Ученик Часовой Башни

      Лежа на кровати в спальне на седьмом этаже Часовой Башни, заложив за голову левую переднюю лапу, вытянув вперед правую переднюю лапу вращаю в воздухе медальон с фотографией семьи: зажатая между указательным и средним пальцами цепочка, укорачиваясь с каждым оборотом, описывает спиральные круги в воздухе, чтобы в самом конце металлический диск лег точно в раскрытую ладонь. После завершения вращения, мне приходится освобождать цепочку и процесс накручивания повторяется...       С момента того сна, в котором мы оказались в кубе без памяти о себе и окружающем мире, уже прошло несколько месяцев. И вроде бы все идет по-прежнему: изнурительные тренировки, уроки по овладению новым искусством чародейства, вечерние посиделки за игровой доской... Только вот я буквально кожей ощущаю, что все мы притворяемся, соблюдая негласное соглашение не упоминать то приключение.       Чего стоит хотя бы тот случай, когда мы впервые поднимали нежить...       ...       В кабинете с двумя дюжинами металлических столов, на которых лежали тела мертвых грифонов, царила напряженная тишина и стоял тяжелый запах бальзамирующих средств (поддерживать подопытный материал в сносном состоянии при помощи магии, было не только трудозатратно, но и вредно для неопытных волшебников, которые могли не справиться с чарами старших магов). Наставник Нейро - бледно-голубой грифон средних лет, скользя между подопечными наблюдал, как мы сплетаем плотные магические нити, соединяем их с мышцами и суставами, переплетаем в тугие узлы и создаем алгоритмы управления...       Если не учитывать того, что "нити" и "моторчики" мы создавали из своей магии, то процесс поднятия простейшей нежити можно было сравнить с сотворением марионеток: долго, муторно, но не так уж и сложно. Самое главное - правильно "программировать" ментальные узлы, которые приводят в движение мышцы, к которым крепятся магические нити (старшие чародеи вовсе держат в уме несколько готовых шаблонов, чтобы накладывая их на тело жертвы, просто наполнять нужными энергиями, за секунды проворачивая то, на что в иных обстоятельствах уходят часы).       "Вроде бы... все готово", - осмотрев свою работу магическим зрением от макушки и до кончика хвоста, киваю своим мыслям и подаю команду на активацию магических узлов.       Пальцы передних лап мертвеца конвульсивно дернулись, глаза распахнулись и невидящий мутный взгляд уперся в потолок учебного помещения. Подчиняясь заложенному алгоритму, грудная клетка зомби поднялась и опала, изображая дыхание, клюв слегка приоткрылся и из горла раздался глухой хрип.       - Он живой... Живой! - торжествующе вскидываю передние лапы (всегда мечтал это сделать).       - Аррр, - протянул мертвец и с усилием принял сидячее положение, протягивая передние лапы в мою сторону и изображая попытку удушения.       - Нет... - расширенными глазами смотрю на свое детище. - Что же я наделал? Я создал чудовище!..       - Гхм-гхм, - остановившийся рядом с моим столом Нейро, хмурым взглядом заставив меня замолчать, несколько секунд изучал неподвижного мертвеца и затем изрек: - Зачет по созданию некротических конструктов первого уровня сдан удовлетворительно... а вот артистичность следует подтянуть.       Со стороны компании Вика послышались смешки, Герда подмигнула с легкой улыбкой на губах, Морген так и не отвлекся от своей работы, а Жоан раздраженно нахмурился и отвернулся.       ...       С одной стороны, в поведении друзей не было ничего предосудительного, но учитывая их же реакцию на мои прежние выходки, все становилось достаточно печально. К стыду своему должен признать, что не сразу понял корень проблемы, а потом захотелось побиться головой о стену, удержало от чего лишь нежелание портить имущество школы. Все же, после того как показал себя лидером, достаточно решительным и сообразительным, продолжать отыгрывать старую роль было... недальновидно и возможно даже оскорбительно в отношении остальных.       "Больше того, чем показывать собственные скрытые слабости, разумные не любят видеть скрываемые сильные стороны тех, кого изначально считали ниже себя. Кажется так?", - в очередной раз прокрутив цепочку с медальоном на пальцах, сжимаю плоскую металлическую коробочку в кулаке и прижимаю его к груди.       Как бы мне ни хотелось оставить все как было, все же те отношения с окружающими были для меня комфортными, но нужно что-то решать. Если не делать ничего, то... наша компания расколется, пусть пока что я и не могу сказать, кто с кем останется. И может быть я просто себя накручиваю, но есть такое ощущение, что детская дружба подходит к концу и нужно нечто новое...       Услужливая память, за годы обучения в Часовой Башне, ставшая почти идеальной, подкинула отрывок песни из прежней жизни, неплохо описывающий мою нынешнюю ситуацию:             Так случается постоянно - что посеешь, то и пожнешь,             Для героя второго плана, может слишком ты был хорош.             Только шел не своей дорогой и мечтал, что греха таить,             Взгляд поднять и еще немного расстояние сократить.       "Пусть с иллюзиями никогда расставаться не хочется, юность вечной не может быть, ей придется закончиться", - хмыкнув, нажатием кнопки открываю медальон и смотрю на фотографию, старательно запоминая каждую мельчайшую ее деталь.       Жаль это признавать, но я заигрался в ребенка, в какой-то момент даже поверив в свою роль. Еще печальнее от того, что если бы не этот сон, послуживший причиной разрушения привычной обстановки, то мне бы не хватило решимости что-то изменить. Даже сейчас, думая о своих дальнейших планах, мне... страшно.       "Ирония: был ребенком с душой взрослого, а с годами стал превращаться во взрослого с душой ребенка. Куда-то не туда меня понесло. Философия - зло", - решительно захлопнув крышку медальона, сажусь на кровати и вешаю цепочку на шею.       Прислушавшись к ощущениям жизни, определяю место нахождения моих соседей по комнате: все же за прошедшие годы, запомнить их ауры было несложно. Жоан и Морген обнаружились в игровой, вместе с Кали и Фреей. Герда, как и я, находилась в спальне в гордом одиночестве.       "Ну что? Тварь я дрожащая, или права имею?".       Поднявшись на задние лапы, потягиваюсь всем телом до хруста в позвоночнике и расправляю крылья во всю ширь. Уверенным шагом выйдя из комнаты, прохожу по коридору, никого не встретив на пути и захожу в игровую.       - Босс... - начинаю говорить привычным тоном, но осекаюсь и делаю голос более серьезным, после чего начинаю с начала: - Жоан, есть разговор.       ...       Розовый грифоныш, сидя за игровым столом вместе с альбиносом и двумя пташками, задумчиво смотрел на своего голубошкурого соседа по комнате. Не так давно он увидел Жака с иной стороны, что ему не слишком понравилось: неприятно узнавать, что пусть чудаковатый, но понятный и зависимый друг, оказывается не так-то прост. И пусть тот "сон" можно было списать на стрессовую ситуацию и необычные условия, но под новым углом зрения, многие поступки выглядели совершенно по-иному.       "Его, конечно, можно понять, но менее обидно от этого не становится", - думал про себя Луи, прекрасно осознавая, что доверять Жаку как прежде уже не сможет.       - Говори, - наконец нарушил молчание Жоан.       Голубой грифоныш закатил глаза к потолку, изображая печаль из-за недогадливости собеседника, грозящую перерасти в тоску от несправедливости мира. Кали на это только насмешливо фыркнула и отвесив розовому другу подзатыльник заявила:       - Идите уже, голубки, воркуйте о своих секретах.       - Тц, - раздраженно потерев затылок, Луи одарил сиреневую грифоночку недовольным взглядом.       - Хм, - поторопил друга Штерн, многозначительно кивнув на выход.       - Ладно, - проворчал розовый птенец. - Иду я.       