерное тиканье настенных часов, сидел за кухонным столом с чашкой теплого чая и изо всех сил старался заставить себя съесть хотя бы пару печенек, иначе скоро, плюсом ко всем его проблемам, мальчика будет ожидать ещё и голодный обморок. Однако даже понимание этого не могло помочь ему справиться с тревогой и этой ужасающей неизвестностью, которые почти физически убивали любой аппетит. Неведение и беспомощность - это то, что уже подгоняло его к верёвке и мылу, потому что хуже бесконечного ожидания в бездействии ученый не может представить ничего в этом мире. Возможно, он мог бы позвонить Кассандре и спросить о том, как продвигается дело, но даже если предположить, что она не питает к нему резко отрицательных чувств, а даже наоборот - верит ему, следователь не в праве раскрывать подобную информацию не только подозреваемому, но и всем причастным и не причастным к делу гражданским лицам. А значит остается только ждать. Ждать и умирать от ужаса и страха, сквозящих в его собственных мыслях, ставшими единственными собеседниками для запертого в четырёх стенах ребёнка. Напористый стук в дверь заставил Вэриана практически подпрыгнуть от неожиданности, а после поёжиться от тревоги. Он ведь помнит слова Кассандры и её наставления. Помнит, и оттого что-то в груди обрывается, стоит подумать о худшем. Молодой учёный, спустя пару минут молчания осознает, что стук не повторяется, и всё же решается пройти в прихожую и посмотреть в глазок. Но там никого нет. Брюнет отпрянул от двери и с облегчением выдохнул, решив, что кто-то просто ошибся, или ему это показалось и пора, наконец, лечь спать, пока ещё что-нибудь не привиделось. Однако тихий шорох и приглушенный стон по ту сторону двери ему точно не кажутся проделками подсознания. Вэриан, напуганный до смерти, в нервной спешке тянется к небольшому брелку, висящему у него на поясе и представлявшему из себя фиолетовый неограненный камушек на крепкой верёвочке с бусинками, открывает этот самый полый камушек, сделанный его собственными руками, и достаёт из него аккуратно сложенный листочек со спасительным номером. С трудом набрав правильный порядок цифр и нажав на кнопку звонка, Вэриан, не сводя глаз с запертой двери, прижимает телефон к уху и уже слышит первые гудки. А за дверью в тот же момент начинает свою трель чей-то мобильный. Помедлив ещё пару секунд, мальчик осознаёт, что сейчас происходит и, дабы удостовериться, прерывает свой звонок и вслушивается в установившуюся тишину. Музыка тоже прекратилась. Он, наконец-то, спешно отпирает замок и нервно, с оставшейся долей страха, отворяет дверь. Кассандра сидит справа от него, облокотившись о холодную стену. Вид у неё болезненный и измученный, на правом плече рукав пальто испачкан в крови, а перчатка на левой ладони разорвана вместе с кожей, глаза постоянно слипаются, и она явно на грани сна. Возможно вечного. Но что самое невероятное, так это то, что её волосы медленно, по прядкам, окрашиваются в голубой. Словно по волшебству. - Боже... - потрясённо бормочет Вэриан, не в силах оторвать взгляд. Девушка с трудом поднимает на него голову и со столь режущей слух слабостью и обречённостью шепчет: - Помоги. Учёный, вернувшись в реальность, резко вдыхает прохладный воздух и суетливо присаживается рядом, перекладывая её руку себе на плечо и, придерживая за талию, пытается бережно поднять. Брюнетка из последних сил перебирает ватными ногами, когда они заходят в квартиру и медленно плетутся в комнату химика. Его кровать кажется жестковатой, но после твёрдого бетона даже она - просто сказка. - У-у тебя к-кровь. - испуганно лепечет мальчик, метаясь между тем, что бы принести аптечку и тем, что бы позвонить в скорую. В итоге он всё же вновь достаёт телефон, попутно возвращая листочек с номером брюнетки в свой брелок. А она, отчаянно борясь с сонливостью, наблюдает за ним и из туманных, странных мыслей о милых веснушках пытается выловить ту, что ей так необходима. - Это царапины... - хрипло и настолько запоздало отзывается она, что мальчик поначалу и не понимает, что она говорит о раненных плече и ладони. - Меня.. отравили.. Какой-то.. чёрный порошок. Воздуха хватает за раз произнести лишь одно слово, а всё тело, как, впрочем, и мозг, обмякли и не способны функционировать. Отвратительнейшее состояние, с которым не сравниться даже вусмерть пьяный вечер, который Кэсс, до этого момента, считала самым чёрным и ужасным во всей её жизни. - Н-но... Откуда мне знать, что это? Тебе нужно в больницу! - почему-то беспокойство в его голосе вызывает тепло. - Не-ет.. - она пытается смотреть ему в глаза, но собственные ежесекундно закрываются. - Она сказала.... Что это может быть что-то... Из твоей.. украденной папки. - Моей..? - удивлённо отозвался Вэриан. Да. Возможно. Эти голубые волосы... Он видел такое и раньше. Видел на протяжении вот уже месяца каждый раз, когда подходил к зеркалу. - Да. Есть одно. - отложив мобильный с так и не вызванным номером скорой, задумчиво произнёс учёный и подошел к своему рабочему столу, на котором уже успел привести всё в порядок после обыска. - Я создал препарат, воздействующий на нуклеотиды в молекулах ДНК и меняющий их местами, из-за чего изменённая ДНК несёт уже другую информацию. Он не был уверен, нужно ли объяснять ей всё это, но в глубине души он надеялся, что если будет говорить, то она не заснёт. А он, тем временем, сообразит необходимый состав. Верно. Он умный. У него получится. Он обязательно её спасёт. - Так получилось, что я вдохнул немного, когда заканчивал эксперимент, и моя прядь окрасилась в голубой. Я назвал это "Лунным Опалом", хах. Смешок получился напряжённым. Он должен держаться. - Х-хорошо, что я помню его состав наизусть. Но то, что сделал я, не могло причинить такой эффект. - он повернулся к ней, пока одна из пробирок нагревалась над небольшим огоньком спиртовки. - У тебя, должно быть, в организме сейчас настоящий хаос, а значит концентрацию вещества увеличили раз так... в тридцать.. Химик вновь вернулся к бурлящей жидкости, постепенно принимающей желтоватый оттенок. - Это звучит не утешающе, понимаю, - сочувствующе продолжал он. - но если все волосы окрашиваются в один цвет, то в каждой молекуле ДНК набор нуклеотидов перемешивается в одной и той же последовательности, а значит, я могу это обратить! Во-о-от... - он прилил к раствору немного воды, после чего повернулся и победно представил девушке пробирку. - ...этим! "Солнечный цветок"! Ну знаешь, как в сказке про девушку с исцеляющими волосами. Изнемождённый и недовольный взгляд хвойно зелёных глаз заставил его опомниться. - Ам-м, да, прости. - он встал на колени перед изголовьем кровати и потянулся, чтобы дать ей выпить получившийся химикат. - Это должно помочь. Он поднёс склянку к её алым губам и... Остановился. Замерев на пару секунд, он отстранился, прижал антидот к груди и встал. На его лице осознание, страх, а после нездоровая уверенность. Она не понимает. А он решается. - Я... - начинает Вэриан, но голос неожиданно садится. - Я дам его тебе... Но только если в дальнейшем буду участвовать в расследовании. Медленно проговорённые слова колят язык, но он настаивает. Понимает, что совершает ужасное, но ради отца готов на всё. - Эт-то... Невоз...можно.. - дольше Кэсс не протянет. Это её предел. - Так же невозможно, как и обвинить меня в том, что ты пришла сюда, отравленная неизвестным ядом, а я не смог помочь. Его глаза словно потемнели, и это больше не тот невинный мальчик, что, не в силах сдержать слезы и свою безумную дрожь, беспомощно пытался оправдаться перед ней. Нет. Он пугающий, жестокий и опасный. Тень былого света. - Хо-ро-шо... Она сдалась этой тьме. - Я знаю таких, как ты. - подходит медленно. Он не чувствует ног, но искренне верит, что должен сделать это. - Вы люди чести. - вновь на коленях перед ней, но теперь близость вызывает ужас и трепет. - Поклянись ей. Кассандра поджимает губы. Этого не должно было случиться. Почему так внезапно он стал сильнее её? - Кля-нусь...чес..тью... У раствора нет вкуса. Если не считать горечь поражения. Вэриан ждет пару минут, и только когда девушка начинает дышать спокойно, а в волосах вновь появляются чёрные прядки, учёный облегчённо вздыхает, про себя понимая, что если бы она отказалась, он всё равно не смог бы оставить её умирать. Он встает на дрожащие от стресса ноги и неловко отходит спиной к стене. Облокотившись на неё, тело окончательно отказывает, и мальчик устало сползает на пол, закрывая глаза. Всё получилось. Она в порядке, а он не будет больше задыхаться в неведении. Он спасёт своего отца. Щелчок пистолета. Он открывает глаза, как-то запоздало понимая, что Кассандра стоит напротив, наставив на него своё оружие. - Вэриан Долл, - стальным голосом чеканит она. - Вы арестованы за нападение и шантаж полицейского, находящегося при исполнении. Опустевшая пробирка, которую он всё так же держал в руке, укатилась в сторону. Разочарованно вздохнув, он неспеша поднял руки. Что ж, этого стоило ожидать.

***

В полицейском участке тихо в столь поздний час. Кажется, что он сидит здесь вечно, в этой пустой темной комнате, до краёв заполненной одиночеством. Разумеется, он понимает, что не должен был так поступать, особенно с единственным человеком, поверившим ему и решившим помочь. Но ему нечего больше терять. Его дом разрушен, разум тоже, кошмары давят на психику, расшатывая её, словно гимнаста над пропастью безумия, тревога граничит с паранойей, а мир звенит ненавистью к нему, ведь общество уже вынесло вердикт по поводу его виновности. Телевиденье, газеты, интернет - всё кричит заголовками и сплетнями о его истории, у него даже так внезапно появилась тысяча с лишним друзей и родственников, которые "всегда чувствовали в нём эту жестокость". Стоит выйти на улицу и каждый третий шарахнется от него, а каждый пятый вызовет полицию. Сложив руки на столе, он кладёт на них гудящую после столь тяжелых дней голову. Очки сиротливо валяются рядом. Он ненавидит это, ведь усталость, накатывающая волнами, не помогает заснуть. Измотан. Морально и физически. А мысль о том, что Кассандра теперь на стороне общественности, только делает всё хуже. Что ж, он заслужил, верно? Да, конечно. И от этого боль лишь разрастается. Но он ведь должен был сделать хоть что-то. Он должен был попробовать. Дверь, наконец, открылась, и в помещение проник жилистый парень с жиденькой бородкой. - Вэриан Лост, - обратился он к мальчику и, не дав тому опомниться и исправить ошибку, продолжил. - вот ваше удостоверение. На стол легла лакированная карточка, где, с некой потерянностью надев очки, химик увидел свою фотографию, подписанную неизвестной для него фамилией "Лост", а сверху толстую надпись: "Криминальный консультант".