Жак благодарно кивнул альбиносу и пташкам, после чего вышел в коридор и не останавливаясь, направился к отдельным мастерским. Жоану не оставалось ничего, кроме как последовать за "подчиненным", который несколько лет над ним тихо посмеивался, изображая недалекого сына кузнеца.       "Дать бы тебе в клюв, так ведь по грубой силе я явно слабее", - Луи понимал, что в нем говорит ущемленная гордость, но бороться с этим не собирался (по крайней мере до тех пор, пока "друг" не объяснится).       Тем временем они зашли в мастерскую, где на стоящих вдоль стен столах лежал всякий мусор вроде обрезков труб, каких-то деревяшек, ведер с песком и пустых банок. Закрыв дверь, голубой грифоныш уже хотел что-то произнести, но Жоан его опередил:       - Надеюсь, ты привел меня в это... романтичное место не для того, чтобы признаться в любви?       - Кха... - поперхнувшись, Жак воззрился на "босса" с возмущением и заявил: - Не хочу тебя разочаровывать, но мне нравятся самочки.       - Да ты что? - язвительно отозвался Луи. - А я и не заметил: Герда за тобой хвостиком уже не первый год бегает. Или ее ты за самочку не воспринимаешь?       - Жоан, я серьезно... - начал говорить голубой грифоныш, но снова был перебит.       - Я тоже, Жак, - хмыкнул розовый птенец, складывая передние лапы на груди и облокачиваясь на край одного из столов. - Ладно уж, можешь считать, что я поверил. Тем более, если моя первая догадка верна, с понятием романтичности у тебя все плохо.       Собеседник прищурился, подумал пару секунд, затем хмыкнул и заявил:       - Извиняться не буду. Ты сам должен понимать, почему я начал себя так вести.       - Хвост с тобой, - махнул правой передней лапой Жоан и изобразив величественный жест добавил: - Извинения приняты. Это все, или ты действительно о чем-то хотел поговорить?       Луи провоцировал собеседника, даже не пытаясь этого скрывать. Однако Жак и бровью на это не повел, показывая хорошую выдержку (впрочем, вспоминая прошедшие годы, стоило признать хотя бы то, что терпения голубому грифонышу действительно не занимать).       - Раньше я не знал, как начать этот разговор... - заговорил Жак и замолчал, по видимому подбирая слова.       - Не тормози, Жак, время - деньги, - поторопил собеседника Жоан, вызвав у него кривоватую улыбку.       "Бесит. Ну да ладно: ему от меня что-то нужно, а значит...", - ощущая себя в положении того, у кого просят, розовый грифоныш даже сумел успокоиться.       - У меня есть пара идей, на которых можно заработать... - протянул собеседник, спиной облокачиваясь на стену и складывая передние лапы на груди. - Интересует?       - Излагай, - кивнул Луи, постаравшись изобразить деловой вид.       - Скажи, ты ведь слышал об огнестрельном оружии? - снова спросил Жак.       Жоан уже хотел съязвить, что он-то слышал, а вот сыну кузнеца о таком знать не положено, но вовремя прикусил язык. Все же уже в Башне им рассказывали о многом, так что пусть сразу нужную лекцию вспомнить и не удается, нельзя гарантировать, что ее вовсе не было. К тому же, "подчиненный" уже доказал, что его нельзя недооценивать.       - Допустим, - Луи прищурился. - И что с того? Пищали - это крайне неудобное и ненадежное оружие, которое ненамного превосходит арбалеты в убойности, но уступает в точности. Учитывая сложности, связанные с производством пороха, их полезность крайне сомнительна.       О чем-то задумавшись, Жак кивнул, затем взял с одного из столов обрезок трубы, сунул в него кусок железного прута, установил к противоположной стене доску и встав у двери, нацелил в нее импровизированное оружие. Приставив к ближнему к себе отверстию трубы ладонь, тем самым заткнув ее с одной стороны, голубой грифон начал накапливать магическую силу в духовных каналах, трансформируя ее в сгусток плотного воздуха. В определенный момент он высвободил всю скопленную силу внутрь трубы, из-за чего кусок прута вылетел на высокой скорости, воткнувшись в деревяшку, а сам экспериментатор повернулся к собеседнику и спросил:       - Заинтересован?       ...       Жоан моргнул, перевел взгляд с меня на импровизированную мишень и обратно, после чего еще раз моргнул и взяв себя в когти заявил:       - Магию можно было потратить и более эффективно.       - Босс... и не кривись, мне так привычнее, - взмахнув обрезком трубы, хлопаю им по свободной ладони. - Ты ведь понял, что это была просто демонстрация принципа того, как воздух выталкивает снаряд из ствола. Не притворяйся глупее, чем ты есть.       - Тебе, значит, можно, а другим - нельзя? - прищурившись, Луи изобразил кривую усмешку. - Ладно: принцип я понял, но вот твою идею - нет.       - А идея проста: сделать оружие, стреляющее не при помощи пороха, либо иных взрывчатых веществ, а благодаря давлению воздуха, - заявляю почти торжественно, наставляя трубу на собеседника. - Я уже несколько лет это продумывал и даже проработал систему спускового механизма, который будет самой сложной из частей устройства. Но как ты понимаешь...       - Производственных мощностей, каналов сбыта и разрешения на торговую деятельность у тебя нет, - почти торжествующе кивнул розовый грифоныш. - Хочешь, чтобы я при помощи своей семьи все организовал? Но тут возникает вопрос... даже два: какую долю ты хочешь и зачем нам тебе ее платить, если за пару лет мы сами доведем технологию до ума?       "А вот тут в моем замысле место довольно тонкое", - промелькнула мысль на грани сознания, никак, впрочем, не отразившись внешне.       - Во-первых, ты - порядочный грифон, который не станет обманывать друга ради денег... - выставляю вверх указательный палец левой передней лапы.       - Пфф, - изобразил крайнюю степень скепсиса Луи. - Скажешь тоже - друга.       - Во-вторых, своими идеями я могу сэкономить вам уйму времени, позволив сразу перейти к производству и реализации первых образцов, - выставляю второй палец, решив не обращать внимания на комментарии собеседника. - Я ведь придумал, как сделать так, чтобы оружие не требовало перезарядки после каждого выстрела.       - Ну... допустим, - вынужденно согласился Жоан. - Но это тоже решаемая проблема... если мы вообще согласимся этим заниматься.       - В-третьих, у меня есть еще несколько проектов, для реализации которых нужны стартовый капитал и некоторые знания... которых сейчас не хватает, - выставляю третий палец и оскалившись в улыбке, развожу передние лапы в стороны. - Если мы договоримся о сотрудничестве сейчас, то я возьму тебя в долю потом и мы будем становиться миллионерами вместе!       - Тц... - скривившись, розовый грифоныш почесал ухо. - Меньше пафоса, Жак. Я даже согласен поверить, что у тебя есть эти "чудесные проекты на миллион корон", но...       - И в-четвертых, - перебиваю Луи на полуслове: - ...ты ведь не будешь обманывать будущего архимага?       Прошла секунда, за ней вторая, началась третья...       - Пффахахаха, - не удержавшись, Жоан согнулся от смеха, а увидев мою надувшуюся физиономию, захохотал еще громче, успокоившись только через полторы минуты. - Жак... после этого, я на тебя даже не злюсь. Но врезать все еще хочется... Гхм.       - Ну, так что ты скажешь, босс? - протягиваю собеседнику правую переднюю лапу и через секунду ощущаю, как ее стиснули пальцы молодого хищника.       - Считай, что ты меня заинтересовал, - отпустив мою кисть, розовый грифоныш добавил: - Но нам нужно привлечь к делу Морга. Без поддержки княжеской семьи, производство и торговля оружием... нам не по зубам... партнер?       - Я только "за", - отвечаю, по всей видимости, снова другу.       - Пойдем, пригласим третьего члена нашего новоявленного сообщества, - махнув лапой, Луи направился к выходу. - И, Жак?       - Хм? - уловив изменение в тоне Жоана, останавливаюсь на месте и вопросительно изгибаю брови.       - Во-первых, больше не придуривайся - это неприятно, - розовый грифоныш поморщился, но тут же вернул себе нормальное выражение морды. - А во-вторых, сделай уже какой-нибудь шаг в отношениях с Гердой. Сам знаешь, какое время подходит и если не хочешь увидеть ее рядом с кем-нибудь другим, действуй как орел. В конце концов, у нас на потоке всего пять пташек, а это значит, что вниманием они обделены не будут. Это так... дружеский совет.                   ***       Каждое утро в Белогорье было таким же как предшествующие, но вместе с тем совершенно иным и неповторимым: запахи готовящейся еды, звуки музыки, голоса спешащих по своим делам грифонов - все это создавало уникальную атмосферу, отличающую столицу от иных городов империи. Архитектура, делающая дома похожими скорее на произведения искусства, нежели утилитарные строения, тоже имела свои особенности: в самом центре стоял дворец, башни которого устремлялись ввысь и венчались золотыми куполами с высокими флагштоками, который окружал небольшой парк с живыми оградами и плодовыми деревьями; внутреннее кольцо домов состояло из университетов, где получали высшее образование чиновники, художники и музыканты, архитекторы и инженеры, военные и экономисты; в среднем кольце, в окружении лавок, театров и музеев, на примерно равном расстоянии друг от друга стояли гильдейские здания. Основная же масса жителей полиса обреталась в самом большом, внешнем кольце столицы, где имелись целые жилые районы.       Белогорье по праву носило титул красивейшего города Грифоньей Империи, являясь культурной и политической столицей. Здесь решались многие вопросы, начиная от оптовой торговли и заканчивая военными компаниями, но все же по занимаемой площади, это поселение оставалось только вторым, а по количеству жителей - вовсе третьим.       ...       В тронном зале цитадели императора, носящего гордое имя Мол Четвертый (в отличие от Зебрики, грифоны не стали принимать традицию именования правителей одним именем) этим утром собрался полный состав верховного совета. Главы гильдий и орденов, а также их первые заместители, рассаживаясь вокруг круглого стола тихо перешептывались, то и дело скашивая взгляды на черный ониксовый трон, на котором неподвижно сидел старый черный грифон, облаченный в черные же одеяния и тонкий золотой обруч, обхватывающий голову. Позади правителя государства, словно безмолвный страж, возвышалась золотая статуя грифона, крылья которого были широко расправлены, а передние лапы сцеплены в замок на широкой груди (у всех присутствующих создавалось ощущение, будто истукан непрерывно следит за ними и оценивает каждый поступок, насквозь видя каждую потаенную мысль).       - Начнем пожалуй, - подняв тяжелые веки, Мол Четвертый, также известный под прозвищем "Коршун", обвел советников тяжелым взглядом золотых глаз. - Кто желает быть первым?       Кому-нибудь мог бы показаться странным тот факт, что грифоны - гордые существа, не упускающие возможности продемонстрировать свою силу и проверить чужую, безропотно слушались своего императора, дряхлость которого была очевидна любому. Однако же любой из советников знал, что недооценивать силу Мола глупо и даже сейчас, когда пик его формы далеко позади, ум остается все также остр, а магия безотказна. Любой, кто посмел бы бросить ему вызов, вскоре лишился бы всего... кроме жизни.       - Дозвольте мне начать совет, Владыка, - поднялся со стула с высокой спинкой блекло-серый грифон в черной кирасе, надетой поверх мешковатого серого наряда.       - Излагай, - прикрыв глаза, оставив лишь узкие щелки, через которые наблюдал за присутствующими, произнес Коршун.       - В Зебрике наконец-то убедились, что Цезарь все же скончался, - объявил главную причину внеочередного собрания глава Ордена Черной Розы, отвечающего за разведку и контрразведку.       - И года не прошло, - фыркнул лидер Гильдии Авантюристов.       - Прошло, - поправил его глава Ордена Меча.       - Не суть важно, - пожал плечами наемник.       - Тишина, - не повышая голоса, произнес Мол, заставляя помещение погрузиться в тягостное молчание.       - Гхм, - прочистил горло докладчик, получив разрешающий кивок. - По нашим данным, Эквестрия уже вывела своих агентов из зоны грядущего конфликта, а вот Седловская Аравия, в союзе с Верблюжьими Эмиратами, наоборот наращивает численность военного присутствия.       - Причины? - уточнил правитель Грифоньей Империи.       - Предположительно - сговор с друидами, желающими протолкнуть на пост Цезаря собственного кандидата, - поспешно отозвался серый грифон. - Впрочем, должен заметить, что шансов у них откровенно мало: наибольшую силу сейчас имеют именно некроманты, последние годы активно готовившиеся к силовому противостоянию. С вероятностью в восемьдесят процентов, в самую первую очередь они попытаются задавить своих идейных конкурентов.       - Варвары, - буркнул нежно-красный грифон, представляющий Гильдию Культуры (самое молодое объединение, в которое входят художники, музыканты, скульпторы, писатели и артисты).       В тронном зале повисла тишина, которую нарушил сам Коршун:       - Несомненно так. Впрочем, вправе ли мы судить глупость тех, кто имея богатство, совершенно не ценит его? Если бы не мудрость Мола Первого, наши маги до сих пор могли бы спорить, какой же из путей наиболее верный... Не так ли?       - Именно так, - с готовностью кивнул глава Ордена Башни и представитель Гильдии Чародеев его поддержал.       - Шаманы уже вышли на контакт с представителями нашего посольства и предлагают контракт по найму Мечей, на срок в десять лет, - продолжил отчитываться разведчик, вызвав новую волну обсуждений, которая оборвалась после следующего его заявления: - Я рекомендую отказаться от этого предложения, либо перенаправить его Гильдии Авантюристов, с соответствующими дополнениями о ненападении на Мечей.       - Причина? - на этот раз в голосе Мола Четвертого звучал искренний интерес.       - Торговое Объединение Зебрики, возникшее под протекцией Эквестрии, активно собирает все возможные силы и создает лагеря беженцев, где во время конфликта смогут найти убежище гражданские зебры, - пояснил серый грифон. - Сами по себе - они не соперники ни одной из сторон конфликта, но опираясь на поддержку Эквестрии, пусть даже только финансовую, смогут оплатить контракт Мечей на тот же срок. При этом, ТОЗ не участвует в "демократических выборах", а потому, охраняющие гражданское население наемники рискуют не оказаться в эпицентре грядущей мясорубки. Рекомендую также усилить Мечей членами Ордена Башни, что будет полезно магам для получения боевого опыта в максимально мягких условиях.       - Возражаю, - представитель военных магов вскинулся. - Многие из моих подопечных - птенцы неоперившиеся: война, даже в "мягких условиях", перемелет их как промышленная мясорубка. Уж нам-то не знать, как обычно оборачиваются "безопасные" и "простые" миссии в реальности?       - Согласен с моим коллегой, - подал голос глава Гильдии Чародеев. - Если уж и отправлять Мечам магическую поддержку, то из уже состоявшихся магов с боевым опытом. Молодежь пусть лучше разбойников гоняет, крестьян лечит, какие-нибудь безделушки собирает...       - Гхм-гхм, - представитель Ордена Меча, привлек к себе общее внимание. - Напоминаю, что мы еще не согласились с тем, что стоит принять именно это предложение. По МОИМ данным, в Теократии Четырех Элементов, сейчас тоже назревает конфликт между храмами Огня и Воздуха.       - Двурогие еще не один год будут раскачиваться, - заметил лидер Гильдии Авантюристов.       - Тишина, - снова прервал советников Коршун. - Сейчас рыцарь Ордена Розы предоставит вам свои документы и после ознакомления, мы снова соберемся здесь. Пока же: перерыв двадцать минут